Глава 23

Завтрак проходит в тишине. Паша задумчивый, о чём-то размышляет. Я боюсь даже дышать в его сторону, чтобы не нарушить спасительную тишину. О чём он думает? О потерянных деньгах или не о них? Ох… Лучше бы о них.

Ярослав входит в столовую быстро, как тайфун, внезапно накрывший нас.

Я вздрагиваю, быстро перевожу взгляд на Пашу. Тот смотрит на сына.

– Ты звонил? – спрашивает его Ярослав, и Паша кивает.

– Звонил. Ещё ночью. Ты не ответил.

– Я был занят.

– Чем или кем?

– А это обязательно обсуждать? Мне не пятнадцать лет, – Ярослав разговаривает дерзко. Очень дерзко. Нахально.

– Ты был здесь ночью. Кира говорит, что не слышала тебя, – на меня Павел не смотрит и я чувствую, как сердце падает в пятки. Неужели он догадывается? Только не это. Прошу.

– Я забыл здесь одну свою вещь. Приезжал за ней. А что, в твой дом мне теперь нужен пропуск?

– Не воспринимай каждый мой вопрос в штыки. Я спросил лишь зачем ты приезжал посреди ночи. В то время, как там горел наш склад.

– Я не ясновидящий. Всего знать не могу. Не ответил, потому что был занят. Допрос окончен?

Паша переводит взгляд на меня, долго смотрит в глаза. А у меня, кажется, остановилось сердце от страха. Любимому сыночку всё простится, а мне – нет.

– Ярослав ты будешь завтракать? – быстро спрашиваю его, бросаю в его сторону ничего не значащий взгляд.

– Нет, я уже поел.

– Я тоже закончил с завтраком, – Павел встаёт со стула, а я замечаю, что его завтрак не тронут. Выпил только кофе. Выглядит уставшим и злым.

– Паш, может останешься сегодня дома? Отоспишься?

– У меня много дел. Ты со мной едешь? – спрашивает Ярослава, и тот кивает.

– Да.

– Хорошо. Пошли.

Они выходят из столовой и Ярослав быстро оглядывается на меня. Кривая усмешка и ни капли сожаления в его глазах. Как же я ненавижу этого избалованного сосунка.

Весь день я хожу из угла в угол, как неприкаянная. Мне кажется, поджог устроил Ярослав. Сделал это специально, чтобы выманить из дома Пашу. А потом пришёл и изнасиловал меня.

Поверит ли в это Павел? Если я сама признаюсь… Если скажу ему, что не хотела этого. Что попала в ловушку его подлого сынишки.

Павел меня размажет. Как букашку по стеклу. Он не простит предательства. Тем более с его сыном.

От мыслей отвлекает мой телефон. Я слышу входящее сообщение. Какой-то «скрытый» номер.

«Хочешь расскажу ему, как трахал тебя этой ночью?»

Низ живота тянет от дикого страха и ужаса, я опускаюсь на стул.

«Не смей этого делать!» – набиваю дрожащими пальцами, отправляю. Тут же бью себя по лбу. Зачем? Зачем я ему ответила. Этот шантаж не прекратится никогда.

«Тогда приезжай сегодня ко мне на квартиру. В час. Я буду ждать, Лисичка» – присылает мне вредитель и я со стоном закрываю глаза. Это не прекратится никогда. Ну или до тех пор, пока не узнает Павел. И тогда мне конец.

В час дня приезжаю к нему на квартиру, громко стучу в дверь ногой. С одной стороны страшно обращать на себя внимание, а с другой… Уже пофиг. Хочется просто закончить всё.

Он открывает мне дверь, с ухмылочкой отходит назад, впуская меня в квартиру.

– Ты опоздала на десять минут. Я не люблю ждать.

– А мне плевать, слышишь? Плевать, что ты там любишь, а что нет. Ты гребаный насильник и моральный урод.

Его ухмылка сходит с лица и оно обретает хищное выражение.

Одним резким движением он выкидывает руку в мою сторону и хватает меня за волосы. Второй рукой бьёт по лицу. Не очень сильно, но унизительно.

– Слушай меня сюда, сука. Я буду трахать тебя до тех пор, пока он не узнает. А потом я заберу тебя себе. Потому что могу и хочу. Устраивать истерики ты будешь отцу. Мне на это наплевать. Ты моя. Моя, пока я не решу иначе. А это случится не скоро, если вообще случится.

Всё так же за волосы он ведёт меня в свою спальню, швыряет на кровать.

Я не сопротивляюсь, пока он меня раздевает, как не сопротивляюсь и когда трахает. Трахает грубо, жёстко, больно. Каждым ударом бедер он будто за что-то наказывает меня.

Я тихо плачу в подушку, пока он сношает меня сзади, как животное. Молча, сцепив зубы, терплю, жду, когда этот кошмар закончится. И в ужасе застываю, когда начинает звонить телефон. Эта мелодия стоит на звонках от Паши.

– Потом перезвонишь, – шепчет мне на ухо насильник и продолжает своё черное дело.