Глава 32

– Вставай, собирайся, едешь со мной! – Паша влетел в комнату, как ураган. Уставший, невыспавшийся, с красными белками глаз, он уставился на меня и замер. Я как раз приняла душ и надевала нижнее бельё.

Закрываться от него не видела смысла, так и застыла с обнажённой грудью в одних кружевных трусиках.

– Куда? – спросила настороженно, но он будто онемел.

Сделал шаг ко мне, затем ещё один. Остановился совсем рядом, так, что я ощутила его дыхание на своей коже.

Поднял руку, коснулся пальцами соска, и у меня по телу побежали мурашки. Соски тут же затвердели и заострились. Я всё ещё чувствую его, как своего мужчину.

– Ты стала ещё красивее, – прошептал сипло, откашлялся. – Одевайся, – отвернулся, пошёл, как обычно, к окну.

– Куда, Паш? – спросила тихо, на что он вздохнул.

– Я узнал тут… можно определить отцовство до рождения ребёнка. Этим сегодня и займёмся. Ярославу я уже позвонил.

От упоминания имени его сына я вздрогнула. Что-то во мне резко воспротивилось этому.

– Я не хочу его видеть.

– Придётся. Это не просьба, Кира.

– Отпусти меня, Паш. Я прошу тебя. Я не буду с ним, я не буду ни с кем. Одна буду. Только отпусти.

– Нет. Одевайся. Давай скорее. Я жду.

Я надела спортивный костюм, подошла к нему сзади.

– Я готова.

Он пару секунд смотрел в окно, затем повернулся. В глазах что-то промелькнуло. Что-то похожее на сожаление.

– Поехали.

У клиники уже ждал Ярослав. Он курил, облокотившись на свою машину. Затягивался резко и глубоко. Часто. Ринулся ко мне, но взгляд Паши его остановил.

– Давай без слёзных сцен. Нам нужно узнать, кто отец ребёнка, – Павел, будто чужой, говорил холодно и строго. Так, что даже у его бунтующего отпрыска не возникло мысли спорить.

– Ты как? – всё же спросил меня.

– Это тебя не касается, – резко ответила я.

– Ещё как касается! – снова ринулся ко мне, но Павел закрыл меня своей рукой.

– Уймись. Иначе останешься на улице.

Охранники Паши выстроились в ряд, и Ярослав бросил на них свой взгляд, видимо, прикидывая, справится с ними или нет. Нет. Не справится. И меня это радовало. Я не хотела его видеть. Не хотела, чтобы касался меня или хотя бы смотрел. И забота его мне не нужна.

Ярослав выкинул сигарету, пошёл следом за нами. В клинике нас уже ждали. Конечно же, по приказу Паши. Мужчина в медицинском костюме пожал ему руку, открыл для нас дверь кабинета. Мы втроём прошли во внутрь.

– Итак, вы хотите сдать ДНК-тест, – уточнил доктор, на что Павел со вздохом кивнул.

– Да. Мне сказали, что можно с девяти недель. У неё больше.

Я зыркнула на Павла. Он считал?

– А можно без этой болтовни? Как нам узнать, кто отец этого ребёнка? – не выдержал Ярослав, а мне захотелось ударить его. Ненавижу!

– Всё просто, сдадим анализ и выясним.

Пока доктор проводил нужные анализы, я сидела тихо, как мышка. Я не знаю, чей это ребенок, но хочу, чтобы был Пашин. Так я, наконец, освобожусь от Ярослава. От его давящего взгляда и горящих безумием глаз.

Павел вёл себя спокойнее. И лишь я знала, что творится у него внутри. Там буря и торнадо.

Результатов теста пришлось ждать. Я ещё никогда так не боялась. Я даже не знала, что лучше: быть беременной от одержимого Паши или от чокнутого Ярослава. В любом случае свободы мне не видать. Кто-нибудь из них утащит меня в свою берлогу и запрёт там до самых родов. Только в случае, если это будет Ярослав – я буду бороться. Я не стану его. Никогда.

– Это мой ребёнок? Скажи. Ты ведь не можешь не знать, – Ярослав обратился ко мне, нервно расхаживая по кабинету.

– Оставь её в покое! – рыкнул Павел, на что Ярослав лишь усмехнулся.

– Это мой ребёнок. Вот увидишь.

– Тебе же хуже, – отчеканил Паша и зыркнул на меня. Я посмотрела ему в глаза и первая отвела взгляд.

Что я чувствовала в этот момент? Я не знаю. Всё зашло слишком далеко. Так далеко, что назад не вернуться и не отмотать. Я ношу под сердцем ребёнка, а его отец один из двух опаснейших людей. И что меня с малышом ждёт дальше – я не представляю.

Павел пил кофе и у него подрагивала рука. Ярослав метался по кабинету, от двери до окна и обратно. И лишь я сидела в уголке тише воды, ниже травы. Мне ужасно хотелось заплакать. И чтобы кто-нибудь обнял, пожалел. Знаю, что не заслужила, но и муки эти мне не вынести.

Жаль у меня не было телефона. Павел забрал его. Я бы позвонила Витке и та примчалась бы, чтобы поддержать меня. Я уверена её не остановили бы ни охранники Паши, ни он сам. А Ярославу она бы ещё и морду расцарапала.

– Я могу позвонить подруге? – спросила Павла и тот, грозно на меня взглянув, ответил:

– Нет.

В этот же момент дверь кабинета распахнулась и вошёл доктор с бумагами в руках.