Глава 12

Ночью я лежала в постели, созерцая пустоту вокруг себя, прислушиваясь к пустоте внутренней. От наплыва эмоций после разговора с отцом не осталось ничего. Не осталось мыслей, я больше не могла сражаться с ветряными мельницами. Пришло четкое осознание, что я проиграла. Папа клялся, что мне не придется платить собой, своей жизнью за его грехи. Но произошло именно это.

Другого выхода нет. Я устала повторять себе эти слова.

Неделя прошла как в тумане. Особенно после того как я узнала, что будет не просто регистрация, а настоящий праздник, и проведут его в поместье Беркута!

— Зачем? Я не понимаю, отец! Это какое-то извращение!

— Дочка, ну какая по сути нам разница? Или тебе хочется, чтобы это случилось здесь? Беркут… у него странное чувство юмора. А может захотелось провести свадьбу на старости лет. Я не знаю. Его сыновья погибли, он один по сути. Одинокий старик, хоть и держит в своих руках власть и деньги.

Стало ясно, что с отцом на эту тему спорить бесполезно. Только душу травить, и себе, и ему. Потому что мы ничего не решали, у нас не было выбора. Ирония ситуации заключалась в том, что и Дамир не решал. Всеми нами, как куклами играл старик по кличке Беркут.

* * *

Вот и день моей свадьбы. Никак не выходит унять дрожь в руках, едва приподнимаю руку, как ее начинает трясти так, будто только что получила разряд током. Мне повезло в одном — отец позволил пригласить на эту пародию подругу. Мне просто необходима была поддержка, дружеское плечо рядом.

— Главное не рассказывай ей правду, — предупредил отец. — Это может создать нам лишние проблемы. А так, подружку конечно можешь позвать.

Я пригласила Валентину. Она была моей самой близкой подругой. В университете я со всеми общалась, но ни с кем близко. Была еще одна подружка, мы познакомились в частной школе, где я училась еще когда мама была жива. Но увы, Лиза переехала во Францию. Мы переписывались, но довольно редко.

— Слушай, ты полна сюрпризов, Стефания, — ошеломленно глазеет по сторонам Валя. — Твой жених олигарх?

— Понятия не имею, — бросаю, прежде чем успеваю сообразить, что не стоит так отвечать, если не хочу выкладывать всю правду. На которую нет ни времени, ни сил, ни… разрешения. Да и не стоит втягивать Валентину в свои проблемы.

— Это как? — удивленно смотрит на меня подруга.

— Я хотела сказать, что это неважно для меня…

— Боже, ну конечно! Ты совершенно права, я тебя понимаю! Он такой красивый! Знаешь, вы реально изумительная пара. Мне бы тоже было неважно, — в момент разговора Валя разглядывает Дамира, с абсолютным восторгом.

Мы сидим на балконе второго этажа — мне выделили комнату, чтобы могла привести себя в порядок. Жениха показала подруге, когда он появился в поле зрения. Смотрел как расставляют букеты на длинные ряды столов, установленных в саду, беседуя с одним из людей Беркута.

В какой-то момент, словно почувствовав, что за ним наблюдают, Дамир поднял голову. Наши взгляды скрестились и я тут же поспешно отшатнулась назад.

— Нервничаешь? — с пониманием смотрит на меня Валя.

— Ужасно, — признаюсь совершенно искренне.

Я ведь понятия не имею что будет дальше. Вдруг Дамир из постели не будет выпускать? От этой мысли перед глазами начинает все плыть, а в горле пересыхает. Между ног наоборот, становится влажно. Безумие! Этот человек изнасиловал меня… дважды. Я повторяю и повторяю себе это. Словно хочу заставить поверить…

Но я его ненавижу. Люто. Он не тело мое изничтожил, а душу. На клочки порезал. Лишил самой сладкой, самой нежно лелеемой мечты…

— Я страшно за тебя рада, дорогая. Знаешь, я таких красивых мужиков только на картинке в журнале видела. Ну и вообще, тут красавцев полно. Спасибо тебе огромное, что пригласила! Может я с кем-нибудь познакомлюсь. Буду ждать от тебя букет невесты. Ты же будешь его бросать?

Я понятия не имела, как будет устроен праздник. Наполовину это же восточные традиции, наверное? Абсолютное неведение еще раз подчеркивало всю нелепость события.

— Наверное… — бормочу растерянно.

— Твой отец сказал, что вы хотели все скромно, по-семейному…

— Да, — киваю.

— Ты не беременна случаем? Прости, что спрашиваю…

— Нет, ничего такого.

— О, вон твоя мачеха приехала. С сестрой-мегерой, — кивает в сторону ворот и подъездной дорожки подруга.

И правда, по выложенной плиткой дорожке дефилируют вышеназванные дамы в вечерних платьях. Отец торопится им навстречу. Наблюдаем как подводит их к Дамиру, знакомит их. Даже с балкона можно заметить, что Лада краснеет как помидор. Видимо, она и правда была уверена, что мой жених толстый и страшный. Смотрит на Дамира жадно, чуть ли не облизываясь. Внутри что-то неприятно колет и я отворачиваюсь.

— Может внутрь зайдем? — предлагаю Вале. — Мне ужасно жарко.

— Да, конечно. Думаю, пора заняться макияжем.

Как только возвращаемся в комнату, в дверь и правда стучит девушка-визажист, с большим чемоданом косметики. Беркут предусмотрел абсолютно все…

Отвлекаюсь на болтовню визажистки, они с Валей щебечут надо мной, как над птенцом, всячески подбадривая. Затем две женщины постарше, видимо из прислуги Беркута, приносят свадебное платье.

— Вот здесь туфли, несколько моделей, посмотрите что вам подойдет, — говорит одна из них, широко улыбаясь.

— Спасибо, — отвечаю растерянно, немного шокированная таким сервисом. Не понимаю зачем этому старику столько лишних трат. Неужели мой отец настолько ему полезен? Просто удивительно…

На самом деле мне совсем не хочется вникать в махинации Роберта Каминского. Все события последнего месяца напоминают американские горки и критичная часть меня понимает, что во всем виноват только отец. Но я не хочу ненавидеть его… Это меня сломает. Я и так с момента как мама ушла ощущаю себя очень одинокой. Потери отца я просто не переживу.

— Повернитесь пожалуйста, я застегну платье. Очень сложная тут система, — бормочет другая женщина. Застегивают меня около получаса. Жаль в тот момент мне не приходит в голову что и снимать будет непросто. А может и к лучшему что не думаю об этом, нервы и так натянуты как струны. Еще немного и я бы не вынесла происходящего фарса…

— Это просто невероятно! Как же красиво!

Меня поворачивают к зеркалу. Смотрю потрясенно.

Действительно чудеса.

Платье сидит идеально. Скроенное мастерской рукой, оно облегает мою фигуру так, что я выгляжу хрупкой, но в то же время очень изящной. Почти нереальной, словно отфотошопили…

Наряд на самом деле великолепен. Пышный подол, расшитый крошечными переливающимися стразами, напоминает звездное небо. Мои волосы украшают маленькие белые орхидеи.

Неужели это действительно я?

Главное, возникает ощущение, что в зеркале отражается настоящая невеста. Этой невестой могла быть и я… если бы ситуация была иной. Если бы Дамир любил меня… Когда-то происходящее сейчас было моей мечтой, самой нежно лелеемой фантазией…

— Ты неотразима, дорогая. Я даже плачу… — обнимает меня Валюшка.

По телу пробегает дрожь.

Внезапно понимаю, что все реально. Я наверное сошла с ума, раз согласилась на такое!

Горький комок в горле, подкатывают слезы.

— Нет, нет, только не плакать. Девочки, на выход, нельзя давить на невесту, — деловито произносит женщина постарше и всех выталкивает из комнаты.

— Дорогая, я займусь собой, потом снова приду, — говорит уходя подружка. — Выше нос! Сегодня лучший день в твоей жизни!

Дальнейшие события происходят как в тумане. Огромный зал, светлый, нарядной украшенный, словно в нем горели тысячи звезд. С потолка свисают красивые хрустальные люстры, столы застелены белыми скатертями, на них стоят красивые икебаны из цветов и свечей. Гостей очень много. Сплошь незнакомые лица. Бледный отец сидит за ближайшим столом, Инесса держит его под руку. В ее взгляде на меня сквозит раздражение и неприязнь. Она явно не радуется за меня, и не скрывает этого.

Наверное, потому что не знает правду. Если бы узнала что выхожу за насильника…

Лада флиртует с каким-то мужчиной.

Я готова наблюдать за кем угодно, лишь бы не думать о мужчине который сидит рядом со мной. Мы находимся на возвышении, что-то вроде импровизированной сцены. Рядом сидит регистратор брака. Задает вопросы. Говорит о нашей ответственности перед Аллахом. Я не верующая и наверное этот день сделает меня окончательной атеисткой. Мы обмениваемся кольцами. Пальцы Дамира такие горячие… В то время как я холодна, меня бьет озноб.

К счастью обходится без поцелуя, как в фильмах, возле алтаря. Здесь в этом отношении все скромнее.

Струнный квартет на заднем плане играет что-то классическое, кажется Вивальди. Аплодисменты и поздравления.

Что дальше? Праздник, на который Беркут потратил кучу денег. Мы главные актеры на нем. Но что будет ночью?

По телу пробегает дрожь — словно любовник лизнул чувствительную кожу. Не получается выкинуть из головы образы: загорелая рука Дамира обхватывает мои обнаженные груди, язык облизывает напрягшийся сосок. Легкая дрожь превращается в мучительное содрогание.

Он ведь не делал так. Он со мной только как со шлюхой…

Усилием воли отгоняю невыносимо соблазнительные картины. Меня слегка подташнивает. Особенно когда вижу направляющегося к нам с Дамиром Беркута. Когда уже мне можно будет отойти от новоиспеченного мужа? Его близость невыносима!

— Отличный получился праздник, — произносит Беркут, глядя на меня с явным удовольствием. Похоже, ожидая от меня восторгов и благодарностей. Но у меня словно язык прилипает к небу. Отворачиваюсь.

— Да, все круто, — в немногословном ответе Дамира сквозит явное презрение.

— Ладно, веселитесь молодежь, — похоже, прекрасное настроение хозяина дома ничто не может испортить. Наслаждается своей ролью кукловода.

Я же, вновь отчетливо понимаю, что все кончено. Обратной дороги нет. Меня колотит озноб, но решительно не хочу показывать Тураеву, насколько расстроена. И в то же время, насколько меня волнует его близость. Тело трепещет под платьем невесты. Дрожь никак не желает проходить. Что со мной происходит? Еще немного, и я поверю в этот фарс? Только этого не хватало! Неужели я готова его простить?

Дамир отлично продемонстрировал, насколько «страстно» хочет видеть меня своей женой. Впрочем, не больше, чем я его — своим мужем.

— Ты слишком явно даешь понять, насколько тебе все отвратительно, — неожиданно хрипло произносит Тураев, наклонившись ко мне.

Резко поворачиваюсь, наши взгляды скрещиваются. Мне хочется залепить ему пощечину! Наверное, он читает это в моих глазах, подается еще ближе… Наклоняется и целует меня в губы!

Одобрительный гул прокатывается среди гостей, которые замечают этот порыв. Кто-то даже начинает хлопать в ладоши. Чувствую как горит лицо, пытаюсь вырваться из объятий «мужа». Он сделал это не потому что хотел… Просто напоказ. Его губы были прохладными и равнодушными.

— Зачем ты это делаешь, — шиплю ему в лицо.

— Не стоит устраивать с Беркутом противостояние, — холодно замечает Тураев.

Так он типа защищает меня? Лицемер!

— Поздравляю, дорогая, — я и не заметила, как к нам подошла Инесса. — Желаю вам счастья, хоть и не понимаю как так получилось, что мы только сегодня познакомились, — смотрит на Дамира.

Для мачехи мой внезапный брак стал огромным шоком. Несколько дней, что мне пришлось провести в доме отца, были невыносимыми. Инесса и Лада постоянно подкалывали меня, язвили. Намекали на беременность.

Жениха они увидели только сегодня и похоже впали в шок. Ладу так вообще перекосило. Что уж говорить, Дамир красивый мужчина. Очень… заметный. Вряд ли есть хоть одна женщина, которая бы просто прошла мимо. Эти его бицепсы, большие руки, красивые черты лица… Он идеален.

Наверное, мачеха теперь будет ненавидеть меня еще сильнее. Я всегда понимала причины ее неприязни. Ведь отец когда-то давно бросил ее… из-за моей мамы.

— Извините, кажется меня зовут, — замечаю в толпе гостей Валюшку и тороплюсь к ней. Оставляю Дамира отвечать на «любезности» мачехи. Наверное, будет пытать его на предмет как мы познакомились и почему все настолько спонтанно и быстро. Плевать. Пусть отдувается.

Следующие несколько часов показались мне вечностью. Я улыбалась, благодарила, отвечала на постоянные банальности, но мысли были далеко отсюда. Я старательно избегала Дамира, хотя наверное это могло показаться странным.

Впрочем, он не похоже чтобы ему не хватало моего общества. Повернув голову, вижу как он разговаривает с Ладой. Наблюдаю, как ее рука ложится на рукав Тураева, доверительно-интимным жестом. Он чуть наклоняется к ней. Лада высокая, выше меня на полголовы. Она периодически комплексует на эту тему, найти себе достойную пару не так просто. Мелких мужчин она не выносит, стоять рядом с низкорослым для нее пытка. Наверное, сейчас она наслаждается тем что может наконец-то чувствовать себя хрупкой… рядом с настоящим самцом.

Интересно, о чем они говорят?

Может, Дамир объясняет, что у него не было другого выхода, кроме как взять меня в жены?

Тряхнув головой, приказываю себе прекратить себя накручивать! И вообще, какое мне дело? У нас ведь не настоящее супружество, а лишь сделка! Отворачиваюсь. Настроение падает до нуля.

— Эй, чего загрустила, красотка, — ко мне подходит запыхавшаяся Валя. Поначалу она чувствовала себя немного скованно. Но потом окунулась в праздничную атмосферу. На этом празднике мужчин куда больше чем женщин, так что подружка нарасхват.

— Устала, — вздыхаю. — Когда все уже кончится?

— Не терпится оказаться с мужем наедине?

Вздрагиваю и бледнею.

— Смотри, твоя сестрица времени даром не теряет.

Я не хочу снова поворачиваться в сторону болтающей парочки, но тогда Валя может догадаться, что я уже вдоволь на них насмотрелась. Поворачиваю голову. И встречаюсь взглядом с Дамиром. Он почти не слушает болтовню Лады. Смотрит на меня пристально. Или сестрица набалтывает ему про меня гадости? С нее станется!

От взгляда Дамира кожу начинает покалывать. Даже на расстоянии не могу не отметить как он напряжен. Похоже как и я едва терпит все происходящее..

— Слушай, твоя сестра настоящая стерва, не умеет радоваться за другого. Но ты не обращай внимания, — Валя продолжает говорить что-то, но я не слышу ее. Мой взгляд прикован к Дамиру, пробирающемуся сквозь толпу. Кто-то из гостей обращается к нему, он кивает, но не останавливается. Подходит к нам, Валя тут же бормочет что-то насчет танцев и оставляет нас наедине. Но это длится лишь секунду.

— Отлично, молодые рядом. А то фотограф жалуется, что вас и не снять вместе, — снова рядом оказывается Беркут. Обнимает меня за талию. — Дамир, давай, вставай по другую руку. Сделаем фото на память. Потом танец молодоженов. Вы же не думали, что вас отпустят без него? И букет придется кидать, дочка.

Официант с подносом, на котором как раз три бокала шампанского останавливается возле нас.

— Отлично! — Беркут берет бокал и протягивает мне. Позируем втроем, глаза слепнут от фотовспышек. Дамир залпом выливает себе в рот шампанское.

— Пожалуйста, я не могу танцевать, — говорю жалобно. — Натерла мозоль…

— Бедняжка, — наверное, на моем лице и правда отразилась боль, так что Беркут смотрит с сочувствием. — Хорошо. Тогда букет.

Странная свадьба, смешение традиций. Я так и не поняла, восточная она или европейская. Музыка играла разная, от лезгинки, которую с удовольствием исполняли люди Беркута, до группы Квин и Бритни Спирс. В общем, балаган, в котором мне была отведена главная роль. Букет, который я кидала изо всех сил, словно пытаясь отбросить от себя реальность как можно дальше, попал в руки какой-то незнакомой женщине, которая прыгала до потолка, визжала и висла на мужчине из ближайшего окружения Беркута.

Близилась полночь и я считала минуты до окончания праздника. Хотя гости похоже не собирались расходиться до утра.

Я не задумывалась о том, где проведу ночь. Главной мыслью было как я ее проведу. Будет ли Дамир заставлять меня… принуждать к супружескому долгу.

— Ты выглядишь так, словно сейчас уснешь, — говорит подошедший отец. — Как ты, дочка? Нормально себя чувствуешь?

— Я очень устала. Ты можешь узнать… когда я могу уехать с этого праздника жизни?

— Да, хорошо. Идем.

Направляемся к Беркуту. Рядом с ним стоит Тураев.

— Стефания еле на ногах стоит, — обращается к обоим отец.

— Слабая у тебя дочка. Не танцует, да и улыбки у нее не допросишься, — Беркут уже изрядно пьян, смотрит на меня с неудовольствием. — А что скажет жених?

— Думаю, с нас достаточно веселья, — отвечает к моему облегчению Дамир. — Мы поедем, Беркут.

— Э-э, нет. Куда собрался? — смеется в ответ старик. — Сегодня вы будете моими гостями, — каркающий смех Беркута колет нервы. — Хочу убедиться, что у вас все по-настоящему. Что в моем городе наступит мир и покой. Так что, постарайся, девочка. Ублажи мужа так, чтобы ему воевать не хотелось. Завтра, прямо отсюда отправитесь в аэропорт. Медовый месяц, все оплачено.