ГЛАВА 9

К тому времени как девушки вдоволь наговорились с гримуаром, наступила пора ужина. Гости прибыли вечером, буквально за час до трапезы, но благодаря тетушке Мири распорядок дня немного сдвинули. Все прекрасно понимали, что Сицилла захочет пообщаться с родными и пропустит прием пищи, а этого допустить ведьмы не могли — девушка только-только пришла в себя после инициации. К тому же тетка Сициллы, Тилья Антарри, безуспешно пытавшаяся встретиться с ее мамой, теперь получит эту возможность.

Я успела кратко рассказать подругам, что с нами произошло за время, что мы не виделись, прежде чем мы пошли в малую столовую.

В коридоре столкнулись с Сициллой, ее матерью и сестрой. Маленькая Мария Толай действительно плохо перенесла оспу. На личике остались следы от язв, которые она безуспешно пыталась прикрыть распущенными волосами. Жалость к несчастному подростку кольнула сердце.

— Мур, а на такой случай существуют зелья? — мысленно потянулась к гримуару.

— Боюсь, что уже ничего не сделать. Зельями так точно.

— А если не только ими?

— Может получиться. Тем более Сицилла инициировалась недавно, ее сила шарашит во все стороны, а объем потребляемой энергии меньше, чем ее производительность. Но зелье должно быть на крови, и лучше всего, если ею поделится не только твоя подруга, но и ее мать.

— Кстати, она ведь тоже сильная ведьма, использующая магию крови.

— Ох, деревня ты моя наивная. Она ж в империи жила. Нет у нее больше дара…

Я вздрогнула. Дура, совсем забыла, кем приходятся эти женщины штатному императорскому палачу. Без ведьминской силы осталась не только леди Милиса, но и ее младшая дочь Мария.

Не хотела бы я такой судьбы своим детям. Еще один минус в отношении Тая Авраза. Если уж он мне заявил, что изредка позволит пользоваться магией, то о детях и подумать страшно, хотя он и сам не лыком шит. Демонская кровь…

Плюнув на этикет, я крепко обняла леди Милису, прошептав, что безмерно рада встрече и тому, что она стала частью моей семьи.

Мария была пугливым котенком, который вроде и хочет поиграться со старшим товарищем, но лапы и зубы этого товарища его пугают.

Но я все равно приблизилась и нежно сжала худенькую девочку в своих руках.

— Меня зовут Алиса, и мне приятно, что вы теперь с нами. Я не дам в обиду Сициллу и тебя тоже.

— Вы сестра лорда Кортина? — тихо спросила малышка, и я кивнула. — Он хороший…

— Я тоже хорошая, — улыбнулась ей, — если меня не обижать.

Робкая улыбка в ответ. Какая запуганная! Девочке на вид лет двенадцать, не больше, но я-то знаю, что ей почти пятнадцать. Сицилле потребуется время, чтобы вернуть сестре радость жизни. Впрочем, нам всем потребуется. Вряд ли я смирюсь с тем, что с ней сотворили. Судя по взглядам подруг, у них схожие мысли. Любовь и забота малышке обеспечены. Была одна сестра, а теперь шесть, и все они станут стеной на защиту Марии Толай. Чем раньше она это поймет, тем скорее расслабится и перестанет нас бояться.

Появление Кортина я пропустила, слишком была поглощена проблемами Марии. Впрочем, мой брат, как истинный лорд, не обделил своим вниманием никого из девушек: поздоровался, заметил, что они прекрасно выглядят. Сказал, что рад встрече, а особенно тому, что его любимая наконец окажется в привычном окружении, среди близких подруг, по которым скучала.

Сицилла благосклонно улыбалась, всем видом показывая, что Кортин ни капли не солгал. Наше милое щебетание перетекло из коридора в столовую, где сидели две ведьмы из Ковена — вспомнила их внешне, а имена как назло на ум не шли — и наши с Сициллой тетушки. Может, ведьма Тилья была неплохой, но в свете того, что я узнала о ней от Таланы, симпатии не прибавилось. Даже жалеть ее не получалось. Хоть она и вышла из той истории покалеченной, да оказалась на родине в отличие от сестер, отправившихся ее спасать.

Я переживала, как среагирует леди Милиса, но беспокоилась напрасно. Она была леди и за годы, проведенные в империи Авразар, научилась держать лицо и скрывать эмоции под едва уловимой маской благожелательности. Вроде смотришь — улыбается уголками губ, и в то же время мысли ее далеки. Словно бы и не окружающим адресована ее улыбка.

— Леди, рады приветствовать вас в нашем доме, — обратилась к нам тетушка Мири, — позвольте представить вам моих сестер, старших ведьм Ковена: Тилья Антарри, Сирис Агларри и верховная ведьма Кристарис Асорри.

— Хватит, Мирилис, — пожурила старшая ведьма, — Кристарис будет достаточно. Присаживайтесь, девушки. Милиса, с возвращением домой.

— Благодарю, верховная, — церемонно произнесла мама Сициллы и, сложив ладони лодочкой, поднесла сначала к сердцу, потом ко лбу. «Традиционное приветствие младшей ведьмы старших», — мысленно пояснил гримуар. Сама не заметила, как задала ему вопрос, что это было.

— Милиса, мы не на совете, — мягко улыбнулась Кристарис и потянула ее к столу, усадив леди Толай рядом с собой.

Тетушка Мири ненавязчиво рассадила всех остальных. Тилья оказалась через три стула от леди Милисы, но рядом с Сициллой и Кортином. Меня устроили между тетушкой и Сирис Агларри, напротив усадили Марию и Арабель. Остальные девушки заняли места рядом с Тильей и Кортином.

Первоначально я полагала, что ужин пройдет в гробовой тишине, изредка разбавляемой незначительными фразами о гостеприимстве принимающей стороны и таланте повара, однако ошиблась. Потому что верховная не собиралась изучать прибывших леди в непринужденной обстановке. По мне, это было логично, мало ли что тетушка могла рассказать о гостьях, приукрасив реальность, — в конце концов, они под покровительством клана Аллори.

Но, судя по всему, у Кристарис уже имелись характеристики на каждую из моих кровных сестер. Причем не только общие сведения о семье, учебе и направлении магии — она вскользь роняла фразы, касающиеся блюд, и предлагала девушкам то, что им действительно нравилось. Я сделала вывод, что информация о пансионерках у нее самая полная и явно из близкого окружения, ибо откуда можно узнать, например, что Ирма не любит стручковую фасоль? На приемах девушка никогда демонстративно не отказывалась от блюд с фасолью, ела вместе со всеми. О неприятии овоща я узнала случайно, играя в игру «правда или желание», когда Ирма отвечала на вопрос, что из продуктов она не любит. Тут-то и открылось, что стручок фасоли напоминает ей корни деревьев. Странная ассоциация, но…

Наяна!

Меня осенило. Седьмая пансионерка, с которой мы дружили, с легкостью могла сдать сведения о нас. Но каким образом она вела переписку с верховной ведьмой? И она ли вела? Может, Наяна передала сообщения о нас кому-то еще?

Ну конечно! Она собирала на нас досье. Это мы могли подурачиться, посмеяться и забыть! Но не Наяна Карсто, которая готовилась стать императрицей!

Уверена, мы за давностью событий и не припомним, что творили в четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать лет… Но бывшая подруга наверняка все конспектировала и куда-то передавала, ей же предстояло нами править.

От досады я прикусила губу и внимательно посмотрела на Кристарис. Знала же, что старшими ведьмами, тем более верховной, просто так не стать, но сейчас была неприятно поражена тем, как умело эта ведьма манипулировала присутствующими.

Вот бледнеет Тайс — Кристарис как бы между прочим сообщила, что ее навыки фехтования очень заинтересуют молодых ведьмочек, которые скоро вернутся. Не хочет ли она провести пару занятий для общего развития и более близкого знакомства? А ведь о том, что до пансиона Тайс проходила домашнее обучение как мальчик, знал узкий круг людей — ее семья.

Я молчала, но когда глаза верховной остановились на Сицилле, а рот открылся… Не сдержалась.

— Как интересно, — быстро проговорила, — вы с такой легкостью оперируете полученными сведениями, абсолютно не стесняясь раскрывать чужие секреты. А откуда такая уверенность, что мы здесь останемся? После вашей благосклонности возникает единственное желание — собрать вещи и попрощаться.

Я мило улыбалась, хотя внутренне была напряжена. Да, опять грубила, но меня так достали игры с демонами, а теперь еще и с Ковеном. Выгнать меня с островов они не могут — я не нарушила ни одного закона, мало того, единственная ведьма клана Аллори, обладающая магией крови. И Сициллу не тронут, а вот с девушками… Но кто сказал, что я позволю сделать их моим слабым местом? Нет уж, не дам подругам соглашаться неизвестно на что. Прекрасно вижу, что они готовы для меня сделать столько же, сколько я бы сделала для них, — отдать последнее имущество, кинуться в огонь или в воду. А Ковен, учитывая связывающую нас кровную клятву, захочет не просто манипулировать нами, а подчинить и использовать в своих целях.

Я с удовольствием отметила, как губы Кристарис сжались в тонкую линию, глаза сузились, а зрачки наполнились ведьминским зеленым огнем.

— Мы покинем дом немедленно, если вы не пересмотрите свои взгляды… на нашу жизнь, — упрямо смотрела на верховную.

— Вы не можете этого сделать, — спокойно парировала ведьма, — вы и леди Сицилла обязаны пройти обучение до конца и сдать экзамены. В противном случае заниматься ведовством вам будет запрещено.

— Но не магией крови. — Я лучезарно улыбнулась. Тоже мне, проблема. Дар ведьмы — энергия мира, нереально запретить ей пользоваться. Это лишь глупая угроза, если не считать того, что мы хотели создавать артефакты, наполненные ведьмовской силой, — ими мы заниматься не сможем. Но нам хватит таланта Арабель, Тайс и магии крови, чтобы занять достойную нишу в данной сфере.

— Признаю, что была неделикатна, — спустя пару минут выдохнула Кристарис, — и предлагаю побеседовать после ужина. А пока давайте поговорим о форме вашего обучения.

Согласиться или отказать? Я раздумывала всего секунду, прекрасно сознавая, что лезть на рожон — глупо. Мне пошли на уступку, настоящие торги начнутся при личной аудиенции. Что ж…

— Я согласна на беседу, — продолжала улыбаться, но не верховной — подругам: их напряжение, как и готовность защищаться или бежать, я чувствовала кожей. — И с удовольствием послушаю о сложившейся системе преподавания для ведьм с магией крови.

— Для инициированных ведьм с магией крови, — осторожно поправила меня Кристарис, — вы будете исключением.

«Невелика честь». Вслух, естественно, не сказала. Может, в другое время и была бы благодарна, но… Я же знаю, что мои способности ведьмам необходимы, да и я сама, а потому улыбаемся и слушаем.

— Вы изъявили желание сдать дополнительные экзамены для обретения ведьмовского котелка и метлы. — Кристарис вопросительно посмотрела на меня, и я утвердительно кивнула. — Следовательно, для вас процесс обучения будет насыщеннее и длительнее, чем для остальных. А учитывая некоторые личные обстоятельства, леди Алиса, времени на отдых у вас останется немного.

— Верховная, — негромко позвала леди Милиса, — неужели с момента моего выпуска в корне изменилась система обучения?

— Изменилась незначительно, а к чему вопрос?

— Хочу выдвинуть свою кандидатуру для кураторства над Сициллой и леди Алисой. Если, конечно, они согласятся.

— Исключено! — тут же воскликнула ведьма. — Все кандидатуры уже утверждены согласно плану, и извини, Милиса, но ты больше не имеешь ведьминского дара, а обучение включает и практику. Ты ничего не сможешь им продемонстрировать, задать верное направление и изменить их поток силы при необходимости. Нет, исключено!

— А мы согласны на кураторство леди Милисы, — заявила я, поймав взгляд Сициллы, — при условии, что останемся на вашем попечении.

Непрозрачный намек Кристарис прекрасно поняла.

— Обсудим наедине, — бросила она и так посмотрела на маму подруги, что будь на ее месте стог сена, он непременно вспыхнул бы.

— Я готова помочь Милисе и стать вторым куратором, — неожиданно встряла Тилья. — Для меня практика не станет проблемой, и я старшая ведьма. Полагаю, моя кандидатура вас смущать не будет?

Я говорила о сожжении леди Милисы? Нет, испепеляюще Кристарис глянула на Тилью. Или как на подколодную змею, что вдруг укусила хозяина. Ох, не просто там с их планом.

Впрочем, кандидатура Тильи нас не устроит — Сицилла вряд ли сумеет расслабиться при ней, как и леди Милиса. Так что пока промолчу. Посмотрю, чем в итоге это обернется, и позже выставлю свои условия. Тетушка Мирилис не зря была приглашена в Нижний Мир и благодаря моим стараниям никуда не денется, пусть даже не мечтают избавиться от нее. Едва сдержала ликование: уверена, нашими учителями станут именно моя тетя и мама Сициллы. Верховная заранее проиграла. На меньшее не соглашусь!

— Обсудим позже, — дипломатично отозвалась ведьма и промокнула губы салфеткой. — Прошу меня извинить, нужно решить некоторые дела. Леди Алиса, я жду вас после ужина. Вас проводят.

Как и подобает леди, мы склонили головы в знак уважения и в полном молчании дождались ухода ведьм. Соратница верховной и во время ужина в молчанку играла, и тут не удосужилась соблюсти приличия. Неслышно поднялась и тенью потрусила за начальством.

Тишина в столовой висела недолго. Первым не выдержал Кортин. Тяжело вздохнул и прямо заявил Тилье:

— Ваша кандидатура нас не устраивает. Можете забыть об этом. — Не предполагала, что он может быть таким колючим. — Сициллу и ее родственников есть кому защитить. И поверьте, если вас отказались принять, не стоит лезть в окно, с высоты падать больнее.

Брат предупреждал, что хитрость не обернется женщине ничем хорошим.

— Я рада, что мои родственницы под надежной защитой, — сухо заметила Тилья. — Но я вам не враг.

— Кортин, — одернула его, дабы не накалять обстановку еще сильнее. Ему не стоит вмешиваться, во всяком случае, пока я не выясню наше положение на островах и сколько золота у нас в активе, это тоже важно. И Марии не на пользу чужие дрязги — закончив с едой, она сидела, затравленно озираясь по сторонам. Ребенка лучше удалить из нашей компании.

— Проводи, пожалуйста, леди Марию в ее комнату. Мы немного задержимся, но скоро леди Толай и Сицилла составят вам компанию.

Улыбнулась, чтобы не напугать Марию еще больше, и послала брату мысленный импульс, заставляя открыть сознание.

«Сейчас не твоя битва, — практически рыкнула ему. — Займи малышку игрой, пока мы общаемся с верховной. Рано показывать зубы. Тебе уж точно. А сестер я не дам в обиду».

«Такую попробуй обидь, — фыркнул у меня в голове Кортин. — Но ты не одна. Не бери на себя лишнего. Пусть видят, что леди Толай не марионетки и ими не станут».

«Я не пытаюсь минимизировать твою роль в их жизнях, — спокойно парировала я, — но это другая территория и свои законы. Ты не ведьма, Кортин, чтобы понимать нюансы. Я знаю, что ты сможешь защитить тех, кого любишь. Но я собираюсь выбить лучшие условия для нашей жизни и работы. Не мешай, пожалуйста».

«Ты собралась торговаться с Ковеном?»

«Можно подумать, ты не стал бы. Не забывай, кто наш отец и каким даром мы обладаем. Поэтому я не просто буду торговаться, а получу все, что нам потребуется».

«Только помни, что вы здесь не на положении содержанок. Отец писал, что все оплачивает он».

«В смысле?»

«Ваше с Сициллой обучение, проживание, ингредиенты, необходимые для практик, — за его счет. Ты верховной за это не должна».

«А раньше сказать не мог?» — возмутилась я.

«Отец сам хотел поговорить с тобой, но почему-то задержался с визитом. А теперь, сама понимаешь, информация важна для твоих переговоров».

«Еще как! Спасибо, братец».

Пока мы мысленно перебрасывались фразами, тетушка Мирилис взяла на себя роль хозяйки, сглаживая углы брошенного Кортином заявления. Благодарно улыбнулась ей.

— Мари, как насчет партии в шахматы? — спросил брат. — Уверен, ты достойный противник.

Девочка покраснела и робко улыбнулась. А я и не знала, что она увлекается этой игрой.

— С удовольствием, если мама разрешит.

— Конечно, иди, — ласково произнесла Милиса, — только не забудь дать партнеру шанс отыграться.

Брови Кортина взлетели от удивления. Я тоже поразилась. Мои братья любили шахматы, а учитывая, что оба беззастенчиво пользовались ментальным даром, победы Кортина были воистину ошеломительными — у Лукаса он выигрывал три партии из пяти и две из десяти в игре с отцом. Лично я не рискнула бы сесть бы с ним за шахматную доску — мне не хватало мозгов для разворачивающейся на ней длительной борьбы. Это не значит, что я находила шахматы скучными или считала себя идиоткой, но для игры необходима не просто гибкость ума, а умение просчитывать ходы соперника на два-три шага вперед. Увы, по части тактики я не специалист, да и терпением не избалована, усидчивости не хватало, чтобы выдержать партию с братьями. Впрочем, они редко предлагали игру.

Пока я размышляла о прошлом, Мария и Кортин удалились, мы остались близким кругом, если не считать сестры леди Толай, да только все знали, что у стен есть уши домовушек. Поэтому трапезу завершали беседой о погоде, о главном острове и о демонах — что в общих чертах могли рассказать о них мы с Сициллой.

— Тетушка, вы проводите нас к верховной?

— Всех? — удивилась Тилья.

Я поджала губы.

— Конечно. Вопросы, касающиеся меня, мы обсудим наедине, все остальные — вместе. — Мое решение сюрпризом для Кристарис не станет, да и домовые доложат, что мы идем толпой.

— Провожу, — улыбнулась Мирилис.

— А я подойду к вам позже, — сообщила леди Милиса. — Тилья, нам надо поговорить.

Сицилла обеспокоенно посмотрела на матушку, но ничего не сказала. Только кивнула решительно.

— Спасибо за прекрасный ужин, — поблагодарила за всех Арабель, глядя при этом на Тилью. Впрочем, кто, как не она, ближе к организаторам «пиршества»?

— И домовушкам спасибо, постарались, — добавила Тайс, но закивали все.

Словно по волшебству перед каждой пансионеркой возникла из воздуха розочка — домовым приятна наша благодарность.

— Идемте, девочки, — позвала Мирилис, — вас уже ждут.

Откуда она знала, оставалось догадываться. Вроде никто с тетушкой не связывался, во всяком случае, я не заметила. Но глупо считать, что у них нет иного способа для связи друг с другом.