45

Эпилог

— Ну дочь, ну что ты капризничаешь. — тихо воркует Шахов, покачивая малышку. — Сейчас маму разбудишь.

Присев на широкий подлокотник дивана, качает в руках Злату. Ей всего десять месяцев, но она уже понимает, из кого тут можно отжимать по полной программе нежности и рабской покорности. Дочь в спальном комплекте, активно сучит ручками и ножками и выдает набор требовательных звуков. Ведет свой, одной ей понятный диалог. Ник откликается. У меня четкое ощущение, что они понимают друг друга. Она на своей тарабарщине вещает, а папа ей отвечает.

Облокотившись на дверь, уношусь в воспоминания.

— Ну что, Лен, делаем?….Ну…скажи…давай? — жарко зацеловывает меня муж в бунгало на берегу океана.

Это наш второй семейный отдых. Пару лет не могли позволить себе решиться на деток, пока все относительно не вошло в колею. На нашей свадьбе были самые-самые близкие. За исключением родителей Шахова. Конечно, это было неприятно ему, но что сделаешь, они не восприняли наш брак серьезно. Да, так и сказали Нику.

Его друзья организовали нам такую отвязную свадебную вечеринку, что вспоминаем до сих пор с необыкновенным теплом и радостью. Именно там я поняла, что они не такие уж и плохие. Хотя по-прежнему не выношу, если кто-то из прошлых девиц оказывается рядом с Шаховым. Он это знает и старается меня не нервировать.

Приживались легко. Только без конца подкалывали и подшучивали над собой. А так норм. Все по плану. Я доучиваюсь, уже понимаю, чем хочу заниматься, муж одобряет. Сам же Шахов напряженно работает. Он реально золотая голова. Гений диагностики и аналитики по развитию. Отец несколько раз пытался привлечь его на сторону своего бизнеса, но Ник упорно раскручивает свою ветвь. Получается. И я горжусь им невероятно.

Он моя жизнь, мое вечное. Не устану повторять никогда. Люблю его до дрожи, до изнеможения. Умираю, когда не вижу и ярко горю, когда Ник рядом. И так будет всегда.

— Делаем…любимый…конечно, делаем…- дрожу под его руками.

Ник отшатывается и окатывает дерзким, пьяным взглядом. С глухим выдохом впивается в шею и целует. Ловлю его голову и подтягиваю к себе. Прихватываю губы и оттягиваю, как он любит. Стонет, и вместе с ним стону и кричу.

— Затрахаю…до потери пульса… — влажные звуки со звонкими чпоками разрывают тишину райской ночи. Только шелест мерно бьющихся волн аккомпанирует нашей любви. Врывается в меня мой мужчина, мой покоритель, мой царь. И я принимаю. И отдаю. — Бляяядь…Тащит от тебя…Леенааа, себя найти не могу, так потерялся в тебе….

Эта ночь была одной из лучших. Самой жаркой, самой желанной. Наши мокрые тела скользили и втирались так идеально, что казалось именно такого не было никогда. Полная спайка, сцепка, слепка.

— Так хорошо? — вытаскивает из меня член и просовывает пальцы. Нажимает на воспаленные точки и доводит до края. Кончаю настолько сильно и мощно, что ощущаю, как намокает под нами простынь. И снова входит в меня. — Ты такая горячая…Такая…горячая…Моя…В тебе…Всегда…

— Ник, — тихо зову его, нехотя возвращаясь из воспоминаний.

Он осторожно всем корпусом поворачивается. Чудная картина. Огромный парень на руках с крошечной дочерью. Никита поправляет Злате подвернувшуюся маечку и сажает ее повыше на руках. Бегло приглаживает взъерошенные кудрявые волосики и проходится по спинке. Короткий поцелуй в пухленькую щечку и тогда уже внимание обращено ко мне.

— Лен, ну шесть утра. Мы разбудили?

— Нет. Просто не спится.

— Я же специально встал, чтобы со Златуней побыть.

— Правда? — смеюсь я. — А, по-моему, кое-кто перелез в нам на кровать и разбудил тебя.

— Дочь, тебя рассекретили, — обращается к ней Ник. Злата, недоуменно уставившись, переваривает звуки, будто понимает, и потом разражается бурной «речью».

Наш обычный день начинается. Уборка, готовка, приведение в порядок нашего дома. Все планомерно. Я никогда не настаиваю, чтобы Ник больше освобождал меня от дочери в свои выходные, чтобы оставлять для себя незаполненные куски времени. Мне это не нужно. У нас все более чем гармонично. Да и особое удовольствие испытываю от того, что малышка все время со мной. Ну не считая часов учебы, конечно. Иду на красный диплом с одержимым упорством.

Пока заканчиваем обычные хлопоты, муж периодически разговаривает по телефону. Этот необходимый атрибут всегда с ним. Постоянно. Такая жизнь, блин, гаджетная, ничего не поделать.

Выкладываю на кухонную поверхность продукты из холодильника. Прикидываю в уме, чем сегодня удивить своих домочадцев. Хотя Шахов говорит, что еда — это тлен, удивляться нужно только в сексе. Да…он такой! Дикарь же! Завоеватель!

Торопливые шаги гулко отстукивают по полу. В дверях показывается взволнованный Ник, контролирует эмоции, конечно, но вижу же, что накрывает его. Прижимает Злату, будто она его якорь.

— Лен, мои родители хотят приехать, — и выжидательно на меня смотрит.

Первая реакция у меня всегда и на все странная. Я и сейчас не подвожу.

— Зачем? — и окорачиваю себя тут же. — Ой, прости. Никит, извини. Конечно, пусть приезжают.

— Уверена?

— Ну естественно! А когда?

— Завтра.

— Вообще без проблем.

Он благодарно кивает и уходит. Слышу тихий разговор по телефону. Ну это нормально! Так должно быть. Сколько бы нам лет не было, какие бы мы крутые не были, нам всегда нужны родители. Точнее адекватные с ними отношения. Поэтому пусть приезжают. Кровь не водица.

В подготовительной суете проходит этот день. Отмываю все, до чего достану. Придумываю интересные блюда и продумываю подачу на стол. Нет, не для его родителей стараюсь, для мужа. Его спокойствие номер один для меня.

Встреча проходит нормально. Нервничает только мать Никиты, но ровно до того момента пока ей на руки не влазит внучка. Бабушка аккуратно подсаживает Злату, и они таращатся друг на друга беспрерывно. У дочери открывается ротик, и она дотрагивается до волос свекрови.

-Ы! — выдает Злата.

И все! Любовь до конца жизни! Боже, нам потом приходилось выдирать дочь от старших семей, напоминая, что она все же наша.

Компания у нас спокойная. В этом везет бесконечно. Величанские, Архаровы и мы -Шаховы. Экстримим только я и Ник. Остальные предпочитают более спокойный образ жизни, хотя и не менее насыщенный. Вот и сегодня собираемся у Руслана. Чудесный повод — день рождения сына. Злату забирают старшие Шаховы, они ее отжали в неравном бою с Романовыми, посетовав на то, что мои больше проводят времени с внучкой. Мама Ника считает, да.

— Лена! — зовет муж.

— Я не готова. — незамедлительно откликаюсь, рисуясь в одном белье перед огромным зеркалом. Не могу не похвастать, я в форме! Тренированное тело быстро избавилось от следов беременности. Да и Златочка расслабиться не давала. Такая она шустрая.

— Да похрен! Иди сюда! Живо! — закатываю глаза, в Нике просыпается периодически Кай. А мне нравится! Я умираю от восторга, когда он прежний.

— Ну ладно. Сам хотел. — иду как есть. Только еще шпильки высоченные обуваю. — Слушаю.

Мой прекрасный муж замирает и восхищенно смотрит. Как я люблю, когда он вот так…Ник стоит в расстегнутых джинсах, выглядывающий все еще идеальный пресс манит потрогать. Шахов без майки, отсвечивает своими крутыми, крупными плечами. Волосы небрежно падают на лоб. В руках держит продолговатую коробочку. Смотрит на меня и немного нервно облизывает губы.

— Иди…сюда…ко мне…- и сам шагает навстречу.

Резко поворачивает меня спиной и прижимает к себе. Горячий. Мой. Слышу щелчок и на шею укладывается прохладное и увесистое что-то. Ведет меня к зеркалу назад.

— Как тебе?

Касаюсь дрожащими пальцами тяжелой, переплетенной прозрачными камнями, платиновой цепочки. Красиво! Киваю без слов, показываю, как сильно нравится. Ник оплетает меня руками и зарывается в волосы, попутно осыпает жалящими поцелуями. Замираю в его руках. Надежных и таких родных.

— Я тут подумал, — просовывает руку мне в трусики. — Сына хочу…Ты как…не против?

В ответ обволакиваю руками и впиваюсь в любимые губы. Какое там против? Какие возражения у меня могут быть? Конечно, я — за, потому что с Шаховым хоть в огонь, хоть в воду. Куда бы не позвал, я всегда рядом.

Всегда!