Глава 30

Наша квартира. Так странно быть здесь снова. Вместе. После всего пережитого. Вместо того чтобы успокоиться, чувствую как моя дрожь только усиливается.

— Иди ко мне, — Дамир крепко обнимает меня. — Со временем ты забудешь этот кошмар. Понимаю, сейчас тебе кажется иначе. Потребуется долгая реабилитация. Ты, по сути, угодила в лапы к маньяку. Прости, что не смог уберечь тебя…

— Ты спас меня, — всхлипываю. — Я уже ни на что не надеялась…

— Не говори так, Стефания. Иначе и быть не могло. Я виноват, что сразу не пришел за тобой. Слишком многое навалилось. Если бы знал, что тебе угрожает подобное…. Не думал, что Закир на такое способен. Мой просчет, который буду замаливать сколько угодно времени.

— Главное, что ты пришел. Я не виню тебя. Ты не мог до меня дозвониться. У меня забрали телефон…

— Я думал, учитывая нашу историю и мои отношения с Робертом, что если буду какое-то время в стороне, тебе станет легче, — вздыхает Дамир. — Но это не оправдание, а скорее жалкие потуги, за которые мне стыдно. Я подумал, что тебе сложно во всем разобраться. Что возможно меня винишь, подозреваешь, что я убил твоего отца. Я ведь столько раз говорил, что хочу это сделать. Поэтому на звонки не отвечаешь…

— Нет, я так не думала, ни на секунду! Я верила твоим словам, обещаниям… — задыхаюсь от избытка эмоций.

— Как ты нашел меня? — спрашиваю глухо, после долгой паузы, содрогаясь от мысли, что бы было, если бы не нашел… Если бы я осталась наедине с этим безумцем Закиром. После того как он убил собственного отца. До сих пор жуткая картина стоит перед глазами…

— Я звонил тебе. Набрал, как только приземлился мой самолет из Греции. Я много раз набирал тебе, еще до того как улетел туда.

— У меня забрал телефон следователь…

Виснет пауза. Вспоминаю фото, что прислали мне на телефон. Дамир и Стелла. Мог ли он утешаться в ее объятиях? Не хочу в это верить, и все же…

— Что случилось? Почему ты так помрачнела? Я понимаю, как выглядит эта поездка в Грецию… Стефания…

Дамир привлекает меня к себе, но я выскальзываю из его объятий. Как бы ни была счастлива и благодарна, что спас меня от Закира, тиски ревности все равно сжимают сердце.

— Мне нужно в ванную…

На самом деле, мне дико страшно остаться одной в ванной комнате, после того как я провела взаперти столько времени, совершенно не зная чем все закончится, не надеясь на спасение…

— Я пойду с тобой, — краснею от такого предложения.

— Ты не обязан, — отвечаю, при этом чувствуя благодарность и облегчение. Не хочу расставаться с ним ни на минуту.

— Давай сделаем тебе ванну? Я могу потереть спинку.

Голос Дамира звучит так мягко, нежно, успокаивающе.

Он действительно идет со мной, не оставляет ни на минуту.

Включает краны, набирает воду, пока я раздеваюсь.

— Мне прислали фото на телефон. Ты и Стелла. В Греции.

Произношу это, когда уже лежу в пенной воде, наслаждаясь ее теплом. Идеальная температура, мне почти удается расслабиться. Только вот тема для разговора слишком больно бьет по нервам.

— Что за фото? — мрачнеет Дамир. — Покажи мне.

— В самом деле, я не хочу разбираться. Точно не сейчас. Зря я сказала…

— Стефания, я действительно был в Греции, — вздыхает Дамир. — Баграт чересчур перестраховался и обманом вызвал меня туда. Подумал что так будет для меня лучше, мало ли, вдруг притянут по старой памяти. Я ведь как идиот себя вел, орал на каждом углу, что грохну Роберта. Сейчас понимаю, насколько это было глупо. Я хотел не столько действительно лишить жизни твоего отца, сколько заставить его сдыхать от страха, чтобы крутился как уж на сковородке. Но я не убийца, и сейчас мне важно… чтобы ты это поняла.

— Так Баграт вызвал тебя от меня подальше?

— Не совсем так. Дела там действительно были. Я все быстро разрулил, но думал только о тебе. Стеллу я видел, к сожалению. Это был неприятный разговор. Пришлось объяснить ей то, о чем мы уже не раз говорили.

Как же хочется ему поверить!

— Я должен увидеть этот фото, Стефания. Если Стелла затеяла грязную игру — я должен об этом знать. Мы были на этом фото вместе?

Вижу, что Дамир в ярости, хотя старается выглядеть внешне спокойным.

— Сейчас я не хочу, чтобы что-то отвлекало меня от тебя. Но так же сильно хочу, чтобы ты знала — у меня ничего не было со Стеллой, кроме тягостного разговора. Мне пришлось выгнать ее с виллы. Перед этим я четко разъяснил ей ситуацию. Если она прислала фото после этого… У меня просто нет слов. Я не думал, что она глупа настолько.

— Она несчастная брошенная женщина, — сама не понимаю зачем говорю это. На самом деле, мне совсем не хочется заступаться за эту женщину, я слишком сильно ревную.

— Прежде всего, она психолог. В голове не укладывается, — Дамир явно взбешен, но держит себя в руках. — Хотя, если они вдвоем с Кариной придумали, — добавляет задумчиво. — Эта баба слишком хитрожопая. Вместе же эти двое — ядерная смесь. Баграту давно пора поставить ее на место.

— Я… верю тебе, — выдыхаю тихо.

Ну правда, так лгать невозможно. Да и зачем? Дамиру от меня уже ведь никакого интереса.

— Что будет дальше? — спрашиваю едва слышно.

— О чем ты, малыш?

— Отца больше нет. Мы поженились из-за него.

— Бред. Я женился, потому что хотел тебя. У меня сносило крышу от дикого желания. Ни одна женщина в мире не вызывала во мне столько эмоций. Мы можем прямо завтра полететь в Грецию, и ты убедишься, что между мной и Стеллой ничего нет. Даже нормального общения больше не будет.

— Я верю тебе, Дамир. Нет нужды никуда ехать. Да и не в состоянии я сейчас ни для каких полетов.

— Для меня нет ничего важнее твоих желаний, девочка. А теперь позволь, я вымою тебя.

У меня ощущение, что это наш первый настолько откровенный разговор. От признания Дамира щемит сердце, перехватывает дыхание. Бесконечно нежно и трепетно муж намыливает мое тело, сидя возле ванной на корточках. Он не касается интимных мест, это не прелюдия. Дамир ведет себя со мной бесконечно бережно и деликатно. Закончив, достает меня из ванной, не обращая внимания на то что его одежда становится мокрой, прижимает меня к себе. Опускаю голову ему на плечо, уткнувшись лицом ему в шею. Руки, сильные и надежные, обхватывают меня, прижимая к твердой груди, и я наконец ощущая что ледяной комок внутри, который появился в тот день когда я узнала о смерти папы, начинает таять. Расслабляюсь, прислонившись к любимому, закрывая глаза.

Жар, исходящий от его шеи, обжигает мне губы, с наслаждением вдыхаю терпкий запах Дамира, прижимаюсь губами к его коже.

Он судорожно выдыхает, затаив дыхание и застыв на месте, его пальцы крепче стискивают меня.

— Я, наверное, воняю, — произносит со смущенным смешком. — Только с самолета. Как только набрал твой номер и ответила твоя подруга, сказала что случилось, времени на гигиену не было. Мне надо принять душ.

То, что он прямо с самолета мчался спасать меня, бесконечно трогает.

— Подождешь меня немного? Если уснешь, будить не стану, — спрашивает хрипло.

— Мне нравится твои запах, — крепче прижимаюсь к мужу, ощущая острую потребность в нем.

Дамир проникает языком в мой рот так яростно, будто пытается таким образом избавить нас обоих от воспоминаний об этом кошмарном дне.

— Тс-с… Тихо, маленькая, — крепко сжимает меня в объятиях, заглушает мои всхлипы поцелуями. Трепещу от этих поцелуев, ласковых прикосновений, сгораю от желания. Всепоглощающего, беспредельного.

— Стефания… — выдыхает Дамир приглушенным, охрипшим от желания голосом.

Меня обволакивает его близость, внутри разливается истома, заглушая страхи и сомнения.

— Ты даже не представляешь, как сильно я тебя хочу, девочка, — произносит Дамир хрипло, ставя меня на ноги. Его руки скользят по моей спине, спускаются ниже, сжимают до боли ягодицы. В ответ вытаскиваю влажную рубашку из-за пояса и ныряю ладонями под нее, в порыве коснуться его кожи, ощутить его максимально близко.

Дамир вдруг останавливает меня.

— Детка, ты сегодня пережила огромный стресс. Тебе надо отдохнуть. Не хочу быть гребаным эгоистом.

Отстраняется от меня, вздохнув так, что чувствую — он действительно ломает сейчас себя. Из-за меня. Подавляет свои потребности, заботясь обо мне. От этого в груди разливается тепло.

— Я… хочу тебя, — произношу и отчаянно краснею.

Дамир издает легкий смешок и привлекает меня к себе.

— Именно это в тебе сводит меня с ума, девочка.

— Я не понимаю. Что ты хочешь сказать?

— То какая ты страстная, и в то же время невинная. Самое невероятное сочетание — невозможно не упасть к твоим ногам.

— Я точно не ожидала таких глубоких признаний, — во мне просыпается дерзость.

— Слишком высокопарно, да?

— Немного.

Дамир снова подхватывает меня на руки, крепко прижимает к своей груди, жадно набрасывается на мои губы. Обвиваю его руками и ногами, чувствуя как сильно он возбужден. Горячий как печка, твердый… Он целует меня неистово, жадно, поглощая, сводя с ума каждую клетку моего тела. Как же классно чувствовать превосходство мужчины и свою покорность. Отстраняюсь, чтобы отдышаться, вглядываюсь в лицо Дамира. Красивые черты искажены страстью, глаза сверкают голодной страстью. По телу пробегает электрический разряд.

— Ты точно не устала? — спрашивает Дамир, укладывая меня на постель и нависая сверху.

— Нет… Хочу тебя.

— Ты не представляешь, насколько нужна мне, — хриплый стон пробегает по нервам.

Дамир, чуть отстранившись, стаскивает рубашку через голову, я пытаюсь помочь ему раздеться, но настолько возбуждена что пальцы не слушаются, только мешаю ему.

— Прикоснись ко мне, — требует осипшим голосом, когда вся одежда остается на полу.

Провожу ладонями по бронзовой совершенной груди, покрытой волосами, зарываюсь в них пальцами. По шраму, который всегда будет напоминать о нашей общей боли. Наклоняюсь и начинаю покрывать грудь Дамира легкими поцелуями.

Робко, неумело, пытаюсь впервые не только позволять его страсти обрушиваться на меня, а давать ее самой. Меня охватывает эйфория, когда понимаю, что дыхание Дамира становится учащенным, прерывистым.

Он в ответ срывает с меня влажный халат, жадно разглядывая мое обнаженное тело. Проводит пальцами вдоль впадинки между плечом и шеей, потом его рука спускается ниже, лаская мои соски. Опускает голову, сжимает губами болезненно напряженный сосок, одной рукой удерживая меня за талию, а второй лаская другое полушарие, даря невероятное наслаждение. Снова и снова со стоном ловлю ртом воздух, пока Дамир ненасытно ласкает меня губами. Сладкие спазмы пронзают все тело до кончиков пальцев. Каждая клетка плавится в жарком потоке, опаляющем бедра, низ живота.

— Дами-ир, — выдыхаю со стоном.

— Скажи что хочешь меня, девочка.

— Хочу тебя, — хочется захныкать от невозможного напряжения между ног, которое сводит меня с ума. Которое утолить может лишь он. Мой единственный. Мой любимый.

Теперь я точно знаю — он предназначен мне судьбой.

Я создана для него одного.

Сейчас он разглядывает меня с таким восхищением, что загораюсь еще сильнее. До сих пор меня поражает, как он умеет смотреть… Сводя с ума своим горячим взглядом.

Пытаюсь оценить какой он видит меня со стороны. Мокрые волосы в беспорядке, щеки пылают, груди тяжелые, налитые возбуждением, соски как твердые пики от долгих ласк.

Сейчас я готова уступить любым желаниям этого мужчины.

Глаза Дамира сужаются, взгляд темнеет.

— Ты ведь понимаешь, что я уже никогда не смогу отпустить тебя, Стефания? Для меня это не сделка, не игра. Не временные отношения.

— Почему… Почему ты говоришь это сейчас?

— Раньше ты хотела уйти, и я обещал, что отпущу. Но теперь дороги назад нет. Ты это понимаешь?

— Я никогда не захочу покинуть тебя… Для меня нет никого важнее…

Произношу это признание и сразу хочется зажмуриться. Я впервые открыла свои истинные чувства. Дамир продолжает внимательно вглядываться в мое лицо.

Затем резко притягивает к себе, накрывает мои губы своими. Я словно лечу в бездну, настолько сильный накал в этом поцелуе…

Пальцы Дамира касаются самой интимной части моего тела, начинают ласкать меня настолько искусно, что я готова кричать от невыразимого блаженства.

«Я хочу тебя, ты мне нужен! Я так тебя люблю!»

Признания душат, рвутся наружу, но говорить нет сил, могу лишь стонать.

Вскинув руки, упираюсь в грудь Дамира, затем выше, обвиваю его шею. И снова на меня обрушиваются полные страсти поцелуи. Таю в его объятиях, податливая, покоренная. На краткий миг Дамир отрывается от моего рта, кончиком языка нежно проводит по моим губам.

— Я люблю тебя, девочка, — шепчет он.

Замираю, трепещу от самого важного в жизни признания.

Он продолжает гладить, ласкать меня между ног. Низ живота каменный, мышцы сводит от потребности почувствовать его в себе. Осознание, что между нами больше нет преград, что месть, недомолвки, игра в равнодушие — все это позади, наполняет душу ощущением абсолютного счастья. Я могу просто дотрагиваться до любимого, без страха совершить ненужный шаг, показаться навязчивой или смешной. Могу открыто наслаждаться нашей близостью.

Толчок и любимый полностью во мне, хлюпающий звук — я буквально истекаю влагой. Дамир подается назад и снова вперед, вышибая воздух из легких, заполняя меня полностью. Подаюсь к нему бедрами, инстинктивно подстраиваюсь под его движения.

Ритм толчков постепенно нарастает, внутри вспыхивает пожар, напряжение. Цепляюсь за плечи Дамира, словно только так могу удержаться и не раствориться в урагане, который накрывает все мощнее. Любимые черты его лица обозначаются резче, на лбу выступают капли пота. Чувствуя, что отвечаю ему с возрастающей страстью, начинает двигаться все глубже, сильнее. Его толчки полны неистовой силы, но меня это не пугает. Скорее заводит, кидает на такую вершину страсти, что я теряю контроль. Мы оба дрожащие, на грани, два абсолютно диких существа. Удовольствие все нарастает, чувствую, как накатывает ослепительно яркая волна, сильнейший спазм пронзает тело. Дамир вздрагивает всем телом, горячий поток обжигает изнутри.

Невероятное чувство. Больше, чем близость, обладание. Мы словно побывали в параллельной вселенной, где в прямом смысле стали единым целым…

Дамир отстраняется, падает рядом на подушку. Но лежим так не более секунды — он переворачивается на бок, целует меня в плечо, притягивает к себе.

Долго лежим так, разглядывая друг друга. Нам не нужны слова.

Постепенно сердечный ритм возвращается в норму, легкие перестают трепетать от недостатка кислорода. Мое тело сейчас словно желе — ни единой косточки не чувствую. Никогда не чувствовала себя счастливее. Глаза слипаются, но мне так жаль тратить время на сон, когда реальность так прекрасна… Дамир перебирает мои влажные от пота волосы, я вожу пальцами по его груди.

— Поспи, малыш. Ты так много перенесла. Тебе надо отдохнуть, — произносит хрипло.

— Не хочу, — в противовес своим же словам зеваю.

— Мне тоже не хочется отрываться от тебя. Но отдохнуть все же надо. Иначе снова наброшусь на тебя. Не хочу потом испытывать муки совести, — с коротким смешком говорит любимый.

— Больше никаких мучений, — произношу абсолютно серьезно. — Увези меня на необитаемый остров… Где только ты и я.

Виснет пауза. Дамир молчит.

— Прости меня…

— За что, малыш?

— За то что попросила о невозможном.

— Ну что ты. Мы обязательно уедем.

— Только не в Грецию!

— Хорошо.

— Я люблю тебя, — теперь когда все преграды между нами исчезли, чувствую острую потребность говорить о том, что чувствую.

— Я тоже люблю тебя, девочка. Не думал, что способен на подобные чувства, после всего… Но я ошибался.

Сердце переполняется радостью слишком огромной, чтобы можно было описать ее. Обнимаю и шепчу чуть слышно:

— Я любила тебя… всегда.