Глава 21. Нашедшего выход затаптывают первым…
Как легко кого-нибудь похвалить, сказав:
- Умнейший человек!
И тут же все испортить добавив:
- В нашей палате!
А потом так же легко все исправив, сказав одно слово:
- Лордов!
Викто́р.
- Эдмунд? Ты с нами – хмуро спросил я друга – Твоя помощь не помешает.
- Кора? – посмотрел на нее друг.
- Да, иди. Я справлюсь. Там вы нужнее. Особняк почти неприступен. Идите. И постарайтесь уже найти его – сказала эта сильная женщина.
Не моя женщина. Это приходилось уже признать. Не смотря на то, что мне удалось сблизиться и с ней и с сыновьями - Кору мне не вернуть. Просто без шансов.
Да, в её глазах иногда мелькают отголоски прежних чувств, но это скорее воспоминания о юности и о счастье. Но никак не тот жар в крови, что был между нами раньше.
Страсть и безумная любовь ушла, а крепкого чувства взамен я не построил. Все разом перекрыв своим предательством. Она никогда мне больше не поверит. Просто не сможет. И цепляться за прошедшую любовь она тоже не будет. Кора не такая. Она не хватается за соломинки. Она плывет вперед и спасается сама, попутно вытягивая за собой и других.
Как же поздно я осознал, что эта женщина – лучшее, что было в моей жизни. Не будет уже второго шанса. И вторую такую мне не найти.
Я сидел в машине и эти мрачные мысли не покидали меня, пока мы добирались до места преступления. Эдмунд сел за руль, в первый раз после нападения. Джумаана он оставил с Корой и детьми.
- Почему в депеше было написано не брать Кору? – обратился я, к сидящему рядом со мной на заднем сидении Уинну.
- И вам и мне депешу написал Дональд Суонсон.
- Да, помню его молодой такой полицейский. Его в группу Эдмунд взял.
- Да, именно. Он конечно парень впечатлительный. Но все же его словам я верю – продолжил Уинн.
- А что у вас было в депеше? У меня просто «не приглашайте сьеру Вантервиль».
- У меня еще пару строк. «Тут ужас. Троих стошнило». Кора много лет проработала в морге. Она видела и не такое. Но сейчас не лучшее время проверять ее на прочность – заметил Уинн.
- Согласен – кивнул я.
- Приехали – сказал Эдмунд, резко затормозив перед толпой.
Мы вышли из машины и к нам тут же подлетел этот парнишка - Дональд Суонсон.
- Докладывайте Соусон – скомандовал Уинн, решительно направившись к дому, у которого застыли несколько полицейских.
Мы с Эдмундом выдвинулись за ним.
- Убитая Мэри Джейн Келли она же «Мэри Жанет» Келли, «Белая Эмма», «Рыжая» и «Чёрная Мэри» - затараторил Соусон.
- Почему так много – удивился Эдмунд.
- Убитая часто меняла цвет волос. Она была молодой. Ей было всего двадцать пять.
- Проститутка? – спросил Уинн.
- Да. Но имела свою комнату. В ней ее и убили. Там – и полицейский указал на дверь – Можно я не пойду? – побледнев, спросил он.
Уинн кивнул ему и взглянул на нас. Мы с Эдмундом переглянулись. Геройствовать я совершенно точно не собирался. Но если нужно будет, я зайду. Я пожал плечами, а Эдмунд ответил:
- Я пойду. Высшую магию твои эксперты не определят. Нужно проверить. С момента последнего убийства прошло почти пять недель. Это может быть и не он.
Я остался на улице и присоединился к полицейским опрашивающим свидетелей. Те путались в показаниях, говорили сразу и в голос перебивали друг друга.
- Определитесь с основными свидетелями и отправьте их в участок. Допросите там отдельно друг от друга. Тут вы много не поймёте и упустите – скомандовал я полицейским.
Те кивнули и принялись вытаскивать из толпы свидетелей, которые хоть что-то путное могли сообщить. Только вот в основном это касалось самой жертвы. Убийцу опять никто не видел.
Ко мне вышел белый Эдмунд. Не просто вышел, вывалился из раскрытой настежь двери. Я быстро достал из кармана фляжку и протянул ему. Тот сделал несколько глотков и поднес руку в перчатке ко лбу.
- Вик, это…
- Я понял. Это он?
- Да. Высшая магия совпадает. Хорошо, что мы не привезли сюда Кору – сказал он, делая еще один глоток из моей фляги.
В этот момент из двери вышел Уинн. Он выглядел чуть лучше, но все же было заметно, что и ему не по себе. Следом за ним вышел и полицейский эксперт. Уинн забрал фляжку у Эдмунда сделал несколько глотков и протянул ее врачу:
- Томас? Дружище, глотни. Сьеры – это Томас Бонд, хирург и судебно-медицинский эксперт. Что предварительно скажешь, Том?
- Убийство произошло утром. Примерно около восьми часов утра, но возможно и раньше. Позже точно нет. Положение тела на кровати вы видели.
- Полностью раздета, голова отклонена влево, ноги раздвинуты в стороны. Я бы сказал, что она смещена немного влево. Как будто он с правой стороны опускался на кровать.
- Да, все верно. Я в отчете опишу положение тела более подробно – кивнул доктор.
- Что по разрезам? – спросил Уинн.
- Все нанесены уже после гибели женщины. Ей точно так же как и остальным перерезали горло. А потом он принялся ее кромсать.
- Что вот совсем? – не поверил я.
- Да, Вик. Он вырезал ей внутренние органы и разложил их по всей комнате, он отрезал ей грудь и правую и левую, он искромсал всё лицо до неузнаваемости. Там повсюду кровь и внутренности – прикрыв глаза, сказал Эдмунд.
- Я категорически не согласен, что у него есть медицинское образование. И я не согласен с утверждением, что у преступника есть навыки разделки туш животных или же он умеет забивать скот. Нет. Тут действовал дилетант. И он просто кромсал.
- Доктор? Вы уверены?
- Да, абсолютно.*
- Сколько времени ему на все это понадобилось? – спросил Уинн.
- Около трех часов – ответил доктор – И вот еще что. Я не нашел сердце. Преступник забрал его с собой. Это предварительное заключение. Возможно, после вскрытия обнаружится что-то еще.
- Он ее изнасиловал? Она была молодой и привлекательной – спросил я.
- Нет. Сексуального контакта не было. Точно так же как и у других жертв – ответил врач – Я оправляюсь в морг. Какие-то еще заключения дам позже.
- Я нужен? – спросил у Эдмунда и Уинна.
- Нет – покачал головой Уинн.
- Езжай – махнул рукой Эд.
Я схватил его за рукав и оттащил в сторону.
- Ты же ни во что не влезешь в одиночку? Я могу остаться.
- Нет. С места не сдвинусь. Я сейчас подышу и еще раз зайду. Что-то мне там не нравится. Цепляет несоответствием. Мне нужно еще раз осмотреть всё. Езжай.
- У меня дел скопилось. Я сегодня провел весь день на выставке. Нужно вернуться к срочным делам. Если что – шли депешу. Я в замке Алфереш-Моров.
- Понял – кивнул друг.
А я пошел к машине. По почти ночному городу добрался быстро. В замке Алфереш-Моров меня ждали. Я предупреждал секретарей, что приеду и буду работать почти всю ночь. Такова плата за возможность провести день с Корой и детьми.
К утру я все же завалился спать, на несколько часов, но результатами в целом был доволен.
Удалось сломить сопротивление правительства и «Закон о возрасте согласия» был принят. Теперь девочкам требовалось достигнуть пятнадцати лет, прежде чем их могут выдавать замуж, отправлять на работу в сомнительные кабаки или притоны. Больше никаких четырнадцатилетний девчонок на улице. Это строго каралось по закону. Я надеюсь, что это хоть кому-то поможет. И тринадцатилетние девочки не будут отданы на растерзание Айтчеплу.
Вот с остальными проектами дело обстояло гораздо хуже.
Как это ни парадоксально, но убийства сильно поспособствовали движениям, выступавшим против переполненных, антисанитарных трущоб. Кровавые ужасы Айтчепла всколыхнули общественное мнение. Газетчики наперебой описывали ужасы трущоб, и благодаря поднятому шуму мне удалось провести несколько реформ. Правда, не в том объёме, что задумывалось, но все же благоустройство началось.*
Мне удалось продвинуть на обсуждение акт о жильё для рабочего класса, выдвинуть ряд поправок к закону о здравоохранении, а также пересмотреть установившиеся минимальные стандарты в попытке остановить вырождение городских районов.
А еще одной крупной победой была инспекция худших трущоб Айтчепла, и решение об их сносе. Не удалось снести весь этот рассадник антисанитарии, проституции и незаконных, воровских преступлений - полностью. Но все же я сдвинулся с мертвой точки.
Удалось многих поймать за руку. Не могу сказать, что воровство прекратилось, но вот снизилось – существенно. Приструнил Благотворительные фонды. Они уже давно не приносили существенной пользы, и в их рядах царило воровство и махинации.
Разобрался и с Попечительскими Советами. Они разленились, но мне удалось призвать и их к ответу. Проверки и в больницах и в благотворительных организациях шли полным ходом.
Не могу сказать, что это прибавило мне популярности. Нет. Реформы, как правило, вообще мало кого радуют. И тех, кто их проводит, но как это и не парадоксально тем, для кого они затеваются - приходиться тоже не сладко. Потому что о перспективах и планах на будущее думать не многие хотят.
К сожалению, врагов у меня прибавилось. Недовольство росло. Я почти не сомневался, что моя отставка не за горами и спешил сделать хотя бы то, что я еще успеваю. Возможно не всё. Но хотя бы заложить фундамент к переменам мне и удастся.
Утром сразу после раннего завтрака поехал в Центральный полицейский участок. Насколько я понял именно там сейчас и заседал штаб по раскрытию убийств. Здесь я ожидаемо застал хмурого Уинна и еще более мрачного Эда. Судя по их усталым лицам, спали они, как и я немного.
- Допросы свидетелей почти всю ночь – кивнул на мой молчаливый вопрос Эд – Мне нужно было присутствовать. Не состыковки какие-то меня запутывают.
С удивлением обнаружил в участке и Кору.
- Милая? Ты что тут делаешь? А кто с мальчиками?
- Джумаан остался дома. Я не могла не приехать, сидеть дома выше моих сил – покачала она головой - Эдмунд привез меня с утра. Он понял, что я все рано приеду, вот и привез.
Я хмуро взглянул на друга. Но тот и бровью не повел. Будь моя воля, я бы запер Кору за всеми замками и запорами. Но прав у меня никаких нет, да и все равно она бы мне этого не позволила. Но как же иногда хочется…. Эх.
Я не позволили себе сесть рядом с Корой. Уступил место Эду. Так будет правильно. Ревность? Скорее здоровая конкуренция. Я трезво оценивал свои шансы вернуть Кору, реально смотрел на происходящее между ней и Эдмундом. Кора не пустышка. Ее нельзя завлечь, одурачить цветами, подарками и нелепыми обещаниями.
Если она захочет быть со мной ей достаточно просто об этом сказать. И я сделаю все, что бы быть с ней. Всё. Наплюю на должность, репутацию, фиктивную помолвку, и положение в свете, пошлю в бездну карьеру и мнение окружающих. Потому что всё это можно заработать снова, а вот вернуть Кору, пожалуй, задача непосильная.
А Эдмунд? Ну, если Кора его полюбит, то что я с этим могу поделать? К тому же после того что я натворил, мне очень хочется что бы моя женщина была счастлива. Это самое главное. А уж со мной или с ним, дело второстепенное.
Уинн встал и прошелся по комнате для совещаний.
- И так - начал он – Основные факты, о последнем убийстве у вас уже есть. Перейдем к тому, что удалось выяснить к этому часу. Убийца в этот раз совершил преступление в комнате, что снимала жертва. У него было больше времени, было место, и была возможность. Поэтому он продемонстрировал нам все, на что был способен его больной мозг. Потому что если какие-то сомнения в его психическом здоровье и были, то после сегодняшнего убийства они отпали.
Уинн помолчал и продолжил:
- Что у нас по свидетелям?
- Никто ничего не видел – встал один из полицейских – Никаких подозрительных личностей рядом с домом не видел никто. Мы опросили постоянного любовника жертвы. Но предъявить ему ничего нельзя. Он в ту ночь был постоянно на виду. То в одном кабаке, то в другом. Следов крови не обнаружено на его одежде. А преступник должен быть в ней с ног до головы. При этом мы точно знаем, что одежда у него вчерашняя. Он в ней мелькал всю ночь.
Уинн кивнул. И продолжил:
- По предварительной версии, жертва привела убийцу в свою комнату сама. Она полностью разделась и легла на кровать. Убийца подошел и перерезал ей горло. Всё остальное он проделывал уже с трупом. Верно?
Снова встал один из полицейских.
- Келли была раздета, на стуле были некоторые детали её одежды. Мы предположили, что она разделась, перед тем как лечь в постель. Это показывает, что она была убита тем, кого знала, или тем, кого считала за клиента. Или когда она спала или находилась в бесчувственном состоянии. Её могли напоить?
- Следов алкоголя обнаружено не было, но всё может быть – кивнул Уинн.
- В комнате не было обнаружено следов ее одежды. Но при этом в камине догорали остатки тряпок – вдруг вставил Эдмунд – Я специально вернулся, что бы это проверить. Убийца что-то сжёг в камине.
- Так там была всего одна свеча? Она догорела дотла. Было темно. Сейчас поздняя осень и утром светлеет поздно. А чтобы проделывать все то, что он делал, ему нужен был свет. Вот он и растопил камин? – высказался Уинн.
- Её постоянный любовник, Джой Барнет показал, что денег последнее время у нее было мало. Вполне возможно, что дров не было. Чем-то топить было нужно? – поддержал версию один из полицейских.
- Очень может быть – протянул Эдмунд – Только вот что-то мне не нравится в этой версии. А еще смущают показания этот тетки. Жены хозяина местной ночлежки.
- Кэролайн Максвелл? – порывшись в бумагах, сказал полицейский.
- Да. Она с какого-то перепугу утверждает, что видела нашу жертву рано утром, около восьми тридцати утра. Но, по словам нашего эксперта, смерть наступила самое позднее около восьми утра. И то он склонен думать, что это произошло, как и все убийства примерно в два, или три часа ночи. А вот все остальное время он кромсал тело. Так что к восьми тридцати, когда она ее якобы видела - Мэри Джейн Келли уже была мертва – сказал Эдмунд.
- Да, мало ли кого она там видела? Могла обознаться? Могла перепутать? – посыпалось со всех сторон.
- И, тем не менее, она мне кажется вполне разумной женщиной. И потом она была не одна. Этот второй свидетель?
- Портной Морис Льюис?
- Именно. Вот он заявил, что видел, как Келли проходила мимо паба, откуда он вывалился рано утром. Это было около девяти часов утра. Но мы совершенно точно знаем, что к тому моменту она была уже совершенно точно мертва – настойчиво продолжала Эдмунд.
- Так он же был пьян? «В стельку»? Лыка не вязал? – снова послышалось со всех сторон.
- Да и не помнит он толком. Вчера это было в день убийства или три дня назад – поддержал Уинн.
- Вполне возможно. Но мне вот такая не состыковка не нравится – продолжал упорствовать Эдмунд.
- А вот мне не нравится другое – припечатал Уинн – У всех наших подозреваемых нет алиби.
- Что у всех?! - поразился я.
- Да. Была организована слежка. Но, увы. Все пятеро вчера умудрились от нее оторваться. Предлагаю разобрать каждого?
Возражений не последовало.
- Итак, после тщательного отбора у нас осталось пять подозреваемых. Все они сильные маги способные на Высшую магию. У всех есть возможность совершить преступление, и ни у кого нет алиби на этот период. Начнем с министра механики и транспорта Джеймс Томас Сендлер – и Уинн повернулся к Эдмунду.
- Был замечен в день «двойного убийства» на месте преступления в подозрительной одежде и довольно быстро скрылся – ответил тот.
- Он совершенно точно способен к Высшей магии. Я проверил. После гибели беременной жены у него был выброс магии и разбалансировка. Чудом выкарабкался, прокачал резерв довольно сильно. Такой стресс не мог не оказать влияния на психику. Тем более что вытягивал его не профессионал. Мать, которая послужила якорем, не обладает ни навыками, ни подготовкой. Так что очень сомневаюсь, что это прошло для него бесследно – продолжил я.
- Его жена и нарождённый ребенок погибли вместе с моими родителями в один день и от одной бомбы. Возможно то, что мы с ним потеряли всё, в один день как-то и заклинило его на мне – продолжила Кора.
- В день последнего убийства подозреваемый был в министерстве. Потом отправился домой на свою квартиру и в тот вечер отпустил всех слуг. Наблюдатель, оставленный у дома, не может сказать покидал он дом или нет. Слуги – алиби не подтверждают. Да он не выходил, но покинуть дом всё же мог – встал один из полицейских.
- Скверно - подвел итог Уинн – Пойдем дальше. Сьер Френсис Джон Тамблти.
- Мой друг с почти детских лет, в подростковом возрасте наши пути разошлись, но потом мы снова встретились на одном факультете. По моим ощущениям был влюблён в меня довольно длительный период времени. Безответно влюблен. Поэтому переклинить его на мне могло совершенно точно – начала Кора.
- Обладает знаниями в медицине и хирургии. И хотя последнее убийство показало, что преступник может быть и дилетантом в этом, всё же я бы не упускал из виду этот факт – подхватил Эдмунд.
- Совершенно точно сильный маг. Мы общались с ним несколько раз один на один у Натали. Когда я к ней заходил, а он был там. Я проверил. Сил на высшую магию у него хватит – вставил я.
- Несколько лет прожил на континенте, где мог встретиться с Селеной - первой жертвой преступника. Учитывая, что он встретился с ней впервые, когда Кора их познакомила, то вполне вероятно она могла его заинтересовать – продолжил Уинн.
- И вполне закономерна его ненависть к Виктору, объясняемая банальной ревностью и завистью – высказался Эдмунд.
- По словам нашего наблюдателя в день последнего убийства подозреваемый Сьер Френсис Джон Тамблти, после приема проводил сьеру Натали Одилон Редон до её квартиры и остался там на ночь – встал один из полицейских.
- Фух. Ну, наконец-то – выдохнул я.
- Только вот полученные сведения от горничной говорят о том, что он у нее не остался. Он покинул квартиру сьеры, как только проводил ее.
- Не понял? А как он вышел то? – переспросил я.
- Никак. Наш наблюдатель был уверен, что он остался на ночь у сьеры Редон, но вот показания горничной говорят об обратном – пожал плечами полицейский.
- Тут или наблюдатель расслабился, или Френсис Тамблти сделал всё, что бы от него оторваться. Способов как мы знаем немало – мрачно констатировал Уинн – Поехали дальше. Сьер Уолтер Джорж Сикерт, меценат, художник, коллекционер картин. Что скажете?
- Я критически вместе с Виктором высказалась о его первой выставке. Это может показаться не существенным, но он человек творческий, и это вполне могло его задеть. И как результат его ненависть и ко мне и к Виктору – начала Кора.
- Мы были на его последней выставке. Все работы указывают на нездоровую психику, он проявил, на мой взгляд, повышенный интерес к Коре. К тому же последнее убийство было совершено в комнате. У него есть серия картин отдаленно напоминающих совершенное преступление – подхватил Эдмунд.
- Магически он совершенно точно силен и способен к Высшей магии. Мы неоднократно пересекались на приемах. Я проверил – добавил я.
- Его студия располагается недалеко от квартиры последней жертвы. Краски порой довольно сильно воняют, да и пожароопасных жидкостей в мастерской художника хватает. Поэтому они часто располагаются в бедных районах. К тому же натурщицы – часто бывают шлюхами из неблагополучных районов, и охотнее берутся за работу, когда студия близко – добавил полицейский.
- Он в день убийства был в этой студии? – спросил Уинн.
- Да, провел там весь день. Что касается ночи, то ближе к вечеру натурщицу он отпустил и остался в студии один. Дом не покидал, но окна его студии выходят на крышу соседнего дома. Выбраться не составило бы труда. Наш наблюдатель остался у двери. Окно он проконтролировать не мог.
- Скверно. Что эти два голубка? Арон Мордке Косминнс и Томас Кримб? – повернулся к Коре Уинн.
- С первым мы много лет не ладили. Друг друга терпеть не можем. Я часто его высмеивала. А потом был инцидент с Никки Рид, когда я вытащила её из притона, а он был там. Возможно его это могло сильно разозлить – ответила Кора.
- Оба в разное время наблюдались у психиатра – сказал Эдмунд.
- У мозгоправа что ль? – буркнул один из полицейских.
- Да – кивнул Эдмунд – Косминнс лечился официально от алкоголизма, Кримб от депрессии. Но это официальная версия. Что уж там им обоим пытались поправить – это мы как сами понимаете, выяснить не можем. Официального запроса нет, так как и улик у нас против них нет. А так - нам никто ничего не скажет. Врачебная этика – пояснил Эдмунд.
- Магии в нем достаточно. Не могу сказать с уверенностью, поскольку из всех он и этот Кримб – самые слабые маги, но все же уровень может и дотянуть – продолжил я.
- Томас Кримб вполне может винить меня в разорении его семьи. Я участвовала в расследовании об отравлении кофейным ликером. Так что ненавидеть меня у него есть причины – сказала Кора.
- Ну, так и я участвовал? – пожал плечами Уинн.
- Да, но именно я была тем экспертом, который доказал, что вина именно на семье Кримбов – пояснила Кора – Да и дружба с Косминнс не добавляет ему баллов.
- Ни одна из жертв не была изнасилована – вставил Эдмунд – Возможно, что это из-за отсутствия сексуального влечения к женщинам. А эти двое несколько раз были замечены в мужских клубах.
- Они из этих что ли? – презрительно бросил кто-то из полицейских.
- Ну…. Официально у нас нет этому подтверждения. Но исключать этого нельзя – ответил Эдмунд.
- Ну, тогда и у этого студентика – совершенно точно нет влечения к женщинам. Натали уже вся на нервах – сказал я, и это немного разрядило атмосферу.
- Где вчера были эти двое? – вернулся к рассуждениям Уинн.
- Сначала на приеме, а потом завалились к кабак в одном из домов недалеко от квартиры жертвы – ответил полицейский.
- Что оба?
- Да. Но, к сожалению, у этого кабака на случаи наших облав очень много запасных выходов. Наблюдатели не могут подтвердить их алиби. Оба среди ночи ушли разными путями из этого притона.
- Скверно – уже который раз за совещание сказал Уинн – У кого какие идеи? Предложения? Что нам предпринять в сложившихся условиях? Опять ждать, когда он зверски убьет?
Все молчали. Идей ни у кого не было.
И тут Кора подняла голову и заговорила:
- Если придерживаться версии, что он все же заклинен на мне, то мой переезд в «Юрту Ворона» должен был его сильно разозлить. Мало того что доступ туда для него закрыт, так еще и теперь я живу под одной крышей с Уинном и Эдмундом. Я уверена, что его это должно раздражать. Предлагаю устроить в «Юрте ворона» прием. Объявить, как мы и собирались, о нашей с Эдмундом помолвке. И посмотреть на реакцию. Поднять на уши всю полицию и обложить весь особняк. И следить сразу за всеми подозреваемыми не одним наблюдателем, а всем штатом полиции. Этот прием может его сильно разозлить, и он пойдет убивать сразу же этой же ночью.
- Кора, это опасно – не согласился я.
- Нет. Не вижу ничего опасного. На приеме он не осмелится напасть. Я буду в окружении сильных магов. Я уверена, что он пойдет выплескивать свою ярость и гнев на беззащитных женщин Айтчепла.
- Это разумное предложение и рабочая идея. Эдмунд? – спросил Уинн.
- Мне не очень нравится то, что Кора снова окажется под ударом, но это и в самом деле неплохой шанс его выманить – подтвердил друг.
- Тогда приступаем! – принял решение Уинн.
*Убийство Мэри Джейн Келли самое кровавое и жестокое каноническое убийство приписываемое Джеку Потрошителю. Сохранилось несколько фото из архива полиции с места преступления. Это жуткое зрелище. Я описала всё примерно так, как и было на самом деле с незначительными художественными изменениями. *Доктора Томас Бонд и Джордж Филипс обследовали тело Келли, самой зверской и кровавой жертвы Джека Потрошителя и пришли к выводам, что преступник не обладал навыками ни медицинскими, ни какими-то другими.
* Все эти реформы и в самом деле начались после кровавых ужасов Джека Потрошителя. Худшие трущобы были снесены в течение двух десятилетий после убийств, произошедших в Уайтчепеле.