Глава 42

Несколько месяцев спустя

– Осторожнее, – Паша подаёт мне руку, спустившись с крыльца клиники. Я за своим животом ничего не вижу. Сделала пару шагов и снова устала. Кто сказал, что беременность это просто?

– Идём, – Паша терпеливо ждёт, пока я наберусь сил для того, чтобы дойти до машины. Помогает мне сесть на заднее сидение, падает рядом. – Домой! – даёт указание водителю и сгребает меня в объятия. – Устала?

– Я рожать собираюсь целый месяц. Сколько раз мы ездили в клинику по ложной тревоге? Меня там уже все знают и принимают как свою.

– Ничего. Лучше перебдеть, чем недобдеть, – успокаивает меня Паша, целует в висок.

Я вздыхаю и падаю ему на грудь, Паша ласково меня обнимает.

С тех пор, как мы вернулись с Бали, а Ярослав уехал долечиваться в Европу – жить стало спокойнее. Мне, конечно, жаль, что Паша не общается с родным сыном, но лучше уж так, чем то, что было раньше. По крайней мере сейчас мы живём без скандалов и ревности. Так всем проще.

– Повар приготовил твою любимую пасту. Будешь?

Я вздыхаю. Есть не хочется от слова совсем, но надо.

– Буду.

Мы сидим за столом, я с ужасом смотрю на свою порцию еды, не представляя, как всё это съем.

– Давай, Кир. Ешь, – торопит Паша, глядя на меня с сочувствием.

С помощью вилки и ложки набираю порцию пасты и отправляю в рот. Обалденно вкусно. Только мне в горло не лезет. Зажралась ты, Лиса.

– Нет, это выше моих сил, – прожевав пасту, отодвигаю тарелку. – Я лучше чая выпью.

Паша усмехается.

– Капризная у меня дочь будет.

– Уверена, что ты прав, – улыбаюсь ему невесело. Мне снова хочется в туалет и спать.

Допиваю свой чай, поднимаюсь из-за стола.

– Я спать. А ты чем займёшься?

– Поеду по делам. У меня сегодня ещё две встречи ближе к вечеру. А ты поспи как следует. Отдохни.

Он нежно целует меня в губы и, накинув пиджак, подаёт мне руку.

– Тебе еще не надоело обхаживать меня?

– Нет, и никогда не надоест. В тебе растёт мой ребёнок, – серьёзно отвечает он на мой несерьёзный вопрос.

– Что ж, вопросов больше нет, – иду за ним в комнату, ложусь на кровать. Паша укрывает меня пледом, целует в лоб.

– Поспи. А я скоро вернусь. Когда проснёшься, я уже буду дома.

Воды отошли во сне. Я проснулась от того, что ребёнок начал шевелиться внутри. Поняла, что лежу в луже околоплодных вод, вскинулась. Теперь точно рожаю.

– Паша? – позвала тихо, но ответом мне была тишина. Он ещё не вернулся. Я потянулась за телефоном и в тот же миг меня пронзила жуткая боль. Это точно схватки. Потому что раньше я такого не ощущала. Никогда.

Стараясь не думать о том, что рожаю, я поднялась на ноги, доковыляла до душа. Быстро ополоснулась и принялась одеваться. Сумка в роддом уже стояла наготове.

Я выглянула из комнаты, позвала прислугу:

– Эй, кто-нибудь? – взглянула на часы и выругалась, они все уже ушли. Паша не любит, когда прислуга надолго задерживается в доме. Набрала его номер, но он не ответил. Видимо, на встрече. Обычно он во время переговоров отключает звук на телефоне.

Одна надежда на уличных охранников. Те дежурят у дома круглые сутки. Я вышла на улицу, поковыляла, придерживая живот.

– Срочно мне машину, ребят! Мне в клинику надо! – крикнула постовым, и те зашевелились. Через пять минут меня уже везли в клинику. Времени между схватками оставалось всё меньше и я поторопила водителя.

– Пожалуйста, быстрее! – застонала от боли, а водитель ощутимо прибавил газу.

В клинике меня приняли сразу же, выделили мне палату и увезли в родильный зал. Мне было страшно и жутко от того, что рядом не было Паши. Не было никого, кто бы поддержал.

Я набрала номер Виты и та тут же ответила.

– Вит, я рожаю… В клинике. Приедешь?

– Уже мчусь! – крикнула подруга в трубку и завопила, останавливая такси.

Сквозь боль я улыбнулась.

А потом было пекло. Я теряла сознание от боли, но меня тут же приводили в себя, не давая спрятаться от боли вне сознания.

Я кричала и материлась так, как, наверное, не ругалась никогда раньше. Медсестра погладила меня по волосам, сказала что-то, что по-видимому должно было меня успокоить. Не помогло.

Вита ворвалась в родильный зал уже в халате и бахилах, на возмущение врача ответила таким же возмущением и тот отстал, решив не связываться с чокнутой подружкой. А я была рада, что она пришла. Хоть один родной человек рядом.

Рожали мы вместе. Держась за руки и крича. Я натужилась уже который раз и внезапно ощутила облегчение, будто из меня вытащили целый каменный валун.

– Поздравляю, у вас девочка, – мне на грудь положили крошечное тельце и Витка, расчувствовавшись, заплакала. Потом полезла в карман халата и сделала первую мою фотографию с принцессой.