Глава 41. Встреча

В космопорту Яшнисс нас встречала небольшая, но очень солидная делегация чиновников. Алишка капризничала в новой обстановке, хватала меня ручонками за шею, испуганно поглядывала на зеленые мундиры солдат и нарядные френчи генералов.

Издали Чугго поклонился мне, прижав руку к груди. Я искала на лице старого ясса малейшие признаки недовольства, но, что бы ни думал он о моем возвращении, сохранял торжественно-радушный вид. Железная выдержка старого офицера.

Скоро я  нашла взглядом Пойто и сразу успокоилась. Жаль, он не смог сесть в предоставленный мне  летмобиль, только помахал тончайшим платком, забираясь в украшенную флажками  машину кортежа. Все такой же франт и романтик, как хорошо, что мы снова вместе!

Шакко заматерел, держится важно-вальяжно, оба глаза при нем, глядят весело и самодовольно.

— Ты еще не дослужился до генерала?

— Джелло и без регалий готов выслушать мое мнение за чашей вина. И поступить  по-своему…

— Как он сейчас?

Если честно, я ждала, что увижусь с королем еще в зоне прибытия. Шакко наклонился ко мне и, подмигнув настороженной Алишке, доверительно прошептал:

— Характер совсем испортился. Мы все надеемся на тебя.

— Вот даже не знаю…

— Она славная, - Шакко кончиками пальцев погладил Алишу по спинке, а та сразу вскинула на меня удивленные глазищи, будто спрашивая, заплакать или улыбнуться этому чудному дядьке в красивой кепочке.

— Все хорошо, солнышко, мама с тобой.

«Надеюсь, она быстро освоится в новом доме».

Женское крыло в Бахрисашш поразило нарочитой пышностью убранства, от которой я давно отвыкла в Мальсийском поселке и даже в доме сенатора. Все же тарсиане склонны к простоте и монументализму. Опять же строгий хай-тек, ничего лишнего. А здесь детская комната была завалена игрушками для всех возрастов,  драпировки с цветочным орнаментом придавали ей сходство с расписной шкатулкой.

Два дня, что мы обживались во дворце, Джелло так и не удостоил меня визитом. Зато Пойто на десять раз пересказал мне последние  сплетни и новости Тахры. В первую ночь мы проболтали почти до рассвета. Потом я полдня спала, и вскочила, как подстреленная, волнуясь за Алишку. Служанки успели ее покормить и теперь занимали играми в саду. О маме она даже не вспоминала среди множества новых забав.

Но я и на третью ночь долго не могла заснуть, слушая Пойто. О Цоте кое-что разузнала, сианцы подготовили для нее «программу реабилитации», собираются возрождать на севере леса, бороться с пустыней на юге и завозить колонистов из числа законопослушных граждан низкого социального статуса.

Сиана близка к перенаселению,  руководство сочло расточительством превращать пригодную для жизни планету-спутник в мусорную свалку.

— Что стало с Карой?

— Погибла от неизвестной инфекции за полгода до нашей департации. Чугго считает, сианцы обработали территорию какой-то  дрянью, недаром изгои пачками дохли. Эхейбз! Знатный эксперимент.

— Он сильно переживал?

— Не думаю. Кара пыталась им управлять, лезла во все наши дела, Чугго злился.  Они даже дрались, а потом бурно мирились. Но яссы требуют к себе большего уважения. В личных отношениях предпочитают комфорт.

Пойто выглядел довольным, заметно округлился в лице и тоже будто помолодел, еще бы – первый полузябл на службе у правителя Яшнисс. Почти что визирь при султане, можно обзавестись личным гаремом, если есть нужда.

Подкрутив настенный светильник я придирчиво разглядывала себя в зеркало. Надо поскорее отдаться ловким  рукам массажистки Краги. Пусть слепит из меня нового человека для новой жизни.

— Пойто, скажи  по секрету честно-пречестно, он рад, что я прилетела или всего лишь выполнял свой долг, возвращая законную жену?

Приятель  вдруг поперхнулся пластинкой острой лапши из водорослей. Я терпеливо ждала, пока пройдет кашель, даже предлагала постучать по спине. Зря я, наверно, пытаюсь докопаться до сути поведения Джелло. У него есть свои причины прятаться.

— Ты уже бывал на Птичьем острове?

— Кхак! Кха… Хаккоша завтра привезут сюда повидаться с тобой.

— Отличное решение. Угадываются все мои безмолвные пожелания. Чья идея?

Мне показалось, занавеси у дверей колыхнулись, будто за ними кто-то стоял, прислушиваясь к нашему разговору. Я скинула с плеч покрывало, в которое куталась, лежа на груде подушек, и скользнула к выходу на веранду.

Лицо тотчас опахнуло прохладным влажным ветром - знакомые и почти забытые ароматы ночных цветов заставили трепетать сердце. Сунув голые ноги в открытые мягкие туфли, я сошла с террасы и углубилась в сад.

«Тебе предстоит многое вспомнить, Ари… многое обрести заново».

Я знала, что он идет за мной, словно зверь, выслеживающий добычу. Нам никогда не поменяться ролями. И я осознанно выбирала тропинки темнее, пусть зверю было удобнее. А потом остановилась,  резко обернувшись во тьму. Боль и отчаяние прошедших лет сделали меня безрассудно смелой.

— Где ты, чудовище? Зачем прячешься? Покажись! Мне надоели твои  странные игры. Я прилетела, чтобы видеть тебя, других причин нет. Я здесь только ради тебя.

Кажется, была готова ко всему – натянутая, словно струна, дрожащая от собственной дерзости, но когда большие, сильные руки обхватили меня сзади и прижали к столь же мощному телу, вздрогнула и едва подавила крик.

Давно никто так не прикасался ко мне. Властно и бережно одновременно. Оказывается, я скучала. Оказывается, мне вполне комфортно жилось в плену этих крепких рук. И все же я попыталась вырваться, ударила его головой в грудь и потребовала отпустить. Но не сразу…

Первые мгновения я наслаждалась близостью своего короля, согреваясь в его объятиях, словно маленький одинокий зверек. А потом потекли слезы, захотелось утереть лицо, вот и стала брыкаться. Он ослабил хватку, но лишь затем, чтобы развернуть меня лицом к себе. И по-прежнему ничего не говорил, пока  я беззвучно плакала, прижимаясь к вороту распахнутого халата.

— Почему  ты так долго не приходил, хотел наказать…

— Хотел представить, что ты никуда не улетала, а всегда была рядом, на Яшнисс. Так проще.

— Давай вообразим, что и Цоты не было в нашей жизни. Однажды утром ты проснулся королем, и в твой сад с неба свалилась девчонка  из Дейкос.

— Редкая удача!

— Вот и Пойто сказал, что мне постоянно везет.

— Тогда уж сразу нам обоим.

Я пробовала смеяться, но из горла вырывались  какие-то судорожные всхлипы. А ведь накопилось столько вопросов и признаний.

— Как мне сделать тебя счастливой, Ари?

— Для начала просто поговорить. Но ты долго настраивался.

— Я заслужил твой упрек. И все же не мог вылететь за тобой в космопорт или ждать на ступенях дворца.

— Предпочел наблюдать со стороны. Незамутненным разумом оценить свои чувства.

— Разве все наши чувства подвластны разуму? Некоторые особенно трудно держать под контролем.

— Даже тебе, король?

— Если это касается моей  шайссы…

Я наконец-то подняла на него глаза, а потом робко протянула руку и коснулась смуглой щеки.

— Главное, ты здоров.

— Ты дала мне второе дыхание.

— Неважно, чего это стоило, правда? – может, я слишком торопилась задевать сложные темы, но хотела сразу разбередить раны и смазать их целительным бальзамом. Или побрызгать уксусом, а лишь потом смазать бальзамом.

Джелло привлек меня к себе, обхватывая ладонью голову,  -  намеренно скрыл выражение лица. Отвечал глухо, с  затаенной клокочущей яростью:

— Мне же не пришлось выбирать, я здесь валялся, как трухлявое бревно, пока ты там одна… Знаешь, я хотел казнить старика, который внушил тебе мысль о крыльях, камнях и ребенке. Чугго меня поддержал, а Шакко неожиданно встал на его защиту. Может, ради Дейры и Пойто. И потом я припомнил  страшные сны  и понял, как именно ты вытащила меня из лабиринта забвения. 

— Чугго держится со мной холодно. Надеялся, что я останусь на Тарсин?

— Конечно, - в голосе короля отчетливо звучали ироничные нотки, -  А потом Чугго  предлагал осыпать тебя почестями за спасение короля и поселить в прекрасные апартаменты с сотней слуг за государственный счет. Подальше от Тахры.

— А тебе советовал выбрать новую жену, да? Ты поэтому за мной не посылал? Был занят отбором невест, но ни одна не приглянулась. Тогда захотел сравнить с единственной желанной куклой. Непревзойденным оригиналом. Я же еще на Цоте предупреждала, что являюсь единственным экземпляром.

Его тело пошатнулось от смеха, а потом мышцы плеч резко напряглись, стискивая меня до протестующего возгласа.

— Нет, Ари, все это время я заново учился ходить. Я очень старался и спешил. Мне была отвратительна мысль, что ты вернешься и увидишь меня прикованным к постели. К тому же, дошли слухи, на Тарсин ты прекрасно устроилась. С желтоволосым покончено,  но другого мужа ты себе не стала искать. Хватило «синтетиков»? Сенатора я настолько презираю, что даже не беру в расчет.

— Он вел себя достойно. Или просто благоразумно. Кларден прежде всего тонкий политик, обязанный просчитывать сотни ходов наперед. Он знал, что однажды ты потребуешь меня назад. Но скажи, что бы ты стал делать, откажись я лететь с Дейрой?

— Я не рассматривал такой вариант. Мой народ желал возвращении королевы, я забрал бы тебя в любом случае.

— Так вот в чем дело! Твой народ настоял, и ты согласился. А я уж было решила, что  снова хочешь попробовать обойтись без меня. Но гораздо интереснее проверить стойкость характера при личной встрече, правда? Итак, формальности соблюдены, враги повержены, герои должны получить по заслугам. Завтра я должна присутствовать на церемонии открытия монумента в Тахре? Признаюсь, очень лестная процедура, лишь бы не слишком затянулась. Официальные встречи порой так утомительны.

— Разве нам больше не о чем говорить, Ари? Пойдем ко мне, ты дрожишь, у тебя холодные руки. Надень мой халат.

— И в поисках темы для разговора ты пытаешься меня оскорбить, вспоминая каких-то роботов? Нужно вернуться в спальню Алейши, она могла проснуться.

— За ней присмотрят, а мы так долго не были вдвоем. Не уходи, Ари!

Его пальцы жадно скользили по моим  плечам, поправляя складки широкого одеяния, которое Джелло накинул на меня сверху. Я отвела его руки, плотнее запахнувшись в ткань, терпко пахнущую  откровенным желанием ясса.

— Если бы не кинулась искать тебя в саду, ты продолжал бы прятаться! Ты нарочно меня изводил, а теперь просишь провести с тобой ночь? Я не готова. Точнее, давно готова ко всему. Даже к апартаментам и сотне слуг далеко отсюда. Слушай, я окончательно  поняла, когда у тебя много денег, есть хороший дом и вкусная еда, гораздо легче переносить житейские неприятности. Да, еще надо иметь крепкое здоровье, умелую массажистку и ненавязчивого любовника. Чтобы сидел, как канарейка в клетке и развлекал по первому требованию…

Джелло не дал договорить, закрыл мне рот поцелуем, а я замерла, боясь упустить малейший оттенок своих ощущений. Не собиралась бороться или пылко отвечать, превратившись в живой оголенный нерв, я могла только чувствовать, узнавая, вспоминая, обретая себя заново.

Он понял и, прижав губы к виску, прошептал:

— Ты меня не хочешь? Не буду настаивать. Больше никогда не стану тебя заставлять, Ари. Прости, если сделал больно. Сейчас и когда-либо прежде. Может, избегая тебя в Бахрисашш, я ждал, когда ты сама пожелаешь встречи. Начнешь спрашивать и искать меня. Сама позовешь.

Я не хотел давить. Я наблюдал. А ты занималась дочерью, беседовала с Пойто. В первый день мне было очень тяжело. У тебя в глазах я заметил обиду и страх, но ты тщательно это скрывала. Держалась независимо-отрешенно. Несла на руках девочку, словно единственное сокровище. Да, я ревновал тебя к ней. Я хотел бы… ты знаешь, Ари.

О, если б я мог вырезать часть временной ленты и склеить концы так, чтобы не пришлось расставаться! Я хочу сделать тебя, счастливой, Ари. Скажи, что мне теперь сделать для тебя.

Я боялась дышать, боялась пошевелиться и поднять голову, чтобы не увидеть, как плачет король. Или мне померещилось.  Только и могла  проговорить, отвлекая его:

— Мы придумаем, как быть дальше. Сейчас немного успокоимся  и начнем придумывать… Джелло, неловко признаться, я боюсь завтра показаться яссам на площади. Можно открыть памятник без меня? Найти приличное объяснение или перенести событие.

На темной тропинке впереди послышались шаги, и ворчливый голос Чугго мигом заставил нас взбодриться.

— Ты совсем себя не бережешь, в двух шагах беседка, там скамья и плед. Можно сидеть, лежать и лить слезы хоть до утра, лишь бы не затопили сады. Ари, ему нельзя долго ходить, стержень спины нуждается в отдыхе.

Наверно, он говорил о позвоночнике. Меня пронзил жгучий стыд, следовало бы подумать раньше, что Джелло еще трудно долго стоять на ногах. Но мысли о том, чтобы сбежать на женскую половину теперь казались абсурдными. Я не могла его оставить, он вдруг показался беспомощным, как младенец.

Под сердитое бормотание Чугго мы разыскали беседку, густо оплетенную ветвистым кустарником, и скоро расположились там при свете маленьких фонариков, искусно имитировавших бирюзовые цветы. Я даже склонилась над одним, различив тонкий естественный запах.

Мир, покой и уют – все, в чем нуждались наши души, теперь окружало в сердце Бахрисашш. Наконец-то я дома, и бесконечно дорогой мужчина крепко держит мою руку в своей.