Глава 15

Константин высаживает меня у дома и уезжает за Надюшкой. С завтрашнего дня это надо прекратить. Я сама в состоянии заниматься своим ребенком. Больше не намерена сидеть в четырех стенах.

Но вначале надо успокоиться. Слишком сильно меня колотит. Поцелуй, его собственнические замашки. Он собирается полностью управлять моей жизнью. Бесит ситуация, в которой я оказалась заложницей обстоятельств.

Я не могу убежать. У меня нет средств и доченьке нужно лечение. Не стоит забывать и про Дорофеева. Этот человек будет беспощадно бить по больному, даже глазом не моргнув, заберет у меня самое дорогое.

Но и Константин становится опасен. И моя странная реакция на него. Губы припухли, пекут и покалывают. А от воспоминаний о произошедшем в машине, меня бросает то в жар, то в холод. Иду в ванную комнату. Вода должна привести в чувство. Надо скорее смыть в себя все следы прикосновения этого мужчины.

Наверное, около часа провожу в ванной. Вода действительно успокаивает. По крайней мере, меня уже не колотит. Глажу свой живот, думаю о ребеночке. Как же я жду момента, когда он появится на свет. Как же тебя защитить, кроха? Как обезопасить нашу жизнь и вырваться из ловушки?

Когда выхожу из ванной комнаты, взгляд автоматически скользит по экрану ноутбука. А там Надюшка с медсестрой. Уже приехали! Бегу в комнату к дочери.

- Мамочка! Я соскучилась, - ее личико озаряется улыбкой.

Бережно обнимаю свое сокровище.

- Цветочкек мой! Мама с завтрашнего дня будет ездить с тобой!

- Тебе уже лучше?

- Ты со мной, и все прекрасно! – прогоняю подступившие слезы.

- С нами еще папа! Он говорит, что гордится мной! – прячу лицо у нее в волосах.

Константин пробрался в маленькое и такое огромное сердечко ребенка. Он пустил корни в наши жизни. И это нельзя отрицать и игнорировать не получится.

- Голодная? – перевожу тему. Не готова я еще обсуждать с дочерью, какой у нее замечательный новый папа.

- Нет, хотя… - смешно морщит лобик и закатывает глазки, - Но твои блинчики… вкуснотища…

- Намек понят! – улыбаюсь. – Сейчас быстренько все сделаю.

Мои блины дочь любит больше всего, готова есть их круглые сутки.

Спускаюсь на кухню. Сообщаю повару, что сама буду готовить. Оно и к лучшему готовка помогает занять руки. А они у меня до сих пор немного дрожат.

Еще и снова злит факт, что по дороге я высматриваю Константина. Пытаюсь понять дома он или нет.

Как выкинуть его из своей головы?

- Ой, какие запахи! – раздается голос домработницы за спиной.

- Дочери блинчики готовлю, - вздыхаю. Вот ее мне только не хватало!

Не могу объяснить почему, но не нравится мне эта женщина.

- Угостите?

- Конечно, - выдавливаю из себя улыбку.

Она проворно берет тарелку и кладет несколько штук.

- У вас талант, Любовь Павловна! – мурлычет. – Жаль, Константин Владимирович не попробует. Вряд ли он сегодня ночью вернется домой, - вздыхает.

- Почему?

Вот кто меня за язык дергал?

- Я слышала, как он договаривался с дамой о совместном вечере. Полагаю, он перетечет в ночь, - сообщает, запихивая в рот очередной блинчик.

Молчу. Мне нечего на это ответить. Едва не роняю сковороду.

- Любовь Павловна, вы не переживайте, утром он обязательно вернется. Хозяин очень ответственный человек и заботится о вас. А слабости… так они у всех мужчин имеются, - лопочет слащавым голоском.

- Мне без разницы, - пресекаю дальнейший разговор.

Как бы я хотела, чтобы мои слова были правдой. Но остаток дня я провожу в ожидании… Все надеюсь, что домработница сказала чушь. И Константин вот-вот появится. Презираю себя за дежурство у окна. Особенно тоскливо становится, когда доченька засыпает. Впору завыть…

Во что я с ним превращаюсь?!

Несколько раз едва не срываюсь. Останавливаю себя в последний момент, чтобы не набрать его.

Что это изменит? Он проводит время, как хочет! Не отказывает себе в удовольствиях. А мой удел – четыре стены! Всю ночь моя тоска ведет борьбу с яростью.

Он так и не появился…

Несложно догадаться, чем занимается…

Это после нашего поцелуя! А ему что? Он, наверное, и не заметил. Его девки дают ему гораздо больше. А я… как придаток к детям. Посадил на цепь и живет в свое удовольствие. Слезы как кислота разъедают внутренности.

И ведь предъявить ничего не могу. Он мне не муж. Не любовник. Он ничего не обещал. Да и я понимаю, что близкие отношения между нами невозможны. Все логично. Но почему тогда так больно?

Константин заявляется утром. С черными кругами под глазами. Но в чистой одежде. К своему стыду, я все же засекла его приезд из окна. Как раз одевалась, чтобы вести дочь на процедуры. Это уже становится гадкой привычкой – высматривать его.

- Дочь я повезу сама! – вхожу на кухню с этим заявлением.

- Тебе лучше больше отдыхать. Ночь плохо спала? – смотрит на меня, попивая кофе.

- Отлично спала! Я хочу быть рядом с Надюшкой!

После недолгих препирательств он все же уступает.

- Если что не так сразу звони. Поедете с охраной.

Тут я не спорю. Дорофеев – реальная угроза. И будет слишком большой ошибкой недооценивать его.

На улице снова снег. Уже по колено намело. И ведь скоро праздники. Интересно Константин будет отмечать с… одной из своих?

С этими мыслями сажусь в машину. Разговор с Наюшкой немного отвлекает. Умиляюсь, как дочь реагирует на снег, как восхищается заснеженными деревьями.

- Мамочка! Мы как в сказке!

- Да, цветочек!

Как я хочу, чтобы ее жизнь действительно была сказкой. Чтобы все горести навсегда остались в прошлом.

В клинике Надюшу сразу забирают на процедуры. Берхард мило со мной здоровается, но к счастью, не донимает разговорами.

Направляюсь к автомату, чтобы взять себя чаю. В горле сушит.

Одина из палат открывается, оттуда показывается рука с красными длинными ногтями, а потом и голова в маске.

- Любань, забегай, - Слава подмигивает мне.

- Ты что меня жала? – мысли о подруге напрочь вылетели из головы. Не до нее было эти дни.

- Еще как! Боялась, что он тебя дома закрыл! – берет меня за руку и тянет в палату.

Мы оказываемся в обычной палате. Слава закрывает дверь на ключ.

- Меры безопасности, - отвечает на мой немой вопрос.

- О чем ты хотела поговорить? У меня мало времени, дочь там… - теряюсь в ее присутствии. Или боюсь подсознательно, услышать нечто, что окончательно перевернет мою реальность.

- Нам и надо поторопиться. Рвануть может в любой момент, - подходит ко мне берет за плечи, смотрит взглядом полным слез.

- Ты про Константина? – спрашиваю с дрожью в голосе.

- А о ком еще! Ты присядь, дорогая. Сейчас я тебе все расскажу, - ведет меня к больничной кровати. – Мне жаль, что ты попала в ловушку, - обнимает меня, всхлипывает.

У меня желание вскочить и убежать. То состояние, когда хочется зарыть голову в песок и ничего не слышать.

- Я не думаю, что все настолько плачевно. Давай в следующий раз поговорим, - не узнаю свой осипший голос.

- Костя жаждет мести, и он уже воплощает свой план. Или ты думаешь, он тебе простит смерть матери? – держит мой взгляд, не отпускает, красные ногти впиваются в кисть моей руки.

- Мы ради детей пробуем наладить общение, - робко возражаю.

На что Слава усмехается. От этой улыбки мороз по коже.

- Он мечтал о мести все эти годы. Девочка не его. Но она ему нужна для своих целей. Через тебя он мстит Вениамину. С фондом подставил и сам же оправдал. Он хочет контролировать тебя полностью. А когда родишь, заберет детей. Он уничтожит тебя морально. Будет упиваться твоими страданиями.

- Слав… это слишком много обвинений… прости… я сомневаюсь… - сложно говорить. Бешено скачет пульс.

- У него полиция прикормлена. Связей вагон. Но о чем я, сейчас тебе покажу, - лезет к себе в сумочку достает бумаги. – Вот подтверждение, что девочка него дочь. А вот фотографии, где он на празднике в окружении полицейских чинов, тут и твой следователь и генерал. Дорогая, - всхлипывает, смотрит на меня глазами побитой собаки, - В это сложно поверить. Он слишком хорошо играет. Но Дорофеев вышел, начнется война, а ты для него идеальное орудие мести. Достать отца, отомстить тебе, Надя ему нужна для мести его бывшей. Он ее… хорошая была женщина.

- Хорошая? – смотрю на нее с недоверием. – Она ребенка бросила! Инсценировала его смерть!

- Она хотела освободиться от Константина. Больше не могла терпеть его мучения. Договорилась, что девочку перевезут в другое место. А потом и она сбежит. Тем более ребенок не его был. Но Костя он же не отпускал, измывался над ней. Изменял. А ее держал в четырех стенах. Поверь, эта женщина через ад прошла. Костя и замуж ее шантажом заставил выйти, разлучил с возлюбленным, от которого она и забеременела. Встретились тайком, неугасшая любовь вспыхнула. Так и появилась Надя. Они просто хотели счастья… А он посадил ее любимого Богдана за решетку. Сфабриковал дело…

- Богдан? – в памяти всплывает статный мужчина, после которого я нашла ту фотографию.

- Да! Знаешь его? Он был другом Кости. Но этого человека ничто не останавливает. Лучшего друга обобрал до нитки и за решетку, - снова роется в сумочке. - Вот! – всовывает мне в руки фотографии.

На них тот же Богдан, и в то же время совершенно другой человек. Осунувшийся бледный в камере, несколько снимков, как он лежит грязный на улице, потом его же фото под капельницей.

- Жутко… - протягиваю хрипло.

- Это еще далеко не все. Но поверь мне, Константин всю жизнь измывается над женщинами. А уж к тебе… прости… у него «особое» отношение.

- А его жена? Кто она?

- Я была с ней дружна… сломал он ее… уничтожил… Милейшая женщина была. Добрая, открытая, - закрывает лицо руками, сотрясается от рыданий.

- А с тобой, что он сделал?

- Лучше не спрашивай, - утыкается мне лицом в грудь. – Любочка, родная моя, я хочу тебя спасти. Просто доверься мне, и вы ни в чем с детьми не будете нуждаться.

- Что ты предлагаешь? – спрашиваю сквозь усиливающуюся боль в груди.

- Для начала не разводись с Вениамином. Да, твой муж тот еще фрукт. Но сейчас он хоть и плохенькая, но подушка безопасности. Так мы оттянем время. Не дадим Косте прибрать к рукам Надю и тебя. А дальше… - замолкает, продолжает плакать и всхлипывать.

- Что дальше, Слав?

***

Очень смутно помню, как мы вернулись домой. Я двигалась что-то делала, но скорее как работ. Разговор со Славой разбередил душу и еще сильнее взрастил зерна сомнений. Ее слова продолжают звучать у меня в голове на повторе, слишком убедительные, и оттого еще больше пугающие.

Позвонил Константин, спросил, как все прошло. Дежурный звонок. Никаких эмоций. И все же в одном я со Славой не согласна – он любит Надюшку. Сразу вспоминаю, с какой болью он рассказывал про желание иметь ребенка, про утрату новорожденной малышки. Это не ложь. Так не играют.

А в остальном… У него есть причины для мести ненависти. И я не верю, что он переступит через прошлое. Я так и не смогла отпустить события многолетней давности. А в Словах славы слишком много логических и обоснованных вещей.

Но ведь Богдан… он приходил в дом к Константину. Охрана его пропустила. Он рылся в его кабинете. Значит – он желанный гость. Разве это возможно, если из-за Константина он потерял все? Да, я мысленно пытаюсь обелить зверя. Ищу любые зацепки, чтобы усомниться в словах Славы. Не хочу верить, но и не имею права закрывать глаза на происходящее. Я не могу потерять детей. Они все, что у меня есть. Они мой смысл жизни. Потому мне предстоит действительно сложный выбор.

А тем временем прошлое оживает в моей голове. Образы становятся все четче. Я словно переношусь назад. Проживаю все снова.

Меня воспитывала мама. Отец бросил нас, еще до моего рождения. И мама сделала все, чтобы заменить мне его. Она работала без выходных, тащила на себе все. И надо сказать, у нее получалось. Мы не бедствовали, у меня было все необходимое. А главное – у меня была любовь матери. Несмотря на постоянную занятость, мама всегда находила для меня время. А вот личная жизнь у нее так и не сложилась. Несколько раз она ходила на свидания, когда я стала старше, но из этого ничего не вышло. Но мама всегда повторяла, что у нее есть я, и это уже огромный подарок судьбы.

Я росла в любви, и каким-то образом мамулечка ограждала меня от зла. Она не готовила меня к жестокости мира. Это уже сейчас анализируя, я понимаю, насколько доверчивой была. Мне казалось, что все люди очень искренние. Ведь зачем делать другому зло? Какой в этом смысл?

Я носила розовые очки, и до поры до времени, не подозревала, что мир может иметь далеко не радужные краски.

Окончила школу, поступила в институт. Учеба давалась легко. Там я и познакомилась со Славой. Мы быстро сдружились. Хоть и были очень разными. Слава была девочкой-зажигалкой, красивая, общительная, она излучала неугасающую энергию. Она была дочерью богатых родителей. Мы же с мамой жили скромно. Я была немного замкнутой, стеснительной. Но это никак не мешало нашей дружбе. Я не умела завидовать и искреннее радовалась за подругу. Да и в целом в институте у нас подобралась дружная и веселая компания. Людское зло снова обходило меня стороной.

Еще я решила устроиться на работу. Мне было восемнадцать и стыдно сидеть на шее у мамы. Мне хотелось, чтоб она позволила себе отдых. Начала хоть немного жить для себя. Днем у меня была учеба. А вот вечера и ночи свободны. И еще у меня была мечта – накопить ей на дорогую путевку на курорт. Чтобы моя мамулечка почувствовала себя королевой.

С этими позитивным настроем я устроилась работать в супермаркет на ночные смены. График был удобный. Можно было самой выбирать количество смен.

Сидя за кассой, я впервые увидела Владимира Дорофеева. Нет, ничего не дрогнуло. Ничего не подсказало, что передо мной монстр.

Но почему-то я сразу обратила на него внимание. Статный мужчина, видный, вежливый, и этот пронизывающий взгляд… Стальные глаза смотрели в душу. У них с Константином очень похожий взгляд. Но тогда я пробила чек и забыла о ночном покупателе. Вот только он меня не забыл. Он уже избрал себе новую жертву.

Монстр может быть обаятельным, когда этого хочет. Владимир ухаживал красиво, галантно, ненавязчиво. Вначале несколько раз появлялся на моей смене. Мы перекидывались ничего незначащими фразами. Мне льстило внимание симпатичного мужчины. Он очень молодо выглядел. В то время, я даже предположить не могла, что у него есть взрослый сын.

Потом он стал встречать меня с работы и подвозить к дому. Никаких приставаний, намеков, он кардинально отличался, от знакомых парней, у которых был ветер в голове. Мне нравилось беседы с ним. Все развивалось очень медленно. Он не раз подчеркивал, что холост. Сокрушался, что так и не встретил свою половинку. И очень выразительно смотрел на меня. А мои щеки тут же вспыхивали.

На свидание в ресторан он меня пригласил через два месяца наших вот таких ночных встреч в магазине и поездок домой. Ничего не выдавало в нем монстра.

В ресторане он подарил мне огромный букет невообразимо красивых цветов и золотой браслет. Я долго не хотела принимать подарок. Опыта свиданий и общения с противоположным полом у меня не было. Парней я расценивала только как друзей, никаких иных мыслей в голове не возникало. А с Владимиром я задумалась о чем-то большем. Влюбилась… как ни прискорбно это сейчас признавать.

Мама тоже заметила изменения. Безошибочно определила, что у дочери появился поклонник. Выспрашивала кто он. Я не привыкла от нее ничего скрывать, и в красках с восторженными возгласами расписала «принца» Владимира. Она высказала обеспокоенность. Все же разница в возрасте была большой. И захотела познакомиться с моим ухажером. Мама никогда мне ничего не запрещала, но старалась деликатно донести свою мысль. Мягко опустить с небес на землю. И обычно я к ней прислушивалась. Но не в тот раз… Я летала на крыльях своей первой влюбленности. Тогда казалось, что мир прекрасен, и ничего плохого просто не может случиться.

Но беда пришла, откуда мы ее не ждали. Сильно заболела мама. Ей требовалась дорогостоящая операция. Таких денег у нас не было. И я предложила продать нашу квартиру. Здоровье бесценно, и ради любимого человека можно отдать все. Мы даже разместили объявление о продаже, как вмешался Владимир. Он предложил оплатить все. Как утверждал, безвозмездно.

Он пришел в больницу к моей маме. Как всегда, был галантным и очаровательным. Договорился о ее переводе в платную клинику.

- Доченька… давай лучше продадим квартиру, - неуверенно сказала мама, после встречи с ним.

- Почему, мам? Владимир обо всем позаботится.

Я действительно верила в бескорыстную людскую помощь.

- Предчувствие у меня, девочка моя, - кладет руку себе на сердце. – Внутри у него что-то черное сидит.

- Мам, ты просто за меня переживаешь. За его возраст… - прижалась к ней, расцеловала во впалые щеки.

Она тает на глазах. И если нам предлагают помощь, то надо воспользоваться. Тем более Владимир, он явно все от чистого сердца делает.

Никогда себя не прощу за эти мысли. За решение довериться монстру. Этот крест мне нести до конца дней.

Но тогда мама была слишком слаба, чтобы вмешиваться. Операция требовалась как можно скорее. И Владимир все оплатил. Я расплывалась в словах благодарности, еще больше поверила, что встретила достойного мужчину.

Даже после оплаты счетов, он не настаивал на близости. Не торопил события. Ежедневно интересовался как моя мама. Настаивал, чтобы я уволилась с работы. Потому что его девочка не должна изводить себя ночами.

А потом я узнала две шокирующие новости. Именно тогда мои розовые очки разбились стеклами внутрь и искромсали душу.

Владимир женат. Я случайно увидела его в центре под руку с красивой, ухоженной женщиной. Владимир нес ее на руках, она звонко смеялась и была такой счастливой… Картина не вписывалась… не складывалась… Если ему так хорошо с женой, то зачем ему я?

Ясно было одно. Пора заканчивать эти отношения. И как можно скорее. Становится любовницей, рушить семью, я точно не намерена. Тем более, как выяснилось позже, его жена была в положении.

Только мои желания в расчет не принимались. А мои открытия истинной личности Владимира продолжались. Правда оказалась куда более пугающей, чем просто наличие жены.