Глава 30. Тарсин

Королева Аарин

Они будто нарочно тянули время, устраивая все новые экскурсии и встречи, дегустации и представления. Я была оглушена аплодисментами и восторженным приветствием толпы тарсианцев, которым вроде бы не за что любить правительницу яссов. Неужели это часть сценария и люди действуют по приказам  свыше? Я пыталась сохранять трезвую голову и судить обо всем спокойно.

Первые два дня вокруг меня не прекращался пестрый хоровод симпатичных роботов, аппетитных кушаний и роскошных апартаментов. Куда бы я не ступала, передо мной тотчас расстилалось море цветов – живых и срезанных, но способных долгое время сохранять свежесть, благодаря  питательной обертке стебля.

Пилотом моего персонального супермобиля был назначен великолепный Дариус Аркос. Я дружески кивала ему при встрече и тут же отводила взгляд на других сопровождающих. Вежливо отказала в официальной аудиенции, чем весьма расстроила сенатора Клардена.

Между тем, мои яссы докладывали, что контракты тарсианцев не представляют особого интереса, поскольку  хитроумно составлены в пользу лишь одной стороны. Разумеется, мы не собирались идти на поводу и ловко уклонились от участия в предложенных  проектах, сославшись на необходимость дополнительных консультаций на родине. Сенат, похоже, немало раздражал такой поворот дела, как и мои регулярные требования чудесного лекарства.

Вчера я была особеннно настойчива с  Кларденом:

— Вы прекрасно знаете, зачем я сюда прилетела, дипломатическая часть визита прошла успешно, не пора ли перейти к личным вопросам? Может, у вас и нет никаких черных камней или они внезапно испарились? Я жду конкретных результатов. Пора возвращаться на Яшнисс, меня беспокоит здоровье супруга.

Сенатор на мгновение опустил взгляд, улыбаясь своим мыслям:

— Мы надеемся оставить у королевы незабываемое впечатление от визита. Действуем строго по плану. Например, сегодня рассчитывали познакомить вас с одним из чудес нашего индустриального мира  - салоном живых картин. Полное погружение в реальность. А что касается предмета вашего интереса – его доставят завтра с Мальсийских болот, нет причин для волнения.

— Завтра? Отлично! Простите мою резкость. Я только хотела напомнить о деле, для меня чрезвычайно важном.

— Понимаю вас, госпожа, и приношу свои соболезнования.

Бестактная фраза, - Джелло жив и в любой момент может снова возглавить страну. «Рано вы хороните моего мужа!»

Я в который раз внимательно разглядывала Клардена, пытаясь найти сходство с Даром. Привлекательное волевое лицо, чуть выступающий твердый подбородок с ямочкой, глаза не такие синие и пронзительные, как у Дара, но их чарам тоже легко поддаться, если немного отпустить контроль. Пытаюсь заговорить мягко, почти кокетливо:

— Господин Кларден, надеюсь, вы меня понимаете. Для моей страны настало непростое время. И мы будем помнить всех, кто окажет помощь. В будущем наши торговые отношения несомненно пойдут на лад. А сейчас должна признаться, что устала от церемоний и встреч. Позвольте провести вечер в вашей резиденции, мне хочется осмотреть комплекс оранжерей и бассейны. Судя по масштабам парка, который я  успела оценить с воздуха, здесь множество птиц и животных. Поразительно, что они не боятся людей.

— Лучшего отдыха и представить нельзя! Вы замечательно проведете время. Тем более в спутники вам я рекомендую моего племянника. Кажется, вы давно знакомы, но почему-то избегаете общения. Неужели он чем-то вас огорчил?

Отвечала уклончиво:

— Все обиды остались в прошлом. Нужно идти вперед.

— Разумеется! Дар третий день ждет подходящего момента для серьезного разговора с вами. Рвется в мою резиденцию, как бешеный зверь, но сначала я хочу получить ваше согласие на подобную встречу. Госпожа Аарин, мне не известны детали конфликта, который произошел на Яшнисс при участии Дара, но могу заверить, что племянник не желал вас обидеть ни словом, ни каким-либо дерзким поступком. Он обладает сложным характером и только начинает свою политическую карьеру, поэтому должен извлечь хорошие уроки из сложившейся ситуации. Вы же примете его извинения?

Резко захотелось оказаться дома, неважно, Птичий остров или спальня в Бахрисашш, только подальше отсюда. Я подсознательно чувствую опасность,  не имея сил и знаний, чтобы ее избежать. Отказаться от встречи с Даром, значит, показать свои тревоги.

А  разве мне нужно его бояться? Найса не оставит нас наедине, пока не прикажу. У меня нет причин секретничать с тарсианином.

И все равно я немного волновалась, шагая рядом с сенатором по ровной дорожке ухоженного парка. По сравнению с буйными садами на Яшнисс в резиденции Клардена царил идеальный порядок и гармония форм. Деревья вытянулись как солдаты на параде, кусты и газоны подстрижены. Даже мелкие птахи выводят будто бы тщательно отрепетированные трели.

Найса шла в двух шагах позади меня, прочих охранниц-яссок я предложила оставить в доме. Это просто визит вежливости. Мы перекинемся парой фраз, соответствующих обстановке, оценим выдержку друг друга и расстанемся уже навсегда.

В центре парка был устроен пруд, от которого веерами расходились ручейки, питающие маленькие фонтаны. Никаких статуй и монументов, но троица огромных необработанных камней оригинально смотрелась на фоне легких беседок из прозрачного, словно невесомого материала.

У первого камня нас ожидал Дар. В первую очередь я заметила его короткую стрижку и бледность. Может, ему  нездоровится? И как не жаль было лишаться золотистых кудрей. Зачем…

Мы обменялись внимательными, изучающими взглядами, потом Дар подошел к нам и быстро наклонил голову, а когда снова посмотрел на меня, возникло ощущение, что он слегка раздражен. Может, сам не хотел общаться со мной после того, как его бесславно прогнали с Тарсин. Уж не Кларден ли заставляет любезничать с королевой ради привилегий в торговом союзе...

— Как поживаешь, Ари? Я слышал, ты приехала сюда за целебной грязью. У нас ее много, как и фекалий вымерших ящериц. Можно получать неплохой доход, жаль правительство стыдится делать деньги на старом дерьме.

— Мне нужны слезы черных камней. Полагаю, ты знаешь, о чем идет речь.

— Да-да, я читал справочник, - небрежно заметил он. -  На теплом теле человека эта черная дрянь начинает истекать красноватой жидкостью. Вонь стоит такая, что даже мертвый подскочит.

Сенатор Кларден резко прервал красочные описания племянника:

— Определенно, ты не в себе. Следовало предупредить о недуге, а не мчаться на встречу с королевой. А ведь я рассчитывал на тебя, Дариус! Что теперь подумает Аарин?

— Ты нарочно не даешь нам увидеться! Мне надоело наблюдать за вами со стороны, смешиваясь с толпой тупых раскрашенных кукол. Проклятые политические игрища! Я привык действовать наверняка.

Дар отодвинул его руку и встал напротив меня, в то время как за спиной моей предостерегающе зашипела Найса. А я перевела дыхание и тихо заговорила:

— У меня были очень насыщенные дни, но есть определенные правила…

— В бездну правила! Я люблю тебя, Ари. Я хочу тебя больше всего, что хотел когда-либо. И я тебя получу.

Он схватил меня за голову, притянул к себе и поцеловал в губы. Грубо, отчаянно, горячо. В следующее мгновение я заметила, что между нами уже небольшое расстояние, а в горло Дара сбоку упирается узкий клинок Найсы. 

Мое взбудораженное сознание автоматически фиксировало угрозы заступницы, растерянные возгласы Клардена, шум обуви тарсианской охраны, но более всего меня поразила собственная реакция на поцелуй. Он застал меня врасплох, я не успела включить разум, а тело оказалось слишком податливо.

Пока рядом суетились люди, я смотрела в ликующие глаза Дара и понимала, что знаю самую суть его переменчивой натуры: азарт и риск, жажда борьбы и яростная смелость. Ничего общего с вальяжным, рассудительным дядюшкой, который сейчас напоминал испуганную клушу. И куда делся весь тарсианский лоск...

— Госпожа Аарин, мне очень неловко за своего подопечного, он будет наказан. Прошу простить эту выходку.

Очевидно, Кларден ждал моего заявления, пока Дара держали за локти парочка мускулистых киборгов в облегающих комбинезонах. А я не знала, что сказать, я совсем не сердилась, напротив, в душе тоненько пела самая заветная струнка. Самодовольный красавчик  только что признался мне в любви и наглядно проявил бешеную страсть. Предположим, что это не отрепетированное представление. Но тогда получается, что невзрачная девица из Дейкос  в самом деле заставила его страдать. 

От тоски он похудел и остриг волосы. Может, собирается в местный монастырь? Развеселившись и  забыв про осторожность, я милостиво кивнула сенатору:

— Пусть его отпустят. Думаю, господин Аркос  в самом деле не совсем здоров.

Потом я притворно тяжко вздохнула и направилась в сторону камня, что находился поодаль от остальных. Гранитная глыба, вросшая в землю, казалось, символизирует преобладание мощи дикой природы над изящно-хрупкими творениями человеческого ума и плоти.

— Придется мне обойтись без экскурсоводов. Или вы все же составите компанию на прогулке?

Кларден коротко отдал ряд приказов и последовал за мной, что-то сконфуженно бормоча себе под нос. Искоса заметила, что Дара увели в другом направлении, но он вертел головой, оглядываясь на меня. До конца прогулки чуткая Найса не выпускала из рук длинный боевой кинжал, по рукояти которого вилась желтая змейка.

Как и следовало ожидать, аллеи, водоемы и цветники личной усадьбы сенатора поразили мое воображение и  подарили много приятных минут до наступления ночи. Ужин прошел на открытой террасе дома, столы были украшены гирляндами мелких  цветов и множеством свечей разного цвета пламени. Звучала томная музыка, изысканное угощение дразнило сразу зрение, обоняние и вкус.

Я позволила себе пару глотков вина и, окончательно расслабивишись,  попросила сенатора не обходиться с племянником слишком строго. Атмосфера вечера погружала в сладостную дремоту, я чувствовала себя самой доброй и мудрой королевой, достойной комплиментов и хвалебных гимнов.

Недавние тяготы в Шаар-кас остались далеко позади и теперь вспоминаются как дурной сон. Голод и ночевки на куче хвороста… Нет, это было не со мной. Я создана для комфорта и почитания. Меня все любят, обожают и ценят. Ну, почти все…

Завтра  ценный груз черных камней доставят в Галардис, опечатают государственной символикой Яшнисс и наша делегация может покиинуть Тарсин.  Миссия удачно завершена.

Найса смотрит неодобрительно, трогает за плечо, намекая, что пора бы покинуть застолье и вернуться в свою комнату. Я прощаюсь с сенатором и в сопровождении трех гламурных мажордомов поднимаюсь на свой этаж. Остается принять душ, ванна сильно утомит, а я уже мечтаю о постели.

Нарочно разделась догола, чтобы всем телом ощутить приятный материал простыней – шелковистый, деликатно ласкающий кожу. В Бахрисашш такого не встречала, надо узнать, нельзя ли наладить поставки к нам.

Уже сквозь подступающий сон расслышала шорох поднимающейся занавеси на стене, затем легкие шаги.

— Ари, ты спишь? Только не кричи. Я пришел пожелать тебе доброй ночи и сказать, что не собираюсь оправдываться за то, что случилось в парке. Ты завладела моими мыслями, чувствами, похитила мой разум, как я могу от тебя отказаться?

— Не подходи!

— Я тебя не обижу, позволь остаться.

Сама не знаю, чего хотела больше, чтобы сейчас он ринулся ко мне или исчез так же неожиданно, как появился. Сделала попытку отрезвить его пыл холодным замечанием:

— Не терпится залезть в постель королевы? А ты, оказывается, падок на статусы. Понимаю, замарашку Ари наконец отмыли и в порядок привели. Но я все та же Ари, какой была на Цоте, разве что теперь пахну получше. Моя родословная тоже не изменилась. Уфф… Я очень устала, Дар. Пожалуйста, уходи.

Я старалась говорить уверенно, но, выдохнув последнее слова, безвольно обмякла. Этот мужчина притягивает меня, он до сих пор будит во мне какие-то теплые чувства. Может, там – на Цоте мне было так страшно и одиноко, что вместе с заботой о Даре я влила в него частицу своей души. И теперь она взывает к хозяйке, тоскуя внутри циничного чужака.

Если бы Дар повел себя агрессивно, вдруг начал приставать, накинулся с новыми поцелуями – я бы, конечно, завопила на весь дом, призывая Найсу. Он сам прекрасно это понимал, оттого и сидел сейчас прямо на полу, продолжая говорить со мной кротко и печально, задавал странные вопросы.

— Прости, если выскажусь слишком прямо, не вижу причин юлить. Что тебя ждет, когда из Джелло сделают чучело и поместят в музей с прочими ряженными костяшками? Ари, настало время быть честной. Ты не можешь любить это мерзкое существо. И пусть он был твоим полноправным хозяином, признай, что настал момент истины. Твоя преданность ему всех умиляет, но сейчас настало  время разорвать порочные узы и получить свободу.

— Много ли ты сам знаешь о любви, умник?

— Хочешь сказать, ты у нас эксперт!?

— Нет, я не знаю наверняка, но могу чувствовать и верить.

— Разве сложно понять, твои нежные чувства рождены необходимостью, они как средство самозащиты, способ избежать унижения.  Ты притворилась покорной и любящей, чтобы выжить, Ари. Загляни в себя... И прими мою помощь.

Чертов психолог! Его бархатистый, проникновенный голос вызвал во мне нервную дрожь. Казалось, зашатались незримые опоры моей веры в наш союз с Джелло. Неужели так просто было их поколебать? Но борьба-то неравная – мой муж спит беспробудным сном и не может постоять за нашу семью, а настойчивый тарсианин без мыла лезет мне в душу.

А я… а что я могу?

Перевести разговор в другую сторону, коснуться болевых точек оппонента.

— Дар, почему ты до сих пор не женат? Ты хотел бы иметь детей? Или заботы о семье не входят в список твоих жизненных планов? Слишком обременительно…

— Мы предпочитаем свободные отношения.

— Мы – это тарсиане? Значит, институт брака у вас не в почете.

— Только политические и коммерчески выгодные союзы. Всех это устраивает. Я думал, ты успела многое узнать о Тарсин еще до поездки.

— Я больше интересовалась вашей медициной.

— Конечно! Если ясс сгниет, не приходя в себя, твое положение станет сомнительным.

— Я никогда не стремилась к власти и дворцовой роскоши. Даже при самом печальном сценарии на Яшнисс найдется для меня приют.

— Почему не здесь, на Тарсин? Ари, зачем тебе улетать обратно в змеиные норы? Они не люди, как ты или я. Откажись от своих глупых претензий. Я тебя поддержку, как ты меня однажды.

— Интересно, а твой дядюшка знает, о чем ты  просишь? Думаю, его инструктаж касался совершенно других вещей. Например, очаровать дуреху из Дейкос, чтобы она стала податливей на переговорах.

Темный силуэт выпрямился на фоне стены, голос Дара звучал глухо:

— А ты зазналась, Ари. Или сперма ящерицы так воздействует на хилые женские мозги? Бесполезная кукла! Ты такая же как все, ничем не лучше.

— Прекрати оскорблять моего мужа! Прекрати оскорблять меня! Противно дышать с тобой одним воздухом, аж в носу щекочет от ваших духов! Полагаю, дипломатическая карьера – не твоя стезя, Дар, ты не умеешь врать и подлизываться. До дяди Клардена тебе далеко.

— Пожалеешь, что прогнала меня. Клянусь грязью мальсийских болот, ты еще будешь пресмыкаться передо мной.

В его свистящем шепоте было столько откровенной ненависти, что я ужаснулась. В памяти пронеслось видение из «Кормушки» - таким же сосредоточенно-невозмутимым тоном Дар объяснял убийство пирата. Дар всегда  легко наносит смертельный удар. Он прекрасно обучен.

Едва справившись с волнением, я отвечала как можно тверже:

— Оригинально проявляется тарсианская любовь... в угрозах. По-моему, ты несколько поспешил с определениями своих эмоций и комплексов. Ты хотел искренний разговор? Получай! Тебя злит, что меня вытащил с Цоты другой, злит, что после помойки я поднялась до трона королевства, с которым считается даже Сиана, а из тебя даже посол вышел никудышный. Вместо того, чтобы пожелать мне удачи, ты собираешься мстить? За что, Дар? Я умывала тебя своими слезами на Цоте, я лечила твои раны… Ради тебя я пошла на… ты сам знаешь.

— Потому что я был твоей единственной надеждой. Но ты предпочла изваляться в дерьме.

Нет, моему терпению есть предел. Я подтянула одеяло на грудь и поправила подушку в изголовье, чтобы сесть, опираясь на нее спиной. Приняв наконец царственную позу, я медленно, с расстановкой произнесла:

— Пошел вон, неудачник! Глядишь, дядюшка пристроит куда-то еще или выделит пенсию. На искусственных девок хватит.

— Благодарю за отличную идею! Сам бы я не придумал лучше.

Перед моими глазами  вспыхнул яркий свет, как будто Дар направил мне в лицо луч карманного фонарика.

«Хватит! Перестань!»

Я не слышу своих криков, не чувствую своего тела, вокруг вращаются радужные круги, все теснее и ближе: зеленые, красные, синие полосы скручиваются в тугую спираль и сжимают мое горло. Сознание взрывается всполохом огненных искр. Меня больше нет.