Глава 20. Не водите машину быстрее, чем летает ваш ангел-хранитель
Вы, на синем автомобиле намерены проехать перекресток миров в прямом направлении. Слева телепортируется белый автомобиль, справа он же в двумерном проективном пространстве с опозданием во времени. Красный автомобиль является иллюзией. Разрешит ли ваш нарколог выдать вам права в параллельном сознании?
Из заборника задач «Азбука вождения в неевклидовом пространстве» А.Е. Поехавший, Москва, 2Q61год.
- Тебе не кажется, что это не честно? – надувшись, как маленький ребёнок сказал Эдмунд.
- Что не честно? – помогая Винсу натянуть перчатки, спросила я.
- Почему это как идти на выставку и смотреть сомнительные картины, которые вот у тебя вызвали только гнев – так идем только мы с тобой? Пьер? Давай вторую руку. И не нужно так растопыривать пальцы, когда натягиваешь перчатки. Настоящий сьер должен делать это элегантно и чуть-чуть небрежно. Вот так – и Эдмунд продемонстрировал мальчикам, во все глаза смотрящим на него как нужно настоящему сьеру натягивать перчатки.
- Ух ты! – восторженно сообщили мне они на два голоса.
Я только глаза закатила. Ну, да! Что мама может знать о том, как нужно натягивать перчатки или швыряться цилиндром на диван в гостиной? Мама не в курсе, как это нужно делать, что бы получилось элегантно.
- Так вот – продолжил Эдмунд, когда мы вчетвером вышли на улицу.
Я держала за руку Пьера, а Эдмунд не выпускал ладошку Винса. Обе няни и наш телохранитель, и он же учитель-гувернер следовали за нами по пятам. Джумаан уже ждал нас у машины.
- Как смотреть на сомнительное искусство - так только мы с тобой. А как идем на выставку техники и новейших разработок в области механики – так вместе с нами идет, и Виктор, и Уинн и Натали со своим студентом и еще бог знает кто.
- Френсис уже давно не студент. И кстати Натали так до сих пор и не назвала его «своим». А ты хотел пойти один? – спросила я, подходя к машине.
- Нет, ты, и мальчики меня вполне бы устроили.
- Не ворчи, Эдмунд. Пьер? Винс? В машину – скомандовала я.
- Мам? А когда нам уже можно сесть на первое сидение?
- Когда права получите – отрезала я.
- Ну, мааам – поныл Пьер.
- А дядя Эд сказал, что через пару лет – сказал Винс.
- Эй! Я так не говорил – обернулся к нам с первого сидения Эдмунд.
- Мам, он сказал: «Порулить дам года через три. А на первое сидение сядете через два» - хитро улыбаясь, сказал Пьер.
- Ну, значит с дядей Эдом, вы в машину больше не сядете. Только в моем присутствии – и я вернула сердитый взгляд Эдмунду.
- Кора, ты зря переживаешь. Первое сиденье точно так же безопасно, как и второе – махнул рукой Эдмунд.
- Я опираюсь на цифры статистики. А ты на желание и хотелки, Эдмунд. Это разные подходы.
В следующую за нами машину сели няни и учитель. Эдмунду я категорически запретила водить свою ярко-алую красавицу. Во-первых, он еще не отошел от удара по голове, а во-вторых, и Пьер и Винс просто обожали этот драндулет. Я боялась, что в обычную машину такими темпами они у меня вообще скоро не сядут. Только и разговоров было про эту гоночную красавицу.
И, разумеется, на выставку новинок механики, техники и воздухоплаванья мы отправились вместе с мальчиками.
Пока мы ехали мальчики засыпали вопросами о выставке. Я слабо в этом ориентировалась, но вот Эдмунд отвечал весьма уверенно. Мне же все эти двигатели, колеса и прочие вещи были или совсем непонятны или же не интересны.
У входа на выставку нас уже ждали Уинн и Виктор. Я невольно залюбовалась обоими - высокие, подтянутые, в черных цилиндрах. У Виктора еще и трость с каким-то замысловатым набалдашником в руке. Но и Уинн выглядел дорого и элегантно. Возможно, не так вычурно-франтовато как Виктор, но все же он привлекал взгляды немногочисленных сьер, что пришли сегодня сюда.
И тот и другой ради этого побросали все свои дела. Вот большие вроде бы мальчики, а все бы им в машинки поиграть.
- Винс? Пьер? Все помним о безопасности? – в который раз напомнила я сыновьям, выпуская их из машины.
- Да, мам! – сказал Пьер.
- Конечно, мам! Ни на шаг от взрослых не отходить! – вторил брату Винс.
- Кора, не переживай. Три сьера, две няни и два телохранителя. Ну что с ними случиться? – спросил меня подошедший Виктор.
- Вот именно этого я и опасаюсь. Столько народу и каждый будет думать, что проследит кто-то другой. А в итоге Винс рванул к паровозу, Пьер к дирижаблю и оба непонятно где – нахмурилась я.
- Никто никуда не рванет - сказал, подходя Эдмунд – Джумаан? Друг мой продемонстрируй класс?
Джумаан под восторженный писк Пьера подхватил мальчика и посадил его себе на шею. При этом обе ноги сына свесились с двух сторон.
- Круто! Как высоко! – завопил восторженно сын.
- Держи – и Эдмунд вручил одной из нянь свой цилиндр и посадил точно так же насупившегося было Винса.
Винс точно так же взвыл в победном крике команчей. На нас оборачивались, но всё больше с улыбками.
- Погнали! К паровозу! – завопил Пьер.
- К гоночной машине! - восторженно вторил ему Винс.
И мы и в самом деле "погнали".
- Кора? Давай руку. Народу много. Тебя тут точно так же можно потерять – сказал Виктор, подходя ко мне.
Я продела руку в его локоть и подумала о том, что день обещает быть очень длинным.
Буквально через несколько шагов мы остановились. Дорогу нам преградила внушительная толпа зевак, которые слушали двух яростно спорящих мужчин.
- Это серьёзная разработка. Возможно, что это и звучит дико, только вот паровые самолеты – это возможно наше будущее – громко доказывал один из мужчин.
- Все знают, что для работы паровой машины необходим паровой котел! Куда ты его установишь на самолете? Другое дело паровозы с некоторой долей реконструкций. Вон на втором стенде, видели на путях стоит, какой красавец? – возражал ему второй.
- Вы не правы! Современными механиками доказано, что можно использовать любой источник тепла для перевода воды до состояния насыщенного пара и последующего перегрева пара – не сдавался первый.
- Деметрий? Деметрий Сальвантор! - махнула я рукой и позвала к нам высокого парня в замысловатой куртке, украшенным немыслимым количеством приборчиков со стрелочками.
За прошедшие годы он сильно изменился и теперь выглядел очень импозантно в своей одежде. Даже цилиндр у него украшали механические приборы. А сам его вид был мрачен и важен. Только вот когда он подошел к нам, и расплылся в улыбке, я поняла что это все тот же парень, что таскал мне когда-то пробирки.
- Сьера Кора! И вы здесь. Рад, очень рад вас видеть. А где мальчики?
- Убежали к гоночным машинам. И мы туда движемся, правда не с той скоростью, с которой они туда устремились – ответила я.
- Да паровой двигатель обладает очень низким коэффициентом полезной деятельности! И именно поэтому его величина и размеры такие большие! Как вы планируете разместить все это на самолете! - не сдавался громко спорящий мужчина.
- Деметрий? Кто из них прав? – спросила я, пока мы шли к гоночным машинам.
Дети, Уинн и Эдмунд уже очень сильно опережали нас.
- Оба, сьера Кора. Еще двадцать лет назад был запатентован первый паролёт – ответил мне парень.
- Паролёт?
- Да. Он так и назывался «Воздушная паровая повозка».* Только вот толку от него было не много. Да и поршневой механизм тогда еще не был так модифицирован как в современных пароходах и паровозах. Но и второй в чем-то прав. Возможности парового двигателя еще до сих пор до конца не реализованы – ответил парень.
- Кстати я лично подписал приказ о покупке «Пыхтящего Билли»*. Его передадут в музей – вставил Виктор.
- Это тот легендарный первый паровоз? – проявила я осведомленность.
- Нет, не самый первый. Но, безусловно, один из первых паровозов, что и в самом деле получил практическое применение – ответил Виктор.
- До этого они все больше пыхтели, но вот ездили плохо – подтвердил Деметрий, и парень расхохотался, чем полностью разрушил свой серьезный и немного мрачноватый образ.
- А где твой непосредственный начальник? Наш министр механики и транспорта Джеймс Томас Сендлер? – спросила я.
- Там где ему и положено быть – пожал плечами Деметрий – В самом важном павильоне.
- Воздухоплаванья? – предположила я.
- Нет, сьера Кора. Воздухоплаванье, разумеется, важно, только вот денег больше и богачей больше все же в павильоне с машинами. Вот он там и ходит. Это недешевое дело. И нам нужны и спонсоры и инвесторы. А им наши машины – вот он там, в основном и обитает. Мы его там встретим, я уверен – ответил парень.
В павильон с машинами пускали не всех. Деметрий грустно улыбнулся.
- Тебя туда не пускают? – удивилась я.
- Дорого это. Да и чего я там не видел? – стал хорохориться друг.
Но я крепко вцепилась в локоть парня и при входе в павильон и не думала отпускать его локоть. Там мы и вошли втроем в огромный павильон уставленный машинами.
И тут я услышала громкие голоса моих сыновей, а потом и увидела их. Они бегали от одной машины к другой, и восторженно что-то рассказывали всем, кто готов был их слушать. А именно двум няням, Джумаану и нашему учителю. Уинн и Эдмунд стояли рядом и увлеченно о чем-то спорили со стоящими рядом с ним механиками. Потому что, судя по их одежде - это были именно они. Те же непонятные куртки с кучей механизмов и шляпы с часами на тулье цилиндра.
На мальчиков эти двое не обращали ни малейшего внимания. Вот оторвёт сейчас ручку двери у машины Винс, пытаясь туда влезть. И никто даже и замечания ему не сделает. Что и следовало доказать. Мальчишки с машинками. И великовозрастные мальчишки с машинками туда же.
- Винс! Пьер! Что я говорила о правилах поведения? – мой командный голос сыновья услышали сразу.
Винс перестал пытаться открыть дверцу, ну вернее сломать её. А Пьер больше не пытался залезть под машину, что бы посмотреть, что у нее под днищем. При моем приближении к детям тут же подскочил кто-то из служащих и, склонившись, предложил им другой образец на растерзание. И даже пообещал «дать порулить».
- Мам? – поднял мордашку уже в чем-то перемазанный Винс.
- Мам, можно? – встал рядом с братом Пьер.
- Да бегите – разрешила я, видя как Виктор, уже расплачивается за данное развлечение.
- Сьера может быть спокойна. Машину с места не сдвинуть, она полностью безопасна. Мальчикам дадут порулить и подудеть и все потрогать – поклонился мне служащий.
Я вздохнула и кивнула. Это он плохо знает моих сыновей. Они и гору с места сдвинут, если им будет очень надо. Мальчики побежали вместе со своими сопровождающими, а я с Виктором подошла к Эдмонду и Уинну.
- Разумеется, со времён «малой телеги Кюньо»* мы ушли в этом вопросе довольно далеко, но все же скорость передвижения оставляет желать лучшего – говорил Эдмунд одному из механиков.
- Виктор? Что за телега? – шепотом спросила я.
- Это самый первый автомобиль. Эдакая смесь автомобиля и паровоза. Его почти сто лет назад изобрели – ответил он мне, наклоняясь к моему лицу.
А я застыла. Когда-то, давным-давно, еще в прошлой жизни он вот так же наклонялся ко мне, объясняя неразумной восемнадцатилетней девочке многие вопросы. А потом неизменно целовал. Сейчас поцелуя не последовало. Да и не мог уже Виктор себе этого позволить. Но вот то далекое почти забытое ощущение счастья вдруг нахлынуло на меня. Всё же я шесть лет была с ним счастлива. Очень счастлива. Видимо что-то такое мелькнуло у меня в глазах, потому что Виктор не отвел глаз, и мы продолжали смотреть друг на друга, пока наш молчаливый обмен взглядами не прервал возглас Эдмунда.
- Нет! Тот русский был позже. Я в этом совершенно точно уверен. Да и не представляла его «самоходная повозка» большого интереса. Да, необычно. Но слишком тяжеловесно.
- Его звали Кулибин? Как-то так? – спросил кто-то из механиков.
- Да – подтвердил Эдмунд.
Я подняла глаза на Виктора за разъяснениями.
- Это один русский ученый и изобретатель. Он умер довольно давно. Но был, как говорят, очень талантлив. И его имя в России даже стало нарицательным. И там всем присваивают звание «Кулибин» когда кто-то что-то изобретет. Ну, или сломает. Эти русские странные – пожал плечами Виктор.
- Но все же не стоит забывать, что двигателю внутреннего сгорания всего пять лет.* И за это время у нас такой прогресс и в скорости и в габаритах и в самой модернизации машин – раздался вдруг женский голос.
- Эвджения Сальвантор! Что вы опять тут делаете! – вдруг раздался гневный оклик.
Я обернулась. Министр механики и транспорта Джеймс Томас Сендлер направлялся к нашей компании.
- Демертий, я же просил держать твою сестру подальше от этого павильона – поравнявшись с нами, недовольно сказал он.
- Джени – прошипел на девушку Деметрий.
А я только сейчас поняла, что это и в самом деле девушка. Она была одета точно так же как и остальные механики стоявшие возле автомобиля. С кучей часов на цилиндре и куртке, но все же, безусловно, она был женственна и красива. Я и не знала, что у Деметрия есть сестра. Я сделала огромные глаза Уинну, и тот как всегда понял меня с полувзгляда.
- Девушка пришла со мной, Джеймс – быстро сказал Уинн и протянул ей руку.
Та взяла его под руку и вызывающе вздернула подбородок.
И тут я увидела, как удивленно смотрит на министра Эдмунд. Он как будто очнулся ото сна и вмешался.
- Вы меня не представите? – сказал он.
- Как вы не знакомы? – удивился Виктор.
- Нет – покачал головой Джеймс Томас Сендлер.
- Мы не знакомы. Только вот определенно встречались – сказал Эдмунд.
- Возможно на одном из приемов? – обаятельно улыбнулся Сендлер, и прежде чем Эдмунд успел возразить, добавил – Сьеры! Я хотел бы пригласить вас посмотреть на новую гоночную модель, что мы только что закатили в павильон. Я уверен, она вам понравится. Она представлена в единичном экземпляре, но образец продается.
И мы двинулись вглубь павильона за радушно улыбающимся министром. К нам присоединялись и остальные посетители павильона. В основном это были очень состоятельные люди. Уинн повел Эвджению Сальвантор вперед, а ее брат присоединился к ним. Мы же отстали, и к нам подошел Эдмунд.
- Где ты его видел? – тихо, так что бы услышали только мы трое, спросил Виктор у Эдмунда.
- Ты не поверишь - покачал тот головой.
- Я поверю с недавнего времени почти всему – хмуро возразил Виктор.
- В тот день, когда меня треснули по голове. В день двойного убийства.
- Ту ночь я вообще вряд ли когда-нибудь забуду. И что? Где ты его видел? – продолжал настойчиво Виктор.
- Как ты помнишь, первое убийство в ту ночь было совершено рядом с ночным клубом, или попросту притоном. Из него при раздавшихся криках высыпало довольно много мужчин. Мы туда прибыли быстро. Вот я заметил его в той толпе.
- Он был на месте преступления? Ну и что в этом такого? – спросил Виктор, но при этом его тон не был беспечным и он отнёсся к информации весьма серьезно.
- То, что он почти сразу ушел. У меня хорошая память, ты знаешь. Я запомнил всех, кто там был на тот момент. Он был в толпе и сразу при нашем появлении ушел. У него было время дойти до второго места преступления и убить следующую жертву. Мы проторчали там довольно долго, прежде чем я сообразил, что он убьет еще раз, так как его спугнули – объяснил Эдмунд.
- Это весьма расплывчато. Мало ли кто где был? – не согласился Виктор.
- Да, согласен. Только вот выглядел наш министр не так как сейчас – протянул Эдмунд.
- А как? И что я из тебя всё вытаскиваю сегодня? – недовольно пробурчал Виктор.
- Да, просто я сам не могу в это поверить. Он выглядел как обитатель трущоб. На нем был поношенный пиджак, видавшие лучшие времена котелок. И выглядел он в лучшем случае как рабочий, а худшем сошел бы и за бродягу. Но не как министр механики и транспорта.
- А вот это "крутой поворот" – присвистнул Виктор.
- Постойте. Но ты видел его всего ничего? Да еще в толпе? Да еще в темноте Айтчепла? Ты мог ошибиться – остановила я их.
- Нет, Кора. Он не мог ошибиться. У него так устроена память. Он очень хорошо запоминает такие вещи. Я не раз в этом убеждался – покачал головой Виктор.
Эдмунд посмотрел на меня и серьезно без улыбки кивнул.
- Всё равно это ровным счётом ничего не доказывает – настойчиво сказала я.
- Я согласен, Кора. Но только вот тебе не кажется это весьма подозрительным? Что мог министр транспорта делать в заведении такого толка, да еще и в день убийства? – не согласился Эдмунд.
- А что мужчины обычно ищут в таких заведениях? Легкодоступных женщин и острых ощущений? Всё как всегда. Вот только это не делает его убийцей.
- Это делает его любителем тёмных переулков и шлюх. А соответственно и нашим подозреваемым. Он богат и магически силён. Он вполне способен к Высшей магии. Так что чем тебе не убийца? - поддержал Эдмунда Виктор.
- Давайте отложим этот разговор? Здесь не время и не место – предложила я.
- Да. Пойдёмте к машине? Там кажется, назревает аукцион? Я хочу поучаствовать! – и Эдмунд мгновенно преобразился в мальчишку, который просит у родителей новую игрушку.
Я закатила глаза, но всё же с удовольствием присоединилась к толпе уже собравшейся вместе и с интересом ожидая начало нового действа.
Машина, что предоставили на наш суд, была, безусловно, последней разработкой. Выглядела она фантастически, была золотисто-коричневого оттенка и понравилась даже мне. Только вот она была одноместная и это скорее была очень дорогая игрушка, а не средство передвижения или транспорт. Ни водителя, ни пассажира она не предусматривала. Только непосредственного владельца. Да там даже сумку с багажом было не положить, если вдруг представить путешествие в одиночку.
Но Эдмунд включился в аукцион, едва услышав, что она способна развить скорость до двадцати километров в час*.
- Виктор? Двадцать километров в час? Ты помнишь эту жестокую шутку про полицейского и автомобилиста?
- Какую? – переспросил Виктор.
- Ну как же? Водитель, злостный нарушитель разогнался до двенадцати километров в час. Но доблестный полицейский на велосипеде догнал его и оштрафовал! – не весело улыбнулся Эдмунд.
Видимо это шутка его знатно подбешивала.
- Ну, иди. Вступай в «гонку по вертикали» за нее. Я лично пас – и Виктор даже руки шутливо поднял, сдаваясь заранее.
А вот Эдмунд кивнул и влился в толпу богачей, которые активно выкрикивали довольно внушительные суммы. Только вот продержался он не долго. Вскоре он вернулся к нам с Виктором и покачал головой.
- Нет. Это слишком. Я не готов потратить такую кучу денег на совершенно бесполезный автомобиль. Я даже им похвастаться не смогу перед Корой и мальчиками. И зачем она мне?
- Как это? – не поняла я.
- Ну тебя же туда не посадишь? И мальчики не сядут? В моей модели предусмотрено пассажирское сидение. А это, совершенно бесполезная вещь. Скорость – это здорово, только вот когда ее некому продемонстрировать, становиться скучно – и он махнул рукой.
- Дружище! Я тебя просто не узнаю – хмыкнул Виктор и лукаво глянул на меня.
- Э нет! Я тут совершенно не причём. Ему просто хвастаться не перед кем. Вот он и не купил – пожала я плечами.
Мы провели весь оставшийся день на выставке. Останавливались только на время обеда. При этом Виктор снял целый зал, потому что мы пригласили и Эвджению Сальвантор и Деметрий Сальвантор и еще нескольких знакомый, что встретили там.
Девушка мне понравилась. Она была не слишком разговорчива. Но в тоже время была в ней внутренняя сила, такая же, как и в ее брате. Не почувствуй я тогда несколько лет назад эту силу – не видать бы ему денег на учебу.
Девушка понравилась не только мне. И Уинн и Эдмунд уделили ей внимание и говорили с ней для меня совершенно о недоступных вещах. Что-то про поршни, цилиндры, карбюраторы и прокладки. Имя Эвджения – греческого происхождения, но девушка просила называть ее Джени. Ей так было привычнее. На меня она кидала настороженные взгляды, особенно когда Эдмунд пустился с ней рассуждать о тормозной системе. Преимущественно ручной.
Я только мысленно пожала плечами. Да, мы с Эдмундом изображаем любовь, но, по сути, он мне не принадлежит и я не собиралась предъявлять на него права. Тем более что Эдмунд довольно быстро переключился с тормозов на радиаторы, а вот потом, неожиданно взглянув на меня, вдруг взял мою ладонь и поднес к губам. А потом наклонился ко мне и сказал:
- Могла бы и приревновать? Мы же на публике?
- Тарелку разбить?
- Было бы не плохо – на полном серьезе ответил он.
- Нет. Уволь. Я никого рядом с собой не держу. И привязывать канатом не собираюсь.
- Только вот и вторых шансов ты не даешь? – и он взглянул на Виктора, сидевшего от меня по другую руку.
- Почему? Нужно уметь прощать. Только вот прощение бывает разным – ответила я.
Мы посетили и паровозы новейшей модели, и павильон воздухоплаванья и ближе к вечеру засобирались домой.
Сыновья были в полном восторге и к концу дня были уставшие и перепачканные с ног до головы. Я признаться тоже вымоталась, но день прошёл очень удачно. Мне всё очень понравилось.
Вернулись мы домой уставшие, но довольные. Только вот как только мы вошли в особняк «Юрта Ворона» весело галдя и обмениваясь впечатлениями, к Виктору и Уинну тут же подошел слуга с депешами. Оба распечатали, переглянулись и Уинн сказал:
- Кора… Тебе лучше не ходить с нами.
- Еще одно убийство? – догадалась я.
- Да. Я привлеку полицейского врача и эксперта. Там… там всё плохо, Кора. Останься с сыновьями.
Я кивнула. Спорить мне не хотелось.
*Первый паролёт назывался "Воздушная паровая повозка". Он был запатентован Уильямом Самюэлем Хенсоном. Прототип машины поднялся в воздух в 1848 году, за сорок лет до начала убийств в Уайтчепеле. «Пыхтящий Билли» — один из самых первых паровозов и, возможно, первый паровоз, который оказался действительно практичным. Самый старый из сохранившихся паровозов. В 1865 году, после долгих торгов, паровоз был куплен Лондонским Музеем Патентов.
* Телега Кюньо прототип автомобиля и паровоза, который был построен во Франции в 1769 году военным инженером Никола Кюньо. Работоспособный бензиновый двигатель был создан 1883 году. А В 1885 году немецкие инженеры разработали лёгкий бензиновый карбюраторный двигатель. Это произошло за три года до начала Уайтчепелских убийств.
* «Бенц Вело» модель 1886 года выпуска разгонялась до 19 км/ч.