Глава 3

Знаете, я чертовски люблю зиму в наших краях! Ох уж эти непредсказуемые заскоки погоды. В понедельник может идти дождь, ко вторнику лужи замерзнут, в четверг наступит адский мороз, а к понедельнику все благополучно растает. Прелесть же!

Так вот, сегодня был четверг, и наружный термометр на здании завода показывал щедрые двадцать восемь градусов мороза. Если честно, меня, привыкшей к подобным скачкам температур, подобные условия не пугали. Специально для таких случаев у меня был припасен пуховик, в который в обычных обстоятельствах можно было запихать еще одну меня, а в обстоятельствах низких температур — добрую парочку свитеров. Штаны с утеплителем (под них, кстати, идеально было носить брюки от костюма, даже не мялись за то время, которое занимал путь до работы) тоже имелись, а дополняли образ теплющие сапоги и огромная меховая шапка.

Но, в общем-то, весь этот разговор я завела отнюдь не для того, чтобы рассказать об особенностях своего зимнего гардероба. Короче, в отличие от меня, Илья Владимирович к таким причудам погоды оказался не готов. Не готов от слов совершенно, совсем и абсолютно. Я это поняла по скромным «А это, вообще, нормально?» и «А кружек побольше у нас нет?».

Но апокалипсис наступил тогда, когда начальник, в костюме и курточке пытался завести машину. Дело в том, что вчера я провела весь вечер, старательно подбирая жилье для своего обожаемого шефа, и теперь мне прямо не терпелось показать варианты, о чем я, собственно, без устали повторяла:

— Нас к одиннадцати ждут.

— Минутку!

— Хозяйке на работу скоро!

— Секундочку!

— Если она опоздает, ее оштрафуют!

На этой фразе босс все-таки сдался. Устало вздохнул, повернулся ко мне и печально констатировал и без того понятный факт:

— У меня машина не заводится.

Если честно, я удивилась, как этот шедевр немецкого автопрома вообще в ужасе не рассыпался от осознания того, куда его привезли, ведь о том, что в морозы мужики оставляют машины в дальнем неиспользуемом цеху, шефу, конечно, никто не сказал.

— Ну, тогда поедем на автобусе.

Выражение лица мужчины стоило дорогого. Он так неестественно медленно сперва посмотрел в окно, потом на свою куртку, затем на мой боевой наряд, лишь после этого ритуала пожал плечами и ответил:

— Ладно, нас же ждут… Только шапку найду, она где-то точно была.

Ну, то что Илья Владимирович назвал шапкой, я бы и с натяжкой так не назвала. Панамка… Шляпка? Косынка?

В общем, эта вещь явно не была создана для того, чтобы служить по назначению и защищать от холода, однако боссу повезло, удивительно, но автобус приехал практически сразу, едва мы дошли до остановки.

Даже давку в этом самом автобусе, полагаю, Илья Владимирович счел плюсом, по крайней мере замерзнуть ему точно не удалось. Даже на улице начальник разговаривал со мной без дрожи:

— А вы уверены, что это действительно нормальный район?

Для убедительности осмотрела ряды трехэтажных обшарпанных домов и уверенно кивнула:

— Один из лучших.

Конечно, я врала. Врала и жалела о том, что сейчас не осень. В сезон дождей и слякоти местная архитектура выглядит еще более сурово. А сейчас и правда вполне миленько, снежок вон сверкает.

А вот квартира, которую я собиралась показать шефу, действительно была хорошей. Тамара Павловна, хозяйка, сделала отличный ремонт, поменяла окна, двери, в общем, жилье было вполне пригодным даже для нашего столичного гостя, это я по его лицу понимала.

Правда, Илья Владимирович не знал об одном ма-а-а-аленьком бонусе, который шел в комплекте с этой квартирой. Именно о нем, пока босс осматривал кухню, мне на ушко и поспешила сообщить хозяйка:

— Полиция уже почти и не приезжает!

Я не знаю, почему, но именно эта фраза меня и отрезвила. Возможно, это и была та самая грань, которую я не могла перешагнуть. Взглянула на начальника и еще раз убедилась — не смогу!

— Илья Владимирович, нам пора! — проговорила громко и четко, вызвав недоумение как босса, так и хозяйки. — Нам не подходит эта квартира!

Мужчина, спорю на что угодно, ни черта не понимал, но предпочитал не спорить. Я уже заметила его такую привычку — в непонятной ситуации, на незнакомой территории Илья Владимирович сперва осматривался и лишь потом делал какие-то выводы. Так было и в цеху, так было и сейчас. Не сомневаюсь, что он такую стратегию и в отношении меня выбрал, но речь сейчас не о том.

— Спасибо, Тамара Павловна, я позвоню, если что!

Хозяйка нас по-хорошему отпускать не хотела. Ну конечно, все местные то знают, что жить в этой квартире опасно, а тут такой шанс! Женщина бубнила, причитала, а уже в дверях и вовсе не выдержала, крикнула:

— Ну Анька, что ж такое! Правду говорю, менты реально последний раз аж на той неделе были!

Слава богу, захлопнутая вовремя дверь заглушила дальнейшие слова, а хозяйка, видимо, сумевшая сообразить, что шансов нет, не решилась нас преследовать.

— Анна Львовна? — подал голос Илья Владимирович, когда мы спустились на пролет ниже.

— Да? — повернулась к шефу и придала лицу самое милейшее выражение из тех, на которые я была способна.

— Я правильно понял, что только что вы едва не поселили меня в квартиру по соседству с какими-то маньяками-рецидивистами? — надо отдать мужчине должное, на его месте я бы себя уже треснула. И уволила. Скорее, сперва треснула бы, а потом уволила. Или наоборот?

— Не приукрашивайте, там всего лишь наркопритон. Притончик, я бы сказала, и они вполне мирные.

— Анна Львовна!

— Что? Я же не стала этого делать…

— Так себе оправдание.

— И вообще, это был не единственный вариант.

— Знаете, после этого, я понял, что в гостинице не так уж и плохо.

— Ну да, вы, главное, поменьше на их кухню налегайте… — господи, за эту смесь удивления с ужасом на лице я готова многое отдать. — Нет, серьезно, у них уже не раз с СЭС проблемы были, просто хозяин гостиницы еще и владелец сети заправок, короче, не заморачивайтесь. Я предупредила!

— Какие еще есть варианты? — от тоскливого голоса шефа, мне его даже жалко стало. Жалко человека, которого я жалеть вообще не должна, ни при каких обстоятельствах.

— На другом конце города квартира… — судя по нахмуренным бровям, Илья Владимирович решил, что я пошла на следующий виток издевательств, поэтому пришлось добавить. — В доме напротив моего, а мой адрес вы всегда можете посмотреть в документах, вооружиться палкой и при желании хорошенько настучать мне по голове. Домофон у нас, кстати, не работает, это облегчит задачу.

— Я не бью женщин.

— Что-то как-то не уверенно вы это говорите.

— Я просто не уверен, что вы женщина. Пока больше склоняюсь к варианту кого-то демона из ада, который за какие-то грехи свалился на мою голову.

— Ну вот, а я вам еще магазин с нормальной одеждой показать хотела. — надевая варежки, протянула с обидой.

— Розовенькой?

— И со стразиками! Так что? Не хочу показаться нетерпеливой, но я, кажется, уже говорила про наркопритон?

— А такси у вас существует?

— Существует. — на последней фразе я все-таки не смогла сдержать улыбку. — На каком именно поедем? Оленьи упряжки или собачьи?

— Чего? — кажется, Илья Владимирович вопрос не оценил, ну, или же, наоборот, слишком серьезно задумался о его смысле.

— Ничего, забейте. — махнула рукой и, стянув только надетую варежку, достала из кармана пуховика мобильник.

Такси ехало до нас ровно пять минут, за это время ни одного наркомана замечено не было, однако начальник не терял бдительность ни на секунду. Я даже успела нарисовать себе в голове картину, где босс, как Рембо, раскидывает вдруг появившихся в подъезде нарушителей закона, уж такой опасный у него был взгляд. Странно, все-таки, что я от него не огребла…

Заговорить в следующий раз я решилась лишь в салоне автомобиля, ну, все-таки при свидетеле Илья Владимирович вряд ли станет меня убивать.

— Куда сперва? В магазин или квартиру посмотрим?

— В магазин. — коротко и спокойно ответил начальник.

Ладно, магазин, так магазин. Назвав таксисту адрес, отвернулась к окну и принялась изучать местность, все-таки замело нас знатно, городские службы даже с расчисткой тротуаров с трудом справляются. Наверное, именно поэтому мне в глаза бросился вход в ночной клуб «Космос», он слишком контрастно смотрелся на фоне окружавших зданий, как будто его в наш городишко приткнули по ошибке. Везли куда-нибудь в областной центр, но уронили по пути.

От мыслей о клубе (ну, если быть честной, то не о самом клубе) стало не по себе. Когда уже в конце концов изобретут средство, которое быстро и безболезненно будет вычеркивать неприятные воспоминания? Я бы купила пару флаконов. Пару десятков флаконов.

Даже жаль, что я не химик…

Кстати, мысль о том, чтобы узнать о том, кто же все-таки стал моим спутником на одну ночь, не посещала меня ни разу. Конечно, я помнила его черты лица и без труда бы узнала на улице, несмотря на все выпитое той ночью, но вот только я очень сомневалась в том, что мы еще когда-нибудь встретимся.

Понимаете, тот мужчина смотрелся в нашем городе так же уместно, как и Илья Владимирович на пассажирском сиденье потрепанной пятерки, которая везла нас в магазин. Пожалуй, единственное место в городе, где мой одноразовый любовник выглядел бы, как в своей тарелке, был «Космос». Наверное, именно поэтому мы там и встретились.

Да и квартира его казалась совершенно необжитой, хоть и вполне современной…

Так, стоп, слишком много мыслей в неправильном направлении, как все-таки хорошо, что мы уже приехали.

Магазин произвел на Илью Владимировича не такое бурное впечатление, как погода, он даже не спросил, что за фирма-производитель у продаваемых вещей (и хорошо, что не спросил, на этот ответ ему бы все равно никто не смог ответить).

Ну, конечно, после подъезда с наркоманами можно было считать, что босс уже прошел первый этап боевого крещения нашим городком.

Выбрать подходящий свитер и куртку, которые начальник тут же отправился примерять, оказалось не сложно, а вот со штанами возникли трудности. Ну, знаете, напряженка в городах типа нашего со спортивными мужчинами, которые, наверняка, выгуливают свое тело в спортзал несколько раз в неделю.

В общем, на поиски штанов у продавщицы и по совместительству моей бывшей одноклассницы Кати ушло достаточное количество времени для того, чтобы засыпать меня вопросами.

«А кто это?», «А почему?», «А ты?», «А как?».

Короче, через пять минут мы поменялись ролями. Катя стояла надо мной и без умолку болтала, я же, молясь богам китайских штанов, искала пакет с нужным размером.

Честно, я от радости ритуальный танец сплясать была готова, когда столь желанная упаковочка попала в мои цепкие ручки.

— Все, Кать, нашла. — поспешила избавиться от навязчивой знакомой и на всех парах понеслась в сторону единственной примерочной, уже через несколько секунд смело потянув в сторону шторку, чтобы передать боссу трофей из рук в руки.

Ну кто же мог подумать, что Илья Владимирович додумается мерить свитер на голое тело.

— Шта… — слова зависли, так и не сформировавшись.

Что я там говорила про мужчин, которые проводят в спортзале несколько дней в неделю, чтобы держать тело в форме?

Так вот, этот мужчина не то, что следил за своим телом, он его, наверняка, еще и погреться куда-нибудь в теплые края вывозил с завидным постоянством. Ну а как еще объяснить этот потрясающий цвет кожи?

На самом деле в сочетании с приятным лицом, карими глазами, чуть взъерошенными темно-русыми волосами (да-да, все перечисленное тоже имелось в наличии), это тело нужно было помещать на обложку какого-нибудь глянца для рекламы дорогого нижнего белья, а не в примерочную кабинку магазина, торгующего вещами со стойким запахом Китая.

— Анна Львовна?

- А, да! Она. Я. Штаны! — да что ж за бред, соберись! — Я вам тут штаны принесла!

— Может, тогда все-таки перестанете чересчур заинтересованно меня изучать и отдадите их? — вскинув бровь, поинтересовался мужчина.

Вот черт, надеюсь, он не подумал, что я на него пялюсь?

— А, да, штаны!

— Спасибо. — Илья Владимирович принял упаковку, но взгляд не отвел. — Хотите остаться и посмотреть на то, как я примерю остальное? — взявшись за пряжку ремня, закончил мысль босс.

Твою ж мать!

— Да ни за что! — выпалила на одном дыхании, после чего развернулась и стремительно вылетела из кабинки.

И только вернувшись в зал, до меня дошло, что буквально минуту назад я успела абсолютно тупо лишиться нескольких десятков очков репутации, которую так старательно себе создавала. Вообще-то по сценарию я должна быть грубой и холодной, а не размазней, у которой едва ли не слюни на пол закапали, при виде голого мужского торса.

Наверное, именно поэтому я уткнулась головой в стенд с шапками и тихо застонала.

Ну а что еще оставалось делать?

Интересно, каковы шансы на то, что Илья Владимирович просто сделает вид, что не заметил, как я умудрилась выставить себя полной дурой?

А вообще, с чего это вдруг дурой… Я, может, на пряжку на его ремне смотрела. Там ведь была пряжка? Да-да, точно помню… Была! Загорелая такая, рельефная… Пряжка!

Черт!

Так, сосредоточиться, выбросить из головы лишнее и оторвать-таки голову от стенда с шапками.

Принять вертикальное положение мне удалось как раз вовремя, Илья Владимирович появился из примерочной буквально через несколько секунд. И, что было самым ужасным, судя по ухмылке, он нифига не собирался делать вид, что не заметил.

Ой, да ну и что! Главное — не обращать внимания.

— Все подошло? — мигом расплылась в улыбке Катя, которая уже успела отметить отсутствие кольца на безымянном пальце босса, а это означало, что буквально несколько мгновений назад мужчина перешел из разряда интересных в разряд чертовски интересных.

— Да, спасибо. — безэмоционально ответил начальник, подойдя к кассе.

А дальше потянулась целая вереница бесполезных вопросов. На фоне остальных мне особо понравился о погоде (Вам нравится наша погодка? Прямо видела в фантазиях, как Илья Владимирович с умилением рассказывает о всех прелестях наших морозов) и о вещах (У наших вещей просто потрясающее качество! Вы оценили? Это вообще актуальный вопрос для человека, костюм которого стоит, наверное, дороже всего этого магазина). В общем, отбиться от Кати удалось не так быстро, как боссу бы, наверное, хотелось, однако я ускорять этот процесс не стала, пусть девушка из него все соки выпьет, мне так спокойней будет.

Однако я опять ошиблась, прогнозируя реакцию мужчины. Кажется, милая светская беседа с моей бывшей одноклассницей, наоборот, придала начальнику бодрости. И да-да, мерзкого огонька во взгляд тоже добавила.

Именно по этой причине я, едва заметив на горизонте машину такси, заняла позицию для низкого старта, чтобы, как только она затормозит, запрыгнуть на переднее сиденье. Так-то, теперь мне не придется ловить насмешливые взгляды в зеркале заднего вида, а там, глядишь, пока мы доберемся до дома, Илья Владимирович и вовсе забудет о маленьком досадном (для меня) происшествии в примерочной.

К счастью, следующий час прошел в мире и гармонии. Тетя Зоя, подруга моей бабушки и женщина, сдававшая квартиру сына, переехавшего в столицу, по совместительству, после обязательного ритуала, включавшего чай с пирожками и разговоры обо всем на свете, повела нас осматривать потенциальную жилплощадь шефа.

На этот раз, правда, роль переговорщика мне не доверили (с чего бы это?). Илья Владимирович все интересующие детали узнавал сам, а тетя Зоя с охотой отвечала, по теме и без.

В итоге, дважды уточнив, нормальные ли здесь соседи, начальник кивнул, заставив бабушкину подругу радостно хлопнуть в ладоши:

— Вот и славно! Заключать этот, как его… — тетя Зоя задумалась. — Договор, вот, будем?

А, ну теперь понятно, почему задумалась. Тетя Зоя и всякого рода договоры были близки примерно так же, как я и, например, культура древнего Египта.

Когда Илья Владимирович уже открыл рот, чтобы ответить хозяйка квартиры решила вдруг продолжить:

— Я вообще-то Анютке доверяю, может, без всех этих бумажек обойдемся? Не привела бы она мне плохого человека домой! Да и меня тут каждая собака знает! У кого хочешь спроси, все ответят, что я честная!

Начальник ответил не сразу, сперва я даже успела подумать, не собрался ли он идти спрашивать у каждой собаки о честности тети Зои, однако, хватило одного взгляда, чтобы понять — размышлял он явно не о собаках. И вот тут-то уже мне захотелось взмолиться, возможно, даже на колени упасть перед бабушкиной подругой, чтобы договор мы все-таки заключили.

Мне даже словами вам сложно передать, сколько хитрости плескалось в глазах Ильи Владимировича! И мне это о-о-о-ох, как не понравилось, но на этот раз озвучить свое мнение не удалось уже мне.

Как вы думаете, кто не дал это сделать? Бинго!

— Ну, раз вы Анне Львовне доверяете, то и у меня сомнений нет! — а сахара-то в голосе сколько, аж тошно!

Что он, блин, задумал?!

— Вот и отлично, милый! — просияла тетя Зоя, и тут я поняла, что мое мнение уже никого не интересует.

А когда Илья Владимирович достал бумажник, сообщив, что хочет сразу же заплатить за три месяца, я и вовсе потеряла всякий авторитет.

В общем, к моменту прощания, когда хозяйка передала шефу два комплекта ключей, он уже успел стать голубчиком. А голубчик у тети Зои — это практически высшая степень обожания.

И как ему это, блин, удалось?!

Озвучивать вопрос, оставшись с боссом наедине, я, конечно же, не стала. Да будь моя воля я бы с ним вообще наедине оставаться не стала, а то сейчас как начнет раздеваться…

Так, кажется, мысли понесло куда-то не туда. Разворачиваемся…

Однако, вопреки моим ожиданиям, когда начальник заговорил, его тон был абсолютно нейтральным, я даже выдохнула с облегчением:

— Анна Львовна, я хотел бы попросить вас организовать доставку моих вещей из гостиницы. — Илья Владимирович посмотрел мне в глаза, и я уже хотела кивнуть, когда вдруг заметила в них уже ставшие столь ненавистные огоньки. — Хотя…

Я что, зря выдыхала?

— Хотя? — уточнила осторожно.

— Хотя лучше я займусь этим сам. Не уверен, что под вашим чутким руководством сюда не приедет чемодан с клоунской одеждой или женским бельем. — видимо, мое лицо в этот момент преобразилось, потому что начальник позволил себе усмешку, которая, однако, быстро исчезла, вновь уступив место серьезности. — На сегодня можете быть свободны, подробности праздника обсудим завтра. И спасибо за квартиру.

Для того, чтобы переварить случившееся, у меня ушло несколько секунд, после которых я все-таки взяла себе в руки, натянула на лицо елейную улыбочку и проговорила.

— До завтра, Илья Владимирович.

— До завтра, Анна Львовна. — мужчина в долгу не остался, ответил не менее приторно сладко.

И теперь мы стояли друг напротив друга, улыбались так широко, что по всем законом логики у кого-нибудь лицо по швам все же должно было треснуть, а у меня в голове тем временем крутился один единственный вопрос:

Это что, война?!