Глава 32. Лада

Сразу после академии еду в больницу. Наконец-то разрешили посещения, и мне не терпится увидеть бабушку. Вхожу в палату, там четыре кровати. Бабушка лежит около окна. Подхожу ближе. – Бабуль, ты как? – присаживаюсь на стул рядом с кроватью. Она все еще очень бледная и слабая. Рядом стоят капельница и монитор, отсчитывающий давление и пульс. – Все со мной хорошо, – вымученно улыбается. – Только мама твоя снится постоянно. Наверное, пора мне к ней… От ее слов по позвоночнику пробегают колючие мурашки, а сердце колотится быстрее. – Ну что ты такое говоришь? – хмурюсь и качаю головой. – Накручиваешь себя без причины. Скоро тебе сделают операцию, и поправишься. – Нет, Ладушка, я чувствую… – Бабуль, хватит, пожалуйста, – перебиваю и крепче сжимаю морщинистую ладонь. Не могу слушать про смерть, мне становится не по себе. – Пообещай мне вот что. – Она говорит тихо, но твердо. – Если со мной что-то случится, найдешь отца. Ты еще такая молодая и не можешь быть одна. Надо получить образование, встать на ноги, пусть он поможет тебе. – Ба… – Лада, пообещай. – Теперь она сжимает мою ладонь. – Все данные и немного сбережений у меня в комоде. Ну же! – зло шипит бабушка. – Хорошо, обещаю, – выдыхаю обреченно. Спорить бессмысленно. – Все? Теперь можем не думать о плохом? – Расскажи мне о себе. Как в академии дела? Как дома? Справляешься? Я улыбаюсь и рассказываю все, что приходит в голову. Все, кроме той части своей жизни, о которой она не догадывается. За разговорами час пролетает незаметно, и мне пора уходить. – Ты выглядишь уставшей, – замечает бабушка, после того как я в очередной раз зеваю. – Не выспалась, – прикрываю рот ладонью. – Извини. Я не могу рассказать, что новая работа выматывает меня вечером, а ночью мысли о Демоне не дают покоя. Чувствую себя попавшей в замкнутый круг, и никак не получается его разорвать. – Иди отдыхай, и я отдохну. Да, наверное, так будет лучше. Бабушке нужны покой и отдых. – Спокойной ночи, бабуль. – Целую ее в щеку и поднимаюсь на ноги. – Я завтра еще зайду. – Доброй ночи, Ладушка. Так не хочется оставлять ее здесь, но так надо, чтобы выздороветь. Прохожу по длинному коридору до ординаторской и стучу в дверь. – Войдите, – раздается мужской голос. Заглядываю в кабинет и вижу бабушкиного врача. – Федор Борисович, можно? – Проходите, – жестом приглашает присесть напротив. – Что вы хотели? – Узнать про операцию для бабушки. – От волнения ломаю пальцы. – Я деньги еще два дня назад перевела… Он лишь кивает. – Мы готовим ее. Показатели пока слабоваты. Как только станут чуть лучше, возьмем на стол. Не переживайте, у нас все под контролем. – А мне сообщат? – Обязательно. – Врач расплывается в улыбке, от которой мне становится не по себе, но я отгоняю эти мысли. Ни к чему накручивать себя еще больше. Бабушка в больнице. Здесь за ней ухаживают и следят, не допустят, чтобы случилось что-то плохое. – Спасибо, – отвечаю и выхожу из ординаторской. Пока спускаюсь на первый этаж, вызываю такси. Надеюсь, пробок нет, я не хочу опаздывать на работу. Еду в клуб. Настроение опускается ниже плинтуса. Я переживаю за бабушку. Очень устала от постоянного напряжения. Еще и Демон пропал. Не звонит и не пишет. Остался для меня лишь воспоминанием. Ярким и свежим, но абсолютно пустым. Как мыльный пузырь. Разочарование снова затапливает меня. Вроде и виновата сама, но все равно как-то неприятно. Зачем Демон добивался встречи? Зачем ждал меня, катал на мотоцикле? Для чего все это было, если ему нечего мне предложить. Выхожу на сцену и понимаю, что мне нечего дать публике. Я пустая, заряда нет. Батарейки сели. Но никого это не интересует, я подписала контракт, и теперь должна отрабатывать заплаченные мне деньги. Когда выступление заканчивается, я под аплодисменты немногочисленной публики ухожу в гримерку. Стираю боевой раскрас и переодеваюсь. Я устала, выжата как лимон. Сажусь на стул и смотрю на свое отражение. Кожа бледная, а под глазами темные круги. Красотка, ничего не скажешь. Опускаю голову на руки и прикрываю глаза. Всего на секунду и едва не подпрыгиваю, когда слышу громкий стук. Резко вскидываю голову и осматриваюсь. Нахожусь все еще в гримерке. Я что, уснула? Вот же засада. Растираю лицо ладонями и снова смотрю на себя. Где взять сил? – Можно? – В гримерку заглядывает Леонид Викторович. – Не помешал? Спохватываюсь и вскакиваю со стула. – Нет, что вы… я уже ухожу, – судорожно ищу свои вещи. Рюкзак надеваю на плечи, а футляр со скрипкой держу в руке. – Куда? – Он как-то странно улыбается и подходит ближе. – Час ночи уже. – Как час? – Глаза сами собой округляются. Не могу поверить и достаю телефон. Смотрю на часы – и правда далеко за полночь. Вот это да… – Поехали, я отвезу тебя до дома. – Не нужно… – качаю головой. – Я вызову такси. – Лада, не глупи. Моя машина у входа. Леонид смотрит в глаза и терпеливо ждет моего решения. – Неужели ты думаешь, что я маньяк? – усмехается Леонид, а у меня внутри все вибрирует от его низкого голоса. – Нет, конечно нет, – пытаюсь оправдаться. – Просто неудобно… – Мне по пути… – Хорошо. У меня не осталось сил сопротивляться. Я просто очень хочу домой. В свою кровать. Лечь спать и выспаться. Называю адрес, Леонид Викторович вбивает его в навигатор и плавно трогается с места. В салоне прохладно, играет ненавязчивая музыка, темнота скрывает мой страх. – Как твоя бабушка? Вздрагиваю от неожиданности, услышав его голос. – Держится. – Все будет хорошо. – Да… Я искренне в это верю. Скоро все закончится, и мы с ней снова будем вместе. Телефон вибрирует в кармане. Достаю и смотрю на экран. Номер незнакомый, кто может быть в такое время? Бросаю быстрый взгляд на Леонида и принимаю звонок. – Алло. – Мне нужна Острожская Лада. – Ровный женский голос заставляет напрячься. – Это я. – Это медсестра из больницы. К сожалению, ваша бабушка скончалась… В ушах звенит, а перед глазами мигают черные мушки. – Как скончалась? Этого не может быть!