7. Вита

Я не сразу понимаю, что ко мне приставили кого-то.

Ну я же не героиня боевика, не секретный агент, чтобы опасаться такого и оглядываться постоянно? Вот и не оглядывалась.

Но инстинкт самосохранения у меня есть. И со зрительной памятью все в порядке.

Сначала я замечаю слишком дорогую для нашего района машину на углу дома — потому и замечаю, что таких здесь не видела раньше. Потом, ее же, возле студии. И понимаю, что это не случайность. Что кто-то ждал, когда я выйду и поехал следом за моим такси. Проследил.

Кто-то, угу…

В студию пришлось вернуться на новую запись, потому что прошлую придурок-хозяин то ли испортил, то ли потерял. Прям как в анекдоте про русского и титановые шарики. Ну как можно в наше время цифровых технологий испортить или потерять запись, а? А потом еще и Славику позвонить пришлось, чтобы забрал. Пойти против принципа “не надеяться ни на кого”. Машина уж очень напрягла. И не связать ее с тем ужасным… ужасно-непробиваемым мужиком я не могла. Растерялась. Получается, он действительно не слышит слова "нет". И происходящее как-то серьезней, чем я думала.

Получается, всегда так теперь будет? Будет искать мои слабые места, продавливать? Пока не соглашусь? Так можно разве?

А если в полицию пойти?

Но эту мысль сразу отвергаю. Наслышана я про наших участковых и следаков. "Нет тела — нет дела". Даже если мне поверят, ничего предпринимать не будут. Ничего же не происходит как бы… Кроме того, что я злюсь. И побаиваюсь немного. Чувствую свою слабость перед этим… с охраной, деньгами, возможностями.

Зато Славка моим звонком доволен. Примчался. Выслушал историю про запись и выдал насмешливо-ревнивое:

— Это он хотел тебя еще раз увидеть!

— Хозяину студии под пятьдесят, у него козлиная бородка, пузо и залысины, — передергиваюсь.

— Зато представь, как он рассказывает всяким наивным дурочкам, что у него своя студия звукозаписи, — играет бровями парень. И тут же меняет тему, — Кстати, у меня нет залысин, а очень даже густая шевелюра. И пресс.

Смеюсь.

Он может меня рассмешить и отвлечь. И у него действительно классная фигура и прическа. И перспективы. Подруги бы сказали мне, что я дура, раз не вцепилась в него когтями и зубами. Тем более, что парень этого сам хочет. Но у меня нет подруг. А я сама себе такого не посоветую.

Не хочу ни за кого цепляться.

Славику о своих опасениях и преследующем меня Баринове не рассказываю. А сама постоянно думаю. Вот с чего он решил, что я обязана ему помогать? Точнее, его сыну?

Денег у него куча, это сразу понятно, найдет уж с такими деньжищами кого-нибудь подходящего. А я на такое не подписывалась. Согласия не давала. Или тот факт, что мои данные к нему попали, делает его хозяином моего тела? И теперь он решает, как мне им пользоваться? И то, что он уверен в своем праве — потому что он ради благой цели творит всякие незаконные штуки, например, следит за мной — бесит меня неимоверно.

Я когда от Славика на следующий день ухожу, решаю во что бы то ни стало “потеряться”. Просто чтобы показать этим придуркам, что я знаю об их существовании. Ну и побесить их хозяина. Раз он меня — то и я его. Может и глупо, но мне важно хоть какую-то ответочку выдать. Так-то я понимаю, что все равно меня найдут. Кроме как в свою квартиру или к тому же Славику — а его вмешивать вообще не хочется — мне некуда идти.

Но мне очень нужно ощущение, что я сама решаю — куда идти и что делать.

Я выбираю довольно большой торговый центр, чтобы затеряться. И это удается до обидного легко: они просто не особенно рассчитывали, что я буду прятаться или замечу слежку. Захожу в магазин с одного входа, скрылась среди кучи вешалок с вещами и выхожу с другого, а потом пробираюсь боковым коридором, через туалеты на улицу. И сразу в метро.

Еду на эскалаторе и смеюсь. На меня косятся, конечно, ну и что? Сейчас столько городских сумасшедших.

В ушах громыхает тяжелый рок. Я пристраиваюсь в углу вагона кольцевой ветки и глаза закрываю. Раньше я так часто делала — слишком боялась, что если буду торчать “снаружи”, где у меня ничего и никого, то просто спрыгну откуда-нибудь. А суета московского метро — она отлично заземляет. Во всех смыслах.

Закрываю глаза и стараюсь не думать ни о чем.

В музыку погружаюсь.

Вот покатаюсь и решу, что делать дальше.