Глава 20. Вопросы и ответы

– Мы вас сегодня видели, – без лишних преамбул объявил Криспин. Артур, с подозрительно довольной физиономией валявшийся на кровати в обнимку с учебником, лениво осведомился:

– Кто такие «мы»? И кого это – «вас»?

– Мы – я и лесовичка. Вас – тебя и Марго.

Увесистый учебник гулко хлопнул о пол. Резко севший староста вцепился в матрас.:

– Вот же… демон!

– Он самый, – согласился друг. Опустился на свою кровать, скрестил на груди руки. Уставился. К допросу готов, определил Артур и осторожно улыбнулся.

– Ну вот так получилось…

– Угу, – сухо согласился друг. – Как-то само собой, да.

– Да я поначалу даже не знал, что она – это она…

– Перепутал, с кем не бывает!

– А когда понял, что это Марго, то вообще…

– Конечно, – опять понимающе кивнул приятель.

– Да заткнись ты! Помнишь пьяницу в «Дырявой бочке», из-за которой я тогда остался? Это Марго и была.

Тут даже Криспина проняло: открыл рот и опустил руки.

– Да иди ты!

– Вот именно, – теперь кивнул староста. – Но тогда я не сообразил, говорю же! Темно было, на ней личина… Ну и…

Про то, что такое «ну и», уточнять не надо было, видели сегодня предостаточно! Артур наконец раскололся: выложил всю историю как на духу и уставился так, что даже смешно стало – точно ждет от него заслуженного выговора. Или благословения.

Криспин сказал только:

– Странно, что Марго тебя на месте не убила, когда наконец узнала, кто ты.

Артур взлохматил кудри, согласился:

– Вот да. До сих пор удивляюсь!

– Ты, конечно, единственный, кто в Академии может с ней сладить. И она всегда любила с тобой поговорить и посмеяться. Видел я иногда, как ты на нее смотришь. Но смотреть – не…

Нортон взорвался – от неловкости и растущего раздражения:

– Может, хватит уже, а?! С какой стати я вообще должен перед тобой отчитываться и это все выслушивать? Я тебя старше и… вообще, это мое личное дело! Наше дело!

Словно и не заметив его вспышки, Криспин продолжил:

– Дело, само собой, ваше. Вот только почему у меня и у всех вокруг создалось стойкое впечатление, что ты запал совершенно на другую? На лесовичку, например?

Артур смущенно почесал бровь.

– Ну-у… Скажем, это был отвлекающий маневр!

– Отвлекающий, – ровно повторил друг.

– Не хотелось афишировать наши с Марго отношения. Хотя мне-то совершенно все равно, это для нее больной вопрос – я студент, она ректор, и все тому подобное…

– И чтобы отвлечь внимание от той, с кем на самом деле встречаешься, ты принародно ухлестывал за неопытной девчонкой-первокурсницей?

Артур нервно усмехнулся.

– В твоем исполнении звучит всё просто ужасно!

– Не звучит, – произнес Криспин, рассматривая его. – Это и есть ужасно.

– Ну ладно-ладно, имелась еще одна причина!

– И какая же?

– Лесовичка ведь тебе нравится, а?

Криспин молчал, глядя на него со своеобычным выражением лица, которое частенько бесило: то есть совершенно без всякого выражения. Никак не поймешь, что у него на уме!

Или на сердце.

Не выдержав дуэли взглядов, Артур попробовал разрядить обстановку:

– Ты ведь частенько сбивал ее с ног, никогда не хотелось подольше задержаться, а? Почему бы мне немного не помочь другу?

– Влюбить девчонку в себя – это ты называешь помощью? – спросил его друг с непередаваемой интонацией.

– Да нет же! Я просто хотел, чтобы ты приревновал ее, определился, наконец! Демон, да прекрати ты так на меня смотреть! Неужели лесовичка в меня действительно влюбилась? Да не может быть! Мы же с ней просто флиртовали! Мира – девочка понимающая, добрая, с юмором, если я ей всё объясню… Я, кстати, и собирался несколько раз…

– Не забывай, что она вас уже сегодня видела. Что именно объяснишь? Что ты использовал ее в качестве отвлекающего маневра, чтобы защитить свою любимую женщину и помочь своему приятелю?

– Уфф… – Артур осел на кровати, признал убито: – Слушай, а ведь и правда звучит совершенно ужасно!

Помолчали – Нортон размышлял, как выпутываться, если Мира и впрямь всерьез приняла его игру, не хотелось обижать девочку; о чем думал Тай, он совершенно не представлял, потому что немного погодя тот сказал задумчиво:

– Значит, Марго из того самого Последнего отряда… Там же всего несколько человек уцелело, и еще в каком состоянии! Не знал, что у нашего ректора такое боевое прошлое.

Переведя дух (кажется, щекотливый разговор закончен, хотя бы на время!), Артур кивнул.

– И я даже не подозревал.

Криспин продолжал все так же раздумчиво:

– Помнится, мы с тобой еще на втором курсе решили, что не должны заводить постоянные отношения, влюблять и влюбляться. Тем более в самой Академии. Не боишься оставить свою любимую женщину безутешной?

– Ну-у-у, я тут подумал, необязательно же все должно плохо закончиться? Может, мы сумеем как-то выкрутиться, а?

– Да ты, я смотрю, резко стал оптимистом. Или… – Тай уставился на соседа, – или ты потому и?..

– Что – «и»?

– Затем и связался с Марго, чтобы она тебе однажды помогла?

Подвела реакция, Криспин даже уклониться не успел: мгновенный удар в челюсть отбросил его к стене: еще и затылком добавочно приложился. Нортон навис над ним, сжимая кулаки. Спросил зло:

– Ответ ясен? Или еще какие-нибудь подробности добавить?!

Тай потрогал затылок, поморщился – шишка будет здоровенной!

– Да, совершенно ясно и понятно… Никаких разночтений.

Неторопливо поднялся, даже покачнувшись на мгновение – сосед машинально поддержал его и…

На этот раз не успел увернуться сам. Попятился на пару шагов, схватившись за враз лопнувшие губы.

– А это еще один ответ, – разъяснил Криспин. – За лесовичку. Думаю, никаких подробностей тоже не нужно?