Глава 17. Джелло
Королевский кортеж приземлился в живописном оазисе неподалеку от старого храма, вырезанного в известняке горного хребта, разделявшего пустынную местность на две почти равные по масштабам территории. Возвращаясь в столицу, Джелло с воздуха заметил удивительное строение и пожелал осмотреть лично.
Опытный косторез, он сразу залюбовался серыми колоннами и плавными линиями свода, напоминавшего раскинутые крылья орла с длинной оголенной шеей.
— Что это за место?
— Святилище Шаар-кас, здесь поклоняются зубастым птицам. Отшельники верят, что они являются нашими первопредками. Это учение было официально запрещено, но сюда таскаются паломники даже из числа скучающих горожан.
— Чтобы высечь из камня такую громадину нужны годы труда многих яссов и сотни умелых рук, ведь храм построен еще до «Эпохи взлета», если не ошибаюсь.
— Так точно. Но жрецы верят, что им помогали боги с птичьими головами.
— И зубастыми клювами? – усмехнулся Джелло, невольно припомнив, что в подвале корпуса сианской базы на Цоте держал череп именно такого чудовища. И хотя по строению костей крылья его более напоминали кожистые складки летучей мыши, голова имела мощный изогнутый книзу клюв стервятника. Полузверь - полуптица...
Может, в храме тоже хранится древний скелет – это уже интересно. Надо потом рассказать Ари. Мысли о жене заставили короля коротким выразительным жестом отстранить охрану, чтобы одному отойти в тень засыхающего старого дерева.
«Странно, здесь два источника бьют из-под земли, чего не хватило растению? Листья висят как тряпки, узловатые сучья торчат переломанными ребрами. Или старик отдал все силы детям, а сам уже готовится рассыпаться прахом… Ну, что ж, такова жизнь любого существа под Антарес, и я не избегну подобной участи. Надо лишь успеть как можно больше перед достойным концом».
Опираясь плечом на гладкий белесый ствол с шелушащейся тонкой корой, Джелло прикрыл глаза, но не смог избавиться от внезапных видений. И всюду она... она... Встревоженная и печальная в сумраке спальни, со счастливой улыбкой в зале торжеств после коронации... то ласковая, то задумчиво-отрешенная.
«Неужели я хотел оставить ее на Цоте, пока не кончатся беспорядки. Хорошо, что она настояла, и мы улетели вместе, иначе не знать мне покоя. Череда удачных событий привела нас к трону, но где теперь моя Ари? Она должна радоваться успехам супруга и получать всяческие блага от своего положения.
А вместо этого занозой впилась в сердце, вызывая жгучую боль до того, что пришлось ее отослать. Забыть, стереть с памяти? Не представить подобного. Как можно добровольно отказаться от своего зрения, от слуха или языка? От чистого источника в жаркий день? Абсурд! Нужно лишь избавить ее от ловушек, от паучих сетей, которыми опутан Бахрисашш начиная с ворот и до самого высокого шпиля на крыше.
Аарин доверчива до безрассудства. А кому поручить заботу? Я бы хотел держать ее на груди, как амулет, как мое второе сердце – то, что вне тела и нуждается в особой защите. Думал, Шакко меня понимает, а он устроил ссору на острове. Надеюсь, за сутки ареста вернул себе холодную голову – он быстро приходит в себя при должном воздействии. Хашшш…
Никому не позволю обижать мою шайссу. Никому! И не могу спокойно предаваться любви с ней, когда внимания требуют сразу сотни дел в стране. Отчеты и донесения искажают правду, я был солдатом и знаю, во что порой превращается информация, пока доберется на самый верх. Особенно в мирное время…
Они напрасно считают, что за двадцать лет я забыл колыбель предков, разучился слышать ее зов. И пусть я не помню голос матери, но мольбы о нуждах Яшнисс прямо сейчас звучат с неба и рвутся из-под земли. Это моя страна и должен подарить ей Золотой век - вот ради чего стоит жить!
А вместо решения проблемы социального неравенства от меня трубуют построить личную гробницу... Словно заранее знают, что дни мои сочтены, словно толкают к извечной бездне. О не-ет! Не позволю запутать себя заплесневелыми правилами! Я хорошенько перетрес стариков в Совете, разберусь и с гнилыми привычками, отрублю сгнившике корни, пущу молодую поросль.
Ари, подожди немного, скоро все изменится. Они примут тебя, маленькая королева и низко поклонятся тебе, даже если для этого понадобится ударить кому-то по шее, скоро… уже очень скоро…».
Офицер охраны бесшумно вырос за спиной, но, заметив его, Джелло не сразу повернулся, пытаясь угадать смысл будущего донесения.
— Плохие новости?
— В Тахре произошел теракт. Пострадало здание, где временно размещалось посольство Сианы. Есть раненые.
— Значит, белый храм подождет! Мы летим домой.
Еще пара дней прошла в крайнем напряжении всех сил души и тела. Джелло лично осмотрел место преступления, встречался с раздраженным сианским генералом, отдал распоряжении о скорейшем строительстве военной базы на полуострове, вдающемся в море наподобие изогнутого меча.
Была многократно усилена охрана Тахры, агенты Рукаша прочесывали город и его окрестности в поисках виновных. Ими оказались недобитые приспешники бывшего узурпатора. Главный среди них лишил себя жизни при задержании, от прочих удалось узнать, что существует еще одна скрытная группа врагов короля.
Самое скверное было то, что они находили сочувствие среди яссов, издавна ненавидящих Сиану. На побережье развернулась масштабная акция против военного и торгового соглашения с «ястребами».
Остановившись на вилле ближайшего советника, Джелло бушевал:
— Почему народ до сих пор не имеет четкого представления о моих планах? Разве я мало встречаюсь с простыми яссами, кажется, прямо говорю, что сианцы - наши партнеры и союз с ними ведет к взаимной выгоде, на других условиях я бы отказался сотрудничать.
Почему они верят предателям и убийцам, а не мне – тому, кто установил здесь мир?
— Мир силой сианского кулака… хе-хе…
Ненадолго позволив себе снисходительный тон, Драгго тотчас вернул лицу озабоченное выражение.
— Мой господин, мы консерваторы по духу. И всегда были очень недоверчивы к советам извне.
— Хочешь сказать, для своей страны я все еще чужак?
— Требуется время, чтобы убедиться в обратном. Причин для паники пока нет. Знатные яссы не пострадали от взрыва, а скоро с Астенас вернется домой отлично подготовленный отряд наемников. А там вывезем остатки наших бойцов с Харакаса. Их семьи будут благодарны тебе, король, наконец-то мы собираем, а не тратим своих солдат. Ты знаешь, как верны мы традициям, будь же примером во всем.
— Что ты хочешь сказать? Выражайся яснее!
— Должен заметить, что Бахрисашш вздохнул спокойно, когда… ахшассс… королева отправилась в небольшое путешествие по реке. Я не открою великих тайн, если замечу, что поведение Аарин тревожит нас. Она компрометирует твою власть и подрывает устои.
— Каким же образом?
— Ахм… она могла быть твоей возлюбленной, но не так явно, не на виду… прежде яссы на садили на трон человеческих женщин вот так демонстративно и…
Драгго замолк, обнаружив, что король подался вперед, стиснув пальцами изогнутые деревянные подлокотники бесценного антикварного кресла.
— Она моя шайсса, моя королева, что тебе еще нужно знать про Аарин? Если она мешает седому сну Бахрисашш, я построю для нее новый дворец! Я прикажу высечь ее имя на камне моего будущего склепа, мы будем неразлучны и в другой жизни... хотя, признаюсь, я не слишком верю в эти сказки.
— Вот еще одна причина для моей тревоги - ты рвешься вперед, забывая о своих корнях. Они не прощают пренебрежения и непременно напомнят, перекрыв воду.
— Звучит как угроза!
— Ничуть... только мои рассуждения и опасения, с которыми готов поделиться. Я стар и многое видел, даже то, что сложно объяснить с рациональной точки зрения. А кому как не мне быть прагматиком - я заведую финансами, они любят точный счет и не верят в чудо.
Закутавшись в зеленую мантию, Драгго с показным кряхтением поднялся с сидения и отошел к аквариуму среди рукотворного мини-сада в углу.
— Ты слишком формально относишься к культу предков, они не простят. Раз уж ты смог избегнуть участи вечного изгоя, подумай, для чего? И кто будет рядом, подумай! Ты – лидер самой древней и величественной цивилизации в системе, твоя миссия…
— Оста-авь поучения! Так говорят всем правителям, даже на погрязшем в разврате Тарсин и на высокомерной Сиане. Мы слишком долго были закрыты от мира, упиваясь своим якобы величием. И что имеем сейчас? Наши технологии устарели, наши области требуют автономии, кругом интриги и дрязги на пустом месте. И ты будешь упрекать меня в любви к цветку из другого дома? Нет более серьезных забот? Чего ты сам хочешь от меня, назови свои личные нужды, советник?!
Драгго раздражительно зашипел, высыпая корм радужным рыбкам и наклоняясь близко к воде, чтобы скрыть презрительную улыбку дрожащих губ.
— Я хочу, чтобы ты обратил внимание на ароматы родного сада. Попробуй их на вкус и убеди народ в том, что ты еще способен разделить ложе с настоящей ясской. Кое-кто считает, будто король околдован и зависим от капризов длинноволосой песчаной змейки.
— Больше не желаю слышать от тебя гадости про мою жену! Ни слова, ни намека, ты понял, Драгго? И мне нужны средства на выплаты поселенцам в предгорье – тем, что больше всего пострадали от разгула стихии.
— Мы и так собираем по крохам, обсуждения бюджета не окончены.
— Так поторопись, мне нужен полный отчет через три дня!
«Три дня работы. А потом можно вернуться во дворец и послать за ней… или самому прилететь на остров».
Шелковые занавеси колыхнулись, охранник доложил о том, что госпожа Дейра Дааш желает увидеться с высоким гостем.
— Пусть войдет, - сухо позволил король, находясь еще в запале беседы с финансистом.
Нет, она не просто вошла – Дейра ворвалась на закрытую веранду, заваленную пестрыми подушками и коврами, и сразу же обратилась к королю.
— Я прошу позволения говорить с вами наедине!
— Здесь только твой отец, полагаю, от него у тебя нет секретов.
— Наедине! – удлиненные глаза ее лихорадочно блестели, на впалых щеках горел нездоровый румянец.
Драгго бросил пристальный взгляд на дочь, низко поклонился обоим и, шумно потирая ладони, покинул комнату. Тогда Дейра грациозно опустилась на пол у ног короля и горячо заговорила:
— Мне сообщили, что капитан Шакко арестован. Я хочу знать причину.
— Для этого ты меня искала? Поднимись с колен и садись рядом.
Джелло улыбнулся, с удивлением обнаружив, что вспышка недавней злости прошла. Уже не раз ему приходилось замечать, что присутствие Дейры, ее чистый мелодичный голос мгновенно успокаивает, отвлекая от тревожных мыслей. Но сегодня она сама была в смятении и требовала каких-то разъяснений. Джелло готов ей помочь, тем более, если дело касается вспыльчивого и жутко обидчивого друга.
— Шакко совершил проступок и был своевременно наказан. Но теперь свободен по моему приказу, можешь быть спокойна, короткий отпуск пойдет всем на пользу.
— За что вы отослали королеву? Она вам надоела?
Дейра порывисто выпрямилась и теперь стояла перед Джелло с видом небрежного интереса, приправленного едва уловимым оттенком осуждения. Красивая, манкая, но при том холодная и чужая женщина. Хасс… неужели такая уж холодная? До чего же хочется убедиться лично.
Он немного помедлил, чувствуя, как недавнее расположение к ясске рассеивается подобно ароматному дыму из курильни, сменяясь почти охотничьим азартом.
— Я должен давать тебе отчет обо всех своих действиях? Возьми пример с отца, даже если он хочет ужалить, сначала смазывает место ранения «усыпителем боли», - начинаю привыкать к его уколам в самые уязвимые точки. Но терпение мое не безгранично при всем уважении к вашему почтенному роду.
Дейра упрямо склонила голову, будто не желая вмешивать ближайшего родственника в этот непростой разговор.
— Мы разные с отцом по натуре. Я всегда говорю прямо и не боюсь задеть чьи-то чувства. Возможно, это мой изъян, но меняться уже не буду.
— Ты достойная дочь нашего народа, потому я ценю тебя и готов выслушать, но не забывайся - все, что касается Аарин для меня важно. Я требую к ней особого отношения.
— Справедливо, ведь она наша королева. Когда же ты ее вернешь во дворец?
— Тебя в самом деле волнует отсутствие моей жены?
Внезапно он решил, что разгадал настоящие намерения Дейры и довольно потянулся, скрестив впереди пальцы рук. «Так вот в чем дело!»
— Может, ты бы хотела знать, когда в Бахрисашш снова появится Шакко?
Она легко согласилась, не изменившись в лице.
— Верно. Он покинул свои покои, не окончив курса физического восстановления, как его инструктор, я назначила действенную программу, но занятия были прерваны.
— Благодарю за участие в судьбе моего друга! Это все?
— Нет! Мне нужен допуск на Птичий остров.
— Зачем?
Она молча вздернула подбородок, презрительно скривила подкрашенные губы. Тогда Джелло тихо, но настойчиво повторил:
— Дейра, зачем тебе спешить туда? Пройдет еще пять или семь дней - те, что нам дороги вернутся в город.
«Те, что нам дороги…» От короля не укрылся влажный блеск ее выразительных глаз. И голос ясски нежно завибрировал:
— Я больше забочусь о себе. Мне снятся плохие сны в последнее время. Хочу посоветоваться с лекарем, живущим в лесу посреди реки. На острове одновременно не должно быть более трех яссов, береговая и воздушная охрана не в счет.
— Лекарь? Рукаш заверил, что на острове пустует станция Смотрителя, а в чаще обитает несколько безобидных дикарей и только. И что за бред насчет троих яссов одновременно, чья это выдумка?
— Ты отпустил шайссу в новое жилище, даже не разведав будущее окружение? Не хочешь знать, почему маленький остров с кучкой жалких зяблов так тщательно охраняют? – усмехнулась Дейра.
Джелло вскочил с места, выбрасывая руку вперед, чтобы схватить женщину за длинную гибкую шею.
— Говори, что хотела! Не трать мое время попусту.
— Кхашшш… не смей трогать меня! Я не твоя наложница и никогда ей не стану.
— Разве кто-то тебе предлагал эту почетную, но несколько устаревшую роль? Ты намекаешь на угрозу для Ари или хочешь к себе привлечь внимание? Кажется, я тебя разгадал! Ты слишком горда и себялюбива. Когда Шакко был к твоим услугам, ты им пренебрегала, а теперь, став недоступным, он внезапно тебе понадобился, вот ты и пришла за него просить, как оголодавшая самка.
— Прекрассссно же я выгляжу в твоих глазах! Да, я пришла просить – устрой мне допуск на Птичий остров. Я желаю посоветоваться с Видящим сквозь огонь.
Тяжело дыша, Джелло разжал пальцы, но не отвел руку, а бережно погладил упругую щеку ясски.
— Твоя кожа плотнее и не такая гладкая, как у нее…
Сузив глаза и невольно напрягая мускулы во всем теле, Дейра пыталась поймать рассеянный взгляд короля.
— Тебе приятно прикасаться ко мне?
— Да. Ты меня привлекаешь, не могу отрицать. Но это познавательный интерес и только.
— Снять одежду? Можешь продолжать, раз такова твоя плата.
— Ошшш... Ты согласишься лечь со мной прямо сейчас? Ради моего разрешения посетить остров колдуна?
Большой палец Джелло коснулся ее приоткрытых губ и стер краску с нижней, размазав по смуглой щеке. От его внимания не укрылось, как гневно Дейра сжала зубы в ответ на его властный жест. Крепкая ладонь тотчас уперлась ему в грудь и стиснула бледно-голубую ткань широкой блузы – острые ноготки царапнули кожу.
— Я тебя не хочу, но буду послушна, если потребуешь. Тебе нравится брать женщин силой, правда? Так у тебя было с ней?
Он намеренно проигнорировал ее вопрос и несколько охрипшим голосом пророкотал:
— Значит, сумеешь притворится покорной? Это настолько легко для тебя? Хашшш… а она называла меня чудовищем и пыталась драться. Я желал ее, как никого на свете. И я ее получил, покорил, приучил к себе. Но вот здесь появляется желтоволосое тарсианское отродье, и моя Ари бежит на встречу к нему, словно ради этого и выбралась с Цоты. Я не мог оставить ее во дворце, мне нужно было время, чтобы все обдумать.
Дейра растерянно моргнула, безуспешно стараясь оставаться отрешенной. И вдруг глаза ее засветились лукавым торжеством. Одним движением она отбросила дерзкую руку короля и коротко засмеялась, шагнув назад.
— Бросим глупые игры! Довольно проверять друг друга! Ведь и я не стану развлекаться с яссом, который безумно желает лишь свою шайссу. Позволь мне вылететь на остров и привезти ее обратно - это то, в чем ты нуждаешься сейчас. И Шакко тоже должен вернутся. Он был печален в моих снах, носил траурные повязки на плече. Я обеспокоена и должна развеять сомнения.
— Хорошо, суеверное дитя городских дебрей! Когда ты намерена покинуть Тахру?
— Как только ты распорядишься на мой счет.
— Немедленно! Я вылетел бы с тобой, но должен вечером увидеться с поверенными твоего отца - нас ждут сложные переговоры. А вам я подготовлю прекрасную встречу в Бахрисашш.
— Что ж, за день я постараюсь решить все свои вопросы на острове. Надеюсь, Аарин тоже скучает, считая мгновения до встречи с тобой.
— Мы – одно целое.
— Странно слышать… она кажется очень хрупкой и нежной. Ты не боишься сломать ее своей огромной любовью?
— Я научился быть осторожным и беречь то, что мне дорого. Но в тебе сидит досада и злость. Возможно, зависть. Не можешь забыть погибшего друга? Ищешь виновных? Боишься, что никто его не заменит? Так и будет, Дейра. Но можно впустить в сердце новое чувство и обогреть того, кто уже разуверился в своей способности любить женщину.
Она зажмурилась, отворачиваясь к слабо колышущимся занавесям у двери, порывисто вытерла лицо.
— Отец не одобрит моего союза с Шакко.
— Зато одобрит твой король. Для тебя это что-то значит? Я при всех назову Шакко младшим братом, брак с ним не уронит чести дома Драгго.
— Я хочу быть свободна.
— Уверен, он тоже. Вы договоритесь.
— Даешь советы, а сам терзаешься ревностью! О всемогущий король! Ей же некуда бежать от тебя на Яшнисс, здесь она полностью в твоей власти. Или сомневаешься в том, кто именно приходит к Аарин во снах? Верь своей шайссе. Будь сильным, не опускайся до непоправимых поступков. Любовь правителей не должна становится предметом насмешки подданных.
— Как вольно ты говоришь со мной, женщина. Тебе следует пойти по тропе учителей, а не поклонников искусства. И ты еще просишь моего разрешения на вылет… или мне послышалось, Дейра? Беспорядки в стране сделали тебя смелой и дерзкой. Узнай я тебя раньше, возможно, захотел бы соединить наши судьбы.
— Предки распорядились иначе, - сквозь зубы поцедила она, прожигая его испытующим взглядом.
Джелло печально улыбался, может быть, опять проверял - ее или себя.
— Тогда скажу иначе. У меня не было сестры, но я вижу ее такой же красивой и яркой, как ты.
— У тебя может появиться дочь… не все же она унаследует от чересчур нежной матери, - голос Дейры вдруг сорвался, словно она коснулась неловкой темы.
«Ари способна родить мне только сына, возможно, уже сейчас носит его в себе». Джелло не стал произносить фразу вслух и вдруг задумался, глядя поверх высокой женщины, замершей перед ним как статуя искусного мастера. По-прежнему холодная и чужая.
— Поручаю тебе вылететь на Птичий остров и привезти мне мою королеву.
— Будет исполнено, повелитель!
Едва Дейра покинула комнату, как Джелло почувствовал странную тоску и сожаление. Хотелось самому мчаться на заповедный кусок суши посреди самой широкой реки Яшнисс. Туда он велел спрятать Ари, на время убрать с глаз Шакко, ставшего чересчур требовательным и брюзгливым. Хотел их проучить - наказал себя.
"Кто еще ближе и дороже? Верный друг, много лет деливший со мной все тяготы изгнания и любимая - самый трепетный и таинственный уголок души, непостижимая Аарин".