Глава 31

Глава 31

Ева

-Мам! - меня легонько трясут за плечо.

Я вспоминаю, что Денис заболел... Подскакиваю на кровати. И вижу перед собой Майю. В школьной форме.

-Мам, в школу пора...

-А Денис?! - за ним Глеб должен смотреть.

-У себя. Я только что заходила.

-Дай мне пять минут. Я тебя сейчас отвезу.

Сама сползаю с кровати, иду в туалет и ванную. Затем к Денису.

Он стоит в пижаме и тапках возле кресла, на котором спит Глеб. Накрывает своего отца пледом.

Вокруг шеи сына замотан шарф. Его, когда я уходила спать, не было.

На мой вопросительный взгляд Денис поясняет:

-Блил он, бдил, не смотри так. Я столько раз температуру в жизни не мерил. Потом минут тридцать назад уснул. Только, по-моему, замерз. Я решил накрыть...

Переглядываемся с Денисом. Всё-таки есть в детях то, что взрослым зачастую недоступно. Вот эта чистота и тяга к добру.

-Да я ничего, - я всё прекрасно понимаю. Глеб сам не в лучшей форме после своей дурацкой выходки. Ему тоже нужен отдых.

Но, к сожалению, дети не выбирают, когда им болеть. И чаще всего это случается в самый неподходящий момент.

-Пойдем, - кивает мне Денис на выход из комнаты.

В коридоре спрашиваю уже свободнее:

-Как ты?

-Горло сильно болит. И голова тоже болит. И вообще всё болит. Как я не люблю болеть... Лучше бы в школу пошел, - треплю Дениса по волосам, заодно трогаю лоб.

Температуры нет.

-Давай полоскание сделаю? И таблетку от головы дам? - предлагаю.

-Давай,- соглашается Денис.

Вместе мы идем на кухню. Там на стуле сидит Майя.

-У нас есть минут 10? - спрашиваю дочь.

Она переводит взгляд на кухонные часы.

-Да. Успеем.

Даю Денису лекарство и делаю отвар ромашки, чтобы он прополоскал горло.

-Прополощешь и иди ложись. Со скорой вчера сказали, что передадут заявку на педиатра. Я постараюсь вернуться быстрее, но если врач всё же придет разбуди... - спотыкаюсь, но продолжаю, - Глеба.

-Нас так за неблагополучную семью примут. Ты его лицо видела? - отзывается Денис.

-Такое можно было не заметить? А кстати - откуда шарф?

-Он заставил надеть. Сказал, что легче будет, - и через паузу добавляет, - Так и правда легче...

Киваю. Иду в прихожую, потому что Майя уже там. Быстро обуваюсь и одеваюсь, беру ключи от машины. Распахиваю дверь и за порогом обнаруживаю Ярослава. Он переминается с ноги на ногу.

-Доброе утро! - говорю я ему, - Вы что-то хотели?

-Эм... Глеба Игнатовича... - заявляет мужчина, отводя взгляд в сторону.

Хочется закатить глаза, но я себя сдерживаю.

-Я не претендую на вашего Глеба Игнатовича. Он спит в комнате Дениса. Очень нужен?

-Ладно, - машет рукой Ярослав, - Потом. А вы куда?

Вздыхаю. Вот она - новая реальность...

-В школу. Хотите составить нам компанию?

-Я - нет... Но если вы сами за рулем не хотите, то внизу...

Понимаю его с полуслова.

-Нет, не нужно. Я сама справлюсь. Но те, которые внизу, они ведь всё равно за нами поедут?

-Ну, так... Лучше так, короче.

Снова киваю. Меня всё равно вряд ли кто спросит. Но может и действительно лучше. Неизвестно, кто еще в курсе, что мои дети - от Дёмина, и что могут выкинуть эти люди.

В лифте едем все вместе - Я, Майя и Ярослав. Затем мы с дочкой садимся в мою машину, и я везу её в школу.

-Я тебя заберу после уроков, - говорю Майе.

-А ты, что, больше не будешь работать? - удивленно спрашивает дочь.

-Новую работу еще найти нужно, - объясняю я ей, - Со старой я уволилась.

-Найдешь! - подбадривает меня моя девочка.

Я смотрю, как она убегает в школу. Затем завожу машину, но сдвинуться с места не успеваю - звонит сотовый. Это Ветров.

-Здравствуй! - причин прятаться у меня нет.

-Что еще за больничный, Ева? Ты за дурака меня держишь? - начинает он сразу с претензий.

-Если ты умный, то зачем ты мне звонишь? Максим, давай начистоту, я не собираюсь встревать в ваши теплые отношения с Дёминым. Ты - мужчина, а мужчины, я считаю, должны решать свои проблемы самостоятельно, а не за счет женщин и детей. Тем более, чужих. Поэтому, очень тебя прошу - оставь меня в покое.

-Всё сказала? А что ты запоешь, когда Глебушка у тебя детишек заберёт? - снова он заводит эту песню. Совсем дурой меня считает? Тут так не разберешься во всей этой каше, а чтобы Глеб еще и усугубил ситуацию? Я в это не верю...

-А это не твоя забота! - вскидываюсь я, - Не звони мне больше! Я у тебя уже не работаю!

И сбрасываю звонок. Хватит... Я дала Максиму шанс успокоиться и отступиться, но его обиды на какие-то несправедливости оказались сильнее. В любом случае я бы не стала в это вмешиваться. Я справедливо полагаю, что всё это меня не касается.

Нужно возвращаться. У меня больной ребенок в квартире. И бывший - тоже там.

Если честно, то я почти надеюсь, что не застану Глеба. Однако, надеюсь я на это ошибочно. Определенные сомнения у меня появляются уже на подходе к квартире. Неприятный запах на лестничной площадке смущает меня сразу.

Я торопливо отпираю дверь. И нет, мне не показалось... По квартире витает то ли дым, то ли туман, который еще и воняет.

Влетаю на кухню. Ко мне поворачиваются две одинаковые виноватые физиономии, только разновозрастные. У старшего в руках кастрюля, залитая сбежавшим молоком и пригоревшая снизу. Основной чад и вонь идут от плиты.

-Да что вы... - собираюсь всыпать обоим, но они же - больные оба. Поэтому прикусываю язык.

-Мы кашу варили, - говорит Денис.

-И молоко убежало, - добавляет Глеб.

-Да вижу я! Кастрюлю мою сожгли... - плита электрическая. Поэтому, если что-то на ней убегает, то, что ее выключили, помогает слабо.

Открываю настежь окно, потому что от запаха у меня уже выступили слезы.

-Денис, иди к себе! - приказываю я.

Сын косится на меня, но собирается уходить. В дверном проеме замирает и выдает:

-Ты сильно его не ругай. Он как лучше хотел, - я перевариваю эти его слова еще долго.

-Что застыл? - спрашиваю у Глеба, - В мойку ставь и водой залей.

Глеб беспрекословно исполняет мою команду. Вот почему я люблю работать начальником. Обожаю, когда меня слушаются.

Сама беру тряпку и, матерясь про себя, начинаю отмывать плиту. Она всё еще горячая, и дело это нелегкое. Но мне всё же удается добиться того, что она перестает чадить. Дальше ее отмыть можно, когда она остынет.

Когда основной хаос ликвидирован, Глеб обретает дар речи.

-Слушай, извини. Не знаю, как так получилось. Мы пошли градусник искать...

В процессе трудового подвига я успокоилась.

-Ничего страшного. Но молоко на плите не надо оставлять без присмотра.

Дёмин тяжко вздыхает.

Даже у всемогущих людей бывают определенные трудности.