Глава 16

Разговор не клеится. Мы то и дело закипаем, ругаемся, а потом одновременно замолкаем. Мне не нравится то, как самодовольно ведёт себя Михаил. Мне не нравится, что он смотрит на меня так, будто это я во всём виновата. Это не так.

Тамерлан снова приходит к нам. И в этот раз я даже радуюсь, что он вовремя. Сын смотрит на Загорского такими глазами, словно не хочет его видеть.

— Пойдем переоденемся, — говорю ему.

— К Роме поедем?

Миша что-то бубнит себе под нос, сканируя меня убивающим взглядом.

— Да. Через пару часов увидишь Рому.

— Ура!

Вспоминаю, что наши вещи остались в машине Загорского. Он кому-то звонит, просит принести чемоданы. Через десять минут они уже стоят в небольшой спальне с двуспальной кроватью и шкафом. Подняв сумку с вещами Тами, ставлю ее в кресло у двери и достаю спортивный костюмчик для сына.

Рома посылает сообщение, что он уже на подъезде. И только после этого мы собираемся выходить.

— Саша, подойди, — просит Загорский, когда мы направляемся к двери.

Тами садится на тумбочку в прихожей. Обиженно надувает губы. То ли ему здесь не нравится, то ли дело в Мише... Или просто с Ромой поскорее встретиться хочет.

Не пойму.

— Что?

— Завтра утром мы уезжаем. Так что разберись со своим… С тем парнем.

— С каких пор ты за меня что-то решаешь? Почему командуешь?

— Потому что меня бесит то, что ты с ним встречаешься, — цедит он сквозь зубы, подойдя настолько плотно, что я не могу не почувствовать исходящий от него аромат. — Потому что я за*бался от всего! Разве недостаточно того времени, что мы потеряли, Саша? Заканчивай с ним и снимай гребаное кольцо. И только потом мы с тобой поговорим. Ясно тебе?

— Тон сбавь. Я не твоя подчиненная, Загорский!

Неужели он не может по-человечески, а? Разве так должен разговаривать человек, которому необходимо вернуть доверие женщины? Разве так ведут себя, когда хотят, чтобы отношения наконец наладились? Однозначно нет.

— О боже! — Загорский закатывает глаза. — Ты не понимаешь, что я ревную? Не понимаешь, Саша?

— Свою женщину ревнуй! Которая, как ты выразился, мне покоя не дает. Хотя это совсем не так. Мне плевать. И на тебя, и на нее. Единственное, чего я хочу, — так это оказаться дома и увидеть родителей. Потому что соскучилась! А когда это произойдет, Миша, решать буду я. Твои приказы мне до одного места.

Мы не кричим, говорим тихо, но с такой яростью, что лучше бы орали. Да, я ужасно злюсь на него. Придушить охота!

Разворачиваюсь и хочу выйти из гостиной, но Миша преграждает мне путь.

— Перестань уже… Мне говоришь, а сама такая агрессивная, будто перед тобой самый ужасный враг стоит! Саша, хватит!

— Я опаздываю.

— Заканчивай детский сад. При любом раскладе ты от меня никуда не денешься. Рано или поздно тот парень уйдет от тебя, поняв, что я не оставлю тебя в покое.

Теперь я закатываю глаза. Вырвав руку из его хватки, иду к выходу. Обуваюсь, и мы с Тами покидаем квартиру.

— Я подвезу.

— Не нужно.

— У меня дела, как раз мимо проеду.

— Я тебе не говорила, где мы с Ромой встретимся, — тихо говорю, нажимая на кнопку вызова лифта.

Подслушал, конечно.

Миша не отвечает. Поджимает губы, смотрит исключительно на сына, который топает ногой, явно злясь, что лифт так медленно поднимается.

Нужно с ним поговорить и понять, что его так раздражает. Неужели Загорский? Это неправильно.

Я ничего плохого не говорила о нем Тамерлану. Да и сын не знает, что перед ним стоит его отец. Так откуда такая агрессия?

Всю дорогу мы молчим. Тами смотрит в окно, а я — на профиль Загорского. Сжав руль до побелевших костяшек пальцев и сконцентрировав внимание на дороге, он думает о чем-то своем. Я же…

Честно говоря, в голове раздрай. Не понимаю, что я сейчас чувствую и чего хочу.

Миша останавливается у кафе. Тянусь к ручке двери, но она не открывается. Заблокирована.

Загорский поворачивается ко мне.

— Не забывай про мои слова, Саша.

— Конечно, — бросаю с натянутой улыбкой, но взглядом уничтожаю Мишу, потому что Тами не сводит с меня глаз. Не могу накричать. А жаль.

Щелчок . Распахнув дверь, я выхожу и помогаю выйти сыну.

Рому нахожу сразу. Он сидит в дальнем углу, смотрит перед собой, нервно постукивая пальцами. Растрепанный, усталый и расстроенный.

Такой красивый.

Господи, пусть он будет счастлив!

— Рома! — кричит Тамерлан и бежит к нему. — Я пришел!

Рома поднимается и подхватывает малыша на руки.

— Привет, дружище. Ты как?

— Хорошо! А ты?

— Я… — Он находит меня взглядом. — Нормально… Стараюсь.

— Привет, — шепчу я.

Он выпускает Тами и, отодвинув стул, просит его сесть. Сын делает то, что велит Рома.

— Привет, Саша, — хрипло говорит он и сглатывает. — Все нормально? Выглядишь устало.

— Как и ты.

— Присаживайся.

Сажусь напротив него. Он жестом призывает официанта.

— Мы не голодны, Ром. Если только воды.

— А мне сок! Яблочный! — вклинивается Тамерлан.

Парень, записав наш заказ, уходит.

Сын берет наушники Ромы, играет с ними, потом сует в уши.

— Дай ему свой телефон и включи что-нибудь, — тихо прошу я. — Пусть отвлечется.

Получив кивок в ответ, оглядываюсь. Интересно, Загорский уехал или ждёт нас?

Тами играет в игру, а Рома сжимает мою ладонь.

— Саш, сегодня я поругался с соседом, который нес про тебя всякую чушь. Он сказал, что ты ночью разговаривала с кем-то у нашего дома. Это правда?

— Да. Разве Алевтина не доложила? Она все видела.

— Думаешь, я ей поверил бы, скажи она мне такое? — Рома цокает языком. — Это был он, да? — косится на Тамерлана. — Твой… бывший?

— Да. Кто же еще это может быть, Рома? Твоя мама действительно все видела. И если вдруг расскажет, не обвиняй ее ни в чем. Она не врет. Да и вообще, не следует с ней ругаться. Она твоя мама. А я…

— А ты — моя любимая женщина, Саша. Я тебя в обиду не дам. Пойми этот факт и прими. Пожалуйста. И да, мы можем переехать в любой момент. Я с утра поехал искать квартиру, потому что… хотел для нас как лучше. Знал бы, что некоторые ублюдки устроят спектакль у нашего дома, не уехал бы. Честно.

У Ромы приятный голос. И внешность. Но с каждым его словом я понимаю, что зря все то время жила с ними. По сути, давала ему шанс. Надежду на совместное будущее. Возможно, надо было построить свой дом. Может, по соседству. Рядышком где-нибудь… Но уж точно не жить под одной крышей с его семьей.

Жаль, что порой мы совершаем ошибки. И решить их можем, только разбив кому-то сердце.

Мне бы не хотелось, чтобы такой приятный, хороший и достойный счастья мужчина из-за меня страдал. Он любит меня — это видно невооруженным глазом. Уверена, появись он в моей жизни раньше Загорского, все могло бы быть совсем иначе.

— Я разговаривала со своей мамой, Рома. Столько лет была вдали от нее и вдруг поняла, что ужасно соскучилась. Что мне не хватало ее. Ты можешь говорить что угодно, но поверь: родители нам нужны всегда. Пожалуйста, не отталкивай Алевтину. Помирись с ней. И знай, что она хочет для тебя лишь лучшего. Ей тоже нелегко. Да, ей на мозги капают. Да, она из тех людей, которыми можно манипулировать. И да, она совершила ошибку. Но она всю жизнь старалась для вас. Оберегала, заботилась…

— К чему весь этот разговор, Саша? — перебивает он. — Я тебя не понимаю.

— К тому, Ром, что я сегодня есть, а завтра меня нет. Но твоя мама будет рядом всегда.