Глава 7

Знакомство с Демьяновским моментально приносит результат.

– У них там нянька заболела. Можем внедрить, – смеется Роман при личной встрече. И смотрит на меня с сожалением. – Только зачем тебе Аня, Богдан Васильевич? Она дама противная. Не люблю ее. А Артура подавно. Но мне-то деваться некуда, – пожимает плечами. И словно не договаривает.

Беги, дурень, пока не поздно!

Зачем мне Аня? Хороший вопрос. А если я не могу без нее. Даже среди ночи просыпаюсь от накатившей тоски. А еще мой сын…Вырастет с Артуром. И тоже попадет в криминал?

– Говорят, у нее проблемы с памятью, – осторожно перевожу разговор в нужное мне русло.

– Не замечал, – мотает головой Дема. Крепкий веселый красавец. Даже на лице отпечатано абсолютное счастье.

Мне бы так!

– Авария была жуткая. Но Аня отделалась по мелочи. И сразу узнала и сестру, и мужа. Я ничего не знаю про амнезию. Жена точно не говорила.

«Странно, – думаю, возвращаясь в офис. – Очень странно. Тогда получается, Анечка легко бортанула мою сестру, сказавшись на потерю памяти. Дескать, свали в туман. Хороший метод! А я и поверил».

Нужно все выяснить самому. Демьяновский помог, и знакомые ребятишки в погонах подсуетились. Подогнали нужную инфу. Теперь я знаю об Ане все. Или практически все. Она живет с мужем. Спят в разных комнатах. Но очень хорошо общаются друг с другом. Отношения нежные, доверительные, как и положено между супругами.

От этих сведений кровь стынет в жилах. А от злости и ревности хочется кому-нибудь вдарить. Но это не метод. Точно.

– Богдан Васильевич. – В кабинет заглядывает довольная ряха Жорика. – В Январском переулке квартира сдается. В нужном нам доме, – добавляет он, не скрывая гордости.

– В ее подъезде? – оторвавшись от размышлений, поднимаю голову. И даже не смею надеяться на такую удачу.

– Да, – рапортует помощник. – Квартира прямо над Аркелиди. Берем?

– Конечно, – рявкаю, не думая.

– Только там цена…

– Плевать. Оформляй аренду.

Мне нужно встретиться с Аней. Поговорить. Посмотреть в глаза и все понять для себя. Бортанула она меня или обиделась? Или воспользовалась донорской спермой?

От этой мысли корежит особенно сильно.

Но нет! Аня не могла так со мной поступить. Просто не могла и все. И она же сказала о беременности. А иначе улизнула бы втихаря. И я так ничего бы и не узнал.

– Шеф, – звоню Градову. – Я все-таки возьму отпуск на месяц. Хочу лично во всем разобраться.

– Не пущу, – ворчит тот. – Дел полно, Дан…

– Так все уже порешали, – замечаю удивленно. Понимаю, что Ростиславу спокойнее, когда я на месте. – И Гриша с тобой.

– А вдруг возникнут еще вопросы?

– Буду на связи, – иду на уступки. Мне бы сейчас смотаться в Москву на любых условиях.

– Хорошо. Оформим тебе удаленный доступ, – недовольно кряхтит Градов и добавляет серьезно: – Няньку нашел? Нужна женщина со стальным характером.

– Сестру думаю туда заслать или маму. Пока не решил. У обеих высшее педагогическое.

– Отправляй ту, у которой крепче нервы, – дает совет шеф и снова переходит к делам.

Лизка или маман?

Тут гадать не приходится. Сестра горячая, нетерпеливая. Может ляпнуть что-нибудь невпопад. А мама выдаст себя действием. Не утерпит, захочет обнять внука. А невербальный язык тела никто не отменял. Артур как опытный юрист быстро считает.

Идеально б подошла Надя Щербинина, моя одноклассница, но она вышла замуж за полковника. Хоть и живет в Москве, но вне зоны доступа. Поэтому придется выкручиваться самому. И на свой страх и риск поставить на Лизу.

Я буду рядом. Присмотрю.

Но сколько ни пытаюсь продумать многоходовочку, ничего не получается. Хоть тресни! Остается только вызвать сестру из Шанска. Погрузиться вместе с Арчи в старый Крузак и отправиться покорять Москву.

А там дело техники. Прослушки. Камеры. Но основную ставку я делаю на личную встречу…

Скоро свидимся, девочка моя красивая!

От одной только мысли сердце совершает кульбит. Бьется как сумасшедшее.

Вцепившись в руль, заставляю себя успокоиться. Нужно продумать план, а не мечтать о встрече. Она по-любому состоится, хочет того Аня или нет. И первое, что сделает Лизка в роли няньки – возьмет материал для теста. Если ребенок мой, я ни перед чем не остановлюсь.

Придавливаю педаль газа, стараясь сосредоточиться на дороге. Но куда там! Мыслями я сейчас далеко. В баньке в пустующем доме Морозова. Воспоминания как бальзам греют душу. Залепляя густой сладкой истомой горькие думки.

Будто наяву вижу Анино раскрасневшееся личико, колечки волос, прилипшие к шее.

– Сделать тебе массаж? – шепчет Аня, поднимаясь ко мне на верхнюю полку.

– Не откажусь, – улыбаюсь, разомлев от жары.

– Тогда спускайся ниже и переворачивайся на спину, – велит она. И как только я плюхаюсь на нижнюю полку, шлепает меня по заднице.

– Клиент готов! – заявляет решительно. И усевшись сверху, трется грудью о мою спину. А там пятерочка такая нехилая. Трется, зараза, кунькой об мои ягодицы. Член упирается в гладко струганные доски, в глазах темнеет от желания. А маленькая стервочка не сдается.

– Анечка, – прошу хрипло. – Погоди, детка!

И изловчившись, переворачиваюсь на спину. Успеваю подхватить нахалку, чтобы не упала. И усадив себе на бедра, прошу:

– Давай, поскачи, ковбойская душа!

К звездам мы улетаем одновременно. А потом так же вместе падаем вниз, когда из предбанника доносится «А белый лебедь на пруду».

– Ой, это папа, – охает Аня как маленькая. – Нужно взять трубку.

Мне бы отпустить, но в тот момент меня переклинивает неслабо. Будет еще какой-то упырь командовать моей девочкой. Да ну на фиг!

– Не пущу, потом поговоришь, – рычу хрипло. И ни за что не желаю отпускать любимую. Такая она нежная и ласковая сегодня.

– Я не могу, Данечка, – вырывается Аня. А дурацкий лебедь все продолжает голосить из предбанника.

– Почему такая срочность? – стискиваю ее покрепче.

И откуда такая преданность, блин!

– Пусти! – настаивает Анечка строго. – Я должна ответить!

В ее голосе столько горечи и отчаяния, что я ослабеваю хватку. И как только Аня вылетает из парной, тяжело поднимаюсь с полки и бреду следом. Застыв в проеме, любуюсь маленькой фигуристой стервочкой, голышом разгуливающей по комнате отдыха.

– Да, папа. Да. Я поняла. Все сделаю… Минут через пятнадцать, как только доберусь до компа…Да, отзвонюсь.

– Интересно, к чему такая срочность? – ухмыляюсь я невесело, когда Аня заканчивает и без того короткий разговор.

– Тебя не касается, – бросает на ходу и добавляет резко: – Мне надо уехать.

– Куда? Зачем? Почему именно сейчас? – бомбардирую ее вопросами.

– Дан, – смотрит на меня в упор. Дескать, я должен сам догадаться. Но я тупой от рождения. Контуженный, блин!

– Аня, – вломившись следом под душ, прижимаю к стенке. Прокладываю по нежной шейке дорожку из поцелуев. – Останься. Прошу.

– Не могу, – категорично заявляет она, ускользая из объятий. Тщательно моется, будто я ей туда занес споры сибирской язвы. Потом одевается наспех.

– Все, пока! – роняет, выскальзывая за дверь.

– Нет, так не пойдет! – рычу разозлившись. И с трудом натянув штаны на голое мокрое тело, устремляюсь в погоню. Только в прихожей понимаю, что с голым торсом по улицам разгуливать не следует. Напяливаю красный пуховик Морозова и бегу вдогонку. Только бы успеть. Иначе потеряю.

Аню я настигаю около внедорожника. Черная агрессивная машина припаркована прямо у ворот. Делаю шаг навстречу к любимой и, сграбастав в охапку, залепляю рот поцелуем. Хозяйничаю там с натиском корсара. А затем, отпустив, выдыхаю негромко:

– Езжай аккуратно, девочка!

Убираю волосы с девичьего лба. Пропускаю в руках тонкие прядки. И улыбаюсь, натыкаясь на насупленный взгляд.

– Возвращайся. Папе помоги и бегом назад.