Глава 9

Купцов Леонид Викторович…

Неделя блужданий по этому удивительному мирку в толще льдов вывела меня наконец к огромному рукотворному монстру. Детально разглядеть поросший мхом и оплетённый лианами аппарат было сложновато. Но если брать за основу все упоминания очевидцев и исторические записи о странных летающих тарелках, то передо мной сейчас находилась, судя по конструкции, именно она. Сердце колотилось как ненормальное. Поверить в реальность происходящего было сложно, но чувство предвкушения сметало всякие сомнения.

Обходя по кругу свою находку, комментировал всё, что видел вслух для моего спутника. Назойливый писец, а точнее бабочка-переросток облюбовала мою голову и во время путешествия всегда находилась рядом. А потому была мной окрещена “Пятницей”. Ну а что, я тут, можно сказать, Робинзон на необитаемом острове, и мне положен спутник.

Тем более что назойливое насекомое оказалось полезным. Следя за тем, какие фрукты он с охоткой пожирал, с уверенностью ел и сам. Местные грибочки — вот отведать я так и не решился, особенно те гиганты, что ночью светились яркими люминесцентными цветами. Пусть мой “Пятница” не гнушается перекусить оными, экспериментировать побоялся.

Путешествовать позаповедному мирку было очень любопытно и удивительно. Тут встречалось привычное мелкое комарьё и мошка, а ещё вот такие огромные, как мой спутник, насекомые. Я видел как минимум несколько кузнечиков размером с чихуахуа и огромную стрекозу. Ещё встретил ящериц типа варанов, но больше раза в три, неприятное вышло знакомство. В один из дней невдалеке кто-то рычал. Хорошо, что встретиться с хищниками мне не довелось.

— А это что? — продолжая болтать с мотыльком-переростком попробовал дёрнуть за засохшие лианы.

Ещё в день попадания в этот приемлемый для жизни мирок, умывшись и перебрав рюкзак, хорошенько задумался, решая для себя важные вопросы. А именно как быть дальше? Искать меня точно не станут, об этом говорилось и не раз, да и документы, что подписал на Петровке, снимали ответственность со всех кроме меня.

Одна надежда была на то, что я попал к озеру Восток, о котором говорилось и к месту экспедиции. Тогда я смогу выжить, встретившись с ними тут. Конечно, сомнений хватало, и о месте, куда меня угораздило свалиться, и о ребятах, которые остались наверху и чья судьба мне неизвестна.

— Смотри, Пятница, похоже на люк?

Холодный металл под руками на удивление оказался гладким и там, где я проводил рукой, счищая мусор, тускло поблёскивал. Следов коррозии видно не было, а ведь климат тут довольно влажный. Сердце забилось от восторга. Не было таких технологий в сороковые годы, а значит это, и правда, внеземной аппарат.

Не знаю, что я задел или нажал там, где проводил руками, бок корпуса был абсолютно гладким. А до глубокой бороздки, показавшейся мне границей люка, я ещё не добрался. Глухой щелчок было отчётливо слышно, и я с замиранием сердца, почти не дыша, следил, как герметично закрытый люк с шипением выходящего воздуха, приоткрылся, образовывая щель, а затем медленно опустился вниз, будто приглашая ступить на “ковровую дорожку” и проследовать внутрь.

— Как думаешь, стоит ли зайти? — голос дрогнул, в горле вообще пересохло.

Одно дело искать подтверждения инопланетной жизни, и совсем иное стоять вот так перед мечтой.

— Ну как, идём? — сглотнув, глянул на своего спутника, но мотылёк-переросток вдруг испугавшись, отлетел подальше и явно не планировал возвращаться. — Хм… Вот, значит, как, тогда прощай, мой дорогой друг Пятница.

Первый страх и нелепое смятение прошли, ступив на открытый люк твёрдым шагом, поспешил внутрь. Азарт гнал вперёд: увидеть, изучить, познать наконец тайну. Загорающиеся огоньки заставили вздрогнуть от неожиданности, обругав себя в душе за малодушие, поспешил вперёд по коридору.

Внутренности напоминали корабли из фантастических фильмов. Будто он был построен не другой цивилизацией, а нами, людьми. От неприятной мысли поспешил вперёд. Мне нужна рубка или нечто подобное, чтобы увидеть пульт управления и язык на нём. Но огни привели в медотсек.

По крайней мере больше всего это помещение напоминало высокотехнологичную операционную. Озираясь по сторонам, с трепетом и замиранием сердца подошёл к закрытой капсуле у стены. Выдохнув, будто нырнул в ледяную прорубь, заглянул в оную и замер.

Под закрытым стеклом или пластиком окошком было видно лицо мужчины. Обычного такого мужика: привычные черты лица, высокий лоб, нос, глаза и рот на привычном месте, борода. Некое чувство разочарования скривило рот в усмешке. Вот тебе и внеземные цивилизации!

Пока я разглядывал спящего “инопланетянина”, видимо, опять что-то задел, капсула зашипела и замигала огоньками внутри. Не успел отскочить, как крышка со щелчком открылась, отъезжая в сторону.

— С пробуждением, капитан! — раздалось не понятно откуда, заставляя вздрогнуть и в панике отступая озираться.

Вот уж чего не ожидаешь услышать на “летающей тарелке” так это русскую речь. Чувство разочарования сменилось на всепоглощающую обиду. "Будто у ребёнка леденец отобрали", — догнала запоздала мысль, но ничего поделать с ощущением обмана и разочарования не мог.

— Доложи обстановку, — услышав мужской голос из капсулы, чуть не подпрыгнул.

Что тут чёрт возьми происходит?

— Процесс починки корабля завершён. — отозвался голос непонятно кому принадлежащий.

— Отлично, — выдохнул мужчина и с тяжёлым вздохом сел в капсуле, оглядываясь и разминая верхнюю часть тела.

Наши взгляды встретились.

— Леля, почему на корабле посторонние? — не сводя с меня взгляда, мужчина выбрался из медицинской капсулы, в этом сомнений уже не было, но вопрос задал не мне.

— Исследователь, вреда не наносил, с эко системой вокруг корабля мирно уживался, возможно, ему требуется помощь.

Скупо рапортовал голос.

— На какой мы планете? — уточнил мужчина, крупный, надо сказать, детина, точно более двух метров ростом, с таким лучше не конфликтовать.

— На Земле, — ответил на автомате.

— Мидгард, — отозвался голос.

— Вот же угораздило-то… — выругался мужик, почёсывая растительность на лице. — И что с тобой делать теперь, потомок?

— Простить, понять и отпустить, — выпалил быстрее, чем успел подумать. — А можно узнать? Вы кто и… — обводя взглядом пространство вокруг, пытался собраться с мыслями. — Это ведь космический корабль? Тогда откуда вы и почему язык знаете?..

Вопросы сыпались как из рога изобилия. Видимо, стресс и осознание последних дней, что я живой труп для всех, включая своих дочерей, выплеснулись в вот такой болтливости. На удивление меня не перебивали ни тогда, когда я сыпал вопросами, ни после, когда перешёл на простые жалобы и страхи.

— Стоп, — всё-таки прозвучало от незнакомца, видимо, я ему уже порядком поднадоел. — Что просила в подарок привезти твоя младшая дочь? — подходя ближе, с прищуром недоверия переспросил непонятно откуда взявшийся во льдах Антарктиды мужик.

Подарок? Удивлённо смотря на незнакомца, пытался вспомнить о чём говорил пару минут назад. Вот же ж переклинило меня не к месту, что я тут наболтал?

Сглотнул, некстати пересохло в горле. Хотя так болтать, немудрено. Говорят, люди в одиночестве начинают сходить с ума, им не хватает общения. Слышал даже теорию, что именно речь делает человека разумным. Никогда не вдавался в подробности, но неделя не пойми где с неясными перспективами на будущее, и на тебе, болтаю как ненормальный.

— Подарок? — нерешительно переспросил, не понимая, почему именно этот вопрос услышал от неизвестного мне мужика.

Когнитивный диссонанс, от вида корабля, моих ожиданий и изысканий, вкупе с русской речью, на которой мы, на минутку, сейчас общались, не отпускал, заставляя мозг закипать и плавиться.

— Именно, — кивнул мужчина, всё ещё с подозрением разглядывая мой внешний вид. — Что она просила у тебя, дословно?

— Эм… Гхм… Привези, говорит, мне перо Феникса из чертога Медведя, — прикрыв глаза, вспомнил тот первый раз. Точно, в той просьбе было уточнение чертога или нет?

Помню, меня сильно удивил этот момент, но позже я решил, что она намеренно так сказала в пику сёстрам.

— Неисповедимы пути Сварога! — хмыкнул мужик, явно удивлённый, но и с толикой радости, чтоли. — Так, знать, тому и быть должно! — подытожил он и, осмотрев меня ещё раз с ног до головы оценивающим взглядом, скомандовал: — Иди за мной.

Ну было бы велено, да и интерес-то не ушёл. Где мы, что это за корабль, непонятно кому принадлежащий голос и куда мы идём. Немного напрягало и разочаровывало, что незнакомец говорит на русском, точнее больше смахивает на старославянский говор. Ещё и Сварога приплёл. Но в любом случае мне деваться некуда, а тут загадки и тайны.

Мы вышли, вроде бы, через те же двери, но коридор выглядел иначе. Или это потому, что стало больше света? Меня вела скудная подсветка на полу, а сейчас освещение разливалось будто от самих стен корабля. И что я видел, заставляло сердце ускорять темп. Нет у нас таких технологий! Может, когда-то и были во времена Гипербореи или Атлантиды, но точно не в наше.

Закрытые помещения, мимо которых мы проходили, вызывали зуд в кончиках пальцев. Вот только шарить по кораблю в присутствии хозяина было неправильным. Но и сдерживаться оказалось тоже сложно. Прикоснуться к мечте… А то что я нахожусь на инопланетном корабле я уже верил, всем существом ощущая разрыв в наших знаниях и технологиях.

Если меня спросят, наверное, внятно объяснить не смогу. Это нужно видеть и ощутить, понять по гладким стенам, механике дверей, распределению питания, хотя последнее я просто не видел. Именно вот такие мелочи и нестыковки давали понять, что не на Земле собирали это идеальное творение. И в то же время было во всём увиденном нечто родное, неуловимо знакомое. Будто нечто забытое из детства, необъяснимо родное и давно забытое. Странные ощущения дезориентировали.

— Леля, капсулу починить удалось? — неожиданно заданный вопрос вывел из задумчивости, и я потерял ту неуловимую нить, которую, кажется, потяни и поймёшь.

Оглядевшись, увидел пять пустых ниш, а в шестой была наполовину выдвинутая капсула, наподобие той из медотсека.

— Нет, капитан, повреждения оказались критическими. Было принято решение позаимствовать часть деталей для починки корабля, — всё тот же бесплотный голос ни мужской, ни женский, но довольно приятный, отрапортовал о своих действиях.

— Правильное решение, — кивнул своим мыслям мужчина, почёсывая бороду.

Было понятно, что для него непривычно иметь растительность на лице. Но изучение незнакомца тут же вылетело из головы. Мы оказались в рубке, или командном центре, не знаю, как правильно назвать это грандиозное, по своей сути, помещение.

Беглого взгляда на панель управления хватило понять, мы на инопланетной "тарелке". Но с этой мыслью пришла и странная уверенность: “Руны”. Никогда не увлекался руническими письменами, так почему именно эта ассоциация всплыла в памяти? Может, всё из-за слов незнакомца “Потомки”? Что, вообще, он имел в виду, говоря нечто подобное?

— У меня есть сын, — вдруг заговорил капитан этого судна, я не увидел, что он сделал, но из пола выдвинулась площадка, поднимаясь выше и открывая взору небольшую шкатулку. — Ему давно пришло время жениться, а мне понянчить внуков. Но он от всех невест нос воротил, да шутил мол: не родилась ещё та, кто покорит моё сердце.

Мужчина взял шкатулку в руки, провёл по крышке ладонью. Бережно так, будто ценность великую в руках держал.

— Не хочет — неволить нельзя, — продолжил он, поднимая на меня глаза, ясные, добрые, с нотками печали и радости, — я уж было смирился. Не видать мне внуков, но он вдруг отдал мне шкатулку со словами: “Отдай той, что будет просить его!”. В надежде ждал, что одна из Стратим[3] или Лебёдушек наведаются ко мне, а оно, вон как вышло… Держи, — мне протянули шкатулку, — отдай дочери, раз она искала свадебный браслет сына, значит, ей и быть невесткой.

Озадаченный такими словами, подарок всё же принял. Очень уж настойчиво мне его отдавали. Да и сам факт того, что незнакомец в ворохе вопросов вычленил именно упоминание о пере Феникса, давало понять, он знает, что именно просила Наденька. Вот бы мне ещё разобраться. Откуда у моей дочери запросы такие, что за браслет свадебный?

— Перо Феникса? — решил уточнить, уж больно всё странно и непонятно, будто весь мой путь сюда только ради этой встречи, а конкретно получения подарка для Наденьки, и не простого подарка.

— Из чертога Медведя, — кивнул капитан, снова зарываясь пальцами в бороду. — Это свадебный браслет Пересвета. Не знаючи, твоя дщерь не просила бы его, так что считай, посватали мы детей своих.

Он помолчал, не глядя на меня, осматриваясь и явно уже находясь мыслями далеко от помолвки и других глупостей. Я же пытался переварить услышанное.

— Леля, сколько прошло время с прохода через чёрную дыру?

— Час тому, — отозвался голос.

В рубке он звучал иначе, но стало понятно, что он принадлежит кораблю. Нечто сродни нашему искусственному интеллекту. Для нас это новое направление, которое только разрабатывается, а на космическом корабле неожиданного “будущего родственничка”, вон, прекрасно работает, принимает решения и чинит поломки. А потом до меня дошло услышанное.

— Чёрная дыра? — от волнения аж голос сел. — Как это час тому?

— Всё верно, по галактическому времени прошёл час, так что Ква́нтовая запу́танность и возможные парадоксы уже преодолены. Мы уже можем вернуться, не нарушая привычного течения времени.

— Отличная новость, — отозвался капитан. — Тогда стоит проводить гостя.

Куда проводить? Слишком быстро развивались события с шокирующей информацией, чтобы мыслить здраво и рассудительно. А ещё куча вопросов, которые разрывали голову, но не находили выхода и раздражали. Будь немного больше времени, возможно, я мог бы вдумчиво расспросить, узнать и… Вместо этого в голове стало пусто, и я бездумно сделал шаг к выходу.

— И куда ты собрался? — со смешком уточнил капитан. — Неужто решил тут остаться? А как же подарок дочери?

— А куда? — не понял, окончательно растерявшись.

— Представь место, куда попасть желаешь, тщательно, в деталях, и руку на кристалл положи, в миг окажешься на месте, — мне указали на торчащий на панели управления камень, что мерно мерцал и переливался. — А мне уж, прости, тут не место, и так время упустил, надеюсь, команда не пострадала и спасательные капсулы уже подобрали.

— Постойте, — всё же решился на пару вопросов. — Вы реально из космоса, прошли сквозь чёрную дыру и попали во временную аномалию?

— Верно, — улыбнулся он, будто поощряя.

— И другие цивилизации есть? Но тогда почему с нами не связываетесь? И почему планету нашу Мидгардом назвали?

— Печально, что вы корней своих совсем не помните, — с болью в голосе он покачал головой. — Мидгард испокон веков земля русичей. Да, проиграли вы в войне с кощеями, больно видеть, как измельчал некогда великий народ, забыл своих предков, дела великие и растерял знания.

Новый вздох сожаления ударил под дых. Я так и стоял, раскрыв рот, и не знал, как реагировать.

— Иди уже домой к семье, некогда мне с тобой возиться.

Почти на автомате представил свой дом, гостиную и положил ладонь на кристалл. Может, было бы лучше вернуться на станцию Восток, но слишком много потрясений получил за один день после недели уверений самого себя, что выживу, найду способ вернуться к семье, вот и стала первой мыслью именно семья и дом родной, где ждала меня хотя бы одна из дочерей. Ждала, верила и любила.

____

[3] Стратим (Страфиль) — птица в славянской мифологии, которая считалась прародительницей всех птиц. Согласно преданиям, Стратим жила на море-океане и держала весь белый свет под своим правым крылом. Она олицетворяла самые страшные и разрушительные силы природы.