Глава 12
Обескураженный столь неприветливым приемом Анрион согласно кивнул, и тот же подавальщик, спешивший обслужить дальний столик, нелепо споткнулся на ровном месте, увидев за столиком вместо уже обслуженных им обычных посетителей хорошо ему знакомых герцога с кузеном и их спутниц.
Смертельно побледнев, поспешил к хозяину и покаялся в совершенном. Тот схватился за сердце и приказал немедленно поменять еду у дорогих гостей. Потом набрался храбрости и отправился извиняться лично, все равно ничего другого не оставалось.
Анрион, встретивший его многозначительным «а вот и сам господин Димитр к нам пожаловал» привел хозяина в сильнейшее нервическое состояние до дрожи в коленях и белых мушек в глазах. А сказанные дальше слова и вовсе подкосили беднягу:
- Вы же уже знаете, что мы, скрывшись под личинами, заказали то, заказывает у вас частенько здесь бывающий герцог-младший? - Господин Димитр вынужден был согласно кивнуть. - Но нам подали несъедобную гадость. И мне интересно: чего вы добиваетесь, делая это? Хотите уверить простых горожан, что герцог со своей свитой настолько непривередлив, что ест всякую дрянь? Или, что более правдоподобно, надеялись, что простолюдины не смогут понять, что им подсунули, и нагреть ручки на заоблачной стоимости низкосортных блюд?
Владелец ресторации принялся долго и униженно извиняться, сваливая все на подавальщика, пообещав его примерно наказать и немедленно уволить.
- Вранье! - в своей безапелляционной манере вмешалась в его путаное покаяние Изабель.
- Ты сам ему велел так поступать с простыми посетителями, а теперь пытаешься вывернуться!
Господин Димитр, слышавший немало страшилок про двух очень похожих чрезвычайно вспыльчивых магинь, способных превратить не нравившихся им людей в мерзких зверушек одним только взглядом, схватился за сердце и торопливо убежал, боясь от испуга свалиться в обморок посреди зала, как слабонервная барышня.
Через несколько минут уже другой, хорошо знакомый герцогу и графу подавальщик принес первые блюда из обычного набора для аристократов. Попробовав их, Анрион довольно кивнул.
- Вот это в самом деле то, что мы едим здесь обычно, - признал он и первым положил себе на тарелку из общего блюда нежнейшей крольчатины, тушеной под красным соусом.
- Интересно, а сколько народу, попробовав бурду, что подали нам за невероятные деньги как привычную еду герцога, решили, что он и его друзья, а я в особенности, - кучка непритязательных идиотов? - граф вяло ковырял вилкой в великолепном парфе из гусиной печенки, совершенно потеряв аппетит от мысли о своей столь нелестной славе.
- Не думаю, что люди такие дураки, чтобы поверить, будто мы едим то, что нам подали сегодня как простолюдинам. - Анрион, быстро управившись с крольчатиной, с удовольствием потчевался тем, что стояло на столе, кладя себе всего понемногу.
- А я бы вполне поверила, - Беатрис отламывала маленькие кусочки нежнейшего сырного суфле и медленно, с наслаждением, жевала.
- Почему? - вскинулись мужчины, насторожившись в ожидании неприятных откровений.
- Просто то, что подают на герцогских трапезах во дворце, нормальной едой назвать сложно.
- Почему? Все очень даже вкусно, - не согласился с ней Анрион. - Матушка за этим следит весьма пристально.
- Вот как? - сестры посмотрели друг на друга и кивнули, о чем-то догадавшись.
- Что вы задумали? - граф не на шутку встревожился в ожидании грядущих неприятностей.
- Что вам опять не по нраву?
Изабель мило улыбнулась, заставив заволноваться и герцога, уже понявшего, что за столь сладким выражение красивого личика непременно последуют неприятные каверзы.
- Все хорошо и даже замечательно, - непринужденно ответила. - Но, может быть, стоит превратить в кого-нибудь этого пройдоху, владельца сей ресторации? Думаю, ящерица вполне милое животное и ему под стать.
Подходивший к ним подавальщик запнулся, ощутив сильнейшее желание удрать и спрятаться куда подальше, но справился с собой и заплетающимся языком поинтересовался, не желают ли дорогие гости еще чего-либо?
- А позовите-ка нам вашего любезного хозяина, мы его отблагодарим по-свойски! - велела Изабель, лукаво подмигнув сотрапезникам.
- Это невозможно! - подавальщик решил пусть и ценой собственной жизни, но спасти хозяина. - Он сильно заболел и уехал домой. В здании его нет.
- Врет, - теперь вывод из его сбивчивой речи сделала Беатрис. - Ну и ладно. Мы сегодня достаточно повеселились.
- Вот как? Достаточно? И с чего ты это решила? - мгновенно взвилась буйная сестренка, угрожающе засверкав глазами.
- Не забывай, у нас впереди еще и ужин с герцогской четой, - с непонятным братьям намеком произнесла Беатрис, делая глоток легкого дамского вина. - Между прочим очень вкусно, попробуй, - непринужденно кивнула она на стоявший перед сестрой полный бокал.
Та поскрипела зубами, сдерживая гнев, но по примеру Беатрис взяла-таки хрустальный бокал с розоватым вином и отпила.
- Сносно и не более того! - отрезала, как обычно не согласившись с сестрой.
- Тебе лишь бы мне противоречить, - та не осталась в долгу и презрительно хмыкнула, сплетая пальцы в многозначительном жесте.
Боясь, что они снова начнут выяснять отношения своим весьма специфическим способом, герцог торопливо спросил, сбивая их воинственный настрой:
- Чем займемся после обеда? - и быстро отправил в рот очередную порцию деликатесов, боясь, что сестрички прямо сейчас отправятся куда-нибудь к черту на рога и он будет вынужден последовать за ними, оставшись голодным, ведь оставлять их без присмотра в городе было чревато большими неприятностями для его ни в чем неповинных жителей.
Но девицы лишь равнодушно пожали плечами и продолжили выбирать из общих блюд что повкуснее. Мужчины, понимающие, что стоит поспешить, налегли на еду. Граф после угрозы превращения в ящерицу своего старого знакомца Димитра тоже уминал все подряд, понимая, что рядом с навязанным ему невестами жизнь становится уж слишком непредсказуемой и ее благами нужно пользоваться, пока они есть.
Наконец на столе ничего не осталось. Распорядившись, чтобы счет за обед прислали во дворец, герцог поднялся и, дождавшись, когда дамы последуют его примеру, первым вышел из ресторации. Вдохнув свежий морозный воздух, предложил сходить к городскому театру:
- Он еще закрыт, представление будет только завтра вечером, но само здание весьма примечательное, ему уже более пяти сотен лет. Это одно из красивейших зданий нашей столицы, проектировал его и следил за строительством один из самых известных архитекторов мира господин Акконти.
- Да будто мы театров в своей жизни не видели, - не выразила особого желания Изабель, -и Акконти в том числе. Он где только не строил, во всех столицах отметился. Ничего особо красивого в его постройках я не вижу, есть и получше.
Беатрис тут же в пику ей заявила:
- А я бы с удовольствием посмотрела. Люблю все старинное, там такая интересная история и декор своеобразный... - внезапно повернувшись, на мгновенье замерла, не веря своим глазам, и сердито вскрикнула: - Это кто?
Мгновенно сориентировавшись, Изабель запустила в пустоту сгусток кроваво-красного огня и в паре метров от них вдруг оказался человек в обычном шерстяном камзоле темносерого цвета с серебристой вышивкой. Граф и герцог изумленно застыли, не понимая, откуда он взялся.
- Заклятье невидимости! - первым пришел в себя Анрион. - И сделанное очень сильным магом, я этого типа не видел.
Изабель изучающе вглядывалась в мужчину, который дергался, пытаясь убежать, но не мог сдвинуться с места.
- Он не маг, простой человек. Но что ему нужно, зачем он следил за нами?
Беатрис протянула в его сторону руку и прикрыла глаза, собирая чужие эмоции. Поморщившись от их напора, доложила:
- Он кому-то что-то должен, вот его сюда и послали. Но давайте узнаем об этом у него самого.
По праву старшего в их группе герцог строго спросил:
- Кто ты такой и зачем шел за нами, да еще под пологом невидимости?
Тот с ненавистью посмотрел на них, открыл рот, желая что-то сказать, но вдруг исчез, как и не бывало.
- Точечный портал! - с восхищением воскликнула Изабель. - Потрясающая штука! Я за ним! - и, метнувшись следом, исчезла тоже.
Беатрис хотела было последовать за ней, но Анрион крепко схватил ее за руку.
- Не пущу! - и он плотно прижал ее к себе. - Что за безрассудство прыгать туда, где наверняка опасно!
Она осторожно освободилась от его слишком уж пылкого захвата.
- Мы постоянно это делаем, и ничего с нами не случается, - успокоила она своего нервного кавалера.
- Постоянно? Зачем? - герцог не мог понять столь бесшабашного отношения к собственной жизни. Ладно, если б она была мужчиной, это еще можно было бы понять, но ведь она девушка! А им самой природой велено быть осмотрительными и осторожными. - Это же может быть не просто опасно, а попросту смертельно!
- Ерунда! - Беатрис несколько раз нетерпеливо щелкнула пальцами, пытаясь обнаружить, куда же переместилась сестра, но из-за крепко держащего ее за руку Анриона у нее ничего не получалось. - Единственное, что нам угрожает - стать женой не понравившегося нам мужа. Но это не критично.
- Не критично? - граф тут же представил себе свою собственную скоропостижную кончину и себя, такого молодого и красивого, неподвижно лежащего в саркофаге семейного склепа.
- То есть ваш бедняга муж долго не проживет?
- Ничего про него не знаю, - сердито отрезала Беатрис. - Просто мы не стали бы жить с тем, кто нам не по душе, и быстренько нашли бы способ исчезнуть, только и всего. Никого мы убивать не собираемся, вот еще!
Криспиан заинтересованно посмотрел на всучиваемую ему невесту и с облегчением предложил наилучший, как ему думалось, выход:
- Тогда получается, вы можете оставить меня безутешным и покинутым? Это же великолепно! Давайте мы шустренько поженимся, и вы прямо у алтаря меня бросите! И как я об этом раньше не подумал?! Это же чудесно! И договор будет исполнен, и мы все довольны!
Возмущенный подобной глупостью Анрион хотел было прочистить братцу мозги, но Беатрис успела раньше:
- И как вы это себе представляете, ваше сиятельство? Вы будете жить веселой жизнью якобы брошенного мужа, а я или моя сестра даже замуж выйти не сможем при живом-то муже? А если мы кого полюбим, что тогда?
- Тогда за твою жизнь, дорогой братец, я лично не дам и ломаного гроша, - рассерженный герцог вовсе не шутил. - Не думаю, что тебя прибьют сами леди Салливерн, для этого они слишком тонкие натуры, но вот их избранник, претендующий на роль любимого и любящего супруга, вполне может попытаться освободить свою избранницу от ненужной зависимости.
- Спасибо, ты меня утешил! - саркастично поклонился ему Криспиан. - Это дорогого стоит, узнать, что меня быстренько, без хлопот, прикопают.
- Я тебя в ум привел, чтоб дурацких прожектов не строил, - герцог не смог сдержать негодование и по его рукам разошлись красноватые искры магии, заставившие недалекого графа отойти от греха подальше.
Даже Беатрис почувствовала идущие волнами от герцога гнев и раздражение. Вот с чего бы ему так волноваться из-за подобной ерунды? Это же только ни к чему не ведущая болтовня, и ничего больше. С чего он так неадекватно на нее реагирует?
Отвлекая ее от подозрений, перед ними появилась взволнованная, с красными пятнами румянца на щеках Изабель.
- Ну и ну! А я-то по глупости считала, что у вас тихая скучная страна, в которой никогда ничего не происходит! - выдохнула она, обмахивая лицо ладонью.
- Что случилось? - воскликнули все хором.
- И где ты была? - добавила Беатрис.
- Где была, не знаю, но в какой-то соседней стране, - Изабель сотворила из воздуха креслокачалку и принялась качаться в ней, поставив локоть на подлокотник и подперев кулаком щеку в попытке успокоиться. - Жуть! Я прямиком пролетела за этим типом в какой-то странный каземат, или, возможно, лабораторию, не поняла. Хорошо, что я аккуратно набросила невидимость и вышла из портала немножко в сторонке.
- Тебя не заметили? - с надеждой осведомилась Беатрис.
- Не сразу, - вовсе даже не оптимистично ответила сестра. - Сначала я узнала, что подобных этому осведомителей в вашей столице и даже дворце, герцог, скрывается немало. Наш шпион доложил о своем провале мерзкому разнаряженному во все черное типу, которого называл лорд Кариссо, причем, как выяснилось, цель у того весьма впечатляющая
- представить своему властителю, уж не знаю, кто это, доказательства вырождения герцогского рода Помаррии.
- А потом посадить на наш престол своего ставленника, - спокойно дополнил ее пафосную речь Анрион. - Я знаю, кто такой лорд Кариссо, это главный королевский маг Аджии. Ее король Арустин Третий давно точит зуб на наше герцогство. Просто на нашей с ними границе много того, что он мечтает подгрести под себя - золотоносные прииски, шахты с алмазами и медной рудой, и многое другое, не менее для него привлекательное. А мы ему не отдаем эти богатства, потому что и самим нужны.
- Ай-яй-яй, какие же вы жадные! - съязвила Изабель. - Вот они и стараются, как могут, поделить ваши земли по-братски. - В ответ на вопрошающий взгляд герцога пояснила: -Вам - ничего, а себе все остальное. Это справедливость по-аджийски.
- Вы верно ухватили самую суть их претензий, милая Изабель, - герцог с изрядной долей насмешливости, относящейся вовсе не к собеседнице, а к далекому противнику, поклонился девушке. - Самое забавное, что они давно пытаются породниться с нами, чтоб потом, убрав ненужного конкурента, под вполне законным предлогом объединить обе страны. Но у них ничего не выходит - как на грех, подходящих по возрасту разнополых детей у правящих династий не рождается. Хотя, если б они и были, вряд ли кто-то из моих предков пошел бы на столь опасный брак.
Сестры взялись за руки, обретая поддержку друг в друге, и согласились:
- Да, это коварный, но вполне исполнимый замысел. Особенно если король Аджии смог найти себе пособников в вашей стране. А почему вы не отвечаете ему тем же?
Младший герцог с завистью проследил за соединенными руками девушек. Ему очень хотелось взять Беатрис за тонкие пальчики, но он не мог себе этого позволить и гневался на этикет, представлявшийся ему заклятым врагом.
- Ну почему, отвечали. Еще мой дед устроил аджирийцам весьма неприятную для короля заварушку и был собой весьма доволен. После этого наши соседи просидели тихо почти полвека, но теперь, как вижу, принялись за старое. Впрочем, на троне там, по сути, узурпатор. Младший брат обошел старшего не слишком благовидными путями, но это не наше дело.
- Мне это нравится! - с нездоровым воодушевлением пропела Изабель. - Можно классно поразвлечься!
Герцог перевел озабоченный взгляд на Беатрис в надежде встретить более здравое суждение, но лишь печально вздохнул: ее глаза тоже горели жгучим азартом.
- Надеюсь, вы не собираетесь громить несчастную Аджию? - спросил он, досадуя на себя. Ведь если б он не ляпнул о стране, где побывала Изабель, они бы еще долго гадали, где она расположена.
- Конечно, нет! - негодующе запротестовала Изабель.
- Если мы вздумаем это сделать, то леди Кларисса, наша великолепная гувернантка, запрет нас в наших комнатах и заставит вышивать! - присоединилась к ней Беатрис.
- Крестиком? - обнаружил свои широкие познания в женском рукоделии Криспиан.
- Если бы! - Беатрис жалостливо хлюпнула носом, расстроенная подобной перспективой.
- Гладью или проклятым золотым шитьем!
- А еще бисером, - то ли пожаловалась, то ли ужаснулась Изабель. - Да проще сотню жемчужин в море найти и достать, чем это издевательство вытерпеть!
Анрион широко улыбнулся. Вот он и знает, чего боятся эти бесстрашные воительницы! Мимо прошла пара мужчина, заглядевшаяся на девушек, один из них щеголял в камзоле такого же цвета, что был на маркизе Журском. Вспомнив про страждущего друга, Криспиан умильно попросил:
- А давайте мы ко мне пойдем? Все-таки не след оставлять беднягу Бенедито в образе жабы.
- Что мы за это будем иметь? - деловито потерла руки Изабель, вызвав своей меркантильностью укоризненные взгляды спутников. Это ей не понравилась, и она закончила уже с легкой угрозой: - Или вам для друга какой-то сотни золотых жаль? И что вы тогда за друзья?
Внезапно попавшие из обвинителей в обвиняемые, да еще и уличенные в жадности аристократы повинно опустили головы. За обоих ответил герцог:
- Хорошо, мы согласны. Но деньги сможем отдать только завтра, столько у нас с собой нет, нужно идти за ними к казначею.
- Опять завтра! - всплеснула руками Изабель и сердито констатировала: - Да что вы за нищеброды? Почему у вас с собой нет даже такой ерунды?
- Сто золотых монет для вас ерунда? - недоверчиво покосился на них граф. - А сколько не ерунда?
- Ну тысяча еще куда ни шло, - Беатрис тоже считала сто монет вовсе даже невеликой суммой, скорее даже мелочью.
- Понятно, - до Криспиана дошло, что род Салливернов, по всей видимости, весьма богат, и его матушка была не права, представляя их как голь перекатную. - А как вы делаете деньги?
Изабель ухмыльнулась, подняла с земли какую-то железяку, подкинула ее в руке и на ее ладони оказался сверкающий золотой.
- Как-то так! - заявила с провокационным огоньком в красивых глазах.
- Это может нарушить экономику, - нервно запротестовал герцог, представив горы золота, обесценивающие товары.
- Она просто шутит, - Беатрис укоризненно покачала головой и даже погрозила пальцем озорнице. - Мы выращиваем морские жемчуга и продаем. Еще меха, драгоценные камни и разное прочее.
- А драгоценные камни как делаете? - граф не верил в их естественное производство после наглядной демонстрации превращения ржавой железяки в драгоценный металл.
- Мы их добываем в горах, - Беатрис не дала сестре совершенно заморочить головы легковерным чужестранцам. - Так же, как и у вас. Просто работаем там мы сами. Нам нравится.
- А что тогда делают простолюдины, что живут у вас в имении? - подозрительно уточнил граф.
- Просто живут, - Беатрис удивилась странности вопроса. - Что они еще должны делать?
- А кто служит в замке? У вас же родовой замок, насколько я знаю? - граф принялся в недоумении почесывать нос. - Они-то что делают?
- Тоже самое, что и ваши слуги, - Изабель надоел этот смешной допрос. - Но сложные работы делаем или мы сами, или родители. Зачем зря напрягать людей, если это можно сделать легко и просто магией?
- Вы что, за прислугу их работу выполняете? - граф не мог понять даже, как такое возможно.
- Если б я мог, я тоже так поступал, - у герцога было другое мнение. - Это и быстрее, и лучше.
Вот с этим Криспиан уже примириться мог. Для быстроты и качества - это другое дело. Особенно если на этом можно изрядно сэкономить.
- Ладно, завтра так завтра, но обязательно, - Изабель вернулась к первоначальной теме. -Пошли к вам, любезный граф. Посмотрим, как вы живете. Возможно, нам понравится, и кто-то из нас согласится стать вашей женой, - милостиво произнесла Изабель нежным голоском пай-девочки.
- Упаси меня все боги нашего мира! - отрекся от столь смертоносного посула граф, нервно осеняя себя защитным жестом. - Не надо мне этакого счастья.
- Но вы же сами только что об этом мечтали! - присоединилась к розыгрышу Беатрис. -Это и герцог слышал. Не увиливайте! Какой же вы непостоянный!
Не препираясь понапрасну, граф быстро пошел вперед, показывая дорогу. Беатрис на ходу рассказала сестре о счастливой женитьбе в понимании Криспиана, и та захихикала, пару раз восторженно хлопнув в ладоши. Бедному жениху эти звуки показались ударами молотка, забивающего гвозди в крышку его собственного гроба.