Глава 9
Они как сговорились! Рука тянется заблокировать номер Вениамина. В последний момент все же не решаюсь. Он ведь делал хорошие вещи! Он действительно мне помогал! Мы были семьей, пусть и не в самом лучшем смысле этого слова.
Я откровенно запуталась. Закрылась в ракушку и не хочу вылезать. Я никому из них не верю. Идеально вообще жить отдельно. Отгородиться ото всех. Но так не выйдет.
Вечер мы провели вместе с Константином и Надюшкой. Смотрели сказки, играли, ужинали. Между собой мы с ним не общались. Но все же тяжесть на сердце спала. Не помню я таких уютных вечеров. Вениамин предпочитал проводить время у себя в кабинете. С Надюшкой он никогда не играл.
Утром, когда я проснулась, Константина дома не оказалось. Нам сегодня не надо в клинику, да и настроение в целом неплохое. Тревожные мысли отошли на задний план. Может, это трусливо, но я пока решила присмотреться. Лучше понять Константина, возможно даже спокойно поговорить с ним без эмоций. Выяснить его планы. А дальше будет видно.
Только слова Славы, все равно не дают покоя. Зачем Константину уничтожать женщин? Но что-то мне подсказывает, подруга еще появится на горизонте. В клинике она явно найдет способ еще раз со мной встретиться.
- Мама, мне тут так нравится! – восклицает дочь.
Вот за эту улыбку я многое готова отдать, на многое закрою глаза. Только я опасаюсь, что в любой момент зверь может обнажить когти. И это все равно заденет мою девочку.
- Любовь Павловна, сбирайтесь, - к нам подходит водитель.
- Зачем?
- Константин Владимирович ждет вас, - изрекает голосом робота.
Больше никакой информации. В этом он весь. Приказал, и мы должны по первому зову бежать.
- Ура! Мы едем! – дочь не разделяет моей злости. Ей все в радость.
Потому ничего не остается, как послушно собираться.
Вениамина вообще не интересовало, где я провожу время и что делаю. А Константин мне не муж, у нас нет никаких отношений, но требует гораздо больше. Скоро каждый шаг начнет контролировать.
Нас связывает только его сомнительное отцовство. Надо все же взглянуть на бумаги. Возможно, как он и предлагал сделать повторный тест.
А вдруг он все же хочет отобрать у меня детей? Слова Славы медленно начинают прорастать во мне.
Пока решаю, что надеть из своего скромного гардероба, который успела захватить, пакуя чемодан впопыхах, в комнату заходит пожилая домработница.
- Любовь Павловна, я тут у вас приберусь, - заискивающе улыбается женщина.
- Хорошо… - Константин представлял ее, вот только имени я не запомнила.
- Я Лидия, - уловив мое замешательство, представляется. – Надо же! Хозяин нашел свою дочь! Это такая радость!
А она, по всей видимости, любит поговорить.
- Угу, - не знаю, что на это ответить. Продолжаю перебирать свои вещи.
- Вы не переживайте, он никогда не причинит зла Наде, - щебечет миролюбиво. – Ребенка от любимой женщины он будет боготворить. Как и мать девочки. Ох, - всплескивает руками, - Какая у них любовь была! Такая раз в жизни бывает. Пылинки со своей супруги сдувал, - резко оборачиваюсь.
Женщина закатывает глаза, будто предается сладким воспоминаниям. Можно подумать, это происходило с ней! А меня, ее слова коробят. Словно с этой милой улыбочкой ножом мне по сердцу проводит.
- Что так сильно любил? – спрашиваю осипшим голосом.
И кто снова меня за язык дергает? Не могла промолчать? Какое мне дело до прошлых отношений Константина!
- Неземная любовь! – говорит так, словно сообщает мне о миллионном выигрыше. – И после хозяйки ни одна женщина тут не проживала. Так и не пережил расставания. А вот для вас сделал исключение.
- Так чего же они расстались, если такая неземная любовь? – спрашиваю язвительно. Меня снова начинает колотить.
Хотя вот сейчас причина мне неясна. С кем Константин был, или будет – это его личное дело.
- Хозяин очень специфический человек, при всех его достоинствах, - вздыхает, мгновенно в голосе появляется грусть. – Любить любил, но вот изменял он безбожно. Такая натура мужская, - вздыхает. – Но что это я вас отвлекаю, - машет рукой. – Вы собирайтесь, Любовь Павловна, а я позже зайду прибраться.
Она выходит, а меня не покидает ощущение, что женщина специально пришла, чтобы вылить на меня вот эту информацию.
Прискорбно. Но очередной неприятный осадок осел у меня в душе.
***
Мы едем в машине, Надюшка смотрит в окно. Комментирует увиденное. Я стараюсь улыбаться, а сама едва сдерживаю слезы. Почему?
Я хотела приоткрыть завесу, кто такой Константин? Желание исполнилось. Если он неспособен хранить верность любимой женщине – он может предать кого угодно.
У меня в голове сотни вопросов. Кто она его жена? Как позволила своей дочери оказаться в лапах чудовищ? Где она сейчас? Что между ними произошло? Почему он считал Надюшку погибшей? Голова пухнет.
Еще меня печалит сам факт, что я вообще размышляю над этой информацией. И эта горечь во рту… Неужели, я реально думала о нем лучше, чем оказалось на самом деле.
- Мамочка, ты грустная, - гладит меня по руке малышка. – Что случилось? Тебя кто-то обидел?
- Все хорошо, цветочек. Просто задумалась, - дочь снова читает меня как открытую книгу. Надо лучше контролировать свои эмоции.
Водитель привозит нас к самому дорогому торговому центру в столице. Вениамин обходил его десятой дорогой. Мы с доченькой одевались на распродажах. Муж же заказывал себе вещи немного дороже, или шил на заказ. Политик должен выглядеть на все двести, так он говорил. А нам… и так сойдет…
Константин нас уже ждет. Подходит к машине и помогает нам выйти. Он как всегда холоден и сдержан со мной и расцеловывает дочь. Надюшка одаривает его радостной улыбкой. Доверчивая моя девочка.
Другой ребенок на ее месте, после всего пережитого, замкнулся бы в себе, а она нет. Все так же продолжает смотреть на мир с любовью, старается видеть только позитивные черты в людях.
Торговый центр абсолютно пуст. Ни одного посетителя. Только продавцы в магазинах.
- А где люди? – спрашиваю растерянно.
- Зачем нам люди? – выгибает идеально очерченную бровь.
- Должны же быть посетители… середина дня…
- Их нет, - пожимает плечами и увлекает нас вглубь центра.
- Ты что… - меня посещает смутная и нереальная догадка, - Закрыл центр для всех…
- Это безопасность и комфорт, - изрекает невозмутимо.
Он точно ненормальный. Даже боюсь предположить, сколько это стоит.
- Глупый поступок, Константин, - бросаю со злостью. – На бесцельно выкинутые деньги можно было помочь детям. Знаете, как сложно собирать пожертвования? Люди подобные вам, сорят деньгами направо и налево. Но когда речь заходит о больных детях, так у них сразу находятся тысячи причин, чтобы отказать или пожертвовать минимум.
Я очень любила свою работу в фонде. Мне ее не хватает. И сейчас этим поступком, он не удивил, не впечатлил, а только наступил на больную мозоль.
- Потом эти пожертвования оседают в карманах тех, кто стоит за фондом, - отвечает с раздражением. – Если помогать, то, только напрямую оплачивая лечение.
- Бред! – фыркаю. – У нас в фонде все шло на детей. Под учетом была каждая копейка!
- Да, ну! – нагло смеется. И смотрит на меня как на умалишенную.
Бесит! Как же он умеет играть на нервах!
- Да!
- Ты очень наивна, или… - сворачивает к детскому магазину.
- Или? Договаривайте!
- Угомонись, - поворачивается к Надюшке. – Выбирай, что тебе нравится.
В этом магазине мы застреваем надолго. Доченька с Константином выбирают вещи. Шутят, смеются. Без примерки он скупает треть магазина. Потом нас ждет магазин игрушек. Там мы застреваем еще больше. Нет, конечно, я рада, что моей дочери весело. Но Константин… злость на него не утихает.
Несусветная глупость эти траты. Надюшка в жизни не успеет поиграть всеми этими игрушками и играми. У нее вон комната завалена.
- Зачем столько? – пробую его вразумить.
- Я слишком долго ждал…
Вот и весь ответ.
- Мама, такая грустная, потому что мы ей ничего не купили, - выдает мое чудо.
- Надюшка, не говори глупостей. Маме ничего не надо, - хмурюсь.
- Надо, - соглашается с дочерью Константин. – Пошли одевать мамку, - подмигивает малышке.
И эти двое тянут меня в дорогущий магазин. От цен тут кругом идет голова.
- Хочу видеть тебя в этом, - Константин указывает на ярко-красное обтягивающее платье. – Примерь, - от его шепота меня бросает в жар, а щеки становятся такого же цвета, как понравившееся ему платье.
- Я такое не ношу, - шиплю в ответ.
- Мамочка! Пожалуйста! – Надюшка смотрит на меня ТАК…
Как отказать ребенку? Они сговорились!
Послушно, хоть и скрипя зубами, иду в примерочную, пока дохожу, девушка-консультант приносит мне туда еще ворох одежды. Все, на что указывает палец Константина.
Зачем это все? На языке вертится несколько «ласковых» слов в адрес этого сумасшедшего. Держусь. Не при ребенке. А вот потом… все ему выскажу.
Одеваю красное платье. Оно вызывающее, обтягивает фигуру, как перчатка, подчеркивает округлившийся живот, да и в целом, все изгибы фигуры, спускается чуть ниже колен.
Выхожу с недовольным видом. Замираю. Мир исчезает, остаются только его глаза. Огненная сталь проходится нежными касаниями по телу. В глазах Константина кружит целая вселенная, взрываются звезды. Меня как магнитом тянет туда, окунуться в серебристый свет.
Чувствую себя цветком, которым помимо воли распускается под его взглядом. Плечи расправляются, губы растягиваются в улыбке. Сама не понимаю, как и зачем, но кручусь перед Константином и доченькой.
- Офигенно! - в хриплом голосе улавливаю несвойственные ему нотки.
- Мамочка, ты красавица! – подпрыгивает на месте Надюшка.
И я смеюсь вместе с ними. Вхожу во вкус. Следующие наряды примеряю с удовольствием. Впервые я чувствую себя женщиной. Мне нравится ловить на себе восхищенный взгляд Константина, слышать радостные возгласы дочери.
Не знаю, как это работает, но во мне просыпается уверенность в себе, в крови бурлит энергия, появляются силы.
А я ведь просто примерила платье. Как такое возможно?
Во время очередной примерки, застываю перед зеркалом. Не узнаю себя. Глаза горят, кожа светится изнутри, на щеках румянец. Это я?
- Ты, Люба, - он возникает за моей спиной, как фокусник.
Я что это вслух сказала?
Он кладет руки на мои плечи, проводит большими пальцами по шее. От Константина исходит жар, по моим венам пробегают разряды электрического тока.
- Что ты тут делаешь? – бормочу смущенно.
Не надо так близко! Он нарушает мои границы! Я словно иду по тонкому канату, одно неверное движение и сорвусь в огненную пропасть.
- Какая ты на самом деле, Люба? – от его обжигающего дыхания мне в затылок, плавлюсь. Слова, напоминают нежное касание пера. Глаза закатываются. Я будто плыву в потоке невероятных, неведомых ранее ощущений. А ведь он, по сути, ничего не сделал. – Я разгадаю тебя, - зарывается носом в мои волосы. Делает шумный вдох. Меня подкидывает на месте.
Хватаю ртом воздух, а в легкие проникает лишь его запах.
- Нечего разгадывать, - не узнаю свой голос, в нем дрожь и нечто-то скрытое, глубинное.
Руки Константина поднимаются вдоль шеи.
- Посмотри на себя, - очерчивают линию скул, проходятся по контуру губ.
Дрожу в его руках, теряю над собой контроль, в глазах мелькают серебристые звезды, голова кругом, тело невесомое. Что со мной происходит?
- И что? – в зеркале вижу свои размытые черты и горящий взгляд стальных глаз Константина. Завораживающий, гипнотизирующий.
А ослепла от новых ощущений. Шокирована ими. Мне сложно воспринимать действительность.
- Такая ты мне нравишься больше, - с этими словами он исчезает.
Только что стоял тут прижимал меня к груди, трогал мои губы и все… ничего нет. Это было на самом деле? Или это просто мираж? Склоняюсь к последнему. Я не могла таять в его руках! Это немыслимо! Он же враг! Но почему-то мое тело вопит об обратном.
Это все гормоны! Вот они и дали о себе знать! Я нашла объяснение. Сразу становится легче. Со спокойной душой заканчиваю примерку. Константин покупает все, и даже больше. Мои протесты не слушает.
Дальше были еще магазины. Константин решил нас одеть с ног до головы. После примерки я перестала сопротивляться и задавать вопросы, с ним спорить бесполезно. Он все равно скупит половину торгового центра. Лишь в магазин нижнего белья он со мной не пошел. Остался дожидаться меня с Надюшей.
Далее был снова сюрприз, Константин организовал аниматоров и фокусников, целое мини-шоу для одной лишь малышки. Надо видеть, как она прыгала и кричала от радости. И у меня вместе с ней слезы на глазах. Дочь довольна, материнское сердце ликует.
- Пойдем, присядем, - мужчина увлекает меня к столику. Надюшка занята, она увлечена представлением.
На столе расставлены всевозможные блюда. От запахов идет кругом голова. А я, оказывается, сильно проголодалась.
- Приятного аппетита, - холодно улыбается Константин, откидывается на спинку стула и не спеша попивает кофе, пока я с космической скоростью уплетаю все, что попадается под руку.
И в этот момент мне все равно, как это выглядит со стороны. Мне слишком вкусно. Называется, дорвалась.
- Спасибо, - говорю смущенно, когда, наконец, голод отступает. Тело охватывает расслабленность.
- Тебе нужно хорошо питаться, - заявляет невозмутимо, с легкой холодной улыбкой.
Он действительно хамелеон. Где тот мужчина из примерочной? Он исчез, а на его месте снова ледяная глыба.
- Сейчас выпью чаю и можем идти, - стараюсь, чтобы мой голос звучал ровно.
- Я хотел с тобой поговорить, - делает паузу, внимательно смотрит на меня. Держит взглядом. – Люба, я хочу заняться оформлением бумаг. Надежда должна стать моей дочерью официально.
- Ты хочешь у меня ее забрать?! – вздрагиваю. Разливаю чай.
- Осторожней, - подает мне салфетку. – Я намерен в кратчайшие сроки добиться твоего развода с веником.
- Это не так просто… я беременна… и вообще… - язык заплетается. Он снова выбивает почву из-под ног.
- Верно, ты беременна и я хочу, чтобы мы заключили с тобой брак, - сообщает деловым тоном, будто находится на переговорах.
- А в твои планы не входит поинтересоваться моим мнением? – на смену умиротворенности и эйфории к горлу подступает горечь.
- Я ставлю тебя в известность, - пронзает холодной сталью глаз. – Разумеется, брак будет фиктивным, - последние слова подобны клинку, четко, точно, острием в сердце. Почему так больно?
- Нет! – сжимаю в руках вилку. Мысленно уже ударяю ею гада.
- Мои юристы составят контракт. Это обезопасит тебя и детей. И по истечении срока, ты получишь хорошую компенсацию.
- Не нужны мне твои деньги! Этого не будет!
- В данном вопросе у тебя нет права голоса, - поднимается со стола и направляется к Надюшке.
Он высказался и больше не намерен меня слушать. Зачем ему брак? Даже боюсь представить. А хитроумный контракт – это еще одна западня.
Встаю и хватаю его за руку.
- Я не позволю распоряжаться своей жизнью! – впиваюсь ногтями в ткань пиджака.
- Не нервничай. Не накручивай себя. У тебя есть все для комфортной жизни. Об остальном я позабочусь, мягко высвобождается из моей хватки.
Поворачивается к Надюшке и тут же его лицо преображается. Хамелеон во всей красе!
А я чувствую, как все сильнее затягивается кольцо на моей шее. Он загоняет меня в капкан.
Праздник для дочери продолжается. А я будто в прострации. Прокручиваю в голове его слова. Фиктивный брак! Никогда! Хватит с меня Вениамина. Я тоже вышла за него не по велению сердца. Сейчас расплачиваюсь.
А Константин… тут вообще страшно подумать, что будет, если окажусь в лапах хамелеона. Я не переживу, если потеряю детей.
И совсем не к месту в голове звучит голос домработницы: «Любить любил, но вот изменял он безбожно. Такая натура мужская». Нет! Ни в коем случае не хочу с ним отношений! Но если он так поступал с любимой женщиной, то, что говорить про меня? Он же меня едва переносит. Этот его холод… Обнимаю себя за плечи. Озноб сковывает тело.
Константин сдержан и вежлив. Как всегда. А меня даже это начинает бесить. Где его настоящие эмоции? Пусть скажет мне в лицо все! А не скрывается за своими масками хамелеона.
Пока шел праздник, я изрядно себя накрутила. Гормоны точно бьют в голову. Раз все мои мысли об этом человеке. Он как заразная болезнь пробрался в мозг и пускает там корни.
Мы выходим из торгового центра уже под вечер. Покупки загружают в багажник машины. Все не влезает, остальное доставят домой. Сколько денег на ветер спустил!
- Папа! – внезапно кричит доченька.
Ничего не понимаю. Константина позвал какой-то мужчина, он на несколько минут вернулся в торговый центр. А она смотрит вдаль. И снова повторяет: «Папа!».
Смотрю в том направлении. Замираю.
- Вениамин… - шепчу, вмиг онемевшими губами.
Муж нас увидел. Застыл и смотрит на меня. Он под руку с черноволосой девушкой. По всей видимости, они направлялись в ресторан.
- Доченька моя! – орет на всю улицу. И бежит к нам.
Его спутница, виляя бедрами, тоже подходит.
- Ты ко мне пришел?! – Надюшка радостно округляет глазки.
- Ты не представляешь, как я соскучился, - приседает на корточки, расцеловывает малышку. – Как ты себя чувствуешь, моя хорошая?
За три года совместного проживания я ни разу не видела Вениамина таким. Слащаво-приторный голос, объятия, поцелуи. Он всегда говорил: «Привет, малая!», на этом нежности заканчивались. А тут не отлипает от дочери.
- Как прелестная девочка, - его спутница подходит ближе. Очень красивая женщина, эффектная, яркая.
Наверное, его любовница, которой он рассказывал, как успешно вынес мусор. Горечь подступает к горлу. Думала, смирилась с предательством. А нет.
- Ты кто? – Надюшка с интересом рассматривает женщину.
- Я Натали, подруга твоего папы, - ослепительно улыбается. Переводит взгляд на меня, - Приятно познакомиться.
- Любонька, это не то, что ты думаешь! Мы друзья! – восклицает писклявым от страха голосом Вениамин.
Чего он боится?
- Какая встреча, - как ножом в спину, сзади голос Константина.
Вернулся. Приплыли.
- Тут Надя, - оборачиваюсь и округляю глаза.
Взглядом молю, чтобы не совершал глупостей. Мне еще разборок при ребенке до полного «счастья» не хватало.
- Надюшка, папка не может без вас. Хочешь домой? – Вениамин продолжает слащаво улыбаться. Действует подло через ребенка.
- Тогда папа Константин будет скучать, - склоняет голову набок и в растерянности оглядывается на меня. – Ты к нам в гости приезжай! У меня столько красивых игрушек! – дочурка с упоением начинает перечислять свои подарки. – Папа Костя очень хороший!
- Доченька у тебя один папа! Только я! – восклицает муж.
- Ты прав. У нее один отец, - Константин, очень плавно становится между Вениамином и малышкой. – А у тебя дела, тебе пора.
- Мальчики не ссорьтесь, - вмешивается Натали, одаривает Константина таким взглядом, что мне дурно становится. Разве можно так откровенно пялиться на мужчину?!
- Любочка, у нас деловой ужин, Натали журналистка, - зачем-то продолжает оправдываться передо мной Вениамин.
- Это не имеет значения, - пожимаю плечами.
Даже если и не любовница. Разве это что-то изменит?
- Константин не хотите присоединиться? – мурлычет Натали.
- Хочу расчистить дорогу. Грязи много под ногами, - невозмутимо изрекает Константин.
- Ты! Это меня! – Вениамин поднимает руку.
Константин тут же ее перехватывает. Внешне остается невозмутимым, а вот мой муж бледнеет, на висках выступает пот, начинает скулить.
- Выбирай, ты или прощаешься с Надеждой и уходишь, или сейчас раздастся хруст? – интересуется тихо. Константин немного отводит руку вправо, муж высовывает язык, зажмуривается.
Он сейчас ему сломает руку! И это все без тени эмоций на лице! Мне становится жутко.
- Мы уходим, - пищит муж.
Хищник его отпускает. Вениамин хватается за руку. Растирает запястье. Беззвучно ругается.
- Было безумно приятно познакомиться, Любовь! – подмигивает мне Натали.
- Любань, возвращайтесь домой, ну… повздорили немного… все уладим, - и смотрит на меня взглядом побитой собаки.
- Ты не переживай, Вениамин, мы скоро тебя навестим, - с презрительной усмешкой говорит Константин и ведет нас с доченькой к машине.
Навестим? Что? Я не ослышалась?