Глава 39

Дмитрий

Громкий детский голос вывел меня из задумчивости. Оказалось, что мы подошли к небольшому заведению, в котором подавали напитки, с уютной верандой, где приветливо были открыты двери и расставлены столики прямо на улице.

— Может быть, присядем? — спросил Иван, словно читая мои мысли. — Выпьем что-нибудь освежающего?

Юля, не мешкая, согласилась, и мы свернули с основной аллеи на траву, которая мягким ковром покрывала землю перед зданием. Как только вся наша компания расселась на удобные стулья, к нам тут же подскочил шустрый мальчишка лет десяти — официант — и по памяти быстро озвучил ассортимент напитков.

— У нас есть свежий лимонад, — заявил он с гордостью. — С мятной или малиновой добавкой. И еще есть клубничный сок и яблочный компот. — Он посмотрел на нас с ожиданием, готовый принять заказ. А после того, как мы смогли определиться с выбором, мальчишка принял его и, довольный, убежал выполнять заказ. Из посетителей были только мы и парочка, женщина с ребенком, за соседним столиком.

Необъятных размеров женщина, ловко лавируя между столами, принесла нам поднос с напитками. Её яркое платье с цветочным рисунком притягивало внимание, а лицо сияло добротой и улыбкой. Женщина старалась двигаться настолько аккуратно, насколько позволяло ее пышное тело. Она не торопилась, не нервничала, просто знала, что у нее все под контролем. Оставив напитки на столике, она также грациозно удалилась.

— Думаю, что еще пару дней нам тут будет достаточно, — сказал я, откидываясь на спинку удобного стула и делая небольшой глоток лимонада. — Не думаю, что градоначальник до сих пор не знает, что мы в городе с проверкой. В любом случае, ничего изменить он уже не успеет.

— Согласен с тобой, — поддержал меня Олег, кивая головой. — После того, как шпионы закончат работу, и ты поговоришь с ним, за дело возьмется мой отдел, а мы сможем двинуться дальше. — Он отпил из своего стакана и задумчиво посмотрел в сторону моря.

За нашим столом воцарилась тишина. Каждый погрузился в свои мысли. Оттого громкий и звонкий детский голос, который и привел нас в это заведение, за соседним столом был слышен отлично. Там сидели бабушка с внучкой и так же, как мы, наслаждались прохладительными напитками. Они что-то весело обсуждали.

— Бабулечка, скажи, сколько тебе лет? — спросила свою родственницу красивая большеглазая девочка лет пяти с забавными кудряшками. Ее голубые глаза сияли от любопытства, а на щеках играл яркий румянец.

Женщина явно смутилась и, косясь на нас, ответила внучке:

— Ну что ты, милая, даме в любом возрасте такие вопросы задавать неприлично. Давай не будем об этом? — Женщина явно пыталась уйти от ответа.

— Ну, бабушка, мне просто очень интересно. Скажи хотя бы первую цифру, — настаивала девочка. — Ну пожалуйста! — Она скрестила ручки на груди и умоляюще посмотрела на бабушку.

Поняв, что внучка не отстанет, она смирилась с неизбежным и ответила:

— Пять.

— А вторую цифру? — спросила девочка, не упуская шанса добраться до правды.

— Девять, — ответила бабушка, вздыхая.

— А третью? — не унималась девочка.

Иван в это время пытался сделать глоток из своего стакана, а услышав вопрос малышки, фыркнул так, что большая часть содержимого вылилась на него, и это привлекло всеобщее внимание. Когда я перевел взгляд с Ивана на соседний столик, заметил, что женщина смущенно улыбалась и качала головой, а маленькая возмутительница спокойствия продолжила:

— Ба, а ты мне говорила, что нельзя дуть и делать пузыри в стакане с компотом. Ты теперь и дяде сделаешь замечание?

Я честно пытался сдержаться, но, глядя на Ивана, не выдержал и захохотал. Меня тут же поддержали все.

В дом возвращались уже в сумерках. День подходил к концу, и город Изра жил своей спокойной и размеренной жизнью. Горожане старались побыстрее закончить свои дела и вернуться домой. Мужчины предпочитали засесть в какую-нибудь таверну с кружкой чего-нибудь покрепче, женщины спешили домой, чтобы приготовить ужин, а дети бегали по улицам, играя в разные игры.

Солнце уже спряталось за горизонт, но небо пылало малиново-золотистым цветом. Вокруг было очень красиво или просто моё отличное настроение сказывалось. Не знаю. Я чувствовал себя счастливым, словно это я оказался в другом мире.

Когда вернулись в дом, картина в гостиной была точно такая же. На диване в позе звезды на спине, раскинув лапы в стороны, лежал Мотя. Я был уверен, что этот хитрый лис бдит и прекрасно слышит, что мы вернулись, но его расслабленная тушка никак не реагировала. Он ни ухом, ни хвостом не повел при нашем появлении. Видимо, всё ещё обижается.

Юля расплылась в улыбке. По хитро блестящим глазам стало понятно, что она что-то задумала. Все замерли в ожидании. Девушка огляделась и, найдя взглядом перо, подхватив его, приблизилась к лису. А потом легонечко повела им по подушечке лапы. Мотя самым натуральным образом хихикнул, отдернул лапу и сел.

— Очень даже зря, что ты не пошел с нами гулять, — со смехом произнесла Юля, присаживаясь на пол перед лисом. — Мы отлично провели время. — Она погладила Мотю по спине, и он с удовольствием замурлыкал. — Ты хоть выспался?

С самым важным видом лис кивнул и принялся вылизывать переднюю лапу. Видимо, все еще продолжает обижаться за то, что его кто-то посмел назвать толстым. Он, как оказалось, очень чувствительный и гордый зверь.

— Ладно тебе, не дуйся, — сказала Юля, глядя на лиса. — Мы же хотим для тебя самого лучшего. — Она протянула руку к Моте и погладила его по голове. — Мы хотим, чтобы ты был здоров и счастлив.

Когда Юля произносила эти слова, Мотя заметно поморщился и продолжил наводить чистоту на своей шерсти.

— Смотри, что мы тебе принесли, — а вот эти слова зверя заинтересовали, и он оторвался от своего занятия и в ожидании посмотрел наконец на хозяйку. Он чуть приподнял голову и наклонил ее в сторону Юли, стараясь побыстрее узнать, что она ему принесла. Он не только чувствительный и гордый, но и жутко любопытный.

Юля из кармана достала пакет с сушеным мясом, которое мы купили для нашего очень «пушистого» друга.

— Вот, кушай, — сказала она, доставая первую полоску мяса. — Это специально для тебя.

Мотя схватил предложенное лакомство в передние лапы и принялся жадно есть, причмокивая от удовольствия. Он так быстро глотал кусочки мяса, словно боялся, что его отберут. А когда доел, лапой приоткрыл пакет и, убедившись, что там еще есть, начал тереться о Юлю, выпрашивая лакомство.ю мурлыкая и его хвост вилял из стороны в сторону, словно маятник.

Мир был восстановлен.