ГЛАВА 7

Какое-то время растерянно озиралась по сторонам. Куда они могли деться?

– Рэй!

Мой голос глухо пронесся над садом и утонул в тишине тайги, находящейся в непосредственной близости от участка. Ответа я не получила. Хмурясь, двинулась к воротам и осторожно выглянула из-за забора, хотя и сквозь него все было прекрасно видно: хлипкие доски имели отверстия между собой шириной в ладонь.

– Рэймонд!

Соседка, чей дом располагался слева, в каких-то тридцати футах, с любопытством поглядывала в мою сторону. Я приветливо махнула ей рукой, и женщина, вмиг изменившись в лице, спряталась за сохнущей простыней. Странные люди, а Рэй говорит: “Обычные, как и я!”. К слову, сам-то он выглядит простым человеком, но кто знает, кем является на самом деле.

Вообще, пока я около получаса стояла во дворе в ожидании мужа, много мыслей было в моей голове. Сначала я решила, что Рэй и Флорик вместе запили. Может, колдырят с утра в трактире у Гарэка, кто их знает? Ну а что? Я не знаю, употребляет ли алкоголь мой супруг. Потом я поняла, что Рэймонд не похож на человека, который будет заливать глотку дешевым пойлом в компании сомнительного собеседника, и в этот момент мое сердце взволновалось.

Воздух вокруг сгущался, со стороны тайги потянуло прохладой и неприятным запахом сырости. Серое небо затягивала иссиня-черная дымка, предвещающая дождь.

– Рэймонд! – закричала я во весь голос, но, снова не получив ответа, вернулась в дом. Придет, никуда не денется. Главное, чтобы успел до заката, а то я, несмотря на отсутствие полнолуния, схоронюсь в подвале.

Ни о каких спокойных делах и речи быть не могло. Я хваталась то за стирку, то за тряпку для пыли, то за овощи, чтобы сделать салат. Огурцы падали из рук, соль просыпалась, а на каждый шорох со стороны улицы я бежала к окнам.

Наконец, когда уже начало темнеть, а я совсем отчаялась, во дворе скрипнули ворота.

– Рэй! – с улыбкой до ушей я кинулась к двери, выскочила из дома и, разглядев в сумраке мужа, бросилась к нему на шею. – Я так испугалась! Где ты был?

– Авелина, – тяжелая ладонь похлопала меня по спине. – Позволь представить тебе наших гостей.

Я испуганно отпрянула от мужчины. Мало того что весь день где-то шлялся, что я чуть с ума не сошла, еще гостей привел… в мой дом!

– Добрый вечер, – улыбнулась я молодой паре, лет тридцати на вид, прячущейся за спиной Рэя.

Светловолосая девушка в круглых очках вышла вперед и протянула мне руку:

– Мое имя Юлия, а это мой друг и коллега – Торин. Торин, поздороваешься с хозяйкой?

Торин, с послушностью ребенка детсадовского возраста, помахал мне обеими руками, широко улыбаясь.

– Прошу в дом, – Рэймонд придержал входную дверь, пропуская гостей вперед. Когда я двинулась вслед за ними, муж шепнул мне на ухо: – Первые постояльцы. Заплатили за месяц вперед.

– За месяц? – одними губами переспросила я удивленно. Я планировала развивать гостиницу в будущем, но не думала, что работа начнется так скоро!

– Вы не переживайте, – начал Торин, осматриваясь в гостиной. – Мы не доставим вам хлопот. Готовить будем сами, да и в доме планируем только ночевать, а иногда даже не каждый раз.

– Завтра мы уйдем в поход, – подтвердила Юлия. – Говорят, местный лес полон тайн и загадок, хотим убедиться в этом лично.

Я только успела в ужасе открыть рот, как Рэймонд до боли сжал мои пальцы в своей руке. Я со свистом втянула воздух сквозь зубы, зло глянула на мужа и прикусила язык: в его глазах ясно читалось: “Молчи”.

– Тайны, да… – неуверенно пробормотала я. – Сказки все это, но если вам так хочется…

– Мы готовились к экспедиции больше года, – отозвался Торин, давая понять, что отговорок слушать не станет.

Я, не без грусти, мысленно попрощалась с милой парочкой новоиспеченных исследователей. По их горящим от восторга глазам ясно же, как белый день, что они впервые на серьезном задании! Может быть, даже самостоятельно, а не от университета. И это вдвойне хуже: в случае чего их и искать никто не станет.

Торину и Юлии досталась уютная комната в конце коридора на втором этаже. Уборку в ней я не делала. Рэймонд извинился, сказал, что мы не планировали встречать постояльцев так скоро, но молодые исследователи мистических лесов отмахнулись:

– Не о чем волноваться. Что мы, пыли не видели?

Проводив гостей, я утащила мужа на кухню.

– И где ты их нашел?

– В городе. Бродили по улицам в поисках жилья. Слышали когда-то, что в Глэйворке есть гостиница, но работает ли она, не знали. Я услышал, как Торину отказывают в ночевке в одном из домов, и пригласил к нам. Деньги, кстати, тебе. Дом же твой, – мужчина вытащил из кармана пачку хрустящих купюр, и я обрадовалась, что живу в гостинице. Пятьсот фунтов за месяц! Такими темпами я за несколько лет накоплю на неплохую квартиру в центре Вэйердака.

Купюры спрятала в бюстгальтер, за неимением карманов в лосинах. Рэймонд хмыкнул, но ничего не сказал.

– С постояльцами все ясно. Ты где был? Я в обед вышла, но ни тебя, ни Флорика во дворе не было. И сорняки нетронуты!

– Оказалось, что Флорик не работать пришел, – мужчина подвинул к себе стул и сел, поставив его спинкой вперед. – Ночью случилось кое-что неприятное, что я объяснить не могу. Да никто не может, что уж…

– Убили кого-то? – ахнула я, сразу хватаясь за самую страшную мысль.

– Вроде того.

Я осела на пол, подтянула колени к груди и доверительно всмотрелась в лицо супруга:

– Ты весь день помогал прятать труп?

– Что?.. Боги с тобой, Авелина! Ну какой труп? Ночью у всех, кто держал куриц, птица вымерла. Хворь какая-то скосила, и чтобы она не распространилась, пришлось собирать всю куриную братию и уносить далеко за город, где мы ее благополучно сожгли. Проблема в том, что неясно, какая зараза прицепилась к птицам и как она действует на людей. Вспышек заболеваний пока не обнаружилось, мы опросили некоторых соседей, но кто знает, что случится через день или два.

– Но если курицы заразны, то и вы с Флориком заболеете!

– В моей аптечке есть некоторые снадобья, они мне помогут. Но их не хватит надолго, и пока причина вымирания всего поголовья неясна, из дома лучше лишний раз не выходить.

– Я и не собиралась, – вздрогнув, я покосилась на черноту за окном. – В Глэйворке даже днем как-то не по себе.

– Торин и Юлия завтра уйдут в тайгу на несколько дней, запремся и проведем это время за приятными книгами. Читать любишь?

– Вообще-то, – задумчиво пробормотала я, стараясь совладать с волнением, – ты здесь местный, тебя ни кикиморы, ни зелигены не тронут… А Торин и Юлия в опасности.

– Это их выбор. Сюда веками съезжаются ученые со всего света.

– Эти двое еще не понимают, во что ввязываются, Рэй! Я своими глазами видела зелигена, и, поверь мне, я едва коньки не отбросила! Немало исследователей сгинуло в тайге Глэйворка, и мне бы не хотелось, чтобы наши первые постояльцы жили в этой гостинице первый и последний раз. Они должны побродить по тайге, понять, что ничего необычного там нет, и спокойно уехать домой.

– Авелина, в эту тайгу даже я лишний раз заходить не люблю. Ты же не хочешь сказать, что…

– Хочу. И пусть мне дико страшно, но в твоей компании с нами ничего не случится. Рэй, мы должны проводить их и помочь вернуться.

– Жалеешь незнакомцев? – спустя минутную паузу спросил мужчина.

– А ты нет?

– Немного. Но это их выбор.

– Они наверняка думают, что легенды о Глэйворке – глупые сказки, и приехали сюда, чтобы доказать это. Но я уже знаю правду и не могу позволить ребятам так рисковать.

– Авелина, – муж со вздохом взял мои ладони в свои и нежно сжал их. Я подозрительно покосилась на его руки и заглянула ему в глаза. Рэймонд казался усталым. – Помимо Торина и Юлии в этой гостинице совсем скоро… ну или не скоро, а когда ты захочешь, каждую неделю, а то и чаще, будет проживать от десяти до двадцати любителей пощекотать себе нервы. В моем детстве было именно так. Гостиница никогда не пустовала – выезжали одни, приезжали другие. Многие пропадают, а те, кто возвращается из тайги, бегут из Глэйворка вперед поезда. Сейчас ты переживаешь за этих двоих, но вскоре перестанешь считать постояльцев.

– Если так много исследователей приезжают сюда, то где они все прямо сейчас?

– В тайге, – Рэй пожал плечами. – Спят в палатках, еду готовят на кострах. Ни одна семья в этом городе не сдаст комнату в своем доме, и гостям Глэйворка приходится ночевать где придется. Торину и Юлии повезло, что я их встретил. Чаще всего ученые не делают ничего особенного, чтобы докопаться до истины этих мест, и зелигены не обращают на них внимания. Но когда чужак забредает вглубь тайги, спасти его уже сложно. Духи никогда не нападают самостоятельно, подсылают хищников. Думаешь, легко убежать от разъяренного медведя или стаи голодных волков? Нелегко, и не всем удается.

– Тайга и без всяких зелигенов опасна, – проворчала я. – Голодные звери есть повсюду.

– Да, но только здесь они целенаправленно ищут того, кто не угодил зелигену. Если в обычной тайге встреча с медведем происходит совершенно случайно, то в этой – нет.

– Но они такие милые, – выдохнула я расстроенно. – Рэймонд, скажи им, что в лесу опасно! Или пойдем с ними. Пойдем? Всего-то на несколько дней.

– Вчера ты просила переночевать в твоей комнате, потому что боишься оставаться одна. Сегодня готова пойти в тайгу с ночевкой в палатке. Что с тобой не так?

– Гормоны, – отмахнулась я, не желая признаваться, что, будь моя воля, я бы каждого несмышленого путника за ручку от бед уводила. Доброта, она рождается вместе с человеком, и избавиться от нее не так-то просто. В конце концов, желая всем помочь, человек сгорает. Но я не могла по-другому, не могла и все!

– И ты не боишься?

– Боюсь. Но ты ведь будешь рядом? При тебе меня не тронут, Торина и Юлию тоже.

– Не могу этого обещать.

Я поднялась на ноги и подбоченилась:

– Значит, мы пойдем с ними, да? Постараемся как можно скорее убедить глупцов, что в лесу нет ничего мистического, и увести в гостиницу. Пусть дышат свежим воздухом, жарят мясо, отдыхают от городской суеты и радуются жизни. Спокойный отдых с пользой для здоровья, куда лучше перспективы быть разодранным медведем.

– Я могу отказаться?

– Тогда я пойду одна, – хмыкнула я не без страха. Шантажировать не умела. Что, если Рэймонд возьмет и откажется? Тогда мне ведь и правда придется идти одной!

– Мне тебя еще дяде представлять, желательно живой, – обреченно покачал головой мужчина. – Я составлю тебе компанию, но потом не жалуйся.