Глава 14

Вечером мы уединились с Генри в мастерской.

— Что скажете как эксперт?

— Это вы мне скажите, хозяйка, — усмехнулся Нэйт, — как начинаем работу? Поковыряем поверху? Поищем, что там может быть или будем вести полноценную разработку?

— Хороший вопрос. Озвучьте сумму, которая нужна, чтобы углубить шахту и приступить к нормальной добыче.

— Добыче чего? Позвольте узнать?

— Пусть пока этот вопрос останется закрытым, однако, я вам покажу, когда будем в шахте.

— Как скажете, — кивнул Генри, — тогда давайте считать.

Мы долго и скрупулёзно составляли список того, что понадобится: дерево для укрепления шахты, необходимые инструменты, зарплата старателей и сторожа.

В итоге сошлись на приемлемой сумме. Это были все деньги, что мне удалось заработать. Но, судьба любит смелых.

— Можете приступать завтра же, — передала Нэйту деньги в кошеле, — я подойду с утра, покажу, что мне удалось найти.

— У меня ещё хватит времени закупить всё, что требуется. Найму извозчика и часам к девяти будем на прииске. Тогда и подходите.

Я проводила Генри до ворот и попросила передать записку для маркиза, где сообщила, что завтра приеду попозже.

За завтраком, на следующий день подождала, пока все поедят, и объявила:

— Дорогие мои, с сегодняшнего дня наш прииск начинает работать. Будем надеяться, что все старания окупятся.

— Ура! — Впечатлительная и взбалмошная Катрин, как всегда, радовалась бурно, — теперь мы самые настоящие богачи. У нас есть свой рудник.

— Я бы не радовалась раньше времени, — улыбнулась Бетти, — не забывай, что на разработку тоже нужны деньги. Так что мы ещё небогаты.

Жанин вытерла предательскую слезинку:

— Всей душой верю в тебя, доченька, и всё равно мне страшно.

— Мы должны использовать любой шанс, матушка. Так будет правильно. Однажды все пресытятся моими картинами, украшений в нашем городе и так хватает, ювелиров целая улица, а рудник — это стабильный доход. Бетти, не составишь мне компанию ещё раз. Нужно снова прогуляться до рудника.

— Конечно, зачем спрашивать, — улыбнулась сестра и отправилась одеваться.

— А я? — надулась Катрин.

— У тебя миссия важней, — заговорщицки подмигнула ей, — будешь… помогать маме по дому. К обеду же поедем к маркизу.

Поначалу сестра огорчилась, но, услышав о поездке, воспрянула духом:

— Пирожными угостят, — закатила она мечтательно глаза.

— Кому что, — рассмеялась я и ушла одеваться.

Скоро мы с Бетти подходили к руднику. Там вовсю кипела работа. С широкой подводы старатели сгружали массивные деревянные столбы, необходимые, чтобы укрепить стены шахты, доски, инструменты, что-то по мелочи.

— Доброе утро, Генри! — Помахала рукой бригадиру старателей.

— Госпожа Ирэн, — Нэйт направился ко мне, — вы точны как часы.

— Время — деньги, — улыбнулась я.

— Покажете, что вам удалось найти?

— Конечно.

Мы вооружились фонарями, зайдя в шахту, повела Нэйта вглубь, туда, где нашла красноватые камни. Теперь это место я могла найти и с закрытыми глазами.

— Что скажете? — Спросила У Генри, тщательно осматривающего участок.

— Не спешу обрадовать вас, госпожа. Возможно, это только сердолик, притом не самого лучшего качества. Вы уверены, что готовы вложить в дело все свои сбережения? За вас очень просил Питер, потому говорю начистоту. Может, остановиться на предварительной разработке? Материалы ещё можно сдать.

— Нет. Я готова рискнуть. Вы, конечно же, знаете историю моего отца, — Генри кивнул, — не думаю, что он ошибся и купил пустышку.

— Дело ваше, госпожа. Спорить не буду.

Мы вышли наружу и попрощались, Нэйт вернулся к рабочим, достав какие-то чертежи.

— Ох, Ирэн, даже будь у нас средства, вряд ли бы мы решились начать работы на прииске, — покачала головой Бетти, — ты смелая.

— Дело не в смелости, милая. Просто думаю намного вперёд. Нельзя жить одним днём, уповая только на картины или создание украшений.

Болтая, мы дошли до дома, где нас встретила одетая в новое жёлтое платье Катрин:

— Ирэн, ну наконец-то. Поехали, маркиз нас ждёт.

— Или кто-то ждёт пирожных, — улыбнулась я, переобуваясь в новые ботильоны, — сейчас и отправимся.

Захватила мольберт, взяла холст и краски, папку с эскизами, и мы поспешили к воротам, где уже ожидал нас извозчик.

Маркиз был в библиотеке, на столе стояла тарелка с пирожными, одетыми шапкой белоснежных взбитых сливок.

— Юные леди, я ждал вас.

— Разве вам не передали мою записку?

— Да, так что успел завершить все дела на сегодня, — улыбнулся Роберт, — теперь весь в вашем распоряжении.

Я усадила маркиза на стул, вооружилась палитрой, кистями и приступила к делу. Катрин уплетала десерт, выпачкав любопытный нос в креме.

— Маркиз, помнится, вы хотели побывать на моём прииске, когда он откроется, — сказала я между делом.

— Начали добычу? — Лицо Роберта вытянулось, брови забавно подпрыгнули к самым волосам.

— Именно так. А кто-то сомневался, — улыбнулась ему.

— Знаете, Ирэн. С вами я уже не сомневаюсь ни в чём. Вы ходячая тайна и самая непредсказуемая девушка из тех, что мне довелось повстречать. А на прииск съезжу с удовольствием, скажем, через два дня. Не составите мне компанию, разумеется, с вашей юной дуэньей.

— Почему бы и нет, — пожала плечами, заезжайте за нами, когда будет удобно.

— Вы разве не приедете ко мне? Как же портрет?

— Завтра закончу основное. Детали же допишу дома. Мы хотели выбрать камни для картины. Можем сделать это с утра.

— Хорошо, — кивнул Роберт, — я заеду за вами к десяти часам. Вас устроит?

— Вполне, — ответила я, склонившись над портретом.

Проработав до вечера, усталая, но довольная, отправилась домой вместе с сестрой. Катрин, налопавшись сладкого, полистала какую-то книжку из библиотеки, а потом уснула, облокотившись на диванные подушки. Мы с маркизом, посмеиваясь, старались разговаривать вполголоса.

Следующий день весь прошёл в хлопотах. Купив самоцветы для портрета Роберта, дописала его красивое и породистое лицо, стараясь уделить максимум внимания деталям. Всё же холст был почти в полный рост. Для него даже пришлось заказывать специальное полотно.

Весь следующий посвятила картине, хотелось быстрей закончить работу и приступить к другой, а впереди ещё предстояла самая сложная часть — украшение камнями.

Роберт, как и обещал, заехал за нами через два дня. Катрин с утра не давала покоя, бегая к окну и выглядывая экипаж маркиза.

— Приехал! — Крикнула она, едва коляска показалась на улице. Непоседе не терпелось посетить наш рудник.

Мы сели в экипаж и отправились на прииск. Стоило нам выехать из предместья, как на дороге показался человек, шёл он быстро. Видно, что дыхание его сбилось, временами мужчина чуть приостанавливался, стараясь отдышаться.

Экипаж подъехал ближе, и я узнала в идущем своего бригадира:

— Это работник с моего прииска, — воскликнула, удивившись, кучер прибавил ходу, и через пару минут мы подъехали к мужчине. — Генри, куда ты так спешишь?

— Госпожа Ирэн, — он тяжело облокотился о двуколку, стараясь отдышаться, — как хорошо, что вы приехали. Скорее. Беда.

Нэйт забрался к нам, и мы поспешили к руднику.

— Рассказывай, что случилось, — обеспокоенно спросила я.

— Утром, как обычно, пришли к прииску. А там… Штольня завалена камнями под завязку, закупорена напрочь. И рядом — тело сторожа, старого Буга.

Я растерянно посмотрела на Генри:

— Кому могло понадобиться убивать человека? Ведь там даже ещё не начали добычу.

— Не знаю, госпожа, — огорчённо покачал головой Нэйт, — видать, кому-то вы здорово насолили.

— Не понимаю. Я почти никого не знаю в городе, а рудник стоял много лет. Его разработкой никто не занимался. Откуда могли взяться враги?

— Ирэн, успокойтесь, — маркиз погладил меня по руке, — разбираться будем на месте.

Извозчик, услышав наш разговор, прибавил скорости. Минут через пять мы подъехали к руднику, где на валунах сидели угрюмые рабочие. Маркиз помог нам выбраться из экипажа и отправил кучера в город за полицией.

— Где же были дозорные? — Жалобно спросила Катрин.

— Резонный вопрос, юная леди, — нахмурился Роберт, — с этим я разберусь. Идёмте.

Нас ждала печальная картина: штольня была буквально забита кусками породы, неподалёку виднелось тело сторожа, его глаза кто-то прикрыл, и он лежал, раскинув руки, точно разметался во сне.

— Как его убили? — Подошёл к рабочим Лерой.

— Отрава, — ответил один из них, высокий, плечистый парень, со светлыми непокорными вихрами, кое-как прикрытыми шапкой, — сами посмотрите, лицо синюшное, губы почернели.

Маркиз, вооружившись носовым платком, открыл рот сторожа:

— Так я и думал. Кантарелла (прим. автора — кантаридин, эффективное отравляющее вещество).

Роберт прошёл ко входу в рудник. Осмотрел масштаб разрушений:

— Всё начинать заново, — хмуро заметил он, — кто-то постарался. На такую работу ушёл не один час. Да и в одиночку здесь не справиться.

— За что так с нами? — Катрин расплакалась, и я увела её подальше от трупа.

— Ирэн, что вы намерены делать? — Роберт подошёл ко мне.

— И не подумаю сдаваться. Я вложила все сбережения в этот рудник.

— Тогда позвольте помочь вам. Найму хороших охранников, что будут день и ночь стеречь прииск и рабочих. Доверьтесь мне. Они профессионалы своего дела.

Я покачала головой:

— Боюсь, мне нечем им заплатить.

— А кто говорил о финансах?

— Таких денег принять от вас не могу.

— Юная леди, я сам хочу заплатить. Мне невероятно интересно, что же здесь отыщется. Считайте, что плачу за своё любопытство.

— Маркиз, спасибо большое, но всё это лишь игра словами, — я встала напротив него, скрестив руки на груди, — простите, но мне не по карману быть чьей-то должницей.

— Ирэн, не будьте столь строги ни ко мне, ни к себе. Вас это ни к чему не обяжет. Если хотите, могу выдать вам расписку, что вы ничего не должны. Коли же думаете, что это каким-то образом развяжет мне руки, позволит вести себя слишком вызывающе или фривольно по отношению к вам. Даю вам слово, что такого не будет.

Я замялась. Помощь мне была ой как нужна, и всё же от Роберта её принимать не хотелось. Однако больше денег взять неоткуда.

— Соглашайтесь, — совершенно обезоруживающе улыбнулся Лерой, — позвольте хоть один раз позаботиться о вас.

— Вы умеете убеждать, маркиз, — кивнула в ответ, — будь по-вашему.

Нам пришлось пробыть на руднике ещё долго. Дождались полисмена, тот тщательно обследовал тело и прииск, на коляске отправил труп в морг. Потом опросил рабочих и нас. Лишь после всех мероприятий, нам разрешили уехать.

Домой вернулась совершенно разбитая и опустошённая. Не понимаю, кто мог настолько ненавидеть меня, чтобы решиться на убийство.