Глава 3

Эйрдан

Я ушел, но мои мысли остались с Айлин. И уже следующим вечером я опять стоял недалеко от ее дома, не решаясь постучать в ее дверь. Я приготовил кошель с деньгами и хотел ей передать. Если она не желает уйти со мной, то хоть спасется от Ульфара. Сегодня шел проливной дождь, и моя фигура смотрелась странно в пустынном переулке нижнего города.

Может, оставить у двери? Чтобы не пугать Айлин… Я ненавидел себя и ту пропасть, что разделяла нас. Пришел защитить ее, а в итоге напугал до смерти, упомянув дворец. Для нее я стал чудовищем – вербовщиком принцев-ящеров, которых она так отчаянно боялась. Наверное, даже больше ужасного мужа.

От бессилия и злости на самого себя я с силой ударил кулаком по каменной стене. И в этот момент услышал шаги за спиной.

Не успев обернуться, почувствовал сильный запах, от которого закрывались глаза и подкашивались ноги.

Пошатываясь, я бросился в ближайший переулок, желая выйти к людям, но попал в тупик, утопающий во мраке.

Я рухнул на колени в грязную лужу, судорожно вдыхая ледяной воздух, но он обжигал легкие огнем. Кто-то шел за мной по лужам, и вряд ли городской патруль использует яд. Разбойники? Убийцы?

Вцепился ногтями в мокрую кирпичную стену, пытаясь встать и дать отпор, но сон накатывал волнами, лишая остатков воли. Тяжелые шаги приближались.

Из последних сил я резко увернулся от блеснувшего в свете луны кривого кинжала. Лезвие лишь вскользь чиркнуло по плечу, рассекая плотную ткань плаща.

Бандиты с ночных улиц? Нет, слишком подготовленные и используют необычную отраву! Наемники. Но за кем они пришли? За богатым лордом, что забрел в трущобы, или кто-то из шпионов Горгота все же узнал меня?

– Кошелек или жизнь, господин? – прохрипел один из них, надвигаясь с коротким мечом.

– Выбери жизнь и убирайся с дороги, – ледяным тоном ответил я, качаясь, но принимая боевую стойку.

Двое бросились на меня одновременно. Я отбил первый колющий удар, ушел с линии атаки второго и даже жестким выпадом вогнал его клинок под ребра первому нападавшему. Тот с булькающим стоном осел в лужу.

Развернувшись, чтобы встретить следующего, в этот же момент я почувствовал резкий, болезненный укол в бедро сзади.

Третий наемник, прятавшийся в тени водосточной трубы, умудрился подобраться со спины и вонзить в меня тонкий, как игла, дротик.

Я с рычанием выдернул дротик, развернулся на пятках и ударом ноги в грудь отшвырнул подлеца к кирпичной стене с такой силой, что хрустнули кости. Но было поздно.

Парализующий холод мгновенно распространился от бедра по венам. Ноги подкосились, словно стали ватными. Кинжал выпал из ослабевших пальцев со звонким лязгом. Мир перед глазами качнулся и поплыл багровыми пятнами.

Я с хрипом упал на одно колено, судорожно глотая ртом дождевую воду. Чешуя начала пробиваться на шее и тут же втягивалась обратно, причиняя невыносимую боль. Я оказался заперт в человеческом теле, пока не снята печать ветров.

Двое оставшихся наемников, поняв, что яд подействовал, медленно с издевательским смехом сужали круг.

– Крепкий ублюдок, – сплюнул один, поигрывая кинжалом. – Любой другой уже бы пену пускал. Добей его. И срежь кошель.

Я попытался поднять руку, чтобы отбить удар, но пальцы не слушались. Перед глазами все плыло. Бесславный, глупый конец для принца Арлингейда – сдохнуть в подворотне от ножа крысы.

В тусклом свете блеснула занесенная сталь.

И внезапно тишину переулка разорвал пронзительный, срывающийся женский крик:

– Стража! Сюда! Убивают! На помощь! Стража!

Наемники резко обернулись.

В начале переулка, освещенная мигающим светом фонаря, стояла Айлин. Услышав лязг стали и крики, она выскочила из дома под проливной дождь. В ее руках не было никакого оружия. Только тяжелый чугунный подсвечник, но она кричала так отчаянно и громко, что эхо разносилось по всему кварталу.

– Заткни девку! – рявкнул один из бандитов, бросаясь в ее сторону.

– Нет! Беги! – прохрипел я, захлебываясь дождевой водой, и из последних сил рванулся вперед, цепляясь онемевшими пальцами за сапог второго убийцы, не давая ему ударить меня ножом.

Айлин не сдвинулась с места. Она с размаху, изо всех своих небольших сил, швырнула тяжелый подсвечник прямо в голову бегущему на нее наемнику. Удар пришелся вскользь по виску, но этого хватило, чтобы бандит споткнулся и рухнул в грязь с разбитой головой.

А из соседнего переулка, привлеченные ее криками, уже слышался тяжелый топот кованых сапог и свистки дежурного патруля городской стражи. В окнах ближайших лачуг начали загораться огни.

– Патруль! Уходим! – в панике гаркнул второй наемник, пинком отбросив мою руку.

Они бросили своих раненых подельников и растворились в лабиринте узких улочек за секунду до того, как в переулок с обнаженными алебардами ворвались стражники.

Айлин бросилась ко мне, едва не поскользнувшись на мокрой брусчатке. Она упала на колени прямо в грязную лужу и дрожащими руками приподняла мою голову.

– Эйр… господин… о боги, вы весь бледный! – Девушка судорожно откинула капюшон плаща, вглядываясь в мое лицо. Ее слезы смешивались с каплями дождя и падали на мои щеки.

Мой взгляд уже почти не фокусировался. Яд мантикоры медленно, но верно добирался до сердца.

Она всхлипнула, прижимая мою голову к своей теплой груди, не обращая внимания на кровь и грязь.

– Стража! Сюда! Человек ранен!

Командир патруля подбежал к нам, освещая переулок факелом.

– Благородный господин? – стражник с подозрением оглядел мой дорогой, хоть и испорченный плащ и два трупа наемников неподалеку. – Что здесь…

– В него чем-то выстрелили! – перебила Айлин, отчаянно дергая командира за рукав. – Умоляю, помогите! Ему нужен лекарь, срочно! Он умирает!

Стражник наклонился ближе, и в свете факела я увидел, как расширились его глаза. Мой плащ сдвинулся, приоткрывая вышитый серебряной нитью герб королевского дома на воротнике рубашки.

– Господин… – побелел командир патруля. – Носилки! Живо!

Началась суета. Стражники осторожно, но быстро подняли мое обмякшее тело.

Айлин сначала отступила на шаг. Последнее, что я видел, – это ее побелевшее лицо. А когда очнулся у лекаря, ее рядом уже не было.

– Девушка? – удивился ученик лекаря, когда я спросил о ней. – Наверное, эта та, которая требовала деньги за то, что спасла богатого господина. Стражник ей заплатил, и она ушла.

Мне не было жалко для Айлин денег, я и сам принес ей золото… Но в голове не укладывалось, что она спасла меня только ради награды. Но вызванный стражник подтвердил, что нищенке заплатили и прогнали прочь.