Глава 29. Саша
Сказала, как отрезала. Теперь жду. Жду, что на этом добром, красивом лице проступят пятна. Жду, когда там промелькнет разочарование. Отвращение. Ненависть. Но вместо всего этого… Пустота. Алекс просто молчит и смотрит на меня почти не мигая. И мне так хочется забраться сейчас в его голову и услышать хоть что-то.
— Алекс, — прошу я поговорить со мной, но он отворачивается. Словно смотреть на меня не может. И этим жестом высказывает все то, что не смог словами. Я киваю сама себе и делаю несколько шагов к двери, уже надеваю балетки, как вдруг слышу.
— Ты уходишь к нему?
— Что? — поворачиваю голову и смотрю на его римский профиль. — Нет, нет, конечно. Это было… Не знаю. Я хотела ему сказать, что между нами давно все кончено. Что он в прошлом и у меня есть ты. Но оказалась с ним с одном лифте и…
— Чувства накрыли с головой?
— Да, — поджимаю губы, надеясь, что он не будет сильно злиться, обижаться, что просто будет счастлив. Он действительно достоин счастья. — Да, все вспомнилось, закрутилось…
— Но вместо того, чтобы уйти к нему или соврать мне, ты пришла и сказала правду.
— Я бы не смогла врать, — как бы сказать, чтобы не лукавить. — О таком. Я не могу отрицать, что мне все еще больно находиться рядом с ним, но выбрала я тебя. Не могла иначе. Но после того, что произошло, держать тебя не имею права…
— Я понимаю тебя, — не отпускает меня его голос, и в душе рождается глупая надежда, что, если я еще здесь, значит, не все кончено. Возможно, глупо думать, но все же, он меня простит за это вранье. — Я понимаю тебя, потому что сам раз за разом возвращаюсь в то болото, из которого ты и Даша меня вытянули…
Мне нужно всего мгновение, чтобы понять…
— Лариса…
— Она, как и твой Мирон, пытается искупать меня в грязи. Все время появляется в моей жизни, говорит о том, что между нам не все кончено. И порой только мысли о тебе держат меня на плаву. Я не хочу быть с ней. Я не хочу быть дерьмом и чудовищем, а именно таким я становлюсь рядом с ней. А рядом с тобой я другой. Я лучше.
— Алекс… — не понимаю я, что делать. Он поворачивается, подходит ближе, закрывает уже распахнутую дверь и нежно, бережно обхватывает мое лицо пальцами. — Я… Я была с Мироном. Он почти…
— Не говори мне больше ничего. Если ты не с ним, значит, не хочешь этого, если я вернулся сюда к тебе, значит, так и должно быть. У каждого человека есть прошлое. Порой грязное и неприглядное, то, что вспоминать совсем не хочется. Но знаешь, что самое главное?
— Что? — облизываю я губы, смотря его глаза, купаясь в их тепле и добросердечности.
— То, каким ты хочешь быть в будущем. То, какой ты сейчас. Если ты выбираешь меня. Нас. То Мирон пустое место и все, что было, мы просто смоем. Смоем новыми воспоминаниями, как сделали это год назад. Если ты готова…
— Я не знаю, — честно, искренне. Я правда не знаю, можно ли смыть такое.
— Я был невнимателен к тебе. Часто работал. Много ночевал вне дома. Я как идиот сам терял то, что так хотел иметь. Когда я увидел Мирона на треке, я озверел от одной только мысли, что он может тебя коснуться. Я был идиотом. Если думал, что не знаю, что такое любовь. Ты моя любовь и я прошу тебя начать все сначала. Я больше не буду тебя ни к чему принуждать, учить, навязывать свое мнение. Я хочу, чтобы ты была счастлива. И если это модельная школа…
— Ты знал? — перехватывает у меня дыхание, пока он сильнее прижимает меня к себе.
— Конечно, знал. И я хочу знать больше. Хочешь, можем вместе сходить на твое танго. Давно ведь просила…
— Хочу, — улыбаюсь я, а напряжение в теле спадает. Глупая, я такая глупя, если даже допускала мысль вернуться к Мирону. Вот он. Любит меня. Хочет стать лучше. А прошлое действительно должно оставаться в прошлом. — Хочу, Алекс.
Он целует меня резко, напористо, а я обнимаю его за шею, ласково глажу по голове, пока балетки и тапочки сами падают к моим ногам.
— И если не хочешь торопиться с браком…
— Хочу… — это будет лучшее решение. Чем быстрее я выйду замуж, тем быстрее вход в мою жизнь для Мирона будет закрыт. Уже навсегда. — На самом деле очень хочу. Но лучше маленькая свадьба, на берегу океана.
— Моя малышка, — поднимает он меня и несет в спальню — Океан, так океан. Сто лет ведь в отпуске не был. За месяц порешаю все проблемы и поедем. И знаешь, что…
Он укладывает меня на кровать, снимает одним движением рубашку, пока я восхищаюсь его подтянутым телом. Это, конечно, не кубики Мирона, но ведь Алексу и не девятнадцать.
Стряхнув мысли о своей болезни, я улыбаюсь Алексу и внемлю его сломам. Как же легко на душе. Словно у головы пистолет держали, спустили курок, а пули оказались холостыми и есть еще шанс на спасение.
— Я извиняюсь, что вспоминал тебе Мирона. Я был идиотом. Теперь есть только ты и я.
— Только ты и я. И Дашка, — хихикаю, решая, что нужно обязательно сказать о том, что она снова связалась с Марком. А ей сказать, что прошлое нужно оставлять далеко позади.
— И Дашка, — улыбается он и лезет ко мне рукой под юбку. Я часто дышу, стараюсь ни напрягаться, ни вспоминать, что три часа назад любое прикосновение Мирона заводило меня с пол оборота, а сейчас я сама себе напоминаю автобус водителя нашего приюта, который заводился только с пинка.
Но все заканчивается, когда я лезу пальцами к ремню брюк. Алекс откатывается и прижимает меня к себе…
— Прости, я обязательно найду, кто этот урод, что кормит меня бромом. Хоть вообще воздухом питайся.
— Ну и ладно, — с облегчением вздыхаю и тянусь за пультом. — Ты ведь обещал со мной посмотреть сериал?
— Раз обещал, то нужно выполнять, — щекочет он меня и целует в висок, а я включаю телевизор с одной лишь мыслью. Так ли все хорошо, как хочется верить. И как скоро к моему виску приставят новый ствол?