Глава 2

Отправив побратимов отдыхать, Айварс запер дверь изнутри и, ослабив шнуровку, стянул с рук кожаные наручи. Оба. Тихий стон облегчения сорвался с губ. Нечасто он позволяет себе подобную вольность. Обычно левый он не снимает даже на ночь. Не рискует. Незачем кому-то ещё видеть то, что он скрывает. Нет уж. Об этой тайне даже побратимы его не знают. Вот пусть так и дальше остаётся. А для отвода глаз на левом наруче, в хитро приделанных ножнах находится нож. Его воины искренне считают, что поэтому наручь ярл и не снимает никогда.

Вот только сейчас он немного позволит коже рук отдохнуть, и снова их натянет и закрепит. А всё из-за хлыста. Айварс уже заметил, что как только он им подольше помашет — потом руки под наручами начинает словно жечь. То ли сами кожаные накладки смещаются, то ли шнуровка сдвигается, но боль потом не оканчивается, пока не развяжешь и не поправишь наручи.

Заслышав шаги на лестнице, что нет-нет, да поскрипывала на некоторых ступенях, Айварс принялся облачаться. Минутка позволенной себе слабости окончилась. Перед визитёром, кем бы он там ни был, ярл предстанет как обычно — уверенным в себе, не имеющих слабых мест.

— Ярл, новости есть, — донёсся из-за закрытой двери голос поверенного. Он терпеливо стоял и ждал. Привык, что если он не вовремя, Айварс уже крикнул бы, чтобы шёл прочь. А раз тишина, стало быть скоро дверь откроют и впустят припозднившегося визитёра. Так и получилось.

— Надеюсь, хорошие, — без лишних церемоний, Айварс раскрыл дверь и жестом пригласил своего поверенного зайти, сразу переходя к делу.

— Ну, две — не очень, а одна — хорошая, — устраиваясь на краешке кресла для посетителей, выдал Карл. — С какой начинать?

— Давай с тех, что не очень, — быстро распределил очерёдность Айварс, устраиваясь в кресле напротив поверенного.

— Значит так, во-первых, бабы на тебя обиделись. Вернее — одна, но она подружек подбивает на бунт. Та, чьего мужика ты сегодня у столба по спине расписал. Так что готовься, наверняка с утра заявятся. Или просто пакость какую сделают. Они пока не определились, — поморщился Карл. Не любил он глупых баб, а тут, на этом острове, таких — через одну. Прям как специально их собирали. Хотя, может так оно и было. Остров-то был специфичным, так что…

— Охране на выходе шепнёшь о возможном бунте или заговоре женщин, и можно об этом забыть, — усмехнулся Айварс. У него достаточно людей, чтобы на всём острове бунт подавить, не то, что горстку женщин к ответственности призвать. — С глупцами я возиться не собираюсь. Вот если б она сама ко мне с претензиями или вопросом пришла, то я бы лично всё уладил. А так, если с глупости начнёт, то — сама себе враг, значит.

Ярл нарочно проговаривал это вслух, чтобы юный помощник понимал почему Айварс поступил так, а не иначе. Повышенное чувство справедливости и преданности Карла в принципе не требовали подпитки, но Айварс по себе знал, как хрупко доверие, даже такое безграничное, как у его поверенного.

— Вернулись наши лазутчики с острова справа. Сказали, что по твоему описанию девушек там нет, — Карт опустил голову, будто сам был виноват. Не любил он огорчать ярла. А тут снова неудача с поисками.

— Вот и хорошо, — грустная улыбка чуть изогнула губы ярла. — Мне там ярл понравился, толковый. Не хотелось бы с ним воевать. Тем более, что с соседями лучше жить мирно. Ну, давай уже свою хорошую новость.

— Так Надья поужинать зовёт, — шалая, довольная улыбка выползла на лицо Карла, и оно будто засияло. Светлые кудряшки были к лицу этому пронырливому, худому юноше. Странно, что за ним ещё девушки не увиваются. Хотя, с его-то воспитанием, не особо это удивительно… — Говорит, что если ты сам к ней не спустишься, твою порцию скормит собакам.

— Так чего ж ты с этого не начал? — Айварс не верил, что главная кухарка исполнит свою угрозу, но всё же понялся на ноги и вознамерился уже и Карла вытолкать из кабинета, но тот ретировался быстрее, не желая, чтобы его за шкирку выволокли прочь.

Несмотря на поздний час, на первом этаже, в противоположной стороне от кабинета, в кухне ещё горели факелы. Помощников ещё крепкой, но уже немолодой женщины видно не было, спать отправились, а вот сама хозяйка, заведующая кухней и работниками в этом доме, всё ещё была на ногах.

— Коль разонравилась моя стряпня, так и скажи, — тут же бросила упрёк кухарка, подбоченившись. Крепкие руки упёрлись в пухлые бёдра, скрытые тёплым, невзрачного цвета платьем и белым фартуком. Им она особенно гордилась. Всё же подарок ярла!

Айварс сперва не хотел дарить нечто такое маркое, но послушал совета Акке, и всё же вручил презент Надье. Она сперва отказаться хотела, но после того, как Айварс пригрозил, что тогда в печь бросит, и дело с концом, решение своё переменила, и теперь носила с гордостью. А подобные мини-ультиматумы, скорее подтрунивающие, чем обидные, стали визитной карточкой их общения. — Чего есть не идёшь? Всех уже накормила, спать собралась, а тебя всё нет и нет.

— Не серчай, Надья, — Айварс по-простому, не требуя сейчас к себе особого отношения, уселся за кухонный стол, показывая, что готов к трапезе. Ещё и Карлу дал знак, чтобы присоединялся, — занят был.

— Знаю я как ты был занят, — пробурчала Надья, — сперва мужа Марфы выпорол, потом со своими подхалимами болтал. Вот чего вы там нарешать можете? И этот твой, шастает, — кухарка поварёшкой указала на Карла. — Там постоит, тут пристроиться, по всему острову успевает прошвырнуться. Ежели надо чего узнать, так ты лучше у меня спроси, чего мальчишку зазря гонять?

— А ты мне прям так и расскажешь всю правду? — усмехнулся ярл, набирая в ложку мясную похлёбку, от запаха которой кружилась голова, так она божественно пахла. Иди это от голода?

— А чего ж не сказать? Ты ко мне с добром, так и мне есть чем ответить, — Надья наполнив тарелку для Карла и для себя наконец-то уселась напротив мужчин. — Расскажи, чего ищешь, может и подскажу где это спрятано.

— Девушку я ищу, — Айварс взглянул в глаза кухарки, что, видимо, и правда много чего знала. — На полголовы ниже меня, длинные светлые волосы, глаза голубые, губы пухлые, сама стройная. Угнали её в рабство. Ищу уже давно, но пока не нашёл.

— Так ты её не найдёшь, — весомо обронила Надья, после чего отправила в рот первую ложку похлёбки. И лишь когда прожевала да проглотила, продолжила говорить. — Таких, как ты описал, было не особо много, всего десятка полтора за всё время, но их тут же продавали и увозили. Я всего лишь раз или два успевала их покормить. Покупатели за таких беленьких у нас даже дрались, мужикам из охраны приходилось разнимать. Потом ребятня монетки по пристани бегала собирала. А там-то, видят боги, и глянуть не на что — так-то красивые конечно, но после долгого плавания на драккаре, худющие, грязные. Хотя тут им потом давали возможность помыться. Но не все на это решались.

— Почему? — задал вопрос Карл, который от любопытства только что не подпрыгивал на своей табуретке.

— Так какая же приличная девушка при мужиках мыться-то будет? У нас же охрана стояла везде, чтобы никто пленниц не умыкнул, — уменьшая уровень похлёбки в миске, не спеша выдавала информацию кухарка. — А охрана, само собой, только мужчины. Другой у нас не водилось, да и у вас, как я посмотрю, тоже.

— Неужто ваш прежний ярл не позарился ни на одну из таких красавиц? — не удержался от вопроса Айварс который всё не мог определиться, радоваться ему полученной информации, или всё же огорчаться.

— Ой, что ты! — Надья махнула рукой. — Он жаден был до невозможности. Я даже слышала, что когда мало девиц удавалось привезти, он и наших пытался продать. Если родители или браться не досмотрели, всё, могли своей дочери и сестры больше и не увидеть. И такое было. Так что себе ярл никого не оставлял. И он был больше до зрелых женщин охоч, как я слышала. К счастью, до меня лишь слухи доходили, а сам ярл даже как звать меня не знал. Не интересно ему было, а я и не горевала по этому поводу.

— Может и про покупателей ты чего расскажешь? — Айварс не особо надеялся на положительный ответ, но спросить посчитал нужным.

— Только одно знаю, это были не викинги, — ответила Надья, зачерпывая последнюю ложку похлёбки и отправляя её в рот. — Викинги их сюда только свозили, а покупатели были не из них.

— Что ж, стало быть, не суждено нам быть вместе, — Айварс отодвинул от себя опустевшую тарелку. — Спасибо тебе, Надья, и за вкусный ужин, и за ответы. Тебе если чего нужно будет, не стесняйся, говори, мне всё передадут.

Надья лишь кивнула на слова ярла, но когда он и Карл выходили, до них донеслось тихое пожелание: «Пусть боги пошлют нам всем терпение, мудрость и тихую ночь».