2
- Яночка, проходите-проходите, - улыбаясь, сказала мне экономка Тины, с которой мы очень хорошо общались с самого первого дня начала ее работы на подругу. - Антонина у себя.
Я не удержалась и хихикнула. Если Тинка узнает, что Надежда снова назвала ее реальным именем, устроит скандал. Но я, конечно, никого не сдам. Да и не до этого мне сейчас, когда все мысли погружены в то, что сегодня я узнала.
- Я сейчас принесу вам чаю, хозяйка как раз просила, - сказала Надежда. - Проводить?
Я удобнее устроила Лордика на сгибе локтя и помотала головой.
- Не нужно, дорогу знаю, - сказала экономке и направилась к Тине.
Она обычно обитала в небольшой зоне отдыха и комфорта, как сама подруга называла то, что было сделано в доме специально для ее релакса. Половина нижнего этажа была отведена под СПА и помещения для того, чтобы Тина, не выходя из дома, могла забыть про труды физические. Их, конечно, у подруги было не так, чтобы очень много, но она знала толк в жизни и умела расслабляться.
Добравшись до чуть приоткрытой двери, которая вела в гостиную, где Тина обычно лежала на диване и смотрела всякую ерунду на огромной плазме, я уже собиралась зайти с возгласом «сюрприз!», но застыла. Снова, как и в тот момент, когда пришла к Вадиму со злополучным тортом, услышала то, что не предназначалось для моих ушей. Но сейчас, когда до меня доносился голос Тины, боль, которую я ощутила, была совсем иной.
- Да я думаю мальчик и будет. Если верить тому, какой формы живот, - вещала подруга.
- Это хорошо. Я бы не хотела, чтобы Вадим остался с этой женщиной и стал добиваться того, чтобы у них родился сын. Ну, если Яна вынашивает девочку.
Это была Снежана! Снежана Майская, черт бы ее разодрал в клочья! И они обсуждали… моего мужа и моего ребенка с моей же лучшей подругой?!
Перед глазами все поплыло. Второго предательства за сегодня я попросту не переживу. Опустив взгляд, я всмотрелась в черные, круглые, как бусинки, глаза Лордика. Он смотрел на меня так, что казалось, будто песик может понимать человеческий язык. И читать мысли, что проносились в голове с бешеной скоростью.
- У меня даже сейчас мурашки по коже от того, что Вадик в данный момент с женой празднует, что они узнали пол малыша! - томно проговорила Снежана. - Хорошо, что он хотя бы не спит с ней больше, а то я уже не знала даже, как выдержать и не приехать к ней, чтобы рассказать все!
Наверное, в сложившейся ситуации самым правильным было развернуться и уйти. Даже если Надежда скажет Тине, что я была здесь, какая разница? Ну, поймет моя заклятая подруга, что я все слышала - и что? После такого предательства, которое сейчас обрушилось на мою голову, мне уже на все плевать… Но я решила иначе.
Когда за дверью воцарилось молчание, я толкнула ее перед собой и вошла в комнату.
- О! Тинчик, привет… Ты не одна… - сказала я, сделав вид, что не в курсе наличия Снежаны.
На лице подруги появилось такое выражение, что если бы перед ней появился монстр из ада, она бы и то не выглядела настолько испуганной. Я же, пройдя к дивану, устроилась на нем и усадила рядом Лордика.
- Простите, я без предупреждения, но я попросту сбежала от мужа! Он такой мне марафон устроил, когда мы с ним праздновали то, что узнали пол, ну, вы понимаете.
Я закатила глаза и, откинувшись на спинку дивана, выдохнула.
- А мне уже не слишком легко передвигаться, но ничего! Мы с Вадиком уже изучили различные позы, которые обязательно пригодятся нам в будущем.
Я улыбалась так открыто и притворно-искренне, что мне можно было сходу вручать Оскар за лучшую женскую роль. А от вида ошарашенной Майской и вовсе хотелось хохотать.
Тина, меж тем, взяла себя в руки и посмотрела на меня с удивлением.
- Лапуль… ты же говорила, что у вас нет секса, - сказала она с недоверием.
Я махнула рукой.
- Ну, разве ж то, как бережно со мной обращался в постели муж, можно назвать сексом? - задала я риторический вопрос. - А сегодня Вадик как с цепи сорвался. Но вы знаете, - проговорила я заговорщическим тоном, - это даже хорошо. Врач сказала, что во время занятий сексом выделяются какие-то гормоны. И у мужчины, и у женщины. Так что это только на пользу малышу.
Я погладила свой живот, а на лице моем появилась еще более благостная улыбка. То, что я говорила, для меня было совершенно нетипичным. Я никогда не выставляла свою жизнь, особенно личную, напоказ. Но раз со мной так ужасно поступали самые близкие люди, я стану вести себя соответственно. Они тянули меня в грязь, а я готова была бросать им ее обратно щедрыми порциями.
- Кхм, - кашлянула заметно побледневшая Майская.
Схватив со стола бокал с вином, она осушила его и стала смотреть куда угодно, но только не на меня.
- Янчик, а я думала, что ты сегодня вся в празднике с мужем, - сказала Тина, кажется, начиная приходить в себя после моего внезапного визита. - Вот и позвала Снежану немного посидеть под чашечку винца. Кстати…
Подруга села удобнее на диване и спросила о том, что до этого момента красной нитью проходило по их беседе с Майской:
- Ты же уже знаешь пол! И кто у нас там? - указала она на живот.
Они со Снежаной обменялись короткими взглядами, а в меня как бесенок вселился.
- А вы думаете, почему меня Вадим в спальню утащил и даже не дал доесть торт? - спросила громким шепотом.
Две головы инстинктивно склонились в мою сторону, и я объявила с восторгом:
- Потому что у нас девочка… И Вольский тут же, узнав об этом, сказал, что мы начинаем активно тренироваться, чтобы потом зачать мальчика. Так что рожу, а когда малышке будет года два-три, начнем планировать вторую беременность. - Я чуть скривила нос и пожаловалась: - Только боюсь, что до этого времени меня Вадим просто измучает сексом…
Немую сцену и последовавшую за этим тишину, пожалуй, можно было резать ножом. По лицу Снежаны прокатилась тень и Майская болезненно скривилась. Она любила Вадима… Или же ее чувства были очень похожи на любовь, потому что было видно, как ей неприятно то, что я сказала. Но если бы они не крутили шашни за моей спиной и не хотели отнять моего ребенка, а Вольский бы честно сказал, что он желает видеть в качестве своей жены другую, сейчас мне не пришлось бы устраивать это театральное представление. Мы бы разошлись цивильно, как и делали те люди, которые просто разводились, если былых чувств не оставалось.
- Я, наверное, пойду, - сказала Снежана, поднимаясь с дивана, когда Надежда внесла чай на подносе и вазочку с какими-то хитромудрыми японскими сладостями.
- Куда ты? - с удивлением спросила я у Майской, чуть не присовокупив к этому: неужели так срочно надо звонить и давать нагоняй моему мужу?
- Я? - ответила не без удивления Снежана.
Как будто всем здесь было ясно и так, что ей нужно торопиться, но особо недалекие этого еще не осознали.
- Я домой. Что-то голова разболелась, - ответила она рассеянно.
Взяв сумочку, Майская направилась к выходу из релакс-зоны, и я по понятным причинам препятствовать этому не стала. И хотя последнее, чего мне хотелось - оставаться у лживой подруги, пока придется сделать вид, что я все та же милая Яна, к которой она привыкла.
Пока Тина провожала любовницу моего мужа, я пила чай, вкуса которого даже не ощущала, и размышляла о том, как же все молниеносно изменилось. Еще в тот момент, когда я забирала торт, даже и не думала, что самой придется за мгновение ока превратиться из доброй и отзывчивой женщины, которая слепо доверяла близким, в ту, кто станет лгать, придумывать на ходу небылицы и, главное, получать от этого удовольствие.
- Что-то она как будто какая-то расстроенная, - покачала я головой, стоило только Тине вернуться.
То удивление, которое выказывала подруга до сего момента, исчезло, заместившись хищным интересом. Словно Тина была алчной до горячих заголовков журналисткой, которой повезло нарваться на жареные факты, способные озолотить.
- Снежана-то? - уточнила она.
- Ага, - кивнула я. - А вообще не помню, чтобы ты с ней общалась. Особенно после того происшествия с ее первым замужеством.
Допив чай, я поставила чашку на поднос.
- Мы вроде и не общаемся так уж близко, - пожала плечами Тина.
Я понимающе кивнула.
- Это правильно, я думаю. Вадим постоянно говорит, что такие женщины, как Майская…
Прикрыв рот ладонью, я округлила глаза, мол, проговорилась. Но Тина уже махала на меня рукой - продолжай скорее.
- Только между нами! - заявила я громким шепотом.
- Разумеется! - тут же откликнулась подруга. - У нас же друг к другу - полное доверие!
Ах ты, сучка! Доверие у нас друг к другу полное, ну конечно!
- Так вот, Вадим сказал, что такие женщины, как Майская - это своего рода темные пятна на репутации общества, в котором мы вращаемся. Ты же знаешь нас, Тина, мы верные жены своим верным мужьям… А Снежана - вспомни, как она притащила откуда-то этого альфонса! Да о ней тогда не судачил разве что ленивый! В общем, муж мне сказал однозначно: когда наша малышка родится, - я положила руку на живот, - нужно держаться от таких, как Майская, подальше. Чтобы не нахвататься всякого. Да и мне тоже не стоит водить с ней дружбу. Хотя, она вроде такая несчастная, даже жаль ее.
Я сокрушенно покачала головой, с восторгом наблюдая за тем, какие мысленные баталии охватили Тину. Казалось, присмотрись я пристальнее, смогу увидеть, как в мозгу подруги усиленно вертятся шестеренки.
- А ты не солгала… ну, про секс с Вадимом? Вроде у вас давно ничего не было, - задала она вопрос.
Ага, ясно. Видимо, уходя, Майская дала задание Тине выяснить все в подробностях. Но даже если подруга делала это по собственному почину, я понимала, что впоследствии все мои ответы будут донесены по назначению.
- А зачем мне лгать? - с искренним недоумением уточнила я у Тины. - То, что мы с тобой не обсуждаем наш секс с Вадиком, не означает, что его у нас нет в принципе.
Она кивнула и стала рассеянно смотреть кругом себя. При этом выражение Тининого лица было весьма забавным. Как у заправского сыщика, который не просто добыл факты, но и собирался представить их общественности уже вот-вот.
- Ладно, я тоже, наверное, пойду, - сказала подруге, поднимаясь и забирая Лордика, что все это время подремывал рядом со мной. - Еще к гендерной пати готовиться…
Я направилась к выходу из обиталища Тины, подруга засеменила следом. Если бы она знала, как же мне не хотелось сейчас возвращаться домой! Представляю, что меня ждет, учитывая, что Снежана уже наверняка позвонила Вадиму и рассказала обо всем, что я тут напридумала. С другой стороны, что Вольский мне может сделать? Да ничего…
- Я думаю, что нам стоит собраться с девчонками, когда ты сможешь. Так интересно будет завести разговор о Майской и послушать, что они скажут! - прошептала Тина.
Я приостановилась и повернулась к ней, не узнавая подругу. Она словно бы в одночасье превратилась в жуткую пиранью, и это ужасало. В то же время возникал вопрос: как Тина полоскала мое имя, когда меня не было рядом? Ответ на него был очевидным.
- Посмотрим, Тоня, - намеренно назвав ее этим именем, строго откликнулась я и прежде, чем подруга бы стала возмущаться, быстрым шагом покинула ее общество.
А внутри было лишь одно желание - не возвращаться сюда больше никогда.
* * *
Я сказала водителю, чтобы поездил по городу час-другой. Мне не хотелось домой. Ничего хорошего там меня не ожидало. Но, конечно, я планировала вернуться и в итоге повести в этой игре так, чтобы это максимально выгодно сложилось и для меня с ребенком, и для тех, кто зависел от денег.
Мне на телефон стали поступать сначала звонки от Вадима, а потом сообщения:
«Ты где?»
«Тина сказала, что ты уже уехала. Где ты?»
«Где тебя носит, Яна, черт бы все разодрал?!»
На них я не реагировала, а когда водитель все же припарковался во дворе нашего дома, некоторое время посидела в машине, собираясь с силами. И вот прошло десять минут, и я заставила себя выйти и добраться до дома.
Вольский ждал меня в холле. Небрежно прислонившись бедром к столу, он стоял и, попивая виски, не сводил глаз со входа.
- Где ты была? - задал вопрос холодным тоном.
Не бросился тут же выяснять отношения по поводу моей лжи Снежане, чем меня порядком удивил. Я-то думала, что именно этот вопрос будет первым стоять на повестке дня.
- Гуляла. Можешь опросить водителя. Он возил меня по городу.
Я прошла к лестнице, точнее, попыталась это сделать, но Вадим преградил мне путь.
- Присядь, я хочу кое-что обсудить, - велел он мне беспрекословным тоном.
- Это не подождет до завтра? Я очень устала, - ответила, по виду Вольского понимая, что ни о каком отдыхе речи быть не может.
Он помотал головой отрицательно, подтверждая то, что я знала и так. Я вздохнула и, опустив Лордика на пол, сказал:
- Иди на кухню и поешь, малыш.
Песик, некоторое время посидев возле нас с мужем, словно чуял, что мне сегодня ну очень нужна поддержка, коротко тявкнул и все же убежал. Я присела на край дивана подальше от Вольского. Его холодность и мнимая отстраненность пугали гораздо сильнее, чем это сделала бы ярость.
- Мне позвонила Снежана и рассказала много интересного, - проговорил Вадим таким тоном, каким обычно обсуждают погоду за окном.
Не думала я, что докатимся до такого. Что станем обсуждать любовницу тихими вечерами, как будто только этим и занимались всю семейную жизнь.
- Она у тебя еще и сказочница? - притворно восхитилась я. - Ну не женщина, а находка!
Вольский скривился, видимо, от того, каким сарказмом были пропитаны мои слова, подошел к креслу и устроился напротив.
- Ты сказала ей и Тине, что мы с тобой регулярно занимаемся сексом и что у нас будет девочка, а не мальчик, - поведал мне муж то, что я знала и так.
Всмотревшись в мое лицо взглядом, который наверняка был призван едва ли не прожечь во мне дыру, он ждал, что я как-то отреагирую, но в ответ получил лишь пожатие плечами.
- А разве это не так? - уточнила я совершенно спокойным тоном.
Надо было видеть в этот момент лицо Вольского! Интересно, если прямо сейчас я поднимусь и пересяду к нему на колени, после чего стану прижиматься и ластиться, как ласковая кошечка, он скинет меня на пол и убежит, как черт от ладана?
Эти мысли приободрили и придали сил в неравной борьбе с изменщиком мужем. Но я ходила по тонкому льду и прекрасно отдавала себе в этом отчет.
- А я тебя недооценивал, Яна, - вынес свой вердикт в мою сторону муж и вдруг ошарашил: - Так даже интереснее, мне нравится.
Я даже на месте замерла от сказанных слов. Ожидала, что муж будет рвать и метать, а получила вот это…
- Хм. Кто-то совсем недавно рассказывал о том, как любит покорность, - сказала я Вадиму. - Ты об этом забыл?
Вольский помотал головой.
- Не забыл, конечно. Но Снежана так и будет продолжать быть той, кого я на самом деле хочу видеть в качестве своей жены. А за твоими телодвижениями понаблюдать будет забавно.
Он сказал это как про какую-то зверушку! Гореть ему в аду со всеми его действиями, словами и наблюдениями!
- Скажи, Вадим, откуда вдруг такое неуважение к матери собственного ребенка? - задала я тот вопрос, что казался мне лежащим на поверхности.
С чего вдруг муж всадил мне в спину нож? За что меня предал?
То, о чем я спрашивала, застало Вольского врасплох. Ненадолго на лице его появилось удивленное выражение. Он моргнул раз-другой.
- Ты утрируешь, Яна, - ответил, взяв себя в руки. - И достаточно было согласиться на все мои условия, которые для тебя ну просто шикарные… чтобы понять, что сохранить уважение к себе - реально.
Внутри все вскипело негодованием.
- Как ты вообще мог посчитать, что я смогу заниматься торговлей собственным малышом? - процедила, глядя в лицо, за считанные часы ставшее ненавистным.
- Потому что у тебя есть мозг, Яна! Твои родители не сегодня-завтра снова отхватят рецидив! И ты снова будешь вынуждена вливать в их лечение огромные деньги! Куда тебе при всем при этом еще и ребенок? А?
Он так спокойно говорил о самых болезненных для меня вещах, что я даже не успевала ухватиться за те установки, которые были внутри и которые помогли мне выжить, когда узнала, что двое моих самых близких людей смертельно больны.
- Кстати… по обыкновению мне пришел счет… из клиники… Нужны какие-то дорогостоящие процедуры, которые еще утром я собирался оплатить без лишних слов. Но сейчас спрошу у тебя, дорогая, - продолжил, меж тем, Вольский, глядя на меня и добивая на месте: - Сделать это в счет «будущих концертов»? Или заберешь счета и справишься с ними сама?