Глава 30

Глава 30

Ева

Подъезжаю к школе к концу последнего урока. Сразу выцепляю взглядом несколько больших черных машин. Глеб уже приехал. Оперативно.

Направляюсь к ним. Странно, что сам не подходит. Стоит у одной из машин, повернувшись ко мне боком. И что у него на носу?

-Глеб... Мне нужно с тобой кое-что обсудить, - говорю ему, не понимая причины его поведения.

Сегодня пасмурная погода, а он в солнцезащитных очках...

Глеб медленно поворачивается. И...

-Надо было противогаз надевать, чтобы заметно не было, - произношу первое, что пришло на ум при виде такого колорита.

Затем на каком-то автомате протягиваю руку и осторожно стягиваю у Дёмина с лица очки.

-Это что? - интересуюсь, без преувеличения обалдев.

Я уже видела его избитым. Но мне кажется, даже тогда он выглядел получше.

-А это Глеб Игнатович - дурак, - нелицеприятно замечает Ярослав, которого я сразу и не заметила.

-Ярослав... Тебе дорога твоя работа? - огрызается Глеб.

Еще раз прохожусь взглядом по открывшемуся мне лицу Дёмина. Под глазами фиолетово-сине-желтое смузи, на носу лангета. Нижняя губа разбита, на виске - ссадины. Ужас! Он в таком виде еще и в школу приехал... Лечился бы лучше.

И вообще как это могло произойти? С ним же вечно охрана...

А потом как вспышка молнии меня пронзает догадка.

-Это вы с Кабириным, что ли?

-Ага, - задорно отвечает вместо Глеба Ярослав.

-Вы - идиоты? - не могу не спросить.

Не понимаю смысла того, что они сделали. Что это изменило? Исчезла дикая выходка Захара?

-Они - мужчины! - философски замечает Ярослав, а Глеб по-прежнему отмалчивается.

-Слова-синонимы, - тихо бормочу я.

-Обидно, вообще-то, - возмущенно замечает Ярослав.

-Ярик... Шёл бы ты уже? - решает все-таки взять слово Глеб.

Я же ловлю себя на мысли, что меня практически не волнует, что он сильно избит. Мне не хочется его жалеть. И помогать ему тоже не хочется. Может, это шаг на пути к исцелению?

-Давай отложим клинику? Куда ты в таком виде?

Глеб прищуривается, из-за чего делается еще страшнее.

-Может, ты с ним договорилась?

Я открываю рот от такой наглости. После кручу пальцем у виска.

-Ты - нормальный вообще? И что решит твоя разбитая рожа? - повышаю голос.

Тушуется.

-Я не то хотел сказать...

-А сказал - то! - кажется, наша ругань набирает обороты. Надо тормозить.

-Денис, подожди! - раздается такой знакомый голос дочери.

Оборачиваюсь.

Сын почти бежит к моей машине. Его пытается догнать Майка. Лицо у Дениса идет красными пятнами. Так бывает, когда он сильно нервничает. Видит, что я стою в стороне и решительно направляется ко мне.

Мельком смотрит на Глеба. Но на лице мальчика не отражается ничего. Никакого сочувствия. Губы упрямо сжаты, брови нахмурены. Да что опять случилось?!

-Я ни в какую клинику не поеду! - заявляет сразу, как только подходит к нам, - Я хочу домой!

Денис никогда не истерит... Всегда излагает всё спокойно. Он даже в спаррингах из себя не выходит. А тут...

-Нас ждут в клинике, - заявляет Дёмин. Тоже незаметно, что он готов договариваться.

Тут подбегает Майка.

-Папа! - девочка белеет, - Что с тобой?

Прижимает рюкзак, который был у нее в руках, к груди и замирает.

-Да что с ним будет?! - взрывается Денис окончательно, -Шлялся где-то десять лет, а теперь явился. Зачем? Вот зачем мы тебе нужны?

Это он уже адресует самому Глебу.

-А может мы для тебя, как и для твоего отца - биомусор?! - уже практически кричит Денис.

Я обвожу всю это действо глазами и вообще не понимаю, что мне делать.

Глеб же... Он просто хватает Дениса и впечатывает в себя. Тот пытается отбиваться. Но постепенно его сопротивление сходит на нет. Он успокаивается. И когда это происходит, уже нормальным голосом просит:

-Отпусти меня.

Глеб выполняет его просьбу, затем тихо произносит:

-Денис, я не знаю, кто и что тебе наговорил. Но я к вам с Майей никогда так не относился. И не буду.

Сын мотает головой.

-Да неважно это уже, понимаешь? Мне ты не нужен!

Надо их развести. Майя давно уже подошла ко мне и держит меня за руку, как тогда, когда они были маленькими.

-Глеб, давай в другой раз? - спрашиваю я, не особо надеясь на согласие.

Однако, в Дёмине просыпается здравый смысл.

-Давай.

-Мам, поехали домой? Пожалуйста! - просит сын.

-Поехали, - и не собираюсь спорить.

Вижу, что Денису - плохо. И откуда это - про биомусор? Ему сейчас нужна пауза, в течение которой его нельзя трогать. И только потом можно попытаться наладить контакт.

Майя это тоже знает, поэтому не пытается перетянуть одеяло на себя. Дети забираются на заднее сидение моего автомобиля. И мы уезжаем.

Денис закрывается у себя в комнате, а часа через четыре зовет меня.

-Мам, мне холодно, - говорит он.

Денис забрался под одеяло в одежде, свернулся там в позу эмбриона. Касаюсь его лба ладонью. У него температура. Несу градусник. Тридцать девять.

Даю лекарство от температуры. Она спадает. Но затем начинается адская ночь. Температура повышается снова часа через четыре. Лекарство пока больше давать нельзя. В ход идут народные средства. Часа в три ночи, испробовав всё, что знала, я сдаюсь и вызываю скорую. Температура снова поднялась до отметки тридцать девять и семь...

Машина приезжает быстро. Врач осматривает Дениса, говорит, что у него ангина. Денису делают укол от температуры, советуют, что можно дать из антибиотиков.

Провожая сотрудников скорой помощи, я обнаруживаю на пороге своей квартиры Глеба.

-К кому скорая приезжала? - спрашивает он, едва посторонние люди скрываются из вида.

-Денис заболел. Ангина, - поясняю устало, -Зачем ты приехал?

Мы у него под колпаком. Не знаю, хорошо это или плохо.

-Волнуюсь, может, потому что? - неожиданно резко выдает Дёмин.

Смотрю на него во все глаза. Взлохмаченный, куртка расстегнута, футболка, кажется, надета наизнанку, и кроссовки без носков. Сама вымотана, поэтому отодвигаю куртку и смотрю шов на футболке. Точно, наизнанку.

-И что делать будешь? - задаю следующий вопрос.

-С ним посижу. А ты поспишь пару часов.

-У него спроси. Если согласится - оставайся, - не знаю, что правильно, а что нет в нашей ситуации. Всё перемешалось. И запутывается еще дальше.

-Спрошу, - разувается. Действительно, без носков.

-И майку переодень. Ты её наизнанку надел, - говорю уже в удаляющуюся спину Глеба.

-Угу, - соглашается он.

Не знаю, о чем они говорят с Денисом, потому что сама ищу антибиотик на кухне. Когда прихожу в комнату сына, то Глеб сидит в кресле. Без куртки. И в нормально надетой футболке.

-Пусть останется, - сипит Денис, у которого, кажется, садится голос.

-Ладно, - отвечаю.

Денис выпивает лекарство. А я ухожу к себе, оставив Глебу пост и градусник.