Глава 25

Досье по Волковым собрали за два дня. Читая информацию, Тимур поражался. Как Лемохов — прожжённый делец, мог повестись на длинный язык Артура и приблизить его к себе? Как поддался на обаяние и позволил выжить преданных, опытных людей? Как позволил этому куску дерьма, чья история жизни сплошь покрыта гнильцой, войти в свою семью? И здесь даже проблема не в детском доме, в котором вырос Волков, проблемы была в том, как он рос и что творил после выхода во взрослую жизнь.

Четыре года работы в криминальном автосервисе, занимающемся разбором и перебивкой номеров, пять заявлений об изнасиловании с последующим отказом испуганных жертв, тёрки с распространителями наркоты, орудующими в том же районе, что и автосервис.

А потом на горизонте появилась Валерия Мерц, угасающая звезда бомонда. С ней Волчок-Артурчик стал превращаться в того лощёного Волкова, который умудрился обвести вокруг пальца самого Марка Лемохова. Видно, Валерия вложила немерено бабла и сил в своего молодого любовника, изменив полностью внешний вид, манеру общаться, способность мыслить. Она купила для него диплом финансиста престижного университета, наняла имиджмейкера, преподавателя ораторского искусства. Через год Волкова было не узнать. Специалист высшего класса, отполированный метросексуал, любимец столичных тусовок и девочек.

Кто ж знал, что под шкурой приличного, оттюнингованного, молодого мужчины живёт такая гнилая мразь. Как расстались любовники доподлинно неизвестно, но уход с арены на пару месяцев Мерц и всплытие Волкова за триста километров от столицы, давали обширную почву для представления. Удивительно, что Валерия не обратилась в полицию, или не подтянула связи, чтобы поквитаться с обидчиком, только Артуру всё снова сошло с рук.

Работая в компании Лемохова, Артур выдернул из пьяного ада двоюродного племянника, отправив того в платную школу, а далее учиться на юриста в московский университет. Стасик схватывал всё на ходу, копируя манеру поведения одноклассников из богатеньких семей. Через пять лет того было не стыдно показать деловой тусовке, ввести в узкий круг и подобрать тёплое место. И ведь повезло Волкову старшему. Племянничек оказался такой же гнилой мразью, как и дядька.

А в настоящем у этих двух ублюдков всё в шоколаде. Вступить в наследство не получилось, так как ещё четыре года Карина Лемохова считается пропавшей без вести, совет директоров вставляет палки в колёса, не даёт разогнаться, остаётся только щипать по мелкому для поддержания штанов. Живут в доме Кристины, продают потихоньку автопарк, произведение искусств и эксклюзивные украшения. Умудрились даже организовать аукцион, подняв, по официальным данным, около трёхсот тысяч долларов.

С Тухмановым всё обошлось ещё легче. Известное лицо в юридическом мире. Его старались получить все богатеи, если дело касалось оформления наследства, разводов, финансовых махинаций. Профи в своём деле, местами лучший. К нему Тим отправился вместе с Риной. Не зря же мать Карины просила его найти.

— Роман Аристархович, Тимур Карамышев. Позвольте представить Вам Карину Лемохову, — начал от двери Тим, прорвавшись через секретаря в заветный кабинет. — Елизавета Лемохова просила вас найти.

— Карина! Слава богу, ты жива! — отмахнулся от влетевшей следом секретарши Тухманов. — Как ты? Что с тобой случилось? Как тебе удалось сбежать от этой мрази?

— Давайте по порядку, — Тимур оттянул адвоката от Рины. — Волковы хорошо порезвились. Убили Марка, издевались много лет над Елизаветой, пока не сбросили её из окна, изнасиловали и пытались убить Карину. Она чудом спаслась. Теперь эти уёбки наслаждаются сытой жизнью и ждут, пока Рину признают мёртвой.

— Как-то так, — смущённо добавила Карина. Ей было легче услышать свою историю от Тима, как будто прослушала сводку новостей.

— Я подозревал, что аварию Марка подстроили, только доказательств не мог найти, а дальше всё закрутилось. Волков посоветовал мне убраться, затем я нашёл в бардачке наркоту, после получи голосовое предупреждение. Пришлось уехать. Прости, что оставил вас. Не думал, что Волков на такое способен.

— Никто не думал, — тихо проговорила Рина. — Они слишком хорошо шифровались.

— Предлагаю начать действовать уже сейчас, — занял место за столом Тухманов. — Доказываем, что ты Карина Лемохова, заявляем права на наследство, отстраняем Волковых от управления и гоним взашей. Есть кое-что больше компании, о чём Елизавета не знала, а Артур мог выяснить. Трастовый фонд на твоё имя. Стоимость в шесть раз выше компании, возможность вывода денег частями, или полной суммой после двадцати лет…

— Я не хочу вступать в наследство, — остановила его Рина. — Вернее хочу, но не только это. Я должна им отомстить. За папу, за маму, за себя. Они должны мучаться, бояться, сходить с ума. Хочу увидеть в их глазах страх, отчаяние от проигрыша.

— Понимаешь, во что хочешь ввязаться, Карина? Они опасны, не перед чем не остановятся. Хочешь снова испытать судьбу? — взвился Тухманов.

— Я собираюсь её страховать, — вмешался Тимур. — Но нам может понадобиться ваша помощь. Нужно разработать план, подготовиться, учесть разные варианты развития событий. Надо продумать всё до мелочей, чтобы обезопасить Рину и физически, и юридически.

Роману Аристарховичу приемлемее было сделать всё по закону, но отказать дочери покойного друга он не мог. Он ничего не сделал для его семьи, когда ещё было время, не уберёг жену и дочь, когда ещё была возможность, не расставил приоритеты, не выяснил подноготную Волкова, позволил подорвать семью Лемоховых изнутри.

— Согласен, — кивнул Роман. — Давайте начнём мозговой штурм.

Придумать план оказалось легче, чем его исполнить. Сыграть потерю памяти для Рины было не сложно, а находиться рядом с Волковыми и не выдать своего отношения, казалось невозможным. Любое несдержанное слово, любой не словленный вздох, любая потерянная эмоция. Любая мелочь могла сломать всю игру, уничтожить всю подготовку, нарушить ход времени, отсчитывающий последние дни, часы, минуты.

Карине было страшно. Тимуру тоже было страшно. Он боялся не справиться, что-то упустить, не сохранить, потерять. С поддержкой отца он бы точно смог, но это была его война, в которой не место Карамышеву старшему.

— Тебе придётся переехать ко мне окончательно, — уверенно произнёс Тим, направляя автомобиль в сторону дома.

— Зачем, — недоумённо спросила Рина. Она, конечно, оставалась у Тима на несколько ночей, но переезд сильно отличается от временного погостить, а это уже пугало.

— Чтобы сыграть пару, мы должны стать ей, — посмотрел на неё Тим, остановившись на светофоре. — Ты должна привыкнуть ко мне, к моим касаниям, поцелуям. Ты должна смотреть на меня с желанием и любовью, а не шарахаться от близкого контакта. Нам необходимо отыграть собственную жизнь, собственные чувства, а их нужно взрастить, взлелеять, принять, полюбить.

— Убедил, — сглотнула Рина.

— Отлично, — стукнул по рулю Тим. — Тогда за вещами, а потом к Илье и Светлане делиться радостью совместного проживания.