ГЛАВА 17

К сожалению, выбрать метлу сразу после завершения привязки сущностей нам не позволили. Отсрочили мероприятие еще на неделю. Но мы с Сициллой были не в обиде.

Предстояло приготовить мазь и настойку для Марии.

Обе понимали: если снадобья удадутся, станут нашим первым уникальным и очень востребованным товаром в ведьминской лавке «Сестры». Так мы решили назвать наше общее дело.

Обсудив с леди Милисой Толай рецепты, распределив роли, приступили к экспериментам. Пятый день мы трудились в лаборантских, пытаясь подстроиться под личных помощников, что получалось с огромным трудом. Сицилле было проще втройне, я же пока портила ингредиенты и не понимала, почему три существа никак не могут между собой поладить.

На первый взгляд все было хорошо. Котелок не ходил ходуном, послушно принимал все составляющие зелий, которые я пыталась приготовить, но как только под ним зажигался огонь, начинали происходить удивительные вещи.

То вода становилась черной и отдавала запахом гниющей плоти, то корешки имбиря и веточки вербены выпрыгивали из посудины, а на пол падали уже пеплом.

Даже Мур ворчал не на меня, а на обнаглевших сущностей, не желающих служить своей хозяйке.

Фраза, сказанная им во время очередного провала, заставила задуматься.

— Мур, — мысленно позвала его, — что значит «не желают мне подчиняться»?

— Да что непонятного? — Гримуар был зол, ему нравились эксперименты и работа, а тут все стопорилось, что его несказанно бесило. — Сицилла инициированная ведьма, ты нет. Сущности отозвались на силу, но решили, что раз ты не предпринимаешь никаких действий по их устрашению и усмирению, то и силой пользоваться не умеешь. К тому же одной привязки мало. Вспомни, как вспылила Сицилла, когда в ее котелке вместо необходимого декокта от рези в желудке обнаружилось рвотное.

Было дело, произошло в первый день наших экспериментов. Сицилла действительно так разозлилась, что, не задумываясь, запустила в котелок чистейшую энергию.

— Ты же понимаешь, что она неосознанно? И потом трижды пожалела о том, что сделала? Котелок едва не треснул!

— Это мы с тобой понимаем, а это мертвые существа, в которых еще пока живы инстинкты.

— И уважают они силу. — Вздохнула и потерла переносицу. — Но ведь разум должен проснуться. К тому же я не уверена, что пакостят сразу все.

— Обитая в одном предмете, они заодно друг с другом. Конечно, никто не помешает им поссориться, но отдача пойдет всем. Так что действуют они сообща. И разум имеется, однако до необходимого тебе уровня разовьется не сразу. Не забывай, твои зверушки были долгое время мертвы.

— И что ты предлагаешь? — Я уже убрала последствия устроенной сущностями провокации, уничтожив получившееся странное варево и избавившись от вони.

— По-хорошему — встряхнуть их, как это сделала Сицилла со своей мышью. Но, боюсь, ты их уничтожишь.

— В том-то и дело. — Я закусила губу и задумалась. — Значит, разум есть, но он в спящем состоянии…

— Да.

— Я отдам приказ на ментальном уровне, Мур. Должно получиться.

— Пробуй, Алиса. А я помогу настроиться.

И как я раньше жила без своей умной тетрадочки? Давно уже начала задумываться об этом. Характер у гримуара как был противным, так и остался, но, получив имя, Мур словно бы смирился с хозяйкой-неумехой, что позже трансформировалось в искреннюю привязанность. Наверное, так и должно было быть. Отец дал отличный совет — комбинировать ведьминскую энергию с даром менталиста, а Мур никогда не отказывался от роли подопытного кролика. Вот и сейчас установленную меж нами ментальную связь он помогал перенаправить на сущности в котелке, чтобы дать мне прочувствовать их разум, найти брешь и нанести удар.

Медуза, ворон и ехидна… Охватить сразу троих или выбрать кого-то одного?

Размышляла недолго — ответ пришел сам собой. Эксперименты заканчивались полной непригодностью, ингредиенты превращались в прах или гниль. Следовательно, верховодил в тройке тот, кто отвечал за мертвую материю, — ворон.

Не скажу, что нить разума удалось нащупать сразу. Но Мур бдил и помогал раз за разом возвращаться к ускользающей цели. Не буду лгать, что прикосновение к мертвому сознанию мне понравилось. Холод, пробравшийся в тело, насторожил, напугал, но не сбил с намеченного пути. Я крепко ухватилась за разум ворона и направила всю мощь своего дара в приказ:

— Подчиняться и выполнять мои распоряжения. Действовать на благо результата и объяснять ошибки, если будут допущены.

Слепое повиновение мне не нужно. Причина проста: в моем распоряжении не было тех стихий, которыми обладали сущности, а разбираться в них научусь не скоро, понадобится не один год, чтобы притереться друг к другу. Я должна буду понять их природу и знать, кто и как действует на компоненты зелья.

Сползла на пол и вытерла выступившую на лбу испарину.

Сицилла, леди Милиса и лорд Гамон уставились на меня в непритворном беспокойстве, но ни подходить, ни задавать вопросы не решились — видели, что я что-то сделала и собираюсь с духом, чтобы вернуться к прерванному занятию.

Приходила в себя минут десять. Холод не желал уступать однажды занятые позиции. Но и я была упряма, а потому выполняла дыхательные упражнения и тянулась к живительной ведьминской силе. Энергия струилась по телу, отогревала, позволяла думать и не дрожать.

— Мур, ты как? — Мы с гримуаром связаны, было плохо мне, значит, и для него будут последствия.

— Двадцать страниц истлели, — признался гримуар, — но ты все мне компенсируешь! И добавишь новые рецепты!

— Ну конечно! — невольно улыбнулась.

Как же хорошо, что Мур не меняется!

Старые рецепты я ему верну не сейчас, позже, проведя ритуал на крови и воззвав к памяти предков. А новые… так у нас вся практика направлена на создание новых удивительных вещей!

Сицилла все-таки не выдержала и отложила свое занятие — дробление корня топинамбура.[1] В нашей мази этот корнеплод был призван омолодить и тонизировать кожу.

— У тебя все хорошо? — прищурившись, спросила она и вытерла руки о полотенце. — Не сиди на холодном. — Подошла и помогла мне подняться.

— Буянят? — шепотом уточнила она, глазами указывая на котелок.

— Больше не должны, — так же тихо ответила ей.

— Давай я тебе быстро тонизирующее сделаю?

Отказаться от зелья Сициллы? Да никогда! Еще по пансиону хорошо знала, что у подруги выходят отличные живительные зелья. Поэтому она и занималась мазью, которая должна будет помочь коже Марии регенерировать.

— Вот и славно, посиди пока тут.

Я и моргнуть не успела, как была усажена на стульчик возле лукаво усмехавшегося чему-то лорда Гамона. Сицилла и леди Милиса ловко расставляли колбочки, смешивали ингредиенты, совершенно не пользуясь котелком. Ни своим, ни лаборантским. Сестра отмеряла все «на глаз». Впрочем, она столько раз готовила зелья в условиях пансиона, что давно заучила, куда и сколько требуется, и ни котелка, ни тех же колбочек у нее там не было, выкручивалась с помощью обычной посуды. И получалось же!

Восхищаясь подругой, продолжала размеренно дышать — давненько не приходилось так выкладываться на ментальном уровне. Прав был отец, требовалось больше практики.

— Вот! — торжественно известила Сицилла, протягивая маленькую чашечку. И где только нашла ее? — Пей, Алиса, станет легче. Даже я твой ментальный удар прочувствовала. — Подруга поежилась.

Опять переусердствовала!

Выпив содержимое чашки и прикрыв глаза, прислушалась к своим ощущениям. Полегчало. Дыхание свободное, не прерывистое; голова, которая начинала гудеть и побаливать, прекратила это бесполезное занятие. Я блаженно улыбнулась.

— Благодарю, сестренка.

— Умница, — радостно заявила она. — А вот и румянец. Ты предупреждай в следующий раз, хорошо? Я испугалась.

— Извини, все случилось спонтанно. Устала я от их саботажа.

— Еще бы, — фыркнула Сицилла. — Если уж я свой котелок чуть не расколотила, то ты еще долго держалась и жалела.

— Зато вы обе пришли к правильному выводу, девушки, — вмешался в наш диалог демон. — На первых порах с призванными сущностями работает только сила. Ничего другого они не понимают.

— А потом? — требовательно уточнила подруга. — Все так же придется демонстрировать силу?

— Дальше уже будет зависеть от вас. Захотите друга — получите друга, нужен будет слуга, значит, слугой и останется.

— Ясно, — выдохнула я и решительно поднялась со стула. — Будем экспериментировать.

* * *

Конец недели выдался тяжелым, но мы сумели добиться главного — послушания котелков.

Далеко не сразу после отданного ворону приказа у меня начали получаться нормальные зелья. И то в большей степени благодаря не столько покладистости сущностей, сколько доработке рецептов по направлениям своих стихий. К примеру, в глазные капли для улучшения зрения мне теперь требовалось добавлять не полторы чайной ложки сока сельдерея, а всего половину, в мазь от ревматизма — не целый половник гусиного жира, а только его треть.

И так было со всеми зельями, мазями и декоктами, на которых я экспериментировала и училась взаимодействовать с котелком. Мур восторженно пищал от такой экономии.

Вчера состоялась проба зелья для Марии Толай. Я уже понимала, что рецептуру придется менять, подстраиваясь под особенности котелка. И не прогадала. Какие-то ингредиенты пришлось срочно докупить, какие-то отложить в сторонку. А вот крови, судя по результату, требовалось больше. Самое обидное, что лучшим вариантом была добавка из крови не моей или матери Марии, а второго родителя! Где ж взять кровь штатного императорского палача?! Да чтоб доставили ее в короткие сроки?!

Из-за этого камня преткновения мы и отложили приготовление мази и зелья. Леди Милиса надеялась, что сумеет договориться с кем-то из своих друзей в империи. А Сицилла напрягла Кортина, который, в свою очередь, решил обратиться к отцу.

Я им не мешала, мысленно настраиваясь на предстоящий выбор метелок. Впервые за долгое время мы вновь завтракали вместе: подруги по пансиону и ведьмочки, которые вне занятий до сих пор старались нас избегать.

Да и котелок с ними, дурами! Пугаем мы их, видите ли, слишком многое нам позволено. Ну так верховная прекрасно понимает, что ни одна из нас на власть не станет замахиваться, в Ковен никто не стремится, на лидирующие позиции на островах не претендует. Даже я, взяв имя Аллори, членом Ковена являюсь лишь номинально, а фактически — тетушка Мирилис. А уж моя дочь займет свое место по праву. И с ней все будет куда строже, чем со мной. Больше зубрежки — правда, куда уж больше? — больше практических занятий и знаний о природе и ее дарах.

У меня ускоренный курс, но года мало, чтобы обучиться хотя бы основам. Мне повезло, что рядом опытные наставники и сама Кристарис курирует нас и направляет неуемную энергию в нужное русло. Повезло, что мой гримуар обладает более широкими полномочиями, нежели другие. А все за счет магического дара менталиста. Будь я другой, и Мур был бы иным. Но все так, как есть, и что-либо менять совершенно не хочется. Даже котелок с тремя сущностями — бесценный трофей, а не наказание свыше. На все нужно время, просто время, ну и осознание того, чему в итоге я посвящу свою жизнь.

— Алиса, с таким настроем выбирать метелку нельзя. — Сицилла ухватилась за мой локоть. — Ну-ка улыбнись, а то отзовется метла родом с ядовитого болота.

Естественно, ни на каком болоте она родиться не могла. Речь шла о материалах для изделия. Ядовитые растения, растущие на болотах, также использовались при изготовлении летных инструментов — для самообороны, защиты от наглых посягательств зверей или людей, иногда выполняли и функцию отпугивания. В общем, использовались, но не в качестве единственного материала.

— Отзовется, и ладно, — хмыкнула я, — грозный защитник не помешает.

— О да, и будет она тебя плющом ядовитым стегать по ягодицам.

— Добрая ты, однако. Может, не меня, а особо отличившихся подружек?

— Сама-то в это веришь? — хмыкнула сестра. — Вспомни, как весело поначалу было с Муром.

Я вздохнула и прекратила препираться, тем более до моих покоев мы уже дошли, а комнаты Сициллы находились чуть дальше по коридору. Предстояло переодеться и подготовиться к выбору метлы, а заодно и первому полету.

Спустя полчаса мы встретились вновь, одетые в брюки и длинные рубашки из плотной, прочной ткани, призванной защитить не только от сюрпризов с растениями, но и от травм и ушибов. Если и упадем, то шеи не свернем. Хотя покалечиться вполне могли, все зависело от высоты падения.

Волосы убрали в пучок на затылке, а лица скрыли широкополые остроконечные шляпы. Между прочим, очень удобная вещь в полете: солнце не слепит глаза, ветер не норовит надавать оплеух. Скреплялась эта красота заколками, чтобы не слетала с головы во время маневра на метле.

Во дворе нас уже ждали Кристарис и ведьмы-наставницы. Поприветствовав старших, мы чинно направились на место тренировок — площадку за садом, где кроме травы не было ничего, обо что можно пораниться.

Не знаю, что сыграло роль в решении верховной — нытье ведьм, недовольство, что нам позволяется больше, или так совпали звезды, но в итоге не мы одни выбирали метлы. Остальные ведьмочки тоже обзаведутся летающими подружками.

Мы с Сициллой не удивились ни многообразию представленных для выбора метел, ни тому, что придется выбирать из оставшихся, — право первенства было у местных ведьм. И они с таким торжеством и превосходством на нас косились, что обычно невозмутимая Кристарис одернула зарвавшихся девчонок.

Вот честное слово, дуры! Забыли, что метла выбирает лишь одну хозяйку? Та, что подойдет одной ведьме, другой будет негодна. В противном случае это не уникальная метла, а общественная. Как тренировочные.

Я жадно рассматривала выставленные экземпляры, и взгляд то и дело цеплялся за одну красавицу.

У нее был самый пушистый «хвост» из тонких стебельков-прутиков с маленькими шишечками, отдаленно похожими на еще не открывшиеся почки вербы. Странность заключалась в том, что сами стебельки имели различную окраску от светло-песочного до изумрудного и даже сиреневого.

Черенок метлы был выполнен из толстой ветки белого дерева, которое еще называлось демоновым, потому что росло в очень жарком климате, ежегодно умудрялось цвести и было долгожителем: двести лет жизни для него — самый малый срок, а старым представителям перевалило за тысячу.

Неудивительно, что все присутствующие жадно глядели на эту метлу. Из такой же древесины была сделана метла верховной ведьмы. Больше никто подобной похвастать не мог.

— Смотри, какая красавица, — тихо прошептала Сицилла.

— Да, и все на нее смотрят.

— Нет, я не о той, что из белого дерева. Вон, видишь, седьмая.

Вгляделась в ту, что понравилась подруге, и хмыкнула. Кто бы сомневался! Розовое дерево. Розовое! Сицилла себе не изменяет.

Ствол метлы был не особо выразительным, а вот «хвост»… Розовые цветы распускались на нем, словно не были оторваны от корней и продолжали получать питательные вещества.

— Замечательная, — выдохнула Сицилла, — надеюсь, она меня дождется.

Что-то мне подсказывало, что подгадить Сицилле кто-нибудь да захочет.

— Итак, ведьмочки, перед вами семьдесят три метлы! — торжественно начала Кристарис. — Я сама буду вызывать каждую для выбора. У вас будет десять минут. Если за это время метла на ваш призыв не отзовется, новая попытка будет через три месяца. Это понятно?

— Да, — ответили мы хором, и верховная пригласила ведьмочку.

Девушки подрагивали от нетерпения и с завистью смотрели на первую претендентку.

Кто бы сомневался, что она прямиком направится к той метле, на которую я положила глаз. Небось все сначала к ней пойдут и лишь потом включат мозги. Не визуально метлу выбирают, а ведьминской силой. Нужно выпустить толику энергии и наблюдать: у каких метелок прутики зашевелятся, к тем и подходить.

Впрочем, зря так плохо думала о первой кандидатке. Она остановилась у красавицы из белого дерева, но ее не трогала. Постояла, прислушиваясь к себе, и потянулась к энергии мира. Ведьминский дар ощущался мной как дуновение теплого ветерка.

На призыв откликнулись десять метел, которые подпрыгнули в воздух на метр. Были еще семь метел, которые отозвались не так активно, поднявшись над землей сантиметров на двадцать. Их тоже можно попробовать получить в пользование, но связь будет на порядок ниже.

Процесс выбора был долгим. Я была права, полагая, что приглянувшаяся мне метла понравится всем. Ведьмочки пытались расшевелить строптивицу, но она не отзывалась. Мечта Сициллы с розовыми цветами реагировала трижды, каждый раз подруга ахала, переживая, что ее заберут, но она так никому и не подошла, отваживая от себя претенденток.

Не обошлось и без казусов. Метла хоть и неодушевленная, но магическая вещь, а посему свой характер имеет. Даже отозвавшись на силу, метлы испытывали ведьм, то сбрасывая их с себя, то не подпуская близко, а иногда прохаживаясь прутиками по спине и ягодицам.

Наконец настала наша очередь. Я думала, что опять буду последней, но Кристарис потребовала, чтобы я выступила первой из нашей двойки.

Из семидесяти трех метел осталась шестьдесят одна. Очень приличный ассортимент.

Пожав плечами, вышла вперед, не став подходить близко. Как бы ни нравилась мне метла из демонова дерева, выбор сделает сила. А потому зачем сразу обижать отозвавшуюся метелку, показав, что хотелось другую?

Я закрыла глаза, мысленно сосчитала до десяти, вздохнула и открыла веки, одновременно с этим выпуская энергию.

Что ж, посмотрим, кто ответит на мой призыв.