ГЛАВА 21

Настя

– Пусть будут у тебя, – мне в руку падает ключ, и я непонимающе смотрю на Коршунова. – Кто знает, когда Зевса еще покалечат, – улыбается.

– Мне не нужно этого, Вадим. Забери, – протягиваю ему обратно, но он демонстративно засовывает руки в карманы.

– Ему иногда нужна забота, просто он олень чёрствый. Не принимай на свой счет.

Потом просто разворачивается и идет к компании обратно. Ключ в моей руке жжет кожу, но я все же кладу его в карман куртки. Пусть валяется. Уверена, что он мне не пригодится. У Никиты есть девушка, пусть она в следующий раз супы готовит и кормит. Мне нечего делать с ним рядом. Он занятой парень, в отношениях.

Когда я вернулась домой, перед этим завезла Юльку домой, мама уже спала давным-давно. Приняла душ и свернулась калачиком на своей постели. На душе было так погано и тоскливо. Что мне делать? Как жить, не находясь рядом с ним? Зевский толком не был со мной рядом, но я чувствую его так остро, точнее его отсутствие, будто мы с ним уже много лет знакомы. Мне просто не хватает его.

Битый час ворочусь в кровати и не могу уснуть, мне страшно и каждый шорох вгоняет меня в ужас. Я хочу снова вдыхать аромат его парфюма и просто лежать рядом. Мысль приходит мгновенно. Вскакиваю с кровати. Осторожно и максимально тихо накидываю на пижаму халат и, взяв в кармане куртки ключ, выхожу из квартиры. Надеюсь, он не дома еще. Хотя не думаю, что его девушка так просто отлепилась от него. Мне просто нужно несколько минут с ним, пусть и без него.

Осторожно открываю двери. Темно. Свечу телефоном, обуви и куртки нет. Повезло. На носочках иду в его спальню. Пусто. Скидываю халат и ложусь, тут все пахнет им. Хватаю подушку и вдыхаю полной грудью. Этого мало.

Встаю и стягиваю верх пижамы, натягиваю на себя его футболку, которая лежит на комоде. Под ней на мне спортивный лиф и шорты. После этого довольная снова ложусь на кровать и, обняв его подушку, медленно успокаиваюсь. Страх уходит и, кажется, что все то, что было сегодняшним вечером, было не со мной. Сама не замечаю, как проваливаюсь в сон. Глаза открываю резко от того, что в гробовой тишине слышу, как открывается дверь. Вот же, блин.

Вскакиваю и даю пару секунд глазам привыкнуть к темноте вокруг. Что делать? Спрятаться? А если он не один, а со своей девушкой? Ну уж точно не хочу слушать их развлечения ночные. Уверена они не в карты играть будут или кино смотреть. Решаюсь просто выйти и показаться. Скажу, что услышала шум и пошла проверить. Мало ли может, повезет и он поверит. Только вот как объяснить, откуда у меня ключ? С замиранием сердца иду в коридор. Еще не вижу его, но уже остро чувствую. Что это именно Никита и, судя по силуэту, который вижу благодаря фонарям на улице, он один. Он тоже видит меня и замирает. Я тоже молчу и ничего не решаюсь сказать первой.

– Что ты тут делаешь и как вообще попала сюда? – спрашивает спокойным и каким-то уставшим голосом, а у меня мурашки по всему телу от него.

Он идет ко мне, а я стою на месте и не двигаюсь. Приросла к полу. Свет не включает и это просто отлично, иначе бы давно уже сгорела от стыда и тут я осознаю еще одну огромную проблему. Я до сих пор в его футболке. Он точно решит, что я больная сталкерша. И как тут выкрутится? Никак.

– Я просто услышала … – замолкаю, язык не поворачивается соврать.

– Правду, Лиса, – строго требует, я киваю.

– Мне было страшно, а ты и твой запах, – замолкаю, – они успокаивают меня. Я не могу объяснить этого. Просто сегодняшний вечер, я очень боялась, что они что-то сделают с нами. А потом я боялась еще больше, что пострадаешь ты. Из-за меня.

– Ключи откуда? – молчу и не знаю, как поступить?

Никита смотрит на меня, а потом идет на кухню и наливает себе воды. В квартире все также темно и свет только с улицы. Почему он не включает его? Не хочет видеть меня или не хочет, чтобы я видела его?

– Ты что в моей футболке? – с издевкой в голосе спрашивает, подходит ко мне вплотную.

– Прости, – виновато опускаю голову.

– Иди домой, Насть, – как-то обреченно просит меня, а сам такое чувство, что с собой сражается сейчас.

– Почему? – также тихо спрашиваю.

Мне нужно знать причину, почему мы больше не можем быть друзьями?

– Ты говорил, что мы друзья, – он смотрит на меня неотрывно.

– И?

– Почему я не могу остаться и просто полежать с тобой рядом, как в прошлый раз?

– Ты убежала тогда с истерикой, – напоминает он.

– Я помню, но сейчас я тут, и ты мне важен и нужен, – молчу и поднимаю взгляд на него. – Как друг конечно.

– Со мной в постель только по приглашению и мы там точно не будем лежать, – говорит серьезно. – Я буду тебя целовать и любить до самого утра.

Я затаиваю дыхание и даже моргать не решаюсь. Не понимаю своих ощущений и того, хочу я этого или нет.

– А потом, когда настанет утро, ты уйдешь, а мы оба забудем об этом навсегда.

Что мне делать? Я хочу всего этого с ним, но он не свободен. И что я буду делать со своей совестью потом? Я себя съем же потом. Никита стягивает с себя водолазку и остается в одних джинсах. Я вижу его мощное тело и кубики пресса. Так хочу прикоснуться к нему.

– Все, бери свои шмотки и иди домой Лиса. Маленькая ты еще для всего этого. Да и не сможешь просто забыть, – он обходит меня, и я понимаю, что я хочу и могу.

Догоняю его и обнимаю со спины, Зевский замирает, я слышу, как рычит.

– Я останусь, – шепчу и веду губами по его спине, – не хочу уходить.

Никита резко оборачивается и смотрит на меня голодным зверем.

– Уверена, Лисичка? Я не отпущу до утра, – предупреждает.

А я уверена так, как никогда в жизни. Я не хочу уходить от него. Ни сегодня, ни сейчас и никогда. Но времени у нас только до утра и тратить его впустую я не хочу.