Глава 53

Лежу у Паши на груди, рисую пальцем незамысловатый узор. Паша обнимает меня, улыбается.

– Знала бы ты, как мне этого не хватало. Устал просыпаться без тебя.

– Мне пора вставать. Там Ева уже, наверное, проснулась. Ей пока здесь не очень комфортно.

– А тебе? Как тебе со мной? – спрашивает он, целуя меня в нос.

– Мне с тобой всегда хорошо. Но я тоже должна привыкнуть к дому и людям, которые здесь находятся. Не так просто всё забыть…

– У меня ведь получилось. Почему бы и тебе не попробовать?

– Я не знаю. Мне не просто всё забыть. И Ева… Она ведь твоя дочь, да?

– Моя.

– А Ярослав думает иначе.

– Плевать мне, что он думает. Вы моя семья. Хочет свою семью – пусть заимеет. Для начала ему нужно прийти в себя окончательно. Именно поэтому я пригласил его сегодня на ужин.

– Что?! – меня подбрасывает, и Павлу не нравится эта реакция. -Ужинать с ним?!

– Да. С ним.

– Ни за что, – я высвобождаюсь из его объятий, встаю и набрасываю на себя халат.

– Кира.

– Нет! Он меня насиловал! Он шантажировал меня! Он бил меня, резал мне глотку, целился в меня с пистолета! Я ничего не забыла и не забуду. Мы с ним не станем вдруг друзьями. К тому же я не уверена, что это не его новая уловка. Вполне может быть, что он специально проехался по твоим ушам, чтобы ты привёз нас в Россию. Почему ты не отправишь его в Европу, как собирался изначально?

– Он уедет в Европу, как только я буду убеждён, что с ним всё нормально.

– А мы? На нас тебе плевать?

– С чего ты это взяла? – гремит на меня Павел, явно не доволен моей реакцией.

– Паш, я боюсь его до ужаса. Я не хочу его видеть. Не хочу, чтобы он смотрел на меня или на Еву. Я не хочу повторения того ужаса.

– Ничего подобного не будет. Мой сын излечился. Ты сама это увидишь. Дай ему один шанс. И он уедет.

Я мотаю головой, хватаюсь пальцами за переносицу.

– Ты меня не слышишь.

– Ты тоже не слышала меня, когда легла в его постель. Это всё последствия твоей ошибки. Так что, ты поможешь мне это исправить. У тебя нет другого выхода.

Я оседаю на кровать, закрываю лицо ладонями. Чувствую, как Павел двигается ко мне и тянет меня к себе.

– Мы все должны что-то вынести для себя. Я тоже в этом виноват. И свою вину не снимаю с себя. Единственное, что я могу пообещать тебе, это то, что он больше никогда не притронется к тебе. Ни один мужчина больше не притронется к тебе. Ты мне веришь?

– Тебе верю. Ему – по-прежнему нет.

Наберись терпения. После этого ужина ты не увидишь Ярослава.

– Я бы и на ужине без него обошлась бы, – бросаю небрежно, но вновь вспоминаю, что это моя ошибка вылезла мне боком. Павлу не обязательно напоминать об этом. Но до каких пор я ещё буду расплачиваться за неё? Может уже хватит?

К ужину я не готовилась. Только приняла душ и переоделась в джинсы и свитшот. Ни сантиметра голой кожи, ни одного намёка на интим. Волосы я собрала в небрежный пучок, косметику наносить не стала.

Если бы это всё могло защитить меня от поехавшего психа… А главное Еву. Павел настоял на том, чтобы она тоже присутствовала на ужине.

Паша верил в исцеление Ярослава. Я же – нет.

Он приехал ровно в семь. Дверь ему распахнул сам Паша, заставил выйти из укрытия и меня. А меня трясло. Было страшно до ужаса. Мне казалось, что Ярослав в любой момент может вытащить оружие и направить его на меня или Пашу.

Но этого не случилось.

– Привет, Кира, – поздоровался он, мазнув взглядом по Еве, затаившейся у меня на руках. Она будто чувствовала опасность, которая всё так же исходила от Ярослава.

– Привет, – буркнула я и отвернулась, глядя на Павла. Они пожали друг другу руки, и Паша слегка приобнял сына. Я пошла в столовую, где уже был накрыт ужин. Хорошо, что его готовила не я. Иначе в порцию Ярослава насыпала бы яду.

А ещё я очень злилась на Павла. Он обещал, что не будет сталкивать нас лбами. Я понимала его желание сблизиться с сыном, но я также помнила, как Ярослав едва не убил Пашу, устроив аварию. Паша встал на ноги чудом.

За столом я не смотрела на Ярослава, и не знаю, смотрел ли он на меня. Я кормила Еву, а та капризничала, будто чувствуя опасность. Бросив взгляд на Ярослава, я поймала его ответный взгляд. Он смотрел на меня, потом на Еву. И я автоматом обняла дочь, сунула ей в рот ложку.

– Ну, мам, – закапризничала Ева, скривившись. – Не хоцю кашу. Булочку хоцю.

– Хорошо, будет тебе булочка! – рыкнула я на Еву, желая, чтобы она не привлекала к себе внимания. Налила ей молока, достала из корзины с выпечкой круассан.

У Паши зазвонил телефон и я с ужасом подумала, что он сейчас выйдет из-за стола, оставляя нас с Ярославом. Так и вышло.

– Извините, я сейчас, – Паша нахмурился, глядя на экран, а я опустила глаза вниз.

Только бы он не смотрел на меня… Только бы не смотрел.

– Она похожа на отца, – заговорил вдруг Ярослав, и я подняла на него глаза.

– Потому что она его дочь.

– Мы все знаем, что это не так, – сказал он и положил руку на стол. А я автоматом дёрнулась, отпрянула назад, испугавшись его движения. – Не бойся меня. Я осознал всё. У меня было время подумать. К тому же я пью таблетки и продолжаю лечение. Тебе нечего бояться.

– Хорошо, если всё так, – ответила я, не глядя на него.

– Мне жаль, что всё так вышло. Правда жаль. Я не хотел всего этого. Нормальный я не хотел. Но за рулём, как ты понимаешь, был не нормальный я.

Я вздохнула, отпила из бокала вина.

– Мы все были не правы. Так что, лучше оставить прошлое за спиной. Ева – дочь Паши. А я его жена. Запомни это, пожалуйста.

– Запомнил. Мне жаль, что всё так случилось.

Я промолчала. Говорить нам не о чем. И нет никакого желания. Передо мной сидит всё тот же насильник и чтобы он не говорил, как бы не убеждал меня, ничего не изменится.

Когда Паша вернулся за стол, я облегчённо выдохнула.

– Оцень вкусно, – подняла голову Ева, а Ярослав усмехнулся.