Глава 18
Сказ иной, осьмнадцатый. Бабай
Щелк – и тусклый свет лампы с помещенным внутрь нее магическим светлячком осветил бурый мохнатый бок.
Ей-богу, я готова была поверить в то, что вижу перед собой медведя, вставшего на задние лапы.
Только что вот этот медведь забыл здесь, в скромном уютном домике? К тому же откуда медведю уметь пользоваться магической лампой, в которой, кстати говоря, давно пора бы обновить заклинание магического светлячка – вон как тускло светит? Правда, что тускло – это нам повезло.
Свет не дотягивал до нас, мы пока оставались надежно скрытыми границей, за которой царил беспросветный мрак.
Существо тем временем развернулось к нам спиной и подошло к комодику у противоположной стены.
Поставило лампу.
А потом сделало какой-то неуловимый жест, я совершенно не поняла, что именно – но в следующий миг (спасибо Дару, если бы вовремя не среагировал, точно бы взвизгнула – не от ужаса, так от удивления) это неведомое страшилище раздвоилось. Ой, светлая Макошь, вот оно почему его ни к чему и причислить-то невозможно, окаянного. Он двуликий, как языческий бог!
Бабай тем временем как-то странно сложился и повис безвольной тряпочкой на вешалке, покачиваясь в такт ветру из окна.
А вот то, что от него отделилось – оно было куда меньше ростом и по-моему, не такое косматое, хотя в такой темноте и при обманчивом тусклом свете я не поручусь… но все же…
Когда это нечто поднесло лампу близко к лицу, оно оказалось сухоньким на вид, невысоким дедушкой!
Кстати, вполне безобидным с виду. Теперь уж мы оказались в весьма неловком положении – как не напугать этого божьего одуванчика? Потому как старичок, сдается мне, в любой момент может щелкнуть пальцами и натравить на нашу компанию этого страшного бабая…
Тем временем старичок подошел к столу, смачно захрустел сочным яблоком. А потом неожиданно позвал:
- Кузя! Козьма – а ! Нут-ка, иди сюда, не дуйся, от глянь-ка, что я тебе из вески принес!
Дедушка что-то налил из небольшого бутылька в блюдечко и поставил на стол.
- Кузя! Осерчал, что меня так долго не было, да ведь?
- Не осерчал я, - раздалось с печки, а наша компания почувствовала себя актерами, которым назначили главные роли в пьесе абсурда. - Боюсь.
Что же это получается? Бабай не раздвоился вовсе, а расстроился? Мы же на границе с Темной Стороной, здесь и не такое встретиться может… Ой, Макооошь!
Опешивший вид дедушки красноречиво явил, что хозяин этого уютного домика находится в крайнем недоумении по поводу опасений того, кто спрятался на печке.
- Ладно придуриваться то, Козьма! Выходи, попробуй – молоко знать какое жирнющее! Как ты любишь.
- Гости у тебя, Ефстафий. Покуда они здесь – не выйду! – упрямо заявил голос.
- Да какие гости-то? Что ты несешь? Что им здесь делать, в мой халупе-то? Да и взять вроде как, у нас нечего, - старичок почесал седую, как лунь голову. - И дверь заперта была! – добавил он уже серчая.
- Так ведьма то с ведьмаком, боевые зело, со своей нечистью пришли, жирной! Огромной!
- Да что ж ты врешь, окаянный, насчет жирного-то?! – обиделся Данька, а старичок подпрыгнул на лавочке и обернулся к нам, подслеповато щуря глаза.
Вот и все. Мы обнаружены.
Я осторожно кашлянула. Потом столь же осторожно кашлянул маг.
- Точно, гости, - пришел в себя дедушка. - Нут-ка, выходите на свет, посмотрю, кто на огонек к Бабайке пожаловал – добрые люди али лихие разбойники?
В следующую секунду раздались два щелчка пальцами – и я, и маг одновременно зажгли над головами магических светлячков, которые осветили нас во всей красе.
- Сударь, - начал чародей, кашлянул и продолжил: - Мы просим прощения за несанкционированное проникновение на частную территорию вашего жилища, мы обязательно возместим ущерб и оплатим пребывание.
- Простите нас, дедушка, мы не нарочно, - перебила Дара я.
- Не нарочно? – переспросил дедушка, все еще не пришедший в себя от увиденного. И его можно понять, неизвестно, как бы я повела себя на его месте, если бы по возвращению домой увидела разлегшихся на полу взлохмаченную девицу, довольно крупного мужчину и коловертыша, выглядывающего из-за спины того, кого он обычно именовал остолбенем.
- Не нарочно, дедушка, - затараторила я. - Просто понимаете, там был такой ливень, и я заблудилась, и ваш домик.
- Заблудилась она, - раздалось с печки. - Она тебе, Ефстафий, дверь-то и взломала. Наглая такая! Еще и яблоко слямзила.
- Простите, - прошелестела я.
- Яблоко, значит, - удивленно повторил за тем, кто прятался на печке, старик, и в следующую секунду затрясся мелким смехом. - Ну так и на здоровье.
Я правильно его поняла? На нас не будут, по крайней мере, сегодня, натравливать бабая? Уже хорошо.
- Ну, идите сюда, боевые ведун с ведуньей, и нечисть свою прихватите, знакомиться будем, - надо же, какое чудесное начало!
- Боевой маг только я один, сударь, - подал голос оборотень. - Лиодор де Эллар Дарнийский, имею честь сопровождать сударыню Йагиню по семейному делу.
- Хессения из дома Йагинь, целительница, - присела в реверансе я.
- А это – Данила, наш коловертыш, - добавил чародей.
- Закатай губу, остолобень, - заявила невоспитанная нечисть широко улыбающемуся магу, - Сенин я, а не «ваш». С домовым твоим, дедушка, мы уже познакомились.
С печки слез вышеупомянутый Козьма, недобро щурясь на нашу компанию.
- Поразвели свету, - бормотал он под нос. - Чай, не белый день, да и светлячков ентих экономить надо.
- Подожди, Кузя, - перебил его дедушка. - А я Ефстафий Наконоилович, бабай. Да ты не боись, девонька, - усмехнулся старичок. - Не на работе я сейчас, - и неожиданно озорно, по-мальчишечьи, подмигнул магу.
Оборотень ответил такой же задорной усмешкой.
- Как – не на работе? Как – бабай? Ничего не понимаю. Я сама видела, как бабай зашел в дом, потом раздвоился, и появились вы.
Старичок тем временем быстро и ловко накрыл простой деревенский стол – хлеб, соленые грибочки, холодные блины, деревенский сыр и простокваша, холодный вареный картофель, и жестом пригласил нас разделить с ним трапезу.
- Вы уж простите за скудость, - попросил он. - Ну да мы с Козьмой гостей не ждали.
- Да как можно, - возмутилась я. - Что вы!
Тем временем вытряхнула наши запасы вяленого мяса, ароматной розовой колбасы с тмином и бекона – нужную температуру в седельных сумках поддерживал Лиодор, не допуская меня до святая святых, ну и слава светлым богам, если честно! Я добавила на стол печенье Агриппины, сушеные абрикосы, вяленую дыню – последние запасы из дома, и ароматные сухарики с изюмом и ванилином, а небольшой банкой вишневого варенья, похоже, зело угодила Козьме.
А бабай Ефстафий Наконоилович пришел прямо-таки в детский восторг от увесистого мешочка ароматного красного чая.
Еще бы, бабулям из-за Лукоморья привозят!
Такой чай и самому князю не стыдно в подарок преподнести, но последний обойдется, нечего светлым целительницам житья не давать.
Когда я разобралась, в чем дело, долго краснела от собственной глупости и наивности - Ефстафий Наконоилович – самый обыкновенный человеческий дедушка, а никакой не бабай. Но работает самым что ни на есть настоящим бабаем – причем за хорошую плату, ведь пособия от империи не сильно-то и большое, даже для бывалого стража, служившего еще при покойном батюшке нынешнего графа Менферского.
Ефстафий Наконоилович сравнительно вовремя покинул пределы проклятого графства, а ежели учесть, что он не являлся тамошним уроженцем, помешать ему ничто не могло – виной тому стала памятная встреча с нежитью, то ли с упырем, то ли с какой другой.
Прокушенная рука была успешно залечена Природной магиней, но только мужчина понял, пока отлеживался в лазарете, что больше всего он любит Мать Нашу Сыру Землю и лес, а охранное дело – оно вроде как и не для него.
Купив на полученную плату за свои заслуги кусочек земли рядом с границей, Ефстафий Наконоилович официально поступил на должность лесничего. Места здесь, несмотря на близость с Темной Стороной, спокойные. Через пару лет новой службы бывший страж привел в дом хозяйку – веселую хохотушку Шелену.
- Твою родственницу, видать, - улыбнулся дедушка магу. - Только она в рысь перекидывалась.
- Вы увидели, что я – оборотень? – удивился Лиодор, и я разделяла его удивление: в дедушке совершенно отсутствовала волшба, напрочь. Как же тогда он считал ауру элсмирского волка?
- Поживете с мое с оборотнем бок о бок сорок пять годков, по духу их распознавать будете, - пояснил Ефстафий Наконоилович. - Четыре года, как голубка моя ждет меня за Межой.
Сорок пять лет вместе, ого! Ладно оборотни – у них продолжительность жизни высокая, а дедок-то самый настоящий долгожитель. Однако какое он отношение имеет к работе бабаем?
Оказалось – самое непосредственное! За границей – то есть на Темной Стороне как раз бок о бок находятся два поселения – оборотней и вампиров, и все бы ничего, вроде им делить нечего, да только детишки двух деревенек «про между собой враждовать начали», а школа для нелюдей в тех местах пока одна. «Да оно и правильно, потому как дружить надо, да ведь?»
И никакие родительские увещевания на них не действовали, пока кому-то из почтенных поселенцев в голову не пришло начать пугать маленьких нелюдей таинственным бабаем, «который обязательно заберет к себе тех, кто не умеет дружить, особливо с другими темными расами».
Сия светлая – или темная? - идея пришла в голову почтенному Датардаилу Егофьевичу – дедушке нынешнего правителя вампиров Владислава Драконавича, по совместительству – уже много лет близкому другу Ефстафия Наконоиловича. Возник только вопрос – кому изображать перед детворой бабая?
Своих – и вампиров, и оборотней, они за версту почуют.
Вот как-то за чаепитием со своим Ефстафий Наконоилович и предложил свою кандидатуру, обряженную в несколько шкур – от медвежьей до овечьей, да с тех пор ходит ночами по вескам, попугивает местных ребятишек, заглядывая к ним в окна.
- А что мне? – Все какой-то кусок к пособию от нашей империи. Да и старческая бессонница давно. Спешу жить, ребятушки. Чует сердце – скоро проводит меня симуран через Звездный мост к моей горлице-Шеленушке. Чай, заждалась меня, родимая.
Детей паре обычного человека и женки-оборотня светлые боги не дали. Ну да они и не сильно печалились – просто жили душа в душу.
- А зачем тебе столько денег, дедушка? – внезапно нагло и абсолютно бестактно поинтересовался Данька, чем вынудил меня запустить ему пальцы в теплую шерстку на загривке. Однако Ефстафий Наконоилович не обиделся.
- Твоя правда, бесенок, - кивнул ему «бабай». - Зарок я дал: обрядить вот ее в платьице из драгоценных камней и самоцветные черевички, - и старик достал из сундука и показал нам куколку – точную копию богини любви Лады.
Точеная деревянная фигурка светлой богини была вырезана так искусно, что на миг показалось, что сама Лада почтила нас своим присутствием. И это была не просто кукла – вырезанная из ценного белого дерева фигурка Лады символизировала собой именно тот фрагмент Древних Песен, где богиня является земному жениху, превращаясь из лебедя в Царевну.
Тоненькая женская фигурка выходит из вороха лебединых перьев – по сторонам от нее взметнулись в последний раз два белоснежных крыла, а крохотные ступни, обутые в самоцветные черевики, стоят на белом покрывале лебяжьего пуха.
Богиня оглядывается назад, как бы прощаясь с родным Лукоморьем, и рука ее, украшенная маленькими перстеньками со сверкающими камнями, придерживает тонкое, как паутинка, белое покрывало. На голове – корона с горящими в ней самоцветами и ниткой жемчужных бус, тяжелая русая коса до пят угадывается под белоснежным покрывалом. А платье почти до самого низа усыпано россыпью драгоценных камней, сверкающих, как звезды. Я просто онемела от восторга.
- Шелена сама выткала для Нее одежу, - сообщил Ефстафий Наконоилович. - Очень уж она светлую Ладушку почитала. Говорила, если б не Она – мы бы так никогда и не встретились. Ну да это долгая история, а вам, поди, еще выспаться надо.
Я кивнула и без лишних слов вытащила из ушей сережки, которые родители привезли мне откуда-то издалека. Сапфиры в них, самые что ни на есть, настоящие – и они достойны послужить красоте светлой богини!
У мага были написаны на лице самые противоречивые чувства: с одной стороны, ему ничто не мешало одним разом положить конец зароку нашего хозяина, с другой стороны – ведь Ефстафий Наконоилович ясно сказал, что как только закончит, сразу отбудет за Межу, к своей Шелене.
Я ласково улыбнулась чародею и незаметно кивнула – он понял, и подарил дедушке-«бабаю» перстень с крупным сапфиром – для Лады, а для него самого протянул мешочек с монетами. Ефстафий Наконоилович не хотел брать «такие огромные деньжищи», но мы и умруна уговорим. Верлиоку, ага.
В конце концов, светлые боги сами решают, когда призывать кого-то из нас за Межу, несмотря на все данные зароки вместе взятые. А поучаствовать в подношении богине любви нам обоим почему-то очень хотелось. Даже Данька непонятно откуда достал серебряную монету. Правда, ворчал при этом что-то нелицеприятное в наш адрес, как обычно. Ну, да мы привыкшие!
Посидев еще немного с приветливым хозяином, все же решили поспать. Совсем скоро, на рассвете, нам предстоит, наконец, логически завершить наше путешествие.
Я долго ворочалась, думала о мелких, о том, какая опасность ожидает завтра Дара, молилась Макошь и Перуну, чтобы все прошло гладко, никак не могла уснуть. Данька тихонько трущал под боком, но его всегда такой умиротворяющий труст этой ночью не действовал. Подумать только, через несколько часов я смогу обнять брата и сестру!
А потом я неожиданно проснулась – точно, это Лиодор собирается, а за окном еще темно. Совсем несмело только брезжит преддверье начала, но до него самого еще далеко.
- Тсс, Сения, спи еще, - прошептал мне чародей. Он что, серьезно? Как я могу спать, когда там решается судьба моих брата и сестры. Я с ним!
- Ни в коем случае, - безапелляционно заявил оборотень. - Еще спугнешь их. Здесь жди. Ждите, сударыня Хессения.
- И правда, неча тебе там делать, девонька, - согласился с магом Ефстафий Наконоилович. - Здеся ждем.
- Девке в мужскую драку лезть – опоследнее дело, - проскрипел солидарный с хозяином Козьма с печи.
Драку? Какую еще драку? Нет, точно иду!
- Успокойтесь, сударыня! – голос чародея стал немного строже. - Ну зачем так нервничать! Какая драка? Там надежные магические ловушки. Но если понадобится боевая магия – уж извините меня, но вы в этом слабый помощник.
Я обиженно засопела. Какой же я слабый помощник? Я могу например… могу…
- Я могу навек их лысыми сделать! – сказала и сама почувствовала себя… тем самым словом, которым нас регулярно коловертыш величает.
- Думаю, это не сильно их огорчит, - серьезно заявил мне сударь Лиодор.
- Сеня, я прослежу, чтобы этот остолобень сделал все правильно, - пообещал мне Данька и похлопал мягкой лапкой по руке.
Я вздохнула. Похоже, я и вправду могу помешать. Ну, что ж…
- Ефстафий Наконоилович, вы уже не спите? Давайте я вам хоть по дому помогу, все равно заснуть больше не смогу…