Глава 12

Тарглан

Эйрдан развернулся и ушел, оставив нас в спальне наедине.

Девчонка глядела на меня настоящим волком. Ее испепеляющий, полный дикой ненависти взгляд почему-то сводил меня с ума, будоража новые, совершенно неизведанные доселе чувства. Обычные столичные девицы не смели не то чтобы перечить мне – они боялись даже поднять глаза, всегда оставаясь податливыми, покорными и скучными. А эта фурия за один вечер вымотала меня больше, чем осада целого города.

– Что уставился, чешуйчатый? – злобно, по-змеиному прошипела Райенна, дергаясь в кресле.

– Да так. Любуюсь трофеем…

Я неторопливо развалился на огромной кровати, не сводя с иноземной принцессы тяжелого, хищного взгляда.

Она была по-настоящему красива. Пышные волосы в беспорядке разметались по плечам и спине. Ее грудь, зажатая в жесткий корсет, часто и прерывисто вздымалась. Изодранное светлое платье повторяло каждый изгиб ее точеного тела и почти сливалось с бледной, фарфоровой кожей. А на щеках полыхал яркий румянец гнева.

Решив, что игра в гляделки подзатянулась, я захотел налить ей вина. Лениво встал с покрывала, отвернулся к столику и тут же краем глаза уловил смазанное движение. Драконьи рефлексы сработали быстрее мысли: я мгновенно качнулся в сторону. И вовремя. Остро заточенный стилет, который эта зараза умудрилась стащить с подноса, со свистом пролетел мимо моего уха и со звоном вонзился в дубовую панель стены.

Не раздумывая ни доли секунды, я метнулся к ней и жестко перехватил ее руки, снова стягивая их за спинкой кресла.

– Отпусти! Гад! Я все равно тебя прикончу! – визжала она, отчаянно брыкаясь.

Закончив с тугими узлами, я не стал отходить. Навис над ней, опершись обеими руками о подлокотники. Наши лица оказались так близко, что мы почти касались друг друга носами. Мы оба тяжело дышали.

– Дикарка, – искренне восхищенно усмехнулся я.

– А ты… ты просто животное!

Она с вызовом вздернула подбородок, качнувшись в мою сторону. Но этого было более чем достаточно.

Сдержанность никогда не была моей добродетелью. Не раздумывая, я грубо впился в ее губы. Райенна не ожидала такой наглости и не успела стиснуть зубы, чем я тут же воспользовался, властно скользнув языком внутрь. Я даже не закрывал глаз, с упоением наблюдая за ее реакцией.

Принцесса возмущенно замычала, попыталась отстраниться, вжаться в спинку кресла, но я последовал за ней, прижимая своим телом. Она дергала головой из стороны в сторону, пытаясь разорвать контакт, но я жестко зафиксировал ее лицо широкой ладонью. Мой язык по-хозяйски, подчиняя, исследовал горячую глубину ее рта. Райенна зажмурилась, со свистом втягивая воздух носом. Это отчаянное, почти звериное сопротивление возбуждало меня, дурманя голову похлеще любого вина.

В какой-то момент эта чертовка резко сомкнула зубки, с силой вцепившись мне в язык. Я глухо зарычал, перехватил ее за челюсть и больно надавил пальцами на точки у основания скул. Ей поневоле пришлось разжать зубы.

Я чуть отстранился, тяжело дыша, но наши губы все еще соприкасались.

– Давай. Сопротивляйся мне. Еще сильнее, – хрипло, прямо в ее искусанные губы прошептал я. – Чем больше ты брыкаешься, тем больше это меня заводит.

И я снова обрушился на нее поцелуем – на этот раз менее грубым, но таким же властным. И в этот раз Райенна вдруг сдалась. Она не отталкивала меня, не визжала, лишь часто дышала. Моя свободная рука плавно скользнула по ее бархатной коже к хрупкой шее и собственнически сжала ее.

Я услышал ее прерывистый испуганный вздох.

С невероятным усилием воли заставил себя оторваться от этих манящих губ. Заглянул в расширенные зеленые глаза. В них полыхал сумасшедший коктейль из ненависти, первобытного страха и смущения. Запах Райенны сводил меня с ума, это был свежий, сладковатый аромат каких-то ночных цветов. Мои новообретенные звериные инстинкты орали в голос. Мне хотелось разодрать это белое платье в клочья и взять ее прямо здесь, на полу.

– Я… я все еще голодная! – вдруг невпопад, хриплым голосом выпалила она.

Эта совершенно неуместная фраза вызвала у меня искренний приступ смеха. Наваждение чуть отступило. Я отстранился, подошел к стене и с хрустом выдернул ее стилет из дерева. По-свойски развернув стул, плюхнулся на него верхом прямо напротив девчонки. Наколол на острие лезвия несколько сочных виноградин и медленно поднес к ее чувственному, припухшему после поцелуев рту.

Райенна не сводила с меня настороженного взгляда. Секунду помедлив, она послушно разомкнула губы и, стараясь не порезаться, сняла с лезвия ягоду. Смотреть на то, как эта гордячка ест с моего ножа, заводило больше, чем само соитие.

– Еще? – тихо, обманчиво ласково проворковал я.

Она коротко кивнула.

Накормив ее, я до краев наполнил кубок вином и поднес к ее губам. Девушка жадно запрокинула голову, выпивая тяжелое вино почти залпом. Несколько алых струек предательски сбежали по ее тонкой шее, скрывшись в ложбинке между грудей.

Даже не размышляя над тем, что делаю, я подался вперед и языком слизал винные капли прямиком с ее нежной кожи, остановившись у самого края корсета.

– Вкусно, – рыкнул я ей на ухо.

– Мерзко, – дернулась она всем телом. – Либо сделай уже то, ради чего ты все это затеял, и отпусти меня, либо брось в темницу к остальным. Сил моих больше нет на эти твои игры!

– М-м-м… нет! – откинулся я на спинку стула, растягивая слова в предвкушающей усмешке. – Я придумал для дочери своего кровного врага куда более интересный план. Я буду долго мучить тебя. Каждую ночь и каждый день. За один раз ты от меня не отделаешься, принцесса. И когда именно я тебя возьму – решать буду только я. Думал сделать это сегодня, но нет, а то получается слишком просто. Я помучаю тебя неопределенностью. Дам привыкнуть к присутствию зверя, а потом заберу с собой в Арлингейд. Ты станешь моей личной добычей. Моим самым дорогим трофеем.

– Нет! – в панике выдохнула она, резко побледнев. – Ты не смеешь так поступить! Лучше убей меня прямо сейчас! Казни на площади!

Откинув голову, я наслаждался моментом.

– Как же мне нравится твой страх, Райенна. Значит, я выбрал абсолютно правильное направление.

Я снова подался к ней, понизив голос до интимного шепота:

– А знаешь, что именно ждет тебя в моем королевстве?

Девушка затравленно замотала головой.

– В Арлингейде я дам тебе испить один чудесный эликсир. Я хочу своими глазами посмотреть, как плюющаяся ядом дикая тигрица превращается в покорную, безумно похотливую кошку. Ты будешь умолять меня прикоснуться к тебе. А я буду поить тебя этим зельем каждую ночь, пока ты не забудешь свое имя.

– Разучился добиваться женщин без насилия или магии, ублюдок? – Она сорвалась на крик. – Оно и понятно! Нормальная девушка на такое чудовище даже не взглянет! Ты же просто чешуйчатый дракон! Тупой, жестокий зверь! Спать с тобой – это больное извращение! Ты…

Договорить я ей не дал. Вместо этого жестко заткнул ей рот новым поцелуем: злым, собственническим и наказывающим за дерзость. Я безжалостно кусал ее губы, сплетаясь с ее языком. Райенна глухо вскрикивала, мотала головой, пытаясь увернуться, но я раз за разом ловил ее губы, вдалбливая ей в голову мысль о том, кому она теперь принадлежит.

Резкий, громкий стук в дубовую дверь прервал нас.

– Еще раз, – процедил я сквозь зубы прямо ей в лицо, тяжело дыша, – еще хоть один раз ты назовешь меня тупым зверем, и я обещаю: я им стану. Специально для тебя.

Мое сердце в груди клокотало от ярости. Эта дурная девчонка своими оскорблениями реально дождется того, что я обращусь в ящера и попросту сожру ее.

Я резко отстранился, поправил сбившийся ворот рубашки и быстрым шагом вышел в коридор. За дверью переминался с ноги на ногу мой генерал с пачкой свежих донесений. Весь город был полностью подконтролен нам. Предстояло подписать кучу военных распоряжений, расставить на ключевые посты своих офицеров и назначить наместника, так как часть армии мы оставляли здесь.

Но сначала нужно было решить судьбу правящей верхушки: ее сводного брата и матери. Это не казалось сложной задачей. Публично казнить обоих, чтобы обрубить старую династию на корню и избежать будущих восстаний. Но перед эшафотом я просто обязан был пообщаться с Дорганом лично.

Я стремительно спустился в насквозь пропахшие сыростью и мочой подземелья.

– Мои люди никогда не встанут перед вами на колени! Вы не сможете удержать город, ящерицы! – визгливо орал бывший король, тряся прутья решетки.

Я с усмешкой зашел в его камеру, жестом отпустив конвой.

– С тобой и твоим гарнизоном мы расправились за один день, Дорган, – лениво бросил я, разглядывая его испачканную парчу. – Поверь, удержать толпу крестьян будет еще проще. Достаточно того, что они видели драконов.

– Ты убьешь меня? – Он криво хмыкнул, пытаясь изобразить храбрость, но его руки предательски тряслись. – Конечно, убьешь. Запер меня, как крысу. Но если ты не трус, арлингейдский ублюдок, ты мог бы последовать старой традиции королей и сразиться со мной один на один!

Я посмотрел на этого тщедушного выскочку и громко, раскатисто рассмеялся, запрокинув голову.

– Во внутренний двор его! – приказал я появившейся из темноты страже и вышел из камеры.

Пока Доргана вели по коридорам наверх, он брыкался, плевался и сыпал такими отборными проклятиями, что даже видавшие виды тюремщики брезгливо морщились.

Когда мы вышли на освещенный факелами внутренний двор цитадели, я без лишних слов начал стаскивать с себя одежду, бросая ее прямо в пыль.

– Ты что удумал, извращенец?! – Дорган в ужасе попятился от меня, озираясь на смыкающееся кольцо моих гвардейцев.

– Я? Исполняю твое последнее желание, – размял плечи я. – Ты хотел честного поединка, согласно древним традициям. Я дам его тебе.

Оставшись лишь в одних штанах, я выхватил из ножен ближайшего гвардейца тяжелый боевой меч и небрежно кинул его прямо под ноги Доргану.

Мои солдаты молча расступились, образуя широкий живой круг.

– При всех отдаю приказ, – громко, чтобы слышали все, сказал я. – Если бывший король Горгота одолеет меня в этом бою, армия Арлингейда покинет эти земли до заката.

В глазах Доргана вспыхнула безумная надежда.

– Но, – поднял я палец, плотоядно улыбаясь. – В живых останется только один. Чтобы было честно, я буду драться голыми руками.

Король Горгота истерично захохотал, подхватил с земли клинок и тут же без предупреждения сделал резкий, подлый выпад мне в живот.

Мимо.

Еще один колющий удар. Я играючи увернулся, пропуская сталь в миллиметре от кожи.

Мы начали кружить по утоптанному песку на полусогнутых ногах, прожигая друг друга взглядами. Еще один рывок – и снова Дорган разрезал пустоту. Драконья кровь делала мои рефлексы совершенными. Я двигался плавно и быстро, не подпуская его на дистанцию удара, но и не атакуя, изматывая противника.

С отчаянным ревом Дорган кинулся на меня, яростно и хаотично размахивая мечом во все стороны. Но это была агония дилетанта. Я скользнул под его руку и тремя жесткими, короткими ударами по запястью и локтю заставил выронить оружие с криком боли. Теперь мы бились врукопашную.

В один момент Доргану удалось навалиться на меня всем весом и сбить с ног. Мы сцепились и покатились по грязному песку. В пылу борьбы он зачерпнул горсть песка и метко швырнул мне прямо в лицо. От неожиданности я зажмурился. Пока яростно тер слезящиеся глаза, Дорган вскочил и бросился к валяющемуся мечу.

Но этот идиот не учел одного: драконам не обязательно видеть, чтобы убивать.

Лезвие со свистом рассекло воздух в паре миллиметров от моей шеи. Я ушел с линии атаки на одних инстинктах. Мне не нужно открывать глаз, чтобы читать пространство вокруг меня, как открытую книгу. Ведь я чувствовал каждое колебание земли от его шагов, слышал его хриплое дыхание и ритм его паникующего сердца.

Три отчаянных взмаха мечом прошли впустую.

– Ты просто тупой зверь! А звери, загнанные в угол, должны дохнуть! – визжал он, вкладывая в удар остатки сил.

Достаточно. Игры кончились. Глухая, первобытная злость подхлестнула мышцы и окончательно завладела моим разумом.

На очередной предсказуемой атаке я резко шагнул вперед. Перехватил его предплечье, крутанул так, что затрещали суставы, второй рукой выбил клинок, поймал в воздухе и с силой всадил его же меч ему в печень.

Я по-прежнему ничего не видел из-за песка, но отчетливо услышал его протяжный стон и почувствовал густой, металлический запах свежей крови. Несколько горячих капель брызнуло мне на грудь. Резко выдернув лезвие из его плоти, я с разворота безошибочно перерезал ему горло.

Ко мне тут же подбежали оруженосцы с бурдюком чистой воды. Я щедро плеснул себе в лицо, промывая покрасневшие глаза.

Дорган лежал на спине, глядя в чернеющее небо широко открытым, уже немигающим взглядом. Под его телом быстро расползалась темная, вязкая лужа.

– Убрать падаль, – брезгливо бросил я начальнику стражи, отбрасывая окровавленный меч. – Одной проблемой меньше. Обезглавленное королевство бунтовать не станет.

Вопрос о судьбе королевы-матери Бригитты я решил отложить на свежую голову, до утра. Всю ночь мне предстояло подписывать государственные бумаги, распределять патрули и утверждать списки новых законов. Сначала – скучная бумажная работа владыки, а потом уже разборки с жалкими остатками королевской семьи.