Глава 50. Демьян

За городом воздух по утрам совсем другой на вкус и запах. Он здесь пропитан влагой утренней росы, прохладой, ароматами разных трав, цветов и хвои. Над рекой висит легкая дымка тумана, растворяющаяся на глазах. На другом берегу высоко в небо стремятся макушки старых деревьев, а в их густых ветвях щебечут птицы, нарушая умиротворяющую тишину. Впервые за последние несколько дней я ощущаю внутренний покой, чувствуя между напряженных бедер крепкие бока коня. Под его уверенной поступью шелестит трава, он похрапывает, потряхивает ухоженной гривой. Поглаживаю его и улыбаюсь, расправляя плечи и задирая голову. Щурясь, смотрю в прозрачное далекое небо и делаю вдох полной грудью. Я люблю жизнь за такие моменты. За то, что в ней есть возможности по-разному ощущать себя свободным. Можно раскинуть руки в стороны и закричать во все горло прямо туда, ввысь, и небо откликнется эхом, а затем ударится о воду, распугивая лягушек, и снова наступит тишина. И никто не скажет, что так делать нельзя, что есть какие-то глупые правила поведения на этом берегу. Надо Ладу сюда привести. Мы уйдем подальше от натоптанной лошадьми дорожки, устроим пикник и займемся любовью под открытым небом. – Я рад, что ты снова улыбаешься, – тихо говорит отец. Его конь уверенно идет рядом с моим, а я задумался и на время забыл об этом. Мы катаемся уже пару часов. Так много обсудили за это время, что я все еще удивлен, ведь мы давно не говорили, ни в чем друг друга не упрекая. Четыре года назад, когда я только приехал, у нас был похожий разговор. Надеюсь, в этот раз все начнет складываться иначе. Мне нужно не так много. Я хотел бы, чтобы отец меня слышал и считался с моим мнением и моими желаниями, а я в ответ постараюсь не быть мудаком и эгоистом. – Я рад, что мы выбрались вдвоем. – Сдавливаю бока коня, чтобы тот немного ускорился, а затем пускаю его в галоп. Оглядываюсь и кричу отцу: – Догоняй! Рассмеявшись, он устремляется за мной. В ушах свистит ветер, от влажности под одеждой все тело в мурашках, а мы все равно несемся вдоль берега без какой-либо цели. Хорошо! Останавливаю коня в месте, где поворачивает река. Тут удобный спуск к воде. Я спрыгиваю на землю и подвожу четвероногого друга ближе, чтобы он мог попить. Отец встает рядом со мной и смотрит вдаль. – Что ты решил насчет учебы? Губы снова трогает улыбка. Он спрашивает… Я много думал об этом после ситуации с Леонидом. – В моих планах все еще нет пункта о том, чтобы становиться военным, – честно говорю отцу, – но я бы остался на этот учебный год. Есть там моменты, которые мне интересны. Пообещай, – поворачиваюсь к отцу, – что после завершения первого курса дашь мне уйти и попробовать тот путь, что выбрал я. – Если ты сам не захочешь остаться, обещаю. – Отец протягивает мне руку. – Спасибо, – сжимаю его крепкую ладонь с вечными мозолями от оружия. – Тебе тоже придется мне что-то пообещать. – Он накрывает наши ладони второй рукой. – Что? – Прежде чем что-то сделать, ты будешь думать, и думать тебе теперь придется не только о себе. У тебя есть семья и есть девушка. Начни учиться нести ответственность за нее и свои отношения. А там и о людях вокруг думать научишься. Это приходит с опытом. – Обещаю стараться, – улыбаюсь шире. – Нет, так не пойдет, – качает головой отец. – Полумер у мужчины быть не может, Дёма. Либо ты готов нести ответственность, либо еще нет. – Окей, – уже серьезно отвечаю ему, – обещаю. Только отец не спешит отпускать мою ладонь. Я вопросительно смотрю на него, ожидая, что еще он скажет. – Не забывай, что я всегда рядом, и все, что я делаю или не делаю, – подчеркивает он, явно намекая на ситуацию с деньгами для бабушки Лады, – ради тебя, твоей безопасности и твоего благополучия, даже если сию секунду это кажется тебе трагедией мирового масштаба. Вот теперь он отпускает мою руку, ловко запрыгивает на своего коня, будто у него нет огромного синяка на ребрах, и кричит мне: – Догоняй! – Ах ты… – сглатываю мат, смеюсь и уже через мгновенье мчу за ним прямиком в лес, где еще темно, сыро и холодно, но чертовски красиво. Через час мы возвращаемся в дом. Вокруг тишина, все еще спят. Мы завтракаем вдвоем, а затем я поднимаюсь в спальню. Лада спит в обнимку с моей подушкой. В груди разливается теплая тоска. Не хочется оставлять ее на целых пять дней. Встаю коленями на матрас, наклоняюсь и прижимаюсь губами к ее щеке. – М-м-м, – невнятно мычит она. – Холодный. – Сонно открывает глаза и разглядывает меня. – Сколько времени? – Мне надо ехать, – ловлю ее теплые губы и нежно, но жадно целую. – Будь хорошей девочкой, приходи ко мне на свидания. – Я подумаю, – фыркает она, обняв меня за шею. – Сейчас согреть бы тебя, – потягивается, как домашняя кошечка. – Не будь такой жестокой, – дергаю бедрами, демонстрируя, что я совсем не против «согреться», но мне действительно пора. – Думай теперь обо мне каждую ночь. – Лада томно смотрит мне в глаза. – Не боишься, что в следующие выходные я тебя из кровати вообще не выпущу? – многообещающе улыбаюсь. – Нашел, чем напугать, – смеется она. – Будь осторожнее. Не делай больше глупостей, – тянется к моим губам и целует сама. Понимаю, что еще немного – и я точно опоздаю на учебу. Отвечаю на поцелуй, резко отстраняюсь и выхожу из спальни, по дороге возвращая контроль над своим телом. В город меня везет отец. Высаживает у КПП и отправляется по своим делам. Я здороваюсь с дежурным и жду друзей. Егор, Юго и Свят приезжают на одной тачке. – Смотрю, все живы, – хлопаю их по очереди по плечу. – Пока да, но это ненадолго, – недовольно ухмыляется Егор, – ты просто еще не знаешь, что нас ждет за этим забором. – У тебя с Лясей все нормально? – захожу на территорию учебной части вслед за лучшим другом. – Да, все хорошо, – кивает Гаранин. – А остальное херня, – кладу руку ему на плечо и встряхиваю. – Разберемся. – Разобрались уже один раз, – ржет Свят. – Зато было весело, – отвечаю ему. – Согласен, – поддерживает Юго. – Да я ж не спорю. – Свят закидывает сумку с вещами через плечо и ускоряет шаг. – Но я огребать буду вместе с вами. – Ура-а-а! – гаркаем мы хором, и эхо наших голосов разносится по всему плацу.