Глава 6

На следующее утро счастье Викусе неожиданно улыбнулось на все шестьдесят три наггеварских зуба. Или сколько их там у наггеваров? Поездку в пустыню отменили из-за песчаной бури, что нагрянула ночью. Столицу накрыли куполом, а ворота герметично запечатали и выезды на время запретили.

«…По вероятным прогнозам, ураган продлится не более сэптима! — вещала улыбающаяся дикторша-нагари из шаровизора в Викином номере. — А пока, дорогие гости и жители столицы, к вашим услугам все развлечения и блага Рассахщи».

«У-у, змеюка!» — Вика зашвырнула тапок в шаровизор, попала, злорадно захохотала и приготовилась провести весь день в гостиничном бассейне.

Однако…

На коммуникатор поступило сообщение от гида, что сразу после завтрака группа отправится в музей транспорта, который расположен всего в трёх кварталах от гостиницы. Взамен несостоявшейся экскурсии.

Ура-а!

Да кому нужна эта пустыня⁉

Викиной радости не было предела. Она тут же открыла и просмотрела информацию по этому замечательному музею. Да! Там собраны все модели фланоциклов, фланокеров, от старинных до новейших конструкций, а также уменьшенные копии наггеварских хищников, тигримских и руннских космолётов — эллипсоны, дельта-баки, и… много ещё разных. Современных и не очень.

Всего в трёх кварталах от гостиницы!

Но то были Рассахщские кварталы. А, следовательно, запутанные, как внутренности многоголовой и многохвостой змеи свернувшейся клубком. С толпами приезжих и аборигенов.

И группа во главе с экскурсоводом на свой страх и риск двинулась в музей пешком.

Первый квартал ещё не закончился, а Вика уже всё на свете прокляла, стараясь не отстать. И даже то, что сегодня обошлось без «нагайны» её не радовало. Где-то далеко во главе вереницы маячил, подпрыгивая, флажок гида. А потерять его из виду равнозначно катастрофе. Неоднократно Викуся чуть не свернула не туда, окончательно заплутав в поворотах. Выбиваясь из сил, девушка плелась в хвосте вереницы. Лёгкий вроде бы рюкзачок оттягивал спину, лямки натирали плечи. Пот катил градом, щекоча разгорячённую кожу, а ведь совсем не жарко, буря наверху закрыла солнце. В глазах рябило, но вредная гидша и не думала останавливаться, а наоборот ещё и подгоняла:

«Попрошу не отставать! Ждать никого не будем! — речитативом частила она в громкоговоритель, перекрывая звуки столичного бульвара. — Музей открывается через полчаса, и он не резиновый».

Вот так и случилось страшное… Викуся перепутала экскурсионные флажки и выжав второе дыхание устремилась в переулок за чужим гидом. То, что она замыкает не свою группу, Вика обнаружила слишком поздно. И нет бы догнать экскурсовода и расспросить. Вдруг он туда же ведёт, но более короткой дорогой. Нет. Девушка сперва растерялась, а потом живенько ноги в руки и кинулась обратно, тем же путём откуда пришла. Вернее, она так считала. Но это же Рассахщи! Наггеварские кварталы.

Убеждая себя, что всё под контролем, Вика принялась расспрашивать прохожих и уличных торговцев о музее транспорта. Местные жители её совсем запутали и заморочили, хотя очень хотели помочь, и каждый объяснял по-своему, вразнобой, и порой указывали совершенно противоположные ориентиры, а так как своими Викуся не обзавелась… Девушка окончательно заблудилась и заподозрила, что удаляется от музея вместо того, чтобы приближаться к нему. А некий заламин предложил проводить её, гаденько при этом ухмыляясь, красноречиво скользя змеиным взглядом по девичьей фигуре и фривольно поигрывая жалом. Чуть поодаль сгрудились и другие наггевары, плотоядно разглядывая землянку. Его дружки? Сообщники?

Вика запаниковала!

Она дезориентировалась не только в расположении музея, но и не представляла, как попасть в гостиницу. Увернулась от наглого заламина и опрометью кинулась бежать, ничего не замечая вокруг и остановилась лишь на какой-то тихой и безлюдной улочке. Странно даже… Опомнилась на тротуаре перед металлическим ограждением с калиткой, упираясь взглядом в столбики с шаровизорами. А за изгородью, увитой местной разновидностью плюща, завлекающе прятался уютный дворик с фонтанами и клумбами. В глубине виднелся павильон и наггеварские фонари — большущие зелёные змеи с шарами в клыкастых пастях.

Вика отдышалась, успокоилась и наконец сообразила, что дважды сваляла дурака.

Первое — забыла о коммуникаторе. Ну, о нём она и в лучшие моменты забывала, а теперь ещё и устыдилась ко всему прочему. Запаниковала как школьница, чесслово. Опозориться перед гидшей, вечно ею недовольной, и дать группе повод позлословить? Вот ещё!

Второе… Викуся запросто могла бы воспользоваться шаровизором, которых здесь на каждом углу понатыкано как грибов, и выяснить дорогу к музею, но… Частенько мы крепки задним умом. Да и теперь, имея под рукой варианты, чувствуя пленительный зов неизведанного впервые за всё путешествие по галактике Тигра, Вика с восторгом рассудила, что это…

Настоящее приключение!

Дворик так и манил.

Замечательное таинственное местечко!

А к шаровизору она всегда успеет. Вот же они — целых два, и торчат прямо перед ней. Никуда не денутся.

Викуся огляделась, замирая от волнения и предвкушения. Вокруг по-прежнему никого, никаких посторонних движений. Только неподалёку у тротуара припаркован фланокер. Девушка взялась за ручку калитки, тоже в виде изогнутой змеи, и… Двери павильона распахнулись, и оттуда вывалились двое. То есть, трое, но третьего, связанного и с кляпом во рту, они волокли за собой. И лица эти двое прятали за чёрными полумасками.

Девушка встрепенулась и рванула прочь от калитки, заметалась по тротуару, но вместо того, чтобы драпать сломя голову и подальше, укрылась за мусорным бачком на противоположной стороне улочки. Успела в последний момент, перед тем как с лязганьем отворилась калитка, чьим-то увесистым пинком.

Из своего укрытия Вика отлично видела фланокер и всё, что возле него происходило. Приключение становилось не только загадочным, но и опасным.

Двое притащили третьего и затолкали его в повозку, возбуждённо о чём-то переговариваясь. Викуся чуточку высунулась из-за бака и пригляделась. Один из них, тот, что с жалом — явно заламин, показался ей смутно знакомым. Невероятно, но факт… Кончик носа, и нижняя часть лица — челюсть, подбородок, да и силуэт, и манера держаться наводили на туманные ассоциации. Издалека трудно определить, но что-то её привлекло в нём. Жаль, волос не разглядеть. Головы у обоих злоумышленников обмотаны чем-то вроде чалмы, и одеты они одинаково — в мешковатые шаровары и рубахи, перепоясанные кушаками. Как и большинство прохожих обывателей. Но эти явно были не просто обывателями.

А кем? Разбойниками⁈

Вика прижала ладонь к губам, боясь даже пикнуть.

Судя по маскам, бандиты. Но местных порядков Ви́кушка не знала, чтобы действительно судить. Вдруг, тут каждый десятый носит маску? Туристов инструктировали лишь поверхностно. В том, что касалось поведения — не делайте то, не ходите туда, не говорите так. Даже разговорник прилагался к путеводителю, где указывалось, какие выражения следует употреблять, а каких избегать. Например, не рекомендовалось начинать вопрос со слов «ты знаешь…», и в особенности произносить это скороговоркой. Видите ли, односторонний РНК-переводчик вкупе с позитронным двухфазным неправильно перетранслирует семантические оболочки, истолковав значение не в том смысле. Куда только джамрану-генетики смотрят⁈ А какой-такой провокационный образ сие звучание обретало в устах землян, внедряясь в сознание наггеваров, Вике так никто и не объяснил. Хотя она дотошно выспрашивала на предварительном инструктаже, чтобы в случае чего не сесть в лужу. От девушки лишь отмахивались и неловко отводили глаза.

Вот чёрт! Рядом такое творится, а она в облаках.

Субъекты в масках спорили, когда из павильона донёсся шум, нарастая и превращаясь в грохот. И двери с треском вышибло изнутри, так что, постройка содрогнулась, едва не рассыпавшись по дощечкам, из проёма полетели стулья, а следом и тела. Вопли! Удары! Звон бьющегося стекла!

Викуля слилась с мусоркой, а неизвестные в масках кинулись обратно во дворик, снова заставив скрежетнуть бедную калитку и скрылись в павильоне, сшибив по пути нескольких громил. Тогда и Вика отважилась выползти из укрытия. Вот тут бы дурочке и тикать. Так нет же! Стукнуло в дурью черепушку сперва полицию вызвать, или, что там у них… Инспекцию. А потом уж тикать, с чистой совестью. Но для начала следовало убедиться в наличии состава преступления, чтоб не выглядеть совсем идиоткой и не дразнить местных стражей порядка зазря. А то, вдруг у них там наггеварская свадьба, и друзья невесты просто жениха украли. Плохо не знать обычаев.

Вика осторожно приблизилась к фланокеру а-ля паланкину. Отодвинула полог и заглянула внутрь. На дне повозки валялся заламин. Связанный по рукам и ногам — руки стянуты за спиной, а бедное жало примотано к ногам. Светлые спутанные волосы слиплись сосульками, и… Бедолага не двигался.

Совсем на жениха не похож! Разве что, его без него насильно женили.

«А вдруг он опасный преступник? — запоздало предположила Викуся. — Но… Эти двое тогда кто?»

Ведь ясно же — они его силком забрали из того павильона. А если арестовали за ограбление или убийство⁈ Возможно… Но почему они в масках, а не он?

Девушка для верности присмотрелась.

Нет, он точно без маски. Павильон определённо не банк. И те громилы оттуда явно не хотели, чтобы этого «парня» забрали.

Незнакомец шевельнулся, застонал, напряг жало и на кончике острия выступила капелька яда. Резко запахло пряностями. Вика не удержалась и чихнула. Пленный заламин вздрогнул, завозился, кое-как приподнял голову, глянул на девушку исподлобья и замычал.

Ах, у него же кляп! И в глазах такая мольба…

Вдруг он пытается сказать ей что-то важное⁈

Викуля колебалась недолго и спустя секунду уже перелазила через бортик антиграва.

Предоставить свободу слова — это одно, а развязать руки — совершенно другое. И развязывать она его, пока что, не собиралась. К тому же, изо рта ноги не растут, разве что у разных мутантов от ушей. Этот не мутант. Не сбежит. Почему бы не выслушать человека, то есть, заламина? Пока не вернулись эти… злодеи.

Вика ослабила узел на затылке у заламина и вытащила изо рта пробковый кляп.

— Лали… — прохрипел он. — Пи-ить…

Девушка ожидала чего угодно, любых просьб или проклятий, но не этого. Она выудила из рюкзачка запас туриста — бутылку с водой, отвинтила крышечку, приставила горлышко к губам заламина и напоила. Он глотал так жадно, будто неделю не пил, шатаясь по пустыне.

— Ссспасибо, — поблагодарил пленник, выдув полбутылки, застенчиво улыбнулся Викусе и сразу посерьёзнел.

— Где они?

— Кто? — не поняла Вика.

— Те, в масках… похитители…

Значит, всё-таки похитители!

— Вернулись туда… обратно.

И добавила:

— Подраться, наверное.

Он прислушался, вздохнул, и устремил печальный взор на девушку.

— Спаси меня от них! Прошу!

— Я?.. Не-е… как… А ты не преступник?

— Не-ет, — простонал он в отчаянии и заёрзал на дне повозки. — Клянусь! Прошшшу, развяжи… Они же убьют меня.

— Я… н-не знаю, — Вику охватили сомнения.

Врёт он или нет… А что если те двое — убийцы? Она не может обречь его на смерть, но с другой стороны… Доверять незнакомцу?

— Всё, что хочешь взамен, — прошептал он, оливковые глаза его увлажнились и вновь умоляли. — Я тебя озолочу, только развяжи и всссё… Иначе… Вопрос жизни и смерти, дело государственной важности.

У Викуси закружилась голова. Допустить убийство, будь он хоть трижды в чём-то виновен, она не могла. А вдруг незнакомец не врёт насчёт тех двоих, и её руки обагрятся его кровью. Они же не просто связали его, ради забавы. И они в масках! А этот… Молодой совсем, по виду её ровесник и такой симпатичный. И так жалобно смотрит, совсем как тот нассаримчик, которого хотят съесть после какой-то там хущищи. А что если… И этого тоже съедят⁈

— Помоги-и… Иначе мой апа сойдёт с ума от горя. Прошшшу, — он легонько постукался затылком о край сиденья. — Не бойся, лали, тебя не трону. Сразу уйду.

Может, они его похитили и требуют с родных выкуп?

Вот дилемма!

Ладно. Главное, чтобы её совесть была чиста. Остальное — их наггеварские проблемы. Она совершит благое дело, а они пусть сами последствия расхлёбывают.

Девушка вдохнула поглубже, обретая уверенность, выдохнула и достала из кармашка рюкзака складной ножик — подарок отца. Обычно Вика брала его с собой на экскурсии — фрукты там порезать, колбаску порубить. Как землянка пронесла его через таможню, другой вопрос. Наггевары-то с колющим и режущим не сильно заморачивались, в основном шерстили ручную кладь у джамрану, изымая вредоносные геномы. А ножик какой-то… Эка невидаль! В империи у каждого второго остриё. Или у первого и пятого.

— Лали-и, — жалобно заскулил он. — Помоги, будь милосердна…

Сердце Викуси окончательно дрогнуло и сдалось, и она перепилила верёвки. Сначала на запястьях, а затем освободила ноги и жало. Он растёр затёкшие кисти и ей помог. Вдвоём они живо управились с путами. Оказавшись на свободе, заламин проникновенно так посмотрел на спасительницу, мерцая зрачками, будто гипнотизируя её, приложил ладонь к сердцу и сказал:

— Спасибо! Ты и не представляешь, лали, как я тебе признателен. Я этого не забуду и тебя тоже. Отныне я твой должник. Мы ещё встретимся, и я верну долг с лихвой.

— Н-не-не… — начала было Вика, она же абсолютно бескорыстно, но он внезапно притянул её к себе и пылко прильнул к её губам. Она и сообразить не успела, что к чему, да так и сомлела от его жаркого дыхания, но… Он её отпустил, внезапно, хоть и с сожалением.

— Запомни! Рамзес. Меня зовут Рамзес.

Какое, однако, выдающееся имя!

Вика захлопала глазами, теряя ощущение реальности.

— Ты ещё услышишь его, лали, и узнаешь. И не пожалеешь, что освободила меня. А как тебя зовут? Я хочу знать имя своей спасительницы.

— Вика, — девушка смутилась и растерялась, — Синицына.

— Вики-лали, — повторил он, хватаясь за бортик повозки. — Восхитительно! Вики-лали…

Эту прозвучало куда приятнее, чем «луша-клуша».

— Я тоже запомню и найду тебя. А пока дам ценный совет.

— Какой? — Вика таращилась на него как одурманенная и слабо соображала.

— Беги! — выкрикнул он, спрыгивая с подножки антиграва, и только полог всколыхнулся у него за спиной, а улица огласилась топотом резвых ног.

Викуся опомнилась, сунула ножик в рюкзак, продела руки в лямки и недоумевая вылезла из фланокера. Рамзеса и след простыл. А со стороны дворика не доносилось ни звука. И в этой тишине отчётливо заскрежетала калитка… Вика метнулась в укрытие к мусорному баку, но не смогла сделать и шагу, увязая в загустевшем воздухе, словно в прозрачной смоле. Она дёргала ногами и руками, как муха лапками в банке с клеем. Или как мошка в паутине. И постепенно обмякла. Словно кто-то забрал у неё все силы, даже мозги едва ворочались.

— Ты смотри! — воскликнул некто у неё за спиной. — Ещё и трепыхается!

«Они же меня убьют!» — клеймом отпечатались в памяти страхи Рамзеса.

Теперь они убьют её вместо него⁈

Викуся в ужасе рванулась, но безуспешно, ноги так и прилипли к мостовой. Попыталась кричать, но из горла вырывалось лишь невнятное бульканье. Из последних сил борясь со сковавшей её пеленой, девушка обернулась и наткнулась на свирепый взгляд заламина в маске.

— Ты⁈ — опешил он и яростно зашипел. — Сссснова ты…

Вдвоём с пособником, будто скорпион с пауком, они скрутили, связали беззащитную девушку и потащили к фланокеру, как недавно Рамзеса, а кричать и вырываться она почему-то не могла. И ни единой дуры поблизости, чтобы её спасти. Ох… Пропала Вика! Вляпалась.