Сутки в чистилище

Ждать известий о жизни и здоровье близкого человека невыносимо. Особенно тяжело, когда ничего сделать сам не можешь и зависишь полностью от решений других людей. Именно в такой ситуации я и находилась. Да ещё и родители Андрея нагрянули.

Мария Сергеевна бесконечно суетилась. Решила пожарить картошку и теперь спрашивала. Где овощечистка? На каком масле я жарю? Есть ли адыгейская соль? Откуда взять лопатку, какая сковорода самая большая? И так по кругу.

При этом она приговаривала, что всё сделает сама и мне не надо беспокоиться. Только вот дам ей то, что она просит, и буду свободна. Надо ли говорить, что я забегалась вокруг так, что мечтала спрятаться в своей комнате. Мария Сергеевна этого не замечала.

Она задавала миллион вопросов. А потом просила помыть чашку, слить воду, подать полотенце. Расспрашивала где мы купили тарелки, и зачем приклеили светодиодную ленту над столешницей. Она меня просто измотала.

Когда ноги начали подкашиваться, а в животе начало неприятно тянуть, на помощь пришёл Николай Павлович. Он усадил меня на диван, укутал пледом. А на очередную просьбу найти прихватку, сказал, что у него самая талантливая хозяйка на свете. И она сама всё найдёт. И я улыбнулась ему с благодарностью.

Мария Сергеевна болтала без остановки. Так она переживала стресс. Потом кормила нас картошкой. Николай Павлович нахваливал мою морковь-чу. И по мере опустошения тарелок начал намекать, что мне пора отдыхать. Сказал, что сам наведёт порядок и подтолкнул меня к спальне.

Но не успела я лечь на диван, как пришла Мария Сергеевна. Попросила остаться на ночь. Ей со мной спокойнее. А стеснять они не будут, лягут в гостиной.

Разумеется, я не отказала. Кто я такая, чтобы не дать ей переночевать в квартире сына? Даже если она напрягает своей болтливостью почти до зубовного скрежета. Это надо просто перетерпеть. Да и с ними как-то спокойнее ждать вестей.

Выдала свекрови бельё, пожелала спокойной ночи. И, повинуясь какому-то внезапному порыву, позвонила Колчину.

– Андрей Сергеевич?

– Да, Лиза. Как у вас дела?

– Поужинали, укладываемся спать.

– Маша сильно тарахтит?

– Терпимо. Николай Павлович старается её не подпускать ко мне. Держит на расстоянии.

– Молодец. Верю, что он справится. Маша нашла отличного мужа.

– Вы оптимист. Андрей Сергеевич, у вас нет для меня новостей? Говорите честно, я уже выпила успокоительные.

Свёкор помолчал. Видимо взвешивал возможные последствия. Но всё равно ответил честно.

– Новости есть, но они косвенные. После того, как вертолёт с Андреем исчез с радаров, пропала ещё одна машина. Из транспортной компании самовольно вылетел пилот Алексей Агеев. Теперь его месторасположение так же неизвестно.

– А как это связано?

– Думаю, что напрямую. Это наш основной пилот. Он стоял в плане вылетов. Андрей должен был ехать с ним. Они успели о чём-то поговорить перед последним рейсом Агеева с платформы. А когда машина сына исчезла с радаров, этот пилот самовольно вылетел с базы и тоже пропал.

– Думаете, что полетел его искать?

– Надеюсь на это. Алексей Агеев опытный пилот. Если кто-то и может в такую погоду вырулить, то это он.

– Я замолчала. Даже если пилот вылетел на помощь Андрею, то и он пропал. Что в этом хорошего? Странные какие-то новости. Но эти мысли я озвучить не успела. Свёкор воспринял моё молчание по-своему.

– Лиза, ты не нервничай, тебе надо себя беречь и о малыше думать. Что бы ни случилось, ты одна не останешься.

– А с кем я останусь?

– Если Андрей не вернётся, я сам приеду.

– Вы сами прилетите, Андрей Сергеевич? Зачем?

– Ты, наверное, не услышала. Мы с Андреем говорили о тебе. В случае непредвиденных обстоятельств о тебе буду заботиться я.

– Вы будете заботиться обо мне? – Я не верила своим ушам. Мы виделись три раза, второй раз разговариваем по телефону, и уже такие громкие заявления.

– Конечно я о тебе буду заботиться. Я пообещал сыну, что налажу твой быт. Чтобы ты могла спокойно жить и растить малыша. Запомни, ты не останешься на улице. Я об этом позабочусь.

– Андрей Сергеевич, я не поняла. Вы что же, будете обеспечивать меня жильём?

– И не только. Я сделаю так, что ты и твой ребёнок, не будете ни в чём нуждаться. Будь уверена, что ты не останешься одна. У тебя всё будет хорошо. Я помогу. Приеду и помогу. Поняла?

– Поняла, что поможете. Тогда буду вас ждать. С нетерпением.

С крохотной надеждой сбросила вызов и подняла голову. В дверном проёме стояла свекровь. Если бы взглядом можно было убивать, то я бы не умерла лёгкой смертью. В её глазах кипели ненависть вперемешку с презрением. Она быстро подошла к тумбочке и положила на неё наволочку.

– Не подошла по размеру. Да это и не важно. Мы уезжаем домой. Спасибо за гостеприимство.

– У вас что-то случилось?

– Думала, что случилось с сыном, а это у вас с Андреем Сергеевичем случилось. Ну, тебе жить, Лиза.

Она резко развернулась и выскочила из комнаты. Я ничего не поняла из её слов. Так же, как и позже, слушая разговор в соседней комнате. Сначала он был относительно спокойным, а потом на повышенных тонах.

Свекровь почти кричала, что это какой-то кошмар и нельзя так опускаться. Что она от меня не ожидала и не хочет ночевать со мной в одной квартире. Николай Павлович имел своё мнение.

– Маша, успокойся. Ночевать будем здесь.

– Я не собираюсь…

– Вот и не собирайся, а сразу ложись спать. Завтра будем разбираться. А сейчас – Андрей пропал. Мы одна семья. Будем друг другу поддержкой. Спокойной ночи.

Свекровь что-то буркнула в ответ, и они выключили свет. Не знаю, какая муха её укусила, но выяснять отношения я не собираюсь. И так ужасно страшно за Андрея.