Глава 52

Выйдя из отдела полиции, Джемма удивилась тому, что на улице все еще светло. Ей казалось, что она просидела там несколько часов, ожидая, когда появится Данн и скажет ей, что все наконец закончилось. Что Рик и Брюс признались в убийстве Виктории. И что, возможно, Брюс заодно признался и в том, что как раз он и преследовал ее. Она уже представляла себе это, фантазировала об этом, желала, чтобы это наконец произошло.

Но закончилось все сплошным разочарованием. Они не признались. По крайней мере, пока что. И Данн вроде не был особо уверен в том, что это произойдет. И, как он уже и говорил, без признания у них ничего не было. Никаких осязаемых улик. Никаких новых свидетелей. Только она сама и ее капризная, ненадежная память.

Джемма направилась к тому месту, где оставила машину, – чуть дальше по улице, неподалеку от кафе, в котором она перекусила на скорую руку. Вытащив свой мобильный телефон, после минутного колебания включила его – надо было просмотреть поступившие сообщения. И хотелось позвонить Бенджамину. Конечно, ее телефон был взломан, и Теневик мог следить за ним и опять вцепиться в нее своими когтями, как только она включит его. Но, возможно, этим Теневиком был Брюс, а тот прямо сейчас сидел в отделе полиции. А даже если это и не Брюс, то какая разница? Теневик и так знал, где она находится. Он уже наглядно продемонстрировал ей, что даже и при выключенном телефоне способен изрядно напакостить и ей, и людям, которых она любит. Джемма очень хотела поговорить с Бенджамином и Лукасом. Хотела, чтобы…

Стоило только включить телефон, как на экран сразу же посыпались уведомления. Телефон беспрестанно попискивал, как одержимый. Десятки сообщений. Сотни. И текстовые, и голосовые. В мессенджерах и электронной почте.

Сообщения от Бенджамина… Кто-то ездит кругами по кварталу. Я позвонил в полицию. И тут же: Звонила воспитательница Лукаса – были звонки с угрозами по поводу Лукаса, я заберу его пораньше из садика. И еще: По-моему, за нами кто-то следит. И, наконец: Я еду в полицию.

Сообщения от Барбары и Тельмы: о том, что в салон вломились какие-то мужчины и принялись там всё громить – им пришлось закрыть заведение. Барбаре показалось, что возле ее дома прячется какой-то парень – она забрала сына и поехала к матери.

Сообщения от матери Бенджамина: какая-то женщина стучала в дверь и выкрикивала всякие гадости про Джемму.

Сообщения от отца Бенджамина, в которых говорилось, что все зашло слишком уж далеко.

Сообщения от клиенток.

Сообщения от соседей.

От других родителей из садика Лукаса.

И десятки сообщений с незнакомых Джемме номеров, а также электронных писем, в которых ее обвиняли в убийстве. Говорили, что она за это заплатит. Что ей не скрыться.

Джемма отключила телефон. Губы у нее дрожали. Нужно было поскорей добраться до материнского дома. Позвонить Бенджамину. Проверить, всё ли в порядке у них с Лукасом.

Она поспешила к своей машине – ее шаги звучали в такт с биением сердца, быстрым и неровным.…

Машина была основательно раскурочена. Все стекла и задние фонари разбиты. На боку – надпись «Убийца» краской из баллончика. Несколько человек толклись вокруг, разглядывая раздолбанную машину, снимая ее на свои телефоны, а один из них…

Один из них все еще держал в руке баллончик с краской. Он как раз собирался распылить ее на капот, когда поднял глаза и встретился с ней взглядом. Джемма не знала этого мужика. Он был старше ее, лет пятидесяти, лысый. Глаза у него были расширены от страха, лицо мертвенно-бледное.

– Думаешь, что можешь явиться сюда и вести себя так, как будто ничего не случилось? – обратился он к ней. Запинаясь, каким-то неестественным тоном. Тоном человека, зачитывающего какой-то текст по памяти. – Здесь ты убила ее… Здесь ты… э-э… пролила ее… Здесь ты убила ее и пролила ее кровь!

Мужчина шагнул к ней.

Джемма развернулась и бросилась через улицу.

Он уже бежал за ней, выкрикивая на бегу остальную часть своего заученного послания. Слова, которые вложил в его уста другой человек. Теневик.

Она свернула влево, продолжая бежать, но тут поняла, что ей надо совсем в другую с сторону, к отделу полиции. Джемма оглянулась. Теперь их уже было двое – они гнались за ней, преграждая ей путь назад. Один из них держал в руках телефон и снимал ее на бегу. Она стиснула зубы и побежала еще быстрей. Дом ее матери был не так далеко, можно было добраться туда и пешком. Там она оказалась бы в безопасности…

Вдруг рядом с ней притормозил какой-то пикап, опустилось водительское стекло. Женщина за рулем взглянула на нее и включила радио, выкрутив громкость на полную. Из кабины грянула песня «Заведи меня». Явно по ее душу. Все они ополчились против нее.

И теперь все больше машин замедляли ход. Джемма никогда еще не видела такого оживленного движения на этой улице. Опускались боковые стекла, и из-за всех гремела одна и та же песня – «Заведи меня». Записи не были синхронизированы, песни перемешивались и накладывались друг на друга, создавая жуткую какофонию. Некоторые водители снимали ее на свои телефоны. Она знала – это не потому, что им самим этого хотелось. А потому что они были вынуждены. Потому что кто-то приказал им это делать. Приказал прислать ему доказательства.

Что-то на самом краю поля зрения привлекло ее внимание. На одной из женщин была маскарадная маска – такая же маска, что была на ней самой в ту ночь. Нет, не только на одной этой женщине… На двух. Нет, на трех. И все они с разных сторон устремились к ней. А из машин вокруг нее все продолжала греметь музыка.

Теперь Джемма уже плакала, тяжело дыша, пытаясь хоть куда-то ускользнуть, но они окружали ее. Она нигде не окажется в безопасности. Он был повсюду. Его посланцы были повсюду. И он будет преследовать ее до тех пор, пока…

Вдруг вывеска на противоположной стороне улицы:

Солнечный салон Донны Ди

Донна… Та самая Донна, которую Джемма просто-таки ненавидела, когда была подростком. Но она была дочерью детектива Данна. И могла позвать его на помощь.

Джемма устремилась прямиком туда, едва не угодив под колеса одной из машин, из которой звучала все та же песня. Ворвалась в парикмахерскую и захлопнула за собой дверь.