Глава 24

– Ты не ответила на мой звонок, – голос Павла недовольный, даже злой.

– Прости, я не услышала. В магазине была. Хочу на ужин твою любимую рыбу приготовить.

– У меня есть повар.

– Я знаю, но он не умеет готовить такое блюдо. Я его на сегодня отпустила. Ты же не против?

– Если ты так хочешь, – его интонация становится мягче. – Только телефон держи рядом.

– Конечно, Паш. Извини, – чувствую себя последней лгуньей и дрянью. Павел может и не подарок, но меня не обижает и уж точно он не заслужил такого отношения.

Надо бежать. Потому что я тоже не заслужила такого отношения. Чувствую себя какой-то шлюхой. Сегодня я решила, что больше Ярослав ко мне не прикоснётся. Я больше не допущу этого. Вскрою ему глотку, но не допущу. Я буду бороться за себя.

Именно поэтому я решила убежать. Мне жаль оставлять Пашу, он этого не заслужил. Но у меня нет другого выхода.

По дороге домой, заезжаю в банк и снимаю весь свой запас на чёрный день. Сумма накопилась немаленькая, что не может не радовать. Деньги мне пригодятся.

Захожу в аптеку и винный. Сегодня я должна уехать. Паша в это время будет крепко спать. Я подсыплю ему в питьё снотворного, чтобы сон был крепким.

Вылезаю из такси, вытираю слёзы. Не время плакать. Уже ничего не изменить. Лучше будет уехать далеко-далеко, где меня не найдут.

Захожу в дом и внутри становится как-то неспокойно. Через секунду вижу почему. Паша дома. Стоит и смотрит на меня, сплетя руки на груди. Долго смотрит, пристально.

Я застываю и вижу по его глазам… Он всё знает.

– Ну давай, проходи. Чего застыла?

Я сглатываю, опускаю на тумбу пакеты. Поворачиваюсь к Паше и тут же получаю по лицу. Не больно. Я почти ничего не почувствовала. Только привкус крови во рту ощутила.

– Как долго вы собирались водить меня за нос? – его голос спокоен и это пугает. Лучше бы кричал и всё крушил. Его холодный тон и ледяной взгляд пугают меня куда больше. – Отвечай, когда спрашиваю.

– Паш…

– Не смей называть меня по имени, дрянь. Отвечай на вопрос. Говори, а то я тебя прибью.

– Прости, – шепчу, начиная дрожать всем телом.

– Говори, сучка ты малолетняя! – рявкает вдруг он и снова замахивается на меня. Не бьёт, но его рука дрожит.

– Прости меня… прости, Паша. Я не хотела этого… Не хотела.

Вторая пощёчина ощутимей первой. Я прикладываю ладонь к горящей щеке, смаргиваю первые слезинки. Я это заслужила.

***

Ломка почти достигла своего апогея. Ему уже не помогает алкоголь и никотин. Притяжение, которое он испытывает к ней становится помешательством. Нет, не так. Одержимостью.

Она его одержимость. И ему мало трахать её пока отец в офисе. Ярославу пришлось даже поджечь собственный склад, чтобы выманить отца из дома. Чтобы побыть с ней хоть немного.

Да, он жесток с ней. Да, это переходит все мыслимые и немыслимые границы. И ему почти жаль её… Но желание иметь её выше всего остального. В нём не осталось человечности. Только иссушающая жажда.

Он думал, что это закончится. Что он трахнет её пару раз и помешательство пройдёт.

Ему вообще должно быть отвратительно трахать её. После отца… Зная, что и он ебёт её. Но отвращения не возникло. Не пришло оно и позже, когда видел, как отец целует её, а она смеётся. С ним ни разу так не смеялась. С ним только страх и омерзение – вот что она чувствует. И это его злит.

– Расслабиться хочешь? – спрашивает его девица, которую он угостил коктейлем.

– Смотря что ты можешь предложить.

Она усмехнулась.

– Секс и кокс. У меня есть и то, и другое. Можно смешать, – улыбается девица, эротично покусывая губы.

Ярослав нашёл похожую на Лису девку. Такая же сука, наверное. Но ему главное, что похожа внешне. И не будет сопротивляться. Он уже устал выступать насильником.

– Ты наркоманка? – спросил с отвращением, на что девица замотала головой.

– Нет, ты что. Я только по праздникам. Охуенно поднимает настроение.

Настроение – это то, чего ему не хватает. Почти всё время. Но с помощью дури он его поднимать не будет.

– Меня интересует только секс.

– Ну так пошли, – она кивает ему на дверь и в ту же секунду начинает вибрировать телефон. Ему звонит Лиса? Да ладно?

– Что такое, по качественному траху соскучилась? – ответил ей с ухмылкой, которая тут же испарилась.

– Приезжай, – это отец.

– Отец?

– Приезжай. Говорить будем. Ты мне расскажешь, как женщину мою трахал. Всё расскажешь.