Эпилог
На рассвете просыпаюсь внезапно, мне нехорошо. Слабость, трудно даже пошевелиться. Дамир рядом, его дыхание спокойное и размеренное. Это самое главное! Я так боялась, что открою глаза, а его нет.
Какое-то время лежу, проигрывая в памяти все что произошло ночью. Наши признания. Мы говорили немного, но ощущение, что стали невероятно близки, как пара, которая много лет вместе.
— Я приготовлю завтрак, — Дамир приподнимается, касается моих губ легким поцелуем. — Что ты хочешь?
— Я бы еще поспала, если ты не против.
— Да, конечно, отдыхай.
* * *
К обеду Дамир предлагает вызвать врача. Мне действительно нехорошо, нет аппетита, тошнит. Чувствую такое разочарование. Мы наконец-то вместе, а я… все порчу.
— Прости, мне жаль, не понимаю что со мной такое…
— Не говори ерунды, Стефания. Ты не виновата. Думаю, это стресс.
Я не ожидала, что Дамир может быть таким. Внимательным, заботливым. Он не отходит от меня, очень переживает о моем самочувствии.
* * *
— Дорогая, Дамир сказал что тебе нехорошо, и я не смогла остаться в стороне.
Еще прежде чем добрался врач, приехала Тамина.
— Мне так жаль, Дамир рассказал вкратце что произошло! Какой кошмар ты пережила! Дамира вызвал следователь, поэтому он попросил, чтобы я побыла с тобой.
— Спасибо… Неудобно, что напрягли тебя.
— Не говори ерунды! Наоборот, мне так жаль что мы пропали! Хотела ведь еще на той неделе тебе позвонить. Я понятия не имела что случилось. Зашилась в семейных заботах, дети простудились, няня уволилась.
— Мне ужасно жаль, что тебе пришлось и на меня тратить время.
— Еще раз повторяю, Стефания, это не обсуждается! Тем более, мне, как никому другому известно, как иногда важна поддержка.
Тамина идет открывать дверь доктору, я торопливо набрасываю халат. Я действительно очень благодарна этой девушке за отзывчивость. Дамиру пришлось отлучиться, а я вдруг поняла, что совершенно не готова оставаться одна. Сразу возвратились воспоминания как бежала от психа-Закира. Начало колотить, озноб вернулся.
— Да, она здесь, проходите, — Тамина показывает врачу комнату.
* * *
— Как ты, малыш? — Дамир приезжает вечером, но каждый час звонил мне, спрашивал как мое самочувствие. Такая забота очень приятна.
Тамина провела со мной почти весь день, сварила вкусный легкий суп, отказывалась уезжать. Только когда Дамир сообщил что уже выехал домой, она согласилась, что ей тоже пора. Кирилл не стал подниматься, ждал ее в машине.
Было очень неловко, что отвлекаю от семьи эту замечательную девушку. Я вдруг поняла, что никогда не чувствовала столько заботы… Даже когда папа был жив. Он не особенно уделял мне внимание. Его вечные проблемы с работой, с женщинами. Нет, я не сержусь на него. Все равно остро чувствую утрату. Просто поняла, что сейчас я как никогда счастлива. И начинаю учиться не испытывать за это чувство вины…
— Все хорошо. Врач взял анализы. Сказал, что скорее всего это стресс. Через пару дней снова приедет. Ну, или я к нему. Надеюсь, что наберусь сил и сама смогу приехать, не буду никого напрягать…
— Ты никого не напрягаешь, милая, что за глупости. Не думай об этом.
— Ты что-то узнал? — спрашиваю, чувствуя сильную нервозность.
— Давай не будем об этом, — Дамир мрачнеет. — Не надо добивать себя стрессом.
— Я правда хочу знать, пожалуйста! — смотрю умоляюще.
— Хорошо. Новости не из приятных. Закир признался в убийстве твоего отца.
— Что?! Но зачем это ему?? — не могу поверить, что это чудовище… Боже, это же просто нелюдь какой-то!
— У этих двоих были свои дела, который они держали в тайне от Беркута. Тому бы это не понравилось, ну а Роберт… Ты же знаешь, он всегда преследовал только свои интересы. Закир разозлился и решил его убрать. Черт, я всегда знал, что парень странный, с явной патологией. Нельзя было допускать его к тебе. Как подумаю, что он мог…
— Не думай! Все позади! — обнимаю любимого. Меня трясет от ужаса. Папа, папа, зачем? Зачем ты влез в этот кошмар? Связался с полным отморозком! Как же больно понимать это…
* * *
— Вы беременны, Стефания. Нет никакой болезни, пожалуй, даже стресс практически позади. Хотя, я бы порекомендовал вам все же пройти курс у психолога. Чтобы уж наверняка. Ну и встать на учет в гинекологии. У нас отличный отдел, замечательные специалисты. Сейчас выпишу вам направление, если конечно захотите продлить сотрудничество с нашей клиникой.
Врач, который приезжал ко мне, продолжает говорить и говорить, а я сижу как громом пораженная. Я… предохранялась. Пила таблетки, вроде не пропускала. Дамир настоял, несколько раз уточнял этот вопрос… Ему явно сейчас не до детей. Слишком рано. Да я и сама не готова. Не думала о таком…
Что если он… не обрадуется? Как сказать ему?
Чувствую, как паника растет внутри.
Я даже не понимаю, рада я или нет.
— Стефания? Стефания!
Все меркнет перед глазами, последнее что помню — чьи-то руки, не дающие мне упасть.
* * *
— Детка, ты меня так напугала, — хриплый вдох.
Открываю глаза. Белый потолок, комната… похоже на больничную палату. Очень уютно, светло. На окнах занавески. Почему я здесь? Вспоминаю разговор с врачом. На глазах выступают слезы.
— Тебе сказали?
— О чем? Что ты беременна? Да, сказали. В чем дело, малыш? Ты напугана? Поэтому такая реакция?
— Ты… не хотел… То есть… просил, чтобы я предохранялась.
Дамир присаживается на край кровати, сжимает меня в объятиях.
— Детка, я не знаю что сказать. Прошлое… было очень тягостным. Я понимаю, как сильно давил на тебя. Мучил. Я буду замаливать эти грехи всю жизнь. Прости меня.
— Я давно простила… Только не думай, что я забеременела специально! Не хочу, чтобы ты считал меня лгуньей.
— Перестань, что за глупости. Я очень рад, что у нас будет ребенок. Надо догонять Абрамовых.
— Ты не сердишься? Правда? — сквозь слезы вглядываюсь в лицо Дамира.
— Когда ты так говоришь, мне пиздец как тошно. Я не чудовище, Стефания. Я обожаю тебя и безумно хочу от тебя ребенка.
Невозможно больше сомневаться. В голосе любимого столько страсти, тревоги, трепета! Глаза Дамира сияют.
— Кого ты хочешь, мальчика или девочку? — спрашиваю дрожащим голосом.
— Девочку. Похожую на тебя.
— А я хочу сына… чтобы на тебя был похож.
Тогда у нас много интересного впереди, — коротко смеется Дамир, обнимая меня еще крепче.
****
Полтора года спустя
Греция. Санторини. Вилла Абрамовых.
Еще совсем недавно я говорила, что ноги моей не будет в Греции, но устоять перед приглашением семейства Абрамовых не смогла. За прошедшие полтора года я очень сблизилась с этими людьми, полюбила Тамину как родную сестру. Никогда у меня не было настолько близкой подруги. Тамина помогала, поддерживала во всем. Беременность у меня была сложной, очень долгий период токсикоза, потом положили на сохранение. Малыш у меня был крупным, роды тоже стали испытанием.
У нас с Дамиром родился сын, которого мы назвали в честь отца Дамира.
Давид — удивительно красивый малыш, копия своего отца. От меня, пожалуй, только глаза и ресницы. Я люблю этого сладкого карапуза больше жизни.
Как же все-таки здесь чудесно, снова ловлю себя на мысли, что страшно рада, что выбрались сюда. Долгое время воспоминания о Санторини омрачала женщина, которая пыталась рассорить нас с мужем. Хорошо, что с тех пор мы ничего не слышали про Стеллу.
— Как же я рада, что вы приехали! Ты так долго никуда не выбиралась, ребенку скоро год, пора начинать путешествовать, — улыбается Тамина.
— Да, ты права. Сейчас это понимаю. Но меня все устраивало. Я настолько растворилась в сыне, что мне ничего не хотелось.
— Давид чудесный малыш. Плачет совсем мало. Послушный.
— Да, он просто замечательный.
— Я знала, что ты станешь чудесной мамой, дорогая, — Тамина обнимает меня.
Вечером мы планируем ужин, ничего особенного, вино, мясо на гриле. Обещала приехать Саша, девушка-экскурсовод которая показывала мне Афины. Все это время мы поддерживали связь, переписывались. Не то чтобы часто, но не теряли друг друга из виду.
Детей мы оставили с няней Абрамовых, наши мужчины уехали на деловую встречу. Дамир все также поддерживает отношения с Багратом, у них крепкая связь. Но я стараюсь держаться в стороне. Мне не слишком понравилась Карина, тем более я почти уверена, что она принимала участие в шоу с фото, которое мне прислали.
Нет, я не ревную мужа. Он не дает повода. Носит меня на руках, все время рядом. Помогает с сыном, больше чем я могла рассчитывать. Первые месяцы Дамир не отходил от нас. Учился заботиться о малыше наравне со мной.
— Черт, Стеф, я передумала, идем отсюда, — нервно говорит Тамина, сжимая мою ладонь.
Смотрю на нее удивленно. Она пригласила меня в свой любимый бутик на острове, и вдруг ни с того ни с сего передумала?
Поворачиваюсь и вижу как к нам направляется Стелла.
Бежать точно не стану, с чего бы.
— Все в порядке, — улыбаюсь Тамине и снова поворачиваюсь к старой знакомой.
— Привет, Стефания, — Стелла выглядит по прежнему роскошно, на ней стильное синее платье.
— Привет.
— Понимаю, радости от встречи ты не испытываешь. Но я решила воспользоваться случаем и подойти к тебе. Чтобы извиниться, — произносит она торопливо.
— Ладно, — пожимаю плечами.
Мне абсолютно все равно. Ни злости, ни обиды. Лишь легкое отвращение, от воспоминания о ее поступке.
— Знаешь, я понимаю, что неприятна тебе. Эти слова для тебя ничего не значат, но для меня — наоборот. Я много над этим работала. Поэтому мне важно извиниться. У меня в то время был кризис, на какое-то время я сошла с ума. Была влюблена и не могла смириться, что в планы моего… хм, бывшего мужчины, не входили серьезные отношения. А потом он раз и женится. Я просто… не смогла воспринять ситуацию адекватно. Прости за то фото. Этот поступок ужасен. И он до сих пор мучает меня.
— Прощаю, — пожимаю плечами.
— Сейчас у меня все наладилось. Скоро выхожу замуж. Здесь больше не планирую появляться — приехала продать квартиру. Слишком много воспоминаний. Хочу все начать с чистого листа. Так что, больше не будет неприятных встреч. Счастья тебе, Стефания. Ты этого заслуживаешь.
Стелла уходит, а я чувствую как теплеет на душе. Все же плохо относиться к кому-то с неприязнью. Это тяжело. Гораздо лучше жить со всеми в мире.
— Ну что же, она поступила достойно. Не каждый умеет признавать свои ошибки, — вздыхает Тамина.
Киваю, думая о своих родственниках. К сожалению, и правда далеко не все. У меня до сих пор крайне сложные отношения с мачехой и сестрой. Когда Инесса узнала, что Беркут мертв, то обвинила во всем меня. Примчалась в нашу с Дамиром в квартиру. Я была одна. Инесса устроила ужасную сцену, кричала что я во всем виновата.
Лада тоже, при каждой встрече едва сдерживает неприязнь. Похоже это никогда не изменится, хотя я все равно прошу Дамира помогать им. Отец ничего не оставил, эти двое совсем без средств к существованию. Инесса все еще в поисках нового богатого мужа, но не преуспела. Лада меняет работу, постоянно. Но ее склочный характер мешает задержаться дольше чем пару недель на одном месте.
* * *
— И тут я поворачиваю голову, а эта мадам к нам направляется, — рассказывает Тамина во время ужина.
Костер, мангал, вино. Россыпь звезд над нами, теплый ветерок. Дети спят, мужчины только закончили готовить мясо. Тамина решила рассказать о нашей встрече со Стеллой. Вижу как лицо Дамира мрачнеет.
— Она извинилась. Была очень искренней. Мне правда было приятно выслушать ее.
Муж подходит ко мне, опускает руки на плечи, массирует нежно. Запрокидываю к нему голову.
— Ты слишком добра, девочка. Но именно за это я тебя полюбил.
— Она сказала что больше здесь не появится.
— Отлично, значит проще будет вытащить тебя на Санторини, — смеется Тамина.
— Да, это было бы чудесно! — поддерживает ее Саша. Она приехала к нам со своим женихом, Игорем. Очень приятный парень, сейчас помогает Кириллу возиться с мангалом.
— Кстати, завтра у Баграта прием. Он умолял, чтобы я пришел с тобой.
— Зачем ему это?
— Соскучился. Очень сокрушается, что мы не у него остановились. Страшно хочет познакомиться с Давидом. Понянчиться.
— Хорошо, съездим.
— Прием дневной, бассейн, легкие напитки. Будут и другие дети. Абрамовы тоже идут, верно?
— Я не против, — киваю.
* * *
— Если тебе все же некомфортно идти к Баграту, то можем остаться дома, — говорит Дамир, когда ложимся в постель.
— Нет, все нормально. Я уже большая девочка, меня не так просто смутить как раньше, — отвечаю с сонной улыбкой.
— Да? И кто же тебя так изменил, солнышко? — мурлыкает в ответ Дамир. — Значит, не смутить, говоришь? Сложно пройти мимо такого вызова.
Муж касается моих губ нежным поцелуем. Все остальное теряет значение. Поцелуй углубляется, и я уже горю в его объятиях. Дамир начинает нежно поглаживать меня, заставляя изнывать от потребности в более откровенных прикосновениях. Он знает меня от и до, безошибочно улавливает сигналы моего тела. Изучил досконально, тщательно. Как и я его… Сжимает мои груди, касается возбужденных сосков, и вот уже умираю от сладкой дрожи, от тяжести которой налилось все внизу. Провожу пальцами по завиткам волос на загорелой груди, по твердому, бугристому от выпирающих мускулов животу… опускаю пальцы ниже… Провожу несмело по твердому члену мужа, наслаждаясь тем как он вздрагивает в ответ, ощущая волнующий отклик собственного тела.
Мой единственный. Самый лучший на свете. Могла ли я подумать, что детская мечта станет реальностью? Каждый раз, неизменно, когда мы становимся единым целым, сердце замирает от счастья…