Глава 33

Медленно отодвигаю от себя бумаги, не сводя взгляда от Маши, и легким движением руки указываю на кресло напротив.

Пока она устраивается, я невольно подмечаю, как изменилась — точнее, как расцвела. Прошли годы, а она стала еще красивее, еще увереннее, ухоженнее до мелочей. В каждом ее движении спокойствие и сила. Не знаю, зачем она пришла, но начинаю догадываться, когда она нервным движением руки поправляет прядь волос за ухо.

— Как ты? Как сын? — спрашивает тихо. В ее голосе чувствуется некое раскаяние.

— Все прекрасно, спасибо. А твои дети как?

— Растут…

В воздухе повисает напряженная пауза. Маша молчит, но при этом не сводит с меня глаз. А я жду, что она скажет. Не просто так она пришла сюда.

— Я хотела попросить прощения, Саша. Последнее, что мне хотелось бы, так это чтобы вы с Мишей разошлись по нашей с Виктором вине. Загорский рассказал, что ты тогда услышала.

— Это осталось в прошлом, Маша.

— Столько лет потеряли… Мы бы этого не хотели, клянусь. Мы обсуждали другую тему… Миша попал в аварию. Я просила Виктора рассказать, а он сказал, что ты не переживаешь. Видимо, в этот момент ты пришла, чтобы поговорить с нами, но все поняла не так…

— Все именно так и было.

— Прости. Я знаю то чувство, когда все разрушается по чужой вине. Поверь мне, я столько лет… думала о тебе. И когда Загорский признался, клянусь, я проклинала себя. Вы расстались из-за нас… Такое дурацкое совпадение. Ну или судьба… Ведь ты могла бы дослушать, но, видимо, на эмоциях ушла.

— Если честно, мне бы не хотелось больше это обсуждать. Сама говоришь, что прошло достаточно много времени. Сейчас я хочу спокойствия, покоя. Хочу работать, воспитывать ребенка…

— А как же Миша? — перебивает мягко. — Ты его не впустишь в свою жизнь?

Я усмехаюсь.

— Уже впустила, Маш. И искренне надеюсь, что не пожалею.

Маша опускает глаза на свои руки. Заламывает пальцы.

— Он тебя искал… Так долго. Не терял надежды. Но потом… Психанул, бросил все и уехал. А приехал в тот же день, когда нашел зацепку. Не стал терять времени. Потом в ту деревню отправился. Саш, он тебя очень любит. Накосячил, да. Но… всякое бывает в жизни. Ты же знаешь нашу с Виктором историю.

— Мне кажется, что ты хочешь сказать что-то другое… — щурюсь.

Маша улыбается.

— Да нет. Просто хочу, чтобы вы были счастливы. Не верь никому, слышишь? Только тогда у вас все будет прекрасно. По личному опыту знаю.

Сдержать улыбку не получается. Жизнь у нас действительно получилась не сладкая. Столько ошибок, столько недосказанностей… В итоге потеряли несколько лет, которые могли бы провести вместе…

Вскоре Маша уходит, пообещав приехать ко мне и поговорить по душам. Прошу ее привезти детей и заранее предупредить, когда приедет, на что она кивает.

Еще через двадцать минут дверь кабинета тихо приоткрывается, и Миша заходит в помещение. Он выглядит вымотанным до предела: появились тени под глазами, усталый взгляд, волосы слегка взъерошены, будто не раз проводил по ним рукой в попытке собраться с мыслями. Рукава рубашки закатаны до локтей — так небрежно, как у человека, который давно перестал обращать внимание на внешний вид.

Я молча слежу за ним. Он останавливается позади и, наклонившись, целует меня в висок.

— Как прошло?

— Устал ужасно. Сегодняшний день вымотал меня, — хрипит прямо в ухо. — Саш, поехали ко мне?

От неожиданности я дар речи теряю.

— Зачем?

— Ужасно тебя хочу.

— Ты сейчас перегибаешь, — бросаю с усмешкой. — Мама нас ждет. Я сообщила, что мы приедем вместе. Тебе с Тами нужно отношения налаживать, а ты…

Миша резко отстраняется, выпрямляется. Глядя куда-то в одну точку, кивает стоим мыслям.

— Поехали тогда.

Загорский заводит двигатель и мы плавно трогается с места. Он молчит. Смотрит перед собой. Такой задумчивый…

— Миш?

— М?

— Что у тебя в голове?

Повернув ко мне голову, едва заметно улыбается.

— Есть у меня одна мысль, Саша. Вот думаю, если ее реализовать, Тамерлану понравится?

— Колись.

— Может, купим ему дрон для детей? Будет весело, думаю, если он начнет им управлять…

— Я не против.

Через двадцать минут мы заходим с Мишей в магазин детских гаджетов. Здесь все сверкает, мигает, пищит и завораживает, но Миша точно знает, зачем мы пришли. Его глаза быстро находят витрину с детскими дронами, и я понимаю — это именно оно. Маленький, легкий, но по-настоящему летающий, с огоньками и простым управлением.

Я смотрю на Мишу и не могу скрыть улыбку. Он молодец. Мне бы и в голову такое не пришло. Ведь Тами с самого раннего детства обожает все, что летает. Самолеты у него в игрушках, на футболках, в рисунках. Я уверена, он влюбится в этот дрон с первого взгляда, как и я сейчас. Уже представляю, как он будет бегать за ним по двору с сияющими глазами.

Положив коробку с подарком на заднее сиденье, Загорский занимает место за рулем. Едем в дом Егора, где нас уже ждут.

Выскакиваю из машины, оказавшись во дворе и бегу к дому, зову сына. Он выбегает наружу. Его волосы немного растрепаны. Не могу сдержать улыбку, когда вижу на нем футболку с ракетой. Он смотрит сначала на меня, потом устремляет взгляд за мою спину, где стоит Миша, держа в руках коробку.

— Тами, — загадочно улыбаюсь. — Пойдем, у нас для тебя кое-что есть.

Он подходит ближе, и Миша торжественно протягивает ему подарок. Тамерлан замирает, потом аккуратно берет ее в руки. Я вижу, как его глаза сверкают, когда он видит фотографию на коробке и узнает, что это такое. Его губы расплываются в такой широкой, искренней улыбке, что я не могу удержаться и взъерошиваю его волосы.

Мои родители смотрят со стороны, как и Егор.

— Серьезно?! Это… мне? — спрашивает он, чуть не подпрыгивая от восторга.

— Конечно тебе, — говорит Миша. — Кто у нас тут лучший пилот?

— Но я не умею… — отвечает он, пытаясь открыть коробку.

— А тебе папа поможет, — подмигиваю Тамерлану

Тами сидит на корточках прямо на траве, а Миша раскладывает дрон на скамейке, будто это не просто игрушка, а серьезная техника. Он действует уверенно — подключает аккумулятор, проверяет лопасти, что-то объясняет Тами. Не могу не заметить в глазах Загорского ту нежность, с которой он смотрит на сына.

— Видишь, вот тут включается, — говорит он, нажимая на кнопку на корпусе. Маленький дрон оживает. Огоньки начинают мигать.

Тами буквально замирает. Он крепко держит в руках пульт с двумя стиками. Миша показывает, за что какой отвечает.

— Попробуй медленно, вверх. Только чуть-чуть.

И Тами пробует. Дрон дрожит, а потом плавно отрывается от земли. Тамерлан резко вдыхает, потом выдыхает — с коротким криком счастья. Его пальцы дрожат, но он не отпускает пульт.

— Он летит! Летит!

— Летит, сын, летит, — тихо говорит Миша. Его голос — сдержанный, но я знаю, что он сейчас чувствует. В нем и гордость и радость.

Тами бегает за дроном, смеется так звонко, что у меня щемит сердце. Он не просто играет — он и сам летает от радости. А Миша идет рядом, ловит дрон, когда тот чуть теряет высоту. Направляет, но не мешает.

Я стою чуть в стороне и смотрю на них, понимая, что это и есть счастье, которого мне не хватало. Счастье, о котором я могла только мечтать.

— Этот гений знает, что делает, — раздается рядом голос Егора.

— Просто хочет, чтобы сын понял, как папа любит его. Чтобы наконец Тари назвал его отцом…

— Жалеешь?

— Это жизнь, Егор. Никогда не знаешь, что может произойти завтра… Конечно, я бы хотела, чтобы мы воспитали сына вместе, но…

— Ладно, не зацикливайся. Ты права. Будь на твоем месте, мои нервы сдали бы гораздо раньше.

— Спасибо за понимание, — говорю шепотом, наблюдая, как родители заходят в дома. Мама что-то говорит, к папа смеется.

— Но характером пацан в отца, имей в виду, — улыбается брат, достав из кармана пачку сигарет. Вынимает одну, закуривает.

— Пусть. Я только рада.

— Ладно, я домой. Вы тоже закругляйтесь. Ужинать будем.

Егор уходит. Я же, достав телефон, снимаю на камеру Мишу с Тамерланом. Даже получается сфоткать тот момент, когда Загорский обнимает сына, что-то ему шепча на ухо, на что малыш смеется.

— Мужчины, — зову я их, когда понимаю, что они не устанут развлекаться. — Вы не проголодалась?

— Есть немного, — Загорский подмигивает Тамерлану. — Но для начала нам с сыном нужно поговорить. Ты же не против, Саш?

— Вот как… Мужской разговор, значит? Тогда… жду вас в доме.