Глава 33

Кристина – Сегодня холодно, – сказала мама, зябко передернув плечами. – Может, пойдем домой? Кристина зажмурилась. Редко когда в декабре выпадает такой солнечный день. Снежинки искрились и плясали в сугробе, словно стайка крошечных фей. До уха доносился их задорный смех медного колокольчика. Кристина не удержала улыбки. Сонечка весело смеялась, в очередной раз скатываясь с горки. Вот она, их маленькая снежная фея. – Давай еще немного погуляем, – попросила Кристина, подхватывая Сонечку и помогая ей забраться на горку. – Хорошо, – с искорками счастья в глазах ответила мама. – Поехали! – весело воскликнула Кристина, и Сонечка со звонким визгом помчалась вниз. Кристина окинула взглядом маму и Сонечку. Прекрасный момент, который хотелось запечатлеть навсегда. Распечатать и повесить на доску счастья в своей груди. Улыбка застыла на губах Кристины. Мысленный взгляд скользнул по другим доскам: сожаление, печаль, предательство…смерть. Смех Сонечки ворвался в мысли, и перед глазами всплыло другое лицо. Девочка в Фордоке, которая так отчаянно звала маму. Ее полные слез глаза и бледное личико, с которого отступающей волной уходила жизнь. Кристина сглотнула тугой ком и отвернулась. Маме не нужно видеть ее слез. Прошло уже два месяца, как Кристина вернулась в свой мир, но призраки Ливоса не покидали ее. Они возвращались в тревожных снах, выскакивали из-за угла в самый неожиданный момент, заставляя застывать и окунаться в их морок. Они были слишком живые, слишком яркие, чтобы отмахнуться от них и забыть. Наполненные болью, страхом, отчаянием, надеждой, весельем… любовью. Рэм… Как он там? Может, он уже забыл ее? Кем она была для него? Мимолетной фигурой в его жизни? Или может… Нет! Не думать! Не мечтать! Не вспоминать! Кристина мотнула головой, отгоняя образ высокой фигуры, шедшей к ней из тумана воспоминаний. Она присела на корточки и крепко обняла Сонечку. Главное – их девочка жива! С ней все в порядке. И впредь будет так же. Они с мамой приложат все усилия для счастья малышки. А душевные шрамы заживут, как и те, что на руках и спине Кристины. От них останутся лишь пустые следы. – Мама, мне не нравится тот дядя, – вдруг скуксилась Сонечка и прижалась сильнее к Кристине. – Где? – встревоженно спросила Кристина и заозиралась. Взгляд упал на высокого мужчину, стоявшего поодаль и внимательно наблюдавшего за ними. Сердце застучало в висках, дыхание сбилось. Это он! Одетый в джинсы и теплую кожаную куртку, он в упор смотрел на Кристину. Она медленно поднялась и подвела Сонечку к маме. – Я сейчас вернусь, – с трудом подавляя волнение, произнесла Кристина и двинулась к мужчине. Снег скрипел под ногами, отсчитывая шаги. Пять, десять, двадцать… Как он тут оказался? Как нашел ее? Ноги сами шли вперед, ускоряя шаг. Вот он. Стоит перед ней и улыбается. Ее кулак сжался и мгновенно обрушился на лицо мужчины. – Подонок! Как ты посмел сюда явиться? – зашипела Кристина. Ривли опустил голову и медленно потянулся в карман. В белый платок быстро впитывалась кровь из носа. – А ты все так же машешь кулаками без разбора, – с кривой улыбкой произнес Ривли, вытирая кровь. – Сукин сын! – процедила сквозь зубы Кристина. – Как ты меня нашел? – Вообще, я тебя и не искал, – равнодушно сказал Ривли. – Я пришел по следу своего кинжала. А тут ты. Не мог же я не поздороваться. Это невежливо. – Кто бы говорил о вежливости, – фыркнула Кристина. – Ну зачем же так, – обаятельно улыбнулся Ривли и, чуть наклонившись вперед, прошептал: – А как твой цветок? Видимо, из-за него тебя было не найти. Какая же он прелесть. Защищает свою хозяйку. – Значит, все-таки искал, – хмыкнула Кристина. – Поймала, – хохотнул Ривли и поднял руки вверх в шутливом жесте. – Кстати, кинжал можешь оставить себе. Это мой подарок. – К черту твои подарки, Ривли! – воскликнула Кристина. Она уже было хотела приложить его словцом покрепче, но услышала шаги позади себя. – Кристина, все в порядке? – встревоженно спросила мама, подходя ближе. Из-за ее спины испуганно выглядывала Сонечка. Кристина едва слышно цокнула. Как же она была неосторожна. Зачем била этого придурка на глазах у ребенка? – Это очень плохой человек, – мягко объяснила Кристина, обращаясь к Сонечке. – Он уже уходит. – А эта прекрасная арта – твоя мама? – спросил Ривли и склонил голову в вежливом поклоне. – Я Лоринг Бигон Ривли. Мама недовольно поджала губы. Она не раз просила Кристину рассказать в подробностях о ее жизни в Ливосе и прекрасно знала, кто такой Ривли. – Думаю, вам пора, – холодно отчеканила она. – Я уйду, как только верну долг, – с натянутой улыбкой сказал Ривли. – Видите ли, я задолжал вашей дочери. Не успел вернуть ее домой, как обещал. – Мне от тебя ничего не нужно, – ответила Кристина. – Я всегда выполняю свои обещания, – твердым голосом заявил Ривли и впихнул в руку Кристины два кристалла. Они яркими огоньками засияли на солнце. – Это два разовых портала: до замка Вермонта и обратно. Я не знаю, где теперь твой дом. Здесь или там. Решай сама, – Ривли вдруг хитро прищурился и с кривой ухмылкой продолжил: – Вермонт, кстати…Ну да ладно. Думаю, тебе это неинтересно. Я пойду. Он медленно развернулся, чтобы уйти. – Стой! – крикнула Кристина, прежде чем успела подумать. Нет. Она не должна знать, что с Рэмом. Она ведь обещала его забыть. Но сердце скакало в груди, словно безумное, срывая дыхание и ударяя кровью в лицо. – Как он? – прошептала она глухим голосом. Ривли медленно развернулся. На его губах играла торжествующая улыбка. – Этот бедолага не просыхает уже два месяца. Ходит, как тень. Такими темпами его скоро из Совета Пяти попрут, – равнодушно сказал Ривли. – Почему? – непонимающе спросила Кристина. – Твою смерть оплакивает, – наигранно удивленно ответил Ривли. – Он ведь думает, что ты мертва. Поиском тебя не нашел, браслетик твой, видимо, сломался. Волна тревоги захлестнула тело. Кристина не могла двинуться с места. Почему Рэм так себя изводит? Неужели она была для него дорога? – Ну, я пошел, – весело сказал Ривли. – Больше не приходи в мой мир, – прохрипела Кристина. – А вот этого я выполнить не могу. Видишь ли, я планирую тут немного пожить. Ваш мир – это нечто. Порталы между нашими мирами теперь хорошо работают, и я могу ходить, куда хочу. Еще приятнее, что мало кто из Ливоса сможет найти твой мир. – Что, из Ливоса тебя поперли? Решил спрятаться на Земле, как крыса? – с отвращением спросила Кристина. – В Ливос мне, конечно, пока не вернуться, но не переживай. Через какое-то время меня еще назовут спасителем государства. Кристина громко фыркнула. Вот так самомнение у этого негодяя. – А пока поброжу по вашему миру, – продолжил вещать Ривли. – Здесь столько всего полезного, что Ливос может перенять. Это сократит разрыв в технологиях с Хортосом. Кристина недовольно поджала губы. Этот тип неисправим. Остановить его не получится. И даже присмотреть за ним никак. А вдруг сопрет что-нибудь убийственное, наподобие ядерной бомбы? Тогда им всем крышка. – Слушай, Ривли, в нашем мире нельзя трогать все без разбора. У нас есть и опасные вещи. В неумелых руках они могут уничтожить Ливос. – Я похож на дурака? – приподнял бровь Ривли. – Я люблю свою страну и не потащу туда то, что может ей навредить. Кристина обреченно помотала головой. Вот же чокнутый патриот. – Проваливай уже, – устало сказала она. – Рад был вас повидать, – с очаровательной улыбкой отозвался Ривли и откланялся. Кристина смотрела, как его фигура отдаляется и скрывается за углом. Хоть бы больше никогда не видеть этого гаденыша. – Пойдем домой, – коснулась плеча мама. Голос ее звучал спокойно, но Кристина расслышала в нем тревогу. Нужно поскорее остаться одной, чтобы скрыть от мамы кипящие эмоции и дрожащие руки. *** Кристина задумчиво вертела в ладонях два кристалла. Одно движение – и она окажется рядом с Рэмом. Но руки не двигались. Не нужно. Зачем идти к нему? Что она скажет? Что скучала? Переживала? И что он ответит? Что ждал ее? Что тоже скучал? Кристина горько хмыкнула. И как ему верить? Как отличить ложь от правды? Кристина медленно положила кристаллы на тумбочку. Она не пойдет к нему. – Долго еще ты будешь их гипнотизировать? – раздался за спиной тихий голос мамы. – Неделя уже прошла. Может, стоит встретиться с ним. Поговорить. – А толку, – грустно ответила Кристина. – Нужно давать людям шанс объясниться. Порой все выглядит не так, как ты думаешь. Лучше выслушать Рэма, а потом уже принимать решение, – сказала мама, присаживаясь рядом с Кристиной на кровать. Теплая рука погладила крепко сжатые кулаки Кристины. Она молчала. Ее губы упрямо сжались. Что там слушать? Она сама все видела. Рэм обманывал ее. День за днем. Без зазрения совести. Кристина повернулась к маме и, глядя в глаза, с болью в голосе спросила: – Почему все мужчины с такой легкостью предают? – Кто все? – уточнила мама. Кристина сглотнула ком в горле. Злость медленно поднималась внутри, смывая разочарование. – Иван бросил Марину беременной, – проговорила она с обидой, – папа… Кристина осеклась и замолчала. Зачем она это ляпнула? Зачем вспомнила отца, целующего другую женщину? К чему расстраивать маму? Отец умер. Пусть о нем сохранится хотя бы хорошее мнение. Мама молчала. В ее глазах проскочил огонек беспокойства. – Что ты знаешь о папе? – тихо спросила она. – Выкладывай! Кристина опустила голову и рассказала о том, что видела в кафе. Мама молча обняла Кристину и погладила по волосам. – Почему ты так долго молчала? Зачем несла все в себе? – нежно произнесла она. Кристина всхлипнула и прижалась к ее груди. – Прости. Я не хотела тебя расстраивать. – Ты должна была рассказать мне, – со вздохом промолвила мама. – Я все знала. Кристина подняла голову и удивленно посмотрела на маму. Та нежно ей улыбнулась и погладила по щеке, стирая слезы. – Твой папа всегда был достойным человеком. Мы уже давно хотели развестись. Он решил оставить вам с Мариной все имущество и обещал помогать. Прости, я хотела сказать вам позже, но не успела. Он умер, и я промолчала, чтобы вас не расстраивать. – Мама, – простонала Кристина с сожалением. – Посмотри, к чему приводят недоговоренности между близкими людьми, – произнесла мама. – Может, ты и о Рэме знаешь не все? И он ведь тоже не знает, что ты жива. Перед глазами всплыли воспоминания о его словах у Барьера. Его отчаяние и боль. Так может плакать только влюбленный мужчина. Кристина крепко зажмурилась. Но ведь… – Ты его любишь? – тихо спросила мама. Сил соврать не было, и Кристина промолчала. Кого она обманывает? Любит. Переживает. И безумно скучает. – Сходи к нему. Дай ему и себе шанс объясниться. Потом уже решайте: быть вам вместе или поставить точку. В отношениях должна быть ясность. – Хорошо, – произнесла Кристина и потянулась к кристаллам. – Мы с Сонечкой будем тебя ждать. – Я вернусь, – прошептала Кристина и разломила кристалл. Комнату озарил свет портала. Мама с интересом и легким страхом смотрела на него. Кристина медленно поднялась и двинулась к нему. Перед тем как войти, обернулась и бросила сомневающийся взгляд на маму. – Иди, – с улыбкой махнула та рукой. Кристина, затаив дыхание, вошла в портал. Знакомый запах ударил в нос. Она с наслаждением втянула его. Библиотека. В ней царил полумрак, но глаза быстро к нему привыкли. Кристина различила фигуру мужчины, сидевшего в кресле. В его руках застыл бокал. Рэм. Она узнала бы его из тысячи. Это точно он. На свет портала он не повернул головы. По библиотеке разнесся его усталый голос: – Зачем приперся, Морт? От волнения у Кристины перехватило дыхание. Она не могла шевельнуться. Голос Рэма вызвал в груди щемящую тоску. Она еще никогда не слышала в нем столько безразличия и усталости. Она хотела бы подбежать к Рэму, но ноги не слушались. Пусть он обернется. Пусть сам увидит ее. Пусть подойдет, крепко обнимет и зароется в ее волосы. Пусть прошепчет на ухо, что ждал и надеялся. Но Рэм не двигался, лишь его рука с бокалом двинулась ко рту. – Не пей больше, – тихо сказала Кристина. – Не нужно. Рэм вздрогнул и медленно опустил бокал на столик. Его напряженная фигура застыла. Почему он не двигается? – Обернись, Рэм, – прошептала Кристина. – Обернись. Разворот любимого профиля – и сердце застыло. Он видит ее! Скрипнуло кресло, и высокая фигура мужчины начала медленно приближаться. Кристина нервно сглотнула, вглядываясь в любимое лицо. Как же он похудел! Ну зачем он себя так мучил?! Рэм застыл в шаге и наклонился, всматриваясь ей в лицо. Кристине хотелось поднять руку и погладить его по щеке, дотронуться до носа, провести кончиками пальцев по губам. Рэм ее опередил. Теплая ладонь невесомо коснулась ее волос, прошлась по щеке, застыла на подбородке. – Это ты? Живая?! – спросил он хриплым голосом. В нем сквозило недоверие и отчаяние, болью пронзившее грудь Кристины. Он сомневается. Он так долго считал ее умершей. – Это я. Живая, – с ласковой улыбкой ответила она и коснулась рукой его щеки. Рэм прикрыл глаза и отчаянно прижался к ладони Кристины. Секунды, тянущие из сердца струны удушающего ожидания, рывок – и Кристина задохнулась в крепких объятьях. – Это правда ты, – шептал Рэм, уткнувшись в ее шею и жадно втягивая ее аромат. – Ты вернулась! Вернулась…Я так скучал… – Я тоже скучала, – сквозь слезы прошептала Кристина, прижимаясь лицом к родной груди. – Так скучала… Время замерло. Тишину библиотеки нарушало лишь тяжелое дыхание и тихие всхлипы. Рэм подхватил Кристину на руки и быстро сел на диван. Кристина оказалась на его коленях. Руки Рэм так и не расцепил. Он баюкал ее, как маленького ребенка, и шептал: – Не отпущу! Больше никогда… Кристина замерла в уютных объятиях. Но радость первой встречи начала испаряться по капле, открывая проблемы и недопонимания между ними. Им нужно поговорить. – Рэм, – тихо произнесла она, начиная отстраняться, – давай… – Еще минуту, – прошептал он, сильнее сцепляя объятия. – Дай мне только одну минуту. Прошу. Голос Рэма, наполненный мольбой, вызвал у Кристины поток тихих слез. Безумная жадность тянула к этому мужчине свои длинные лапы. Ей тоже нужна эта минута. Лучше час, день… Ей бы хотелось забрать все его время. Чтобы Рэм принадлежал только ей. Минута прошла. Рэм расцепил объятья и медленно отстранил Кристину от себя. Ну почему именно сейчас он решил стать таким честным?! Хотелось остаться с ним подольше. Но Кристина щелкнула свою жадность по носу и села рядом с Рэмом на диван. Неловкое молчание тянулось, как резина. Нужно начать первой. – Рэм, я пришла к тебе лишь для того, чтобы ты меня увидел и прекратил вести себя неразумно. Я жива и со мной все в порядке в моем мире, – сказала Кристина, стараясь придать своему голосу побольше твердости. – Я понял, – понурив голову, ответил Рэм. – Спасибо. Для меня это важно. Он замолчал, слегка отвернувшись. И снова тяжелая тишина. Кристина нервно поерзала на диване. Почему он молчит? Разве ему нечего сказать? – Наверное, я пойду. – неуверенно промолвила Кристина. Как же неловко! Она хотела поговорить с ним, все выяснить. Но вот он сидит рядом, а у нее нет смелости задать волнующие ее вопросы. Трусиха! Может, оно и к лучшему. Их поведение в момент неожиданной встречи – лишь вспыхнувшие эмоции, которые не выдержат натиска реальности. Кристина медленно поднялась и хотела сделать шаг, когда запястье перехватила крепкая ладонь Рэма. В тишине библиотеки раздался его глухой голос, наполненный мольбой: – Не уходи. Останься. Она посмотрела на Рэма сверху вниз. Он так и не поднял головы. Протяни она руку – и коснется его растрепанных волос. Погладит и скажет, что все хорошо. Но Кристина не двигалась. В голове засели жужжащие мысли: он врал, обманывал… предал. – Прости, – донесся до нее глухой голос Рэма. – Я идиот. Мужчина наконец поднял голову. В его глазах светилась решимость. – Я знаю, что вряд ли исправлю ситуацию своими словами, но я хочу, чтобы ты знала. Я не хотел обманывать тебя. Тогда в Фордоке я не знал, что Ривли наложил на тебя проклятье самоубийц. Я думал, ты сама это сделала. Рэм ненадолго замолчал, а Кристина сцепила зубы. Ну, Ривли! Ну, сукин сын! Если она встретит его еще раз, то разбитым носом ему не отделаться! – Думал, что тебе настолько тяжело в Ливосе, что ты не сможешь вынести и снова предпримешь попытку с ножом, – продолжил тихо говорить Рэм. – На самом деле я боялся. Сам не понимал этого, но до жути боялся, что ты опять захочешь умереть. Хотел вытащить тебя из того ужасного состояния. Поэтому я врал, что ты вернешься. День за днем. Видел, как ты расцветаешь, смеешься, радуешься жизни… Рэм снова опустил голову. Его рука безвольно скользнула вниз, отпуская запястье Кристины. Тяжелый выдох – и он продолжил: – Я эгоист и трус, – произнес он, покачав головой. – Каждый день хотел тебе рассказать, что возвращение невозможно, но вместо этого наслаждался общением с тобой. С удовольствием наблюдал за тобой, смеялся и желал тебя. И в конце концов я… – недолгая тишина. – Я влюбился. Так, что был готов пойти на любой обман, лишь бы ты была рядом. Сверкающая счастьем и веселая. Чтобы ты смотрела на меня, как на мужчину, а не на того, кто повинен в твоих страданиях. Кристина задрала голову вверх, пытаясь загнать выступившие слезы обратно. Его слова разрывали на части разум и сердце. Она помнила те счастливые дни, когда они были вместе. – Я не знал, что мне делать, – отвернувшись, сказал Рэм. – Я не знал, как тебя вернуть домой. Я не мог разрушить Барьер. Это бессилие сводило с ума, а когда понял, что проклятый цветок с тобой делает…. Дыхание Рэма сбилось, кулаки нервно сжимались и разжимались. – Как безумный, я искал лекарство. Перерыл весь Ливос. Думал, что успею. Не хотел, чтобы ты волновалась. И я нашел. Я был уверен, что оно сработает. Думал, успею спасти тебя и со временем найду способ вернуть тебя домой. Но я не успел…Если бы я только действовал быстрее, тебе бы не пришлось пережить ту боль у Барьера. Рэм обхватил голову руками, его нога нервно задергалась. – Я такой придурок. Привык все решать сам. Недооценил тебя. Считал, ты не справишься с нахлынувшими проблемами. И как я только мог такое подумать? Идиот. Ты самая смелая женщина, которую я когда-либо встречал. Мне не стоило скрывать от тебя правду. Горькое сожаление окутало тело мужчины, и Кристина опустила голову. Он и вправду идиот. Любимый идиот… Рэм поднялся с дивана и нежным движением приподнял за подбородок голову Кристины. – Я хочу, чтобы ты осталась со мной, – тихо сказал он, заглядывая ей в глаза. – Очень хочу… Но думаю, я не имею права просить тебя об этом. Я пойму, если ты уйдешь. Я приму это. Ты и так подарила мне самый ценный подарок. Свою жизнь. Спасибо, что выжила. Рэм отступил, освобождая Кристине дорогу. Ей стоит сделать лишь два шага, открыть портал и отпустить все, что произошло с ней в Ливосе. Разве не этого она хотела? Но как? Как оставить Рэма позади? Как вырвать его из своего сердца? Да, он совершил ошибку, но совсем не так, как она думала. Он не насмехался над ней, не желал смерти. Он любил… По-своему. Упрямо и молчаливо. Какой же он балбес. Кристина поджала губы, стараясь скрыть невольную улыбку. – Но если вдруг… Вдруг… – неуверенно сказал Рэм с тихой надеждой, – Если ты останешься со мной, я обещаю больше никогда от тебя ничего не скрывать. Я не совершу эту ошибку снова. Никогда. Кристина ласково посмотрела на Рэма. Она точно не сможет оставить этого мужчину. Она впустила его в свое сердце слишком глубоко, и сама держала его там. Обманывала себя, что пытается изгнать его, а на самом деле лишь глубже прятала, чтобы однажды сказать ему: «Я люблю тебя». – Рэм, – тихо прошептала она. – Если я сейчас открою портал, ты сможешь найти дорогу из моего мира обратно в Ливос? – Конечно, – встрепенулся Рэм. На его губах появилась неуверенная улыбка. – Я бы хотела познакомить тебя со своей семьей, – уже не в силах скрывать улыбку нежно произнесла Кристина. – Ты должен понимать, что если я останусь с тобой, то я буду не одна. Лицо Рэма озарила надежда. Его глаза в полумраке комнаты вспыхнули голубым светом и быстро погасли. Рэм распрямил плечи, вскинул голову и твердо произнес: – Я буду любить их как свою семью. Они дороги тебе, а значит, и мне. Означает ли это…? – неуверенно спросил он. – Да, – счастливо улыбаясь, ответила она. – Это значит, что я люблю тебя и не хочу отпускать. Рэм за долю секунды преодолел расстояние между ними и утопил Кристину в крепких объятиях. Теперь они будут делить одну жизнь на двоих. Счастливую и долгую.