Глава 70

Внутреннее чутьё Айварса буквально орало, чтобы он оканчивал свой балаган и немедленно занимался проблемой с женой. Ведь по сути, в членах свой команды он был уверен — если бы хоть кто-то из них решил переметнуться на чужую сторону, пока ярл был беспомощным, не стали бы ждать, а просто прикончил, и дело с концом. Но нет, Айварс жив и, более того, сейчас сам видел и слышал, как радуются ему члены команды. Так чего тянуть?

— Поговорить бы с этим Матсом без лишних ушей, — бросил Айварс, даже не поворачиваясь в сторону Акке. Уверен, что побратим его услышал, и что-нибудь придумает.

— Слаб ты ещё, ярл, — громче, чем надо, заявил Акке, нарочно схватив Айварса за предплечье, вроде как удерживая того от падения. — Давай помогу, пойди отдохни. До завтра сил наберёшься как раз. Домой прибудем — они тебе понадобятся.

Айварс ничего не ответил, лишь согласно кивнул.

Как Акке и задумывал, практически все обратили внимание на его слова, но почти никто так и не узнал, что Айварс их «не помнит», и это было не так уж и плохо, как посчитал Акке. Незачем баламутить парней зазря. Если память до возвращения на остров не вернётся, тогда можно будет команду и просветить на этот счёт, а если вернутся, то и хвала Богам, меньше объяснений придётся делать.

— Садись, вот так, — Акке заботливо помог побратиму удобнее устроится на тюфяке. — А я пойду Матса к тебе отправлю, и Орику пока отвлеку. Что-то совсем она пригрустила. Сказал ей, что не узнаёшь?

— Не успел. Орика сама себе надумала разного и обиделась, — честно ответил Айварс. — Она так быстро убежала, а я не мог даже сам встать, чтобы догнать и объяснить ей всё. Может ты ей скажешь, что…

Айварс отчего-то вдруг смутился и не захотел говорить, что не поцеловал свою жену, хотя мог. Но Акке, видимо, понял что-то для себя и просто вышел из-под полога. А вскоре зашёл Матс.

— Тебе, наверно, сказали уже, что я не помню ничего, — без расшаркиваний заговорил Айварс.

— Да я так и понял, что с тобой что-то не так, — грустно усмехнулся Матс. — Твой взгляд всё выдал. А потом ещё и Орика обронила, что разонравилась тебе. А этого точно быть не могло. Уж я-то видел… Да что я? Все ярлы видели, как ты со своей ирли восхищённый взгляд не сводил, как ей позволял говорить на ровне с собой. А когда увидел её раненную, клянусь, думал её обидчиков просто на куски порвёшь! Такой у тебя был вид и взгляд. А тут вдруг — разонравилась. Ха! Чушь это!

— Наблюдательный. Молодец, — похвалил Айварс. — А теперь напомни-ка мне, о чём мы с тобой договаривались. Акке сказал, что завтра уже домой прибудем, а когда память вернётся — ещё неизвестно. А я так понимаю, дело у нас было срочное. Так что рассказывай и будем думать — что и как делать будем дальше.

Сперва Матс вкратце рассказал, что Айварс озвучил на тинге, а потом не просто рассказал о том, о чём они договорились, но и личный экземпляр договора достал из внутреннего кармана своей одежды и протянул Айварсу, как доказательство.

— Я не смогу сейчас это прочесть, — отказался от доказательства на бумаге Айварс, не объясняя подробности. Тем более, что Матс ни словом не соврал, ничего не приукрасил и не изменил. Всё рассказал, как они с ним и договаривались ещё на земле конунга. — Но у меня остался ещё один вопрос.

— Какой? — взгляд Матса был открытым, с искрами любопытства.

— Я заметил, что ты кружишься возле… сказали, что это жена моя. Орика. Так зачем? — Айварс специально так выстроил свою речь, чтобы поддержать впечатление, что он и вправду потерял память.

— О, не беспокойся, — ярко улыбнулся Матс и, вопреки ожиданию Айварса, не отвёл взгляд. — Я её просто по-дружески поддерживаю и… засыпаю вопросами о женских премудростях.

— Это о каких же? — Айварс нахмурился и попытался сесть немного иначе. Всё же ранения ещё давали о себе знать, и он даже задумался о том, что зря так много времени проводит сидя. Ему б ещё лежать и лежать. Но деятельная натура этому противится изо всех сил. Так что ему остаётся только почаще менять позу своего тела.

— Понимаешь, — весь вид Матса показывал, что ему стало неловко. Он даже позабыл, что волосы стянуты шнурком в хвост, и попытался растрепать их на макушке, — как я говорил, мне понравилась дочь конунга. Но так как она, похоже, влюблена в своего раба, но при этом и меня не отталкивает, я не знаю как к ней подступиться. Вот и выспрашивал Орику, может он что подскажет? Ведь они с Катарой примерно одного возраста и положения. Только Орика всё же мудрее. Тебе с ней очень повезло. Но не думай, что я хочу у тебя её увести. Да твоя ирли и не смотрит ни на кого, как на мужчин, максимум, как на друзей или на братьев.

Слова Матса согрели душу Айварса, и он даже выдавил из себя усталую улыбку, чуть завалившись набок, но всё же удержался, облокотившись на руку.

— Ты ложись, отдыхай, — посоветовал Матс, — а я пойду. И не переживай, вас не брошу, пока не доберёмся до твоего острова. А там переберусь на свой драккар. Слышал, что ты недоволен, что чужаки на твоём драккаре хозяйничают. Но тут уж извини. Я обещал помочь, и слово намерен сдержать до конца.

— Я подумаю над нашим соглашением и о том, что можно сделать с упрямством конунга. Утром поговорим, — Айварс не стал сдерживать зевок. — И, будь добр, позову Орику. С ней бы тоже поговорить, пока она глупостей не надумала ещё больше.

— Я позову, — Матс вздохнул и оставил Айварса одного. Но сколько бы Айварс не ждал, Орика к нему не шла. Окончательно устав бороться с болью в теле, Айварс лёг на тюфяк, аккуратно вытягивая ноги, чтобы устроится по возможности ровно. Гоняемые мысли и усталость взяли своё и он уснул. И лишь проснувшись утром, понял, что Орика так к нему и не приходила.