ГЛАВА 2

- Сегодня не лучший день для покупок, - Магнус горделиво оглядел выстроившихся в шеренгу дам. Красавицы! И все его! - После полудня в столицу прибывает принцесса Оливия Гранийская со свитой…

   Договорить главе семейства не дали.

   - И почему я узнаю об этом только сейчас? - нахмурилась Надюшка.

   - Мы же посмотрим на процессию, папочка? - захлопала в ладоши Лаванда

   - Настоящая принцесса? - распахнула и без того огромные глаза Фиалочка.

   - Ня, - потянулась к отцу Ягодка, просясь на ручки.

   - Запамятовал, - на удивление беззаботно пожал плечами Магнус. - Тут у нас такие дела творятся, не до принцесс. - У меня своих вон сколько, - он подхватил на руки малышку. - И одна другой лучше. Так что сейчас бегом за покупками, а потом, так уж и быть, посмотрим на прибытие гранийцев.

   - А ты оказывается не такой уж бука, - выходя следом за мужем из дома, шепнула Надя.

   - Я вообще многогранная личность, - подмигнул тот. - Ну что, дамы, вперед?

   - Дя! - ответила за всех Бэрри.

***

За время, проведенное семейством Доу на рынке, город совершенно преобразился. Особенно это коснулось улиц, по которым должна была проехать принцесса. С балконов и окон теперь свешивались ковры, гобелены, полоскались на ветру драгоценные ткани, тут и там реяли флаги Алеены. И конечно же сами жители… Празднично одетые они запрудили улицы и площади столицы, высовывались из окон, стояли на балконах. Эна была счастлива приветствовать невесту своего дофина.

   - Останавливаемся тут, - в какой-то момент скомандовал женскому батальону Магнус.

   Надюшка, которую как и всех охватило праздничное веселье замерла рядом с мужем, каждой порой впитывая неповторимый колорит средневекового праздника.

   - Лаванда, не крутись, - выстраивал всех по ранжиру Доу. - Держись ближе ко мне, а то толпой отнесет. Надин, возьми за руку Вайолет…

   - Ей ничего не будет видно, давай ты возьмешь на руки ее, а я Бэрри, - предложила Надя.

   - Идет, - прикинув что к чему, согласился Магнус.

   - Едут! Едут! - послышалось издалека.

   Народ загомонил, вытягивая шеи, а после раздался по сторонам, освобождая середину улицы, на которую въезжала кавалькада роскошно одетых всадников, за ними следовали пажи, а следом за пажами плыли паланкины и снова всадники… В воздухе трепетали флажки и вымпелы, а над ними реяли флаги с золотым вепрем - геральдическим зверем королевской династии Грании.

   Звучала музыка, лошади кивали головами, украшенными роскошными султанами из перьев, на шляпах и одеждах и оружии всадников сверкали украшения, паланкины были задрапированы золототканой парчой и шелком, одетые в алый бархат пажи бросали в толпу сладости и медные монетки.

   - Папочка, а где принцесса? - Лаванда очень хотела увидеть невесту его высочества Шарля-Анри. - Говорят, она редкостная красавица.

   - Следи за носилками, - посоветовал отец, усаживая на плечо Фиалочку. - Верхами Оливии Гранийской ехать не дадут. - Сам я ее не видел, знаю только, что она блондинка.

   - Славься! - загремело кругом, заглушая голос Магнуса. - Славься!

   Напуганная громкими криками Бэрри заплакала, и Надя поспешно отступила за спину мужа, чтобы спрятать, укрыть от всех свою нежную Ягодку. Она утешала малышку и не могла видеть, как побледнела и отшатнулась вглубь носилок одна из дам, составляющих свиту принцессы.

   А даже если бы и увидела, врядли бы узнала ее…

***

- Как ты, Надин? - дождавшись, когда жена уложила малышку Бэрри, спросил Доу. - Тяжело тебе с девочками? Сильно устаешь?

   - Зато не скучаю, - Надя скользнула под одеяло и со стоном удовольствия потянулась.

   - Я серьезно.

   - Если серьезно, то больше всего хлопот мне доставляет Лаванда.

   - Я поговорю с ней.

   - Пока не нужно, - отказалась Надюшка. - Не дави на нее, дай привыкнуть к новым порядкам. Тем более, что я пока справляюсь.

   - Но если что… Ты же не будешь молчать?

   - Нет, я попрошу тебя о помощи. Обязательно.

   - Обожаю, когда ты слушаешься, - в мужском голосе послышались игривые нотки. - Это возбуждает, чувствуешь? - Магнус положил ладошку жены на свидетельство своей исключительной правдивости.

   - Эй, ты чего это удумал? - Надя отдернула руку. - Вдруг Бэрри еще не уснула как следует?

   - Дожил, - проворчал Доу. - В собственной спальне нельзя всласть поприставать к собственной родной и, между прочим, любимой жене.

   - Не ворчи, - Надюшка ласково погладила его по груди прежде чем отвернуться. - Давай лучше немного подождем, она сладко зевнула.

   - Нет уж, - уперся Магнус и позвал еле слышно. - Ягодка, ты спишь?

   - Дя, - не открывая глаз, откликнулась девочка.

   - Маленькое кудрявое чудовище, - простонал Доу на ухо жене. - Вот в кого она такая, цветочек?

   - И правда в кого? - Надюшка захихикала.

   - Что за намеки? - прижался к ней со спины Магнус. - Не меня ли ты имеешь в виду?

   - Я прямо говорю. Бэрри - твоя копия, только улучшенная и блондинистая, и… Что ты творишь, бесстыдник? Убери оттуда руку, кому говорю. Ох… Да… Нет… Не пристраивайся, постесняйся дочери.

   - Она же тебе ясно и четко сказала, что спит, - сбить с толку Доу не удавалось никому. Что уж говорить о пьяной от любви женщине? - Ну же, цветочек, не упрямься, прогни спинку. Так да… Умница моя, любимая…

   - Тише, - умоляла она. - Тише. Тише, а не медленнее, мучитель! Еще!

   - Дя, - послышалось из колыбельки.

***

С того дня как состоялось воссоединение семьи Доу, время для Нади словно пустилось вскачь. Если раньше ее дни тянулись медленно и неторопливо, напоминая движение тягучих золотых капель смолы по теплой от солнца сосновой коре, то теперь они пролетали со скоростью, оставшихся в ее старом мире МИГов. Кажется, вот только что проснулась, с трудом продрав глаза, как уже снова пора ложиться.

   Зато и дел удалось переделать превеликое множество.

   Девочки были одеты обуты. Огород засеян. Картошка посажена. Сад удобрен. Муж ублажен. Короче, живи да радуйся, наслаждайся жизнью и вкушай заслуженный отдых, а не хочешь отдыхать учи ходить окрепшую похорошевшую Ягодку или шей мягкие игрушки с Фиалочкой. На крайний случай проведай тетушку Мардж, настойчиво зазывающую на семейный обед.

   Не тут-то то было! Расслабиться не давала Лаванда. Довольная веселая и послушная при отце, без него она мгновенно превращалась в дерзкую ленивую нахалку, которая только и знает, что ноет, ноет и ноет словно загноившаяся заноза. И нету уже никаких сил терпеть ее выходки. И вообще ее. Хорошо еще, что, узнав о семействе домовых, Лаванда перестала портить вещи. Упрямая, но неглупая девица раз и навсегда уяснила, что каждая новая ее диверсия становится известной Поленьке или Онуфрию Ильичу. Правда лениться и хамить Лаванде это не мешало.

   Иной раз Наде хотелось врезать от души оборзевшей падчерице или хотя бы пожаловаться Магнусу. Пусть он сам справляется с дочерью, раз у Надежды ничего не получается. Хотя она старалась, видит бог старалась.

   А тут еще и Онуфрий Ильич подкинул хлопот.

   - Нам нужна корова, - как-то утром заявил он.

   - Чего? - поперхнулась Надя.

   - Того самого, - аккуратненько похлопал ее по спине домовой. - Глянь, как оне кашу молочную лопают, ажно за ушами трещит, - кивок в сторону девочек.

   - Еще чего не хватало, - отодвинулась от него Надюшка. - Скажи, что ты шутишь, - понадеялась она.

   - Какие тут могут быть шутки? - даже обиделся Онуфрий. - Деткам нужно молочко! И творожок со сметанкой! И сырок. И сливочки! Свежие сливочки, прошу заметить! Потому как у них организмы растущие! Скажи, хозяин.

   Давно прислушивающийся к разговору Магнус согласно кивнул. Мол, да, растут девки как трава.

   - Вот, - обрадовался Онуфрий Ильич. - А это значит что?

   - Что? - переспросил Доу, не сводя с жены смеющихся глаз.

   - Надо покупать коровушку кормилицу! Вот что! И такая коровка имеется в наличии. И, между прочим, совсем недалеко. Мне местные духи донесли, еще когда огородик обихаживали, грядочки делали. Они хоть и диковатые тут у вас, но расторопные, а главное если уяснят задание, выполнят все тютелька в тютельку.

   - Уговорил, - рассмеялся Магнус. - Берем. Деньги есть, сарай есть, трава уже пошла…

   - Эй, - не выдержала Надя, - вы с ума что ли посходили? Какая мне корова? Я их вообще боюсь. И доить не умею, и навоз выгребать не собираюсь. Так и знайте.

   - Навоз - прекрасное удобрение, - очнулась от каких-то своих дум Поленька. - Он нам пригодится.

   - Правильно говоришь, умница моя, - обрадовался поддержке домовой. - К тому же навоз хозяину и по работе нужен. Что смотрите? Не знаете как им знающие люди радикулит лечат? Так я расскажу, слухайте.

   - А можно после еды пообщаться на такую ароматную тему? - наморщила хорошенький носик Лаванда, и Надюшка впервые была ей благодарна.

   - Уж доели все акромя тебя, Ромашечка, - Онуфрий Ильич Лаванду откровенно недолюбливал, а потому на ее просьбу внимания не обратил. - Значит так… Узнал я о чудодейственной силе коровьего навозу годочков двести назад от одного свойственника. Тот с семейством перебрался из Сибири-матушки к нам в Ногинск. Вот хозяин его и пользовал народишко таким способом. Огромное множество людей излечил, причем бесплатно. Единственное условие ставил: о подробностях навозного метода не распространяться. Ну оно и понятно… Да…

   - Ближе к делу, - азартом блеснули глаза Доу.

   - Так я и говорю, - увидев, что завладел всеобщим вниманием, Онуфрий Ильич огладил рыжую бороду и приосанился. - В Сибири нашей по зиме морозы стоят трескучие. Птицы на лету замерзают! Реки льдом сковывает. Насквозь прям! Что уж говорить о навозных кучах. Вот… А по весне, стало быть, все таять начинает…

   - И реки, и птицы, и кучи! Мы поняли уже, не тяни, - поторопил Магнус.

   - Само собой, - подтвердил домовой. - И вот промерзший за зиму навоз начинает таять, и такой он дает жар, что над кучами этими пар столбами взвивается. Чисто гейзер получается. Так этот целитель, разгребал навоз и туда, в самое пекло, сажал болящего. Прям по самую шею зарывал и камнями обкладывал, чтоб вылезти нельзя было.

   - В одежде? - деловито уточнил Магнус.

   - Голого, - последовал незамедлительный ответ. - И должен энтот больной часов шесть в дерьме, то есть в навозе по самые уши просидеть. А ведь мало того, что воняет, так еще и печет от жара так, что сил никаких нет у людев. Кажется им, что сварятся сейчас заживо! Испекутся в навозе. И принимаются они кричать и на волю рваться. Тут и начинается для лекаря самая работа. Нельзя болящего слушать. И отпущать нельзя. Ибо…

   - Это я понял. Дальше что?

   - Дальше все, - развел руками домовой. - Проорется больной, проплачется да и засыпает. И спит аки младенец до конца лечебного сеансу. Потом его и не добудишься.

   - И сколько таких сеансов надо? - полюбопытствовала Надюшка, которой в качестве болящей представилась мадам Одетта со своим люмбаго. Так и виделась ее голова в крахмальном украшенном кружевами чепчике, торчащая из навозной кучи.

   - Штук тридцать, - прикинул Онуфрий. - Не меньше. Но помогает железно. Даже самый застарелый ревматизм проходит. Вот какая полезная корова, - весьма неожиданно закончил он. - Хозяюшка, краса ты ненаглядная, сердце доброе, ручки золотые, ну давай коровушку заведем, а. Я ее и доить буду, и чистить. А ты только в стадо отгоняй, - домовой молитвенно сложил ладони да еще и темно рыжие бровки домиком сдвинул. Манипулятор.

   - Может и правда заведем? - робко спросила Вайолет. - Будем ее угощать хлебушком, а она нам молочка даст.

   - А на пастбище я ее могу отгонять, - предложила Лаванда, которой только дай возможность из дома улепетнуть.

   - Что скажешь, цветочек? - последнее слово в этом вопросе Магнус оставлял за женой.

   - Да делайте, что хотите, - сдалась она. - Только чур, корова чтоб не бодливая была!

   - Ура! - обрадовался домовой!

   - Уля! - поддержала его довольная Ягодка.

   Так у них в доме появились солидная рыжая словно облитая солнцем Маргаритка и ее дочка Морковка.

   А еще дюжина рыжих же кур и красавец петух.

   - Горласт до невозможности, - хвастался Онуфрий Ильич. - И хорош необыкновенно. Гребень огнем горит, шпоры как у кавалериста, хвост пистолетом, изумрудный то исть хвост. Такой красоте любой павлин иззавидуется!

   - Про кур разговора не было, - возмутилась было Надюшка, но быстро умолкла, видя радость Аполлин и девочек. - Ладно, - махнула она рукой. - Проживем как-нибудь.

   - Не грусти, цветочек, - обнял ее Магнус. - Животные не будут тебе в тягость. Ими займутся домовые. Аполлин тяжело без зверья, вот муж для нее и расстарался. Ведь белая дама попала в совсем другой мир.

   - Как и я.

   - Да, - согласился он. - Только тебе пришлось тяжелее, но я старался помочь тебе. Может быть недостаточно. Да и характер у меня…

   - Нормальный у тебя характер, - прижалась к мужу Надя. - Ты оказался на редкость хорошим садовником.

   - Не понял, - озадачился Доу.

   - Ну как же, - лукаво улыбнулась она. - Дал дочкам цветочные имена, меня зовешь цветочком даже корова у тебя Маргаритка.

   - Кхм, - откашлялся Магнус, скрывая смех. - уела ты меня, Надин. И не поспоришь ведь.

***

Несмотря на все уверения близких появление домашней живности добавило Надюшке хлопот правда совсем иного рода, нежели она ожидала. Молоко и яйца… По скромному Надиному мнению их было слишком много. Три ведра молока и дюжина яиц ежедневно это через чур. Даже если делать творог, а потом и сыр, как предлагал хозяйственный Онуфрий Ильич.

   - Не вижу никакой проблемы, - заявил поставленный в известность Магнус, с удовольствием поглядывая за тем, как его дочки уписывают творог со сметаной и вареньем.

   Услышав папу, Бэрри и Вайолет подняли довольные мордашки, украшенные розовыми молочно сметанными усами и синхронно улыбнулись, а безусая и верно от того злющая Лаванда наоборот нахмурилась и промокнула салфеткой губки.

   - Вкуснотища, - стянув с блюда ватрушку, похвалил Доу. - А почему бы тебе не продавать излишки, цветочек? Та же Марджери с удовольствием купит. Она, кстати, уже спрашивала меня об этом.

   - Можно конечно, - задумалась Надя. - Особенно если не в ущерб семье. Заодно будет лишняя возможность пообщаться с народом. А то я кроме Поленьки и вас никого не вижу, сижу дома как колода замшелая.

   - Глупости какие, - скривился Магнус и стал похож на себя прежнего. - Была б моя воля… - не договорив, ревнивец досадливо взмахнул рукой и отвернулся, даже ватрушку отложил.

   - Ты же сам предложил, - обняла его Надюшка. - И потом я же только к соседям схожу ну и может быть в храм еще, и…

    Лаванда, и прежде тяжело переносившая всякие нежности между мачехой и отцом громко фыркнула, отбросила ложку и демонстративно отодвинула от себя творог.

   - Чего кривишься? - переключился на старшенькую Доу. - Сметана тебе не угодила или еще что? Или ты в блюстительницы нравственности записалась, а мы и не заметили? Может расскажешь тогда, откуда слухи пошли, что ты за Гарри бегаешь?

   - Я?! - задохнулась Лаванда. Я бегаю?!

   - Ты, не я же.

   - За этим очкариком? - поразилась Надюшка, подхватывая на руки собравшуюся расплакаться Ягодку. - И чего ты в нем нашла, в этом плюгавце?

   - Не твое дело! - огрызнулась девица. - И никакой он не плюгавец…

   - В общем так, - негромкий голос Магнуса прозвучал на редкость устрашающе. Слышались в нем и удары бича и металлическое звяканье. - Чтоб хвостом крутить не смела. Услышу еще раз - высеку. Поняла, дочь?

   - Только и знаешь, что сечь…

   - Поняла?!

   - Я все давно поняла! - вся в слезах Лаванда кинулась вон из кухни. - Вижу, что я всем мешаю!

   - А не слишком ли ты к ней строг? - нарушила похоронное молчание, воцарившееся за столом, Надя.

   - В самый раз! - пыхнул недовольством Доу.

   - Не рычи на нас. Мы только за тобой бегаем, - Надюшка отмахнулась от него полотенцем.

   - Ты не понимаешь, цветочек.

   - Куда уж мне.

   - Надин!

   - Ну что Надин? Девочка выросла, а ты и не заметил. Нет бы подсказать чего, посоветовать по-отцовски. А ты рычишь как зверь. И чем тебе этот Гарри не хорош? Тоже мелких очкариков не любишь?

   - Издеваешься? - понял Магнус.

   - Если только самую капельку, - ответила Надя, умывая Бэрри и следя за тем как умывается Вайолет. - А вообще мы на тебя обиделись за крик и рык, а поэтому уходим в гости к тетушке Мардж. Правда, девочки?

   - Авда - окрепшая за последние дня Ягодка была за любой кипиш кроме голодовки.

   Набрав с собой гостинцев, они отправились в гости.

***

- А я то вас все жду-пожду, - обрадовалась соседка. - Самой-то вроде бы неудобно в гости набиваться.

   - Очень даже удобно. Вы же знаете, я вам рада всегда.

   - Уж прям, - смутилась тетушка Мардж, принимая у Нади корзинку.

   - А я давно говорил, - к женской компании присоединился похожий одновременно на капитана дальнего плавания и Санту-Клауса великан. Он был так же сед, бородат, дружелюбен и весел. - Зайди, помоги с девочками. Да и осмотреть их давно пора, а ты все тянешь, мать, - мужчина укоризненно качнул головой, отчего крупная золотая серьга, вздетая в правое ухо, качнулась, привлекая внимание Бэрри.

   - Дать, - тут же потребовала малышка и протянулась к капитану Санте.

   - Все отдам, сердце мое, - заверил тот, подхватывая девочку на руки. - Неравнодушен я к блондинкам, каюсь.

   - Ну, началось, - засмеялась, глядя на это тетушка Марджери. - Знакомьтесь, милые, это мой Мэдок.

   - Дедушка Мэдок, - поправил ее капитан Санта-Клаус и подмигнул Фиалочке. - От прекрасных эльфиек я тоже без ума. Идемте, моя леди.

   Прежде чем согласиться, Вайолет вопросительно посмотрела на Надюшку и, только получив ее молчаливое одобрение, протянула ладошку хозяину дома.

   - Ну, а теперь рассказывай! - блеснули любопытством глаза Марджери. - Да смотри, ничего не упусти.

***

- Ну, а теперь рассказывай, - вернувшись домой Надя приступила к мужу. - Сколько я еще буду чувствовать себя дурой, тихушник ты несчастный? Партизан алеенский!

   - О чем ты? - удивился Доу.

   - Обо всем! - наступала на него Надюшка, попутно осматриваясь по сторонам в поисках не то скалки, не то заветной деревянной рыбки, а может быть даже и сковородки.

   - Не ори на отца! - на шум из кухни выглянула Лаванда.

   - О! - обрадовалась при виде ее мачеха. - Тебя-то мне и не хватало. Бери девочек и марш в детскую. А мы тут с папой поговорим, - взвешивая в руке кочергу, велела она.

    - Чего это она раскомандовалась? - Лаванда, не ожидавшая такой экспрессии от обычно спокойной Нади, поглядела на отца. Тот вопрос проигнорировал, не сводя блестящих предвкушением глаз с жены. - Ну все ясно, - догадалась девица. Хорошо еще, что ее ума хватило на то чтобы не сказать последнюю фразу вслух.

   - Живо! - подхлестнул Лаванду голос Надин.

   - Ладно, - нехотя согласилась она. - Пошли, мелкие. У меня конфеты есть.

   - Феты? - заинтересовалась сладкоежка Бэрри. - Дать!

   - А я не пойду, - неожиданно для всех заупрямилась Вайолет. - Я с тобой останусь. Ругайся при мне.

   - Летти, - растерялась Надюшка. - При детях же нельзя. Некрасиво… И непедагогично… Какой же я тебе подам пример?

   - Не пойду от тебя! Никуда не пойду! - девочку начало потряхивать.

   - Летти, миленькая моя, хорошая, - словно болотную гадюку Надя отбросила кочергу и стиснула в объятиях Вайолет. - Не буду я ругаться с папой. А ты и вовсе мне всегда в радость. Оставайся, солнышко, - плюнув на педагогов и педагогику, она целовала мокрые от слез щечки своей эльфиечки.

   Видя такое дело, Ягодка забыла про конфеты и присоединилась к мачехе и сестричке. Даже суровая Лаванда хлюпнула носом.

   - Да что случилось то? - натурально испугался всеобщего слезоразлива Магнус.

   - Ничего особенного, - насморочным от слез голосом ответила Надюшка. - Все как всегда. Марджери оказалась детским целителем. Казнями в Эне занимается исключительно миляга Мэдок, в обычные дни исполняющий работу патологоанатома. Типа таланта к целительству у мужика нету. Проклятущую Аллиссу нелегкая принесла в столицу, и теперь она на пару с мадам Одеттой, перемывает косточки нашей семье. Отец Бенедикт зачем-то хочет меня видеть. Лаванда за Гарри вовсе не бегает, это он ей прохода не дает. И еще, - она высморкала девочек и высморкалась сама в поданный старшенькой платок, - я с тобой не разговариваю. Вот!

   До самого вечера супруги молчали, а случись какая надобность, общались через дочек. Зато вечером в спальне…

   Убедившись, что Бэрри крепко спит, Магнус сделал попытку обнять жену.

   - Поговорим, цветочек?

   Та молча отстранилась, чтобы поудобнее устроиться в подушках, всем своим видом показывая желание слушать.

   - Не обижайся на меня, - попросил Доу и замолк, видно собирался с мыслями. - Ты же знаешь мою историю?

   - В общих чертах, - призналась Надя. - Марджери была на редкость дипломатична и в подробности не вдавалась.

   - Спасибо ей, - Магнус, не переносивший даже косвенного вмешательства в личную жизнь, скривился как от кислого. - Сам-то я не мастер художественного слова. Да и вообще… Страшно…

   - Чего?

   - Да всего! - забывшись, Доу рубанул рукой воздух, но тут же умолк и опасливо посмотрел на колыбельку. - Спит, слава Единому. Всего, - повторил он едва слышно. - Сначала того, что ты не выздоровеешь, потом, что не сможешь привыкнуть ко мне и здешней жизни. Не примешь меня как мужа, а хуже того загуляешь как Бланш.

   - Совсем дурак? - шепотом закричала Надюшка и от полноты чувств покрутила пальцем у виска.

   - Совсем, - убитым голосом подтвердил Доу. - Я вообще не понимаю, что ты во мне нашла. Ну кроме смазливой рожи.

   - Вообще-то у тебя множество достоинств, - попыталась перевести все в шутку Надя. - Ладно-ладно, скажу, - сдалась она. - Ты надежный. И смотришь на меня как на сокровище, заботишься все время. Даже когда я этого не понимаю и не осознаю. И у тебя дочки…

   - Надин, - неверяще рассмеялся он, - это вообще-то недостаток.

   - Правда?

   - Истинная, - Доу сгреб жену в охапку. - Никто кроме тебя не стал бы с ними столько возиться да еще и радоваться.

   - А мне нравится, - она прикрыла глаза и с наслаждением вдохнула ставшую родной горечь. - Только не молчи, пожалуйста, Магнус. Рассказывай мне обо всем: о важном и незначительном, о жизни в королевстве, ее укладе, истории и традициях, о том кто из клана на чем специализируется, о тетке этой клятой. Вот что мне делать при встрече с ней?

   - Забей, - посоветовал он. - В смысле, плюнь. Помнишь ты сама мне это говорила? И не волнуйся, я ей займусь.

   - А Одетта?

   - И на нее найдем управу. Видно не хватило ей массажа, ну ничего добавим, - предвкушающе пообещал он.

   - Ох…

   - Не волнуйся, цветочек, действовать будем через мэтра Дантри. Уж он-то может заставить замолчать любого в королевстве алеенском. И как бы не насовсем.

   - Мэтр? Кто это?

   - Комендант крепости, который допрашивал тебя.

   - Мамочки…

   - Вот именно, - со вздохом согласился Магнус. - Наверное все-таки не стоило тебе об этом рассказывать. Вон как помертвела вся.

   - Стоило. Я благодарна.

   - Дурочка ты моя. Звездочка светлая. Я тебе там книг приготовил по географии… Читай.

   - Спасибо, - обрадованная Надюшка поцеловала мужа в нос.

   - Не за что. Только к тебе одна просьба: посиди пару дней дома. Дай мне возможность со слухами разобраться да с Аллиссой потолковать. Ограничь свою активность двором и садом. Можешь Мардж позвать. Ты, кстати, Мэдока не боишься? - задал мучивший его целый вечер вопрос Доу.

   - Нет. Он на деда Мороза похож, - улыбнулась она. - Это добрый волшебник такой. Детям подарки приносит.

   - Детям, - Магнус облегченно выдохнул и чмокнул жену в кудрявую макушку. - Ты сама еще дитя.

   - Вот только не надо, пожалуйста!.. - возмутилась та.

   - Уговорила. Тогда ответь на один вопрос.

   - На какой?

   - Что бывает после слова 'пожалуйста'?