Глава 39. Света

Тишина в доме — это роскошь, которую мы можем позволить себе только после девяти вечера, когда Марк наконец засыпает, перестав бегать по коридору и требовать «ещё одну сказку».

Прошло три года. Три года с того вечера, когда мир сузился до размеров нашей спальни. Иногда мне кажется, что это было вчера.

Я сижу на кухонном острове. Тот самый холодный камень, на который Руслан когда-то посадил меня, теперь кажется самым уютным местом в доме. На столе стоит ваза. В ней — пионы. Руслан приносит их постоянно.

В руках я сжимаю маленький пластиковый тест. Две полоски. Яркие, чёткие, не оставляющие сомнений.

Я слышу шаги. Тяжёлые, уверенные. Руслан выходит из коридора. Он выглядит слегка уставшим, волосы растрёпаны — видимо, Марк снова решил проверить папу на прочность перед сном.

Он видит меня на острове и улыбается. Той самой улыбкой, от которой у меня до сих пор подкашиваются колени. Но теперь я знаю: за этой улыбкой не скрыто никакой угрозы. Только бесконечная нежность.

— Заснул? — спрашиваю я тихо.

— Упал лицом в подушку через минуту после того, как я вышел, — он смеётся, подходя ко мне. — Энергии у него больше, чем у меня в лучшие годы.

Руслан останавливается между моих ног, которые я инстинктивно чуть раздвигаю, пуская его в своё пространство. Это наш язык. Язык тел, который мы выучили идеально. Он кладёт ладони мне на талию, большие пальцы легко касаются кожи под краем футболки.

— Ты чего тут сидишь? — спрашивает он, наклоняясь, чтобы коснуться губами моей шеи.

— Ждала тебя, — отвечаю я. Голос предательски дрожит.

Он поднимает голову, смотрит в глаза. Внимательно. Он умеет читать меня без слов. Замечает, как я сжимаю пальцы, пряча что-то в ладони.

— Свет? Что случилось?

Я выдыхаю. Страха нет. Есть только огромное, распирающее грудь чувство, которое нужно разделить.

— Помнишь, три года назад ты сказал, что хочешь большую семью? — спрашиваю я, пытаясь улыбнуться.

Руслан хмурится, потом в уголках его глаз собираются морщинки.

— Помню. Ты тоже хотела.

— Мы идём по плану, — шепчу я и разжимаю ладонь, показывая ему тест.

Он замирает. Взгляд падает на пластиковую полоску, потом снова на меня. Я вижу, как его глаза темнеют, наполняясь таким теплом, что мне становится жарко.

— Свет… — он выдыхает моё имя.

— Да, — киваю я, и слёзы сами наворачиваются на глаза. — Да, Руслан. Мы снова будем родителями.

Он не говорит ни слова. Просто подхватывает меня на руки. Так же легко, как три года назад. Я обхватываю его ногами, прижимаюсь вплотную. Он кружит меня по кухне.

— Ты серьёзно? — спрашивает он, усаживая меня обратно на столешницу, но не отпуская. Его руки дрожат.

— Абсолютно.

Он наклоняется к моему животу.

— Привет, малыш, это папа, — тихо говорит он. Потом поднимает взгляд на меня. — Спасибо, любимая.

— За что? — я глажу его по волосам.

— За нас. За Марка. За этого малыша, — он целует ладонь, прижатую к моему животу, а затем поднимается и целует меня.

Этот поцелуй отличается от тех, что были в начале. Он не такой голодный, не такой отчаянный. Он глубокий, спокойный, наполненный обещанием. В нём вся наша история.

— Я немного боюсь, — признаюсь я, когда мы отстраняемся. — Двое детей… Это сложно.

— Мы справимся. Мы же команда. Помнишь? Я буду твоей опорой. Я буду вставать к малышу ночью, купать, гулять. Я уже опытный отец. Я буду стараться.

— Ты можешь просто быть собой, — перебиваю я его, смеясь сквозь слёзы. — Этого достаточно.

Я смотрю на него и понимаю: я была не права насчёт «чудовища». Чудовища не умеют так заботливо поправлять одеяло на спящем сыне. Чудовища не покупают пионы просто так, чтобы увидеть улыбку жены. Чудовища не разговаривают с животом беременной жены.

Если бы он тогда отступил… Мы бы остались просто двумя одинокими людьми. Он рискнул. Он взял ответственность за наше счастье на себя.

Он помогает мне спрыгнуть со столешницы, придерживая за локоть, словно я хрустальная ваза.

— Пойдём отдыхать.

Мы идём по коридору босиком. Я чувствую тепло его ладони в своей. За стеной тихо сопит сын. Внутри меня растёт новая жизнь.

Я сжимаю его руку крепче.

— Руслан?

— Да, любимая?

— Я люблю тебя. Спасибо, что ты… такой.

Он останавливается, поворачивается и целует меня снова. Коротко, но сильно.

— Я тоже. Больше, чем вчера. Меньше, чем завтра.

Мы заходим в спальню. Темнота уже не пугает и не интригует, она укрывает. Мы ложимся в кровать, и он сразу притягивает меня к себе, обнимая так, чтобы я чувствовала его защиту даже во сне.

Я закрываю глаза. В тишине я слышу наше дыхание.

Завтра будет новый день. Будет токсикоз, усталость, вопросы. Но сегодня ночью есть только мы. И это чувство полного, абсолютного счастья, которое заполняет каждую клеточку тела.

Я засыпаю с улыбкой, чувствуя его тепло у себя за спиной. И знаю: всё будет хорошо. Потому что рядом не чудовище. Рядом мой мужчина. И благодаря тому, что он когда-то не побоялся показать свои истинные желания, у нас есть эта семья. Есть Марк. Есть этот малыш. Есть мы.

И я бы не изменила ни единой секунды в прошлом. Потому что всё привело нас сюда. В эту тихую, безопасную ночь, где пахнет пионами и счастьем.