Глава 19

Лиля

— Мы серьезно сейчас будем выслеживать парочку твоих друзей? Хотя это же Мария Свиристелова, — отмахиваюсь от Ибрагима, продолжая выглядывать из своего наблюдательного пункта за фонарем.

Картина маслом: восточный парень в сером пуховике, натянув капюшон, рядом с рыжей девицей в уггах. На нас оглядываются прохожие, сигналят машины, а мы разглядываем Олега с Машей на свидании через прозрачное большое окно небольшого кафе. Они сидят за столиком, улыбаются друг другу. Если честно, я, Машу, поначалу не признала. Рожкова — да, он хоть изменился, но не слишком. Скорее стал брутальнее, симпатичнее. Может на него так служба в армии отразилась, или он просто вырос. Но из смазливого жилистого спортивного парня превратился в настоящего мужчину. И все также влюблен на нашу первую толстушку в школе.

Как мило.

— Мы вроде собирались встретиться с этой, как ее, Стужиной, — Рязаной почесал бровь, приподнимая черную шапку, взглянув с живым интересом на пару через дорогу. Пришлось шикнуть — нечего свидание им портить тягой к журналистским скандалам из ничего.

— Всю малину портишь, — проворчал, убирая свой Айфон.

— Сейчас шапку на нос натяну, предатель, — трясу кулаком перед длинным носом, заметив, как друг поморщился. Надо же, а всего-то пару часов назад чуть ли не открещивался от меня, мол не знаю тебя, уходи.

Странное дело, зная, что Доронов приложил к этому руку, мне не хочется возмущаться. Забросав его сообщениями в чате, никак не ожидала получить полную победу. Хотя прежде всего пыталась высказать ему свои возмущения. В итоге вышла словесная каша, где я частично умудрилась выдать все свои планы с головой. Впрочем, если он за мной следит, сам все выяснит без моей помощи. А я почти уверена в своих подозрениях. Ну, или моя паранойя.

— Знаешь, я все пыталась понять: какая связь между всеми этими случайностями. Клубом, Жанной, Владом, Цирковым, тобой, Зеленым слоном — не выходит, — мотаю головой, двинувшись вперед по тротуару, перебирая кусочки разных паззлов, пытаясь собрать хоть что-то в единую картину.

Мне пришлось всю ночь провести в интернете, выискивая всю возможную информацию. По старинке, без новейшей программы Бубликова, без помощи извне. Удивительно, но Влад тоже был на том благотворительном мероприятии, устроенном компанией Циркова. Оказывается, весь этот вечер предполагался, как сбор средств для поддержки научного фонда нашей страны. Судя, по немногочисленной информации — Влад был парнем одаренным.

— Я на этом вечере был чисто для галочки, — буркнул Ибрагим, пиная ледышку впереди себя. — Эту рыжую, как уже говорил, видел чисто номинально. Ворковали с Цирковым весь вечер, подозреваю, обычная эскортница. А телефон правда мне случайно перепал. Один из знакомых утверждал, что они намечают большую заварушку и, судя по всему, у них начинает получаться. Если этот ботан пропал.

— Не могу понять только с чего они взяли, что я от какого-то чеченца? — я задумчиво прикусила губу, стараясь не упустить ни одной детали.

Олеся, бывшая девушка Влада, приняв мое предложение дружбы, предложила встретиться. Довольно странно, ведь знала она меня всего пару минут. Достаточно было сказать, что ее парень пропал и вот уже была назначена встреча в кафе в два часа дня. До которой было еще куча времени.

— Кто вообще тебе дал этот номер? — встрепенулась я вдруг, вспоминая слова охранника. Бобриха напрочь отказалась со мной говорить, заявив, что уволила меня задним числом еще в пятницу. Вот же… старая грымза. Но в любом случае, Гена, наш безопасник, поведал о парочке мужчин в костюмах, которые мною очень интересовались.

«Рожи у них подозрительные были», — как он выразился. Отличная характеристика.

— Один парень из криминальных кругов, — поежился Ибрагим, покосившись в мою сторону и вздохнул. — Слушай, он не уточнял, что за зеленые. Я думал просто эти психи, что себя к забору приковывают, может готовились подорвать технику, или массово застрелиться у ближайшей липки на месте заповедника. Если бы знал, что это «Зеленый слон», не стал бы тебя в это втягивать.

— Почему? — удивленно замерла, повернувшись к смущенному парню. Ибрагим почесал макушку, чуть сдвинув шапку с темных кудрявых волос, оглядевшись вокруг, будто чего-то опасался. Мимо прошагала молодая пара и мама с коляской, практически не обратив на нас внимания.

— Говорят, они замешаны в торговле наркотой из-за заграницы, — чуть ниже положенного прошептал наклонившись. — И не только. Хотя фанатиков среди них хватает, они что-то вроде независимой организации, а по каким критериям выбирают жертв — вообще не ясно.

Мои брови поползли вверх, и я тихонько присвистнула.

— Тогда тем более ничего не понимаю, — я нахмурилась, качая головой. — Зачем им Влад?

— Перепутали с тобой?

— А я для чего? С ними просто так не связаться, на сайте есть только чат, где тебе не факт, что ответят. Ерунда какая-то, — Ибрагим пожал плечами, будто не зная, что ответить мне на это замечание.

— Повторяю лишь слухи. Да и у Циркова рыло в пушку. В 90-е и нулевые на него копали компромат, вот только либо ничего не находили, либо, — он стрельнул в меня взглядом, вздыхая тяжело. — Либо преследователи исчезали бесследно, замолкая навечно.

На этих словах я вздрогнула. Мой папа тоже что-то искал, расследовал. И дело кончилось для него плохо. Но тогда подобное случалось сплошь и рядом, пока большинство преступников не было поймано. Коррумпированные милиционеры, закрывающие на подобное глаза власти. Никто не хотел слышать правду, мало кому нужна была справедливость, кроме жертв беззакония.

— Ты из-за этого вляпался? — спросила я, на что Ибрагим поморщился снова, вздохнув, выпуская немного пара изо рта.

— Типо того, хотя не отрицаю, что сам виноват, — пожал плечами, глядя куда-то поверх моего плеча. — Будущий кандидат в мэры был нечист на руку, но кое-что из фактов мне пришлось подтасовать, хоть обман и вскрылся, а я с позором был отправлен куда подальше. Это был единственный раз, когда я работал с Алексеем Цирковым, — он невесело улыбался. — Подозреваю, он меня потом и слил.

Не знаю почему, но я ему верю. С момента моего прихода в газету, Рязанов был единственным, кто бескорыстно помогал мне. И он старался делать свою работу лучше, чем все остальные. Пусть и не был святым, хотя, с другой стороны. Где вы видели святых журналистов? Точно, как и политики с бизнесменами.

— Твой Доронов тоже темная фигура, — вдруг произнес он, отчего я удивленно моргнула. Чего?

— О чем ты?

— Дороновы, — поджал губы, глядя мне прямо в глаза темным взором, заставляя задержать дыхание при упоминании этой фамилии подобным тоном. — Знаешь, как они поднялись во время компаний СССР против алкогольной продукции? Тогда призывали уменьшить количество продаваемых алкогольных напитков. Думаешь они деньги делали на вине и пиве с лимонадами?

Я знаю, куда он клонит. Моя мама в этом копалась, много раз разбирая все факты по их семье в моем детстве. По слухам, а по некоторым данным даже фактам, Джумбер Доронов занимался не только легальной продукцией, но и нелегальной. Он делал деньги на продаже крепких напитков, причем не всегда хорошего качества — фальсификат, по сути говоря. Это темная история успеха, но она помогла ему сколотить состояние, которое он позже обернул в свою сторону. А его сын продолжил дело, когда все государственное рухнуло и на смену пришло частное.

— Давид Доронов в девяностые продолжил дела своего отца, — я втянула носом воздух, хмуро взглянув на Ибрагима, качая головой.

— Это ни о чем не говорит, — процедила я сквозь зубы, стараясь сдерживаться. — Никто нечего не доказал. И к кровавым преступлениям он никогда причастен не был.

— Не был. Но сколько померло людей от дешевой, некачественной выпивки, которая продавалась в обход системе? — резонно задал вопрос Ибрагим, заставляя шумно выдохнуть.

Нет, не думаю. Мама тоже не думала, у кого вообще могут быть иллюзии на этот счет, особенно, если ты умудрился сохранить все свое состояние в тяжелое для многих время? Да не просто сохранить — утроить. Плохо ли это? Да, безусловно. Но тогда выживали, как могли. Легко осуждать, если терять нечего. Не мне его судить, ни Ибрагиму. Полиции, карме, чему угодно. И подозреваю, своего Давид, как и его отец, тоже хлебнул.

— Это никак не относится к Амиру. — твердо заявила я, вновь поворачиваясь, дабы шагнул к пешеходному переходу на перекрестке. — Ему незачем заниматься незаконной деятельностью.

— Может и нет, но и дела он ведет достаточно жестко, — пожал плечами Рязанов, вышагивая рядом след в след, сунув руки в карманы. — Запугивать людей не есть хорошо.

— Да не запугивал он тебя. — бурчу, замечая мелькнувший зеленый свет светофора. Делаю шаг, едва не поскальзываясь на замерзшей накатанной снежной поверхности. Сильная рука притормозила падения, отчего пришлось поблагодарить Рязанова за своевременное спасение от падения моей пятой точки на твердую землю.

— Ну-ну, — пробурчал друг. — В любом случае, возможно все это из-за Доронова. Кто-то хочет ему насолить.

— Но мы до этого дня в клубе даже не виделись, — пожала я плечами. — Я, конечно, обдумывала мысль насчет того, что они хотели подослать кого-то к нему в клуб, но… Зачем тогда забирать Влада? Не в бабу же его переодевать. И причем тут Ярицкий тогда, севший в ту же машину со своей девушкой, — представила себе эту картину, вспомнив щуплого парня и рассмеялась.

Возможно, это было моей роковой ошибкой. Мы с Ибрагимом так увлеклись беседой и шуткой про Влада в парике, что не услышали визга колес. В момент, когда автомобиль на полной скорости почти настиг нас на середине зебры — мы почти не обращали ни на что внимания. Смысл? Машины стоят, кругом идут люди. Неподалеку гаишники размахивают палочками, останавливая редких нарушителей. Потому в момент крика девушки позади себя, я не сразу осознала, что на меня несется черный тонированный джип без номеров.

Только это запомнила, потому что Ибрагим дернул в сторону, отталкивая подальше. Практически из-под колес огромного внедорожника, закрывая собой под испуганные вопли и звуки клаксонов. В ушах звенело, я ободрала ладони, выронила телефон и испачкала пуховик. Ощущая на себе тяжелое тело Рязанова. Целую минуту не могла понять, что происходит. Вокруг нас собиралась толпа — кто-то снимал, кто-то просил вызвать скорую помощь. С трудом поднявшись, почти в невесомом состоянии отряхнулась, встретившись с огромным испуганным взглядом Ибрагима.

— Лиль, ты поняла, что произошло?

Покачала головой. Услышав краем уха чей-то испуганный вздох и крики прохожих сотрудникам полиции неподалеку.

— Вы видели? Он их чуть не сбил! Клянусь, специально развернулся, пересекая двойную сплошную и пытался врезаться!

— Я же рядом шла с ребенком, а если бы нас задело?

— Вы вообще тут для чего? Почему не регулируете дорожное движения, всякие алкаши и наркоманы людей сбивают!

Сотни голос, лиц слились воедино. Нас быстро оттеснили, убедившись, что не пострадали, ну кроме того, что испачкались и я получила несколько царапин. Люди кругом возмущались, пока мой мозг обрабатывал информацию. Кому я могла так насолить, что человек едва меня не сбил? Может опять моя паранойя, а это просто пьяный водитель?

Тьфу, чем дальше, тем запутаннее.

— Не нравится мне твой вид. Может, к черту, эту бабу Влада? — спросил Рязанов, пугливо оглядываясь, утаскивая меня с чертового перекрёстка. Покачала головой, поправляя шапку. Телефон почти не пострадал, не считая парочки небольших трещин по краям, благо упал рядом, успела поднять до того, как люди едва не затоптали. А вот жвачку мятную потеряла. Жаль.

По-моему, у меня стресс. О ерунде думаю.

— Нет уж, не успокоюсь, пока не выясню, что к чему, — буркнула я, ежась невольно, косясь в сторону дороги.

Визг шин по-прежнему стоял в ушах. Противный, с таким скрежетом. Дороги у нас в городе вычищены почти до асфальта, его не могло занести, если только он не отбитый и не гонял на летней резине.

— Скорее до упокоения. — мрачно пошутил Рязанов, подталкивая в сторону кафе неподалеку от того, где мы видели Машу с Олегом. — Пошли, выпьем кофе, передохнем. До встречи еще куча времени.

Внутри было уютно. Небольшие круглые столики, стулья, бордовые скатерти, приветливые официанты и эдакий венецианский стиль. На стенах рисованные балконы, цветы, кусты и зеленые деревья, ароматы пасты карбонара и пиццы, а на доске прописаны виды кофе, которое можно заказать тут вместе с горячей выпечкой. Внизу даже написали блюдо дня: мексиканская пицца с американо. Так себе сочетание, потому взяв меню, едва усевшись за стол, заказали пасту и кофе, слушая тихое бормотание висящей в конце зала плазмы.

— Если это Слон, как они на тебя вышли?

— Выследили? — спросила я, пожимая плечами.

— А ты не могла засветиться с фотиком, когда делала снимки Ярицкого? — вдруг спросил Ибрагим, а я на секунду задумалась, после чего снова отрицательно покачала головой.

— Не-а, меня тогда другая машина интересовала. Ярицкого я фотографировала уже отъезжающим со стоянки, — поежилась, задумчиво глядя на экран.

Показывали пожар внутри какого-то огромного здания. Пожарники, полиция, люди, выбегающие на улицу впопыхах надевающие верхнюю одежду. Где-то в городе произошло возгорание. Судя по виду — это какое-то большое предприятие, точнее административное здание. Приглядевшись, на секунду дернулась, отчего Рязанов вздрогнул, обернувшись на мой хлопок по руке.

— Видишь то же, что и я? — я затаила дыхание, непроизвольно потянувшись к смартфону.

«По данным полиции возгорание на вино-водочном заводе, принадлежащему бизнесмену Давиду Доронову, произошло по вине посторонних лиц, проникших на территорию предприятия. Неизвестные лица проникли на территорию охраняемого объекта, пробравшись к подземной парковке. Там была брошена бутылка с зажигательной смесью прямо в машину первого заместителя генерального директора — Доронова Амира Давидовича. Сына владельца…»

Несмотря на неприятный, режущий слух голос ведущей с ее коряво построенным фразами, я уловила самое важное — кто-то взорвал машину Амира. Целенаправленно, проникнув для этого прямо на территорию завода. И пока эта мысль доходила до головы, пальцы уже судорожно искали его телефон под высказывание Рязанова:

— Потрясающе. Один день — два происшествия. Вы двое, просто кладезь неприятностей, Лиль…

Я его почти не слушала. Гудки на том конце заставляли нервничать, отчего колено затрясло, когда я принялась постукивать ногой по полу, сунув в рот палец и грызя ноготь от нервного напряжения.

— Смысл ему звонить. Лиль, он, наверное, сейчас с полицией разговаривает, — покачал головой Рязанов, однако я все равно сделала еще одну попытку, вновь по итогу услышав предложение оставить сообщение на голосовой почте. — Сказано, что никто не пострадал. Скорее все хотят знать, как чужие проникли на парковку. И были ли чужими, — буркнул Ибрагим, успев открыть пару ссылок в своем Айфоне.

Со вздохом положила телефон на стол, закрыв лицо руками. Все становилось сложнее, запутаннее и опаснее, как ни крути. Настолько, что я впервые в жизни за кого-то по-настоящему испугалась. А что если бы в этот момент Амир решил куда-то съездить?

— Почему я вообще дергаюсь, — выдохнула сама себе, поймав озадаченный взгляд Рязанова, ткнувшего вилкой в длинные макароны. — Это же нормально, мы же одноклассники, все такое…

Звякнувший колокольчик оповестил о прибытие еще посетителей, на которых мы не обратили внимания. Рязанов уже открыл рот, чтобы ответить, как нас внезапно окружили со всех сторон люди в темных куртках, а в одном из них я узнала своего преследователя у магазина, когда сбегала через черный ход, встретив Арину.

— Лилия Дмитриевна, меня зовут Семен Андреевич Бурковский, для вас можно просто по имени, — кивает мне молодой мужчина, покосившись как-то подозрительно на замеревшего Ибрагима. — Нам нужно доставить вас в безопасное место. Это личное распоряжение Амира Давидовича. Возражений не принимается. У нас приказ доставить вас независимо от вашего желания.

Наши взгляды с Рязановым встретились, после чего он, тяжело вздохнув, отложил вилку.

— Все, приехали. Теперь ты официально под пятой у Доронова, подруга.

И чего я за барана этого переживала, собственно. Может уже пора устроить ему женский скандал?

— Откручу ему рога, — буркнула, с сожалением отодвигая тарелку.

— Что? — озадачился мой спутник и охрана Доронова, стоило только изобразить в воздухе движением, которым я отвинчиваю рог у этого парнокопытного.

— Говорю, кто-то в конец обнаглел. Не знаете кто?

Естественно, мне никто не ответил.