Глава 39

Быстро встаю из-за стола, бросив все так, как оно лежит. Хватаю ключи от своей машины и во двор. Захлопываю калитку, даже не закрыв ее на ключ.

Я в панике, в ужасе, в полном непонимании происходящего. Я будто выпала из реальности и пытаюсь вернуться обратно. Пытаюсь найти путь, но все еще далеко и с каждой минутой оказываюсь дальше и дальше. От этого и не обращаю внимания на такую мелочь, как не запертая калитка. Плевать я на ее хотела и на содержимое этого дома.

Все вокруг какое-то ненастоящее, а мне нужно почувствовать реальность. Ощутить ее на себе, а это можно сделать, лишь опровергнув слова отца и мои собственные выводы.

Врубаю заднюю передачу и резко выжимаю газ. Машина с ревом сдает назад, шлифуя колесами по мелкому гравию. Разворачиваюсь и мчусь вперед.

Уверена, я сейчас превышаю допустимую скорость, но мне плевать и на это. Я должна проверить, должна убедиться, что мой отец просто спятил. А если не спятил, то струсил. И это письмо — липа, ложь. Он просто хотел оправдать свои ничтожные поступки.

Пролетаю главную улицу просто на бешеной скорости. Притормаживаю немного, так как сама боюсь быстрой езды. Я не лихачу и другим не позволяю, если сижу рядом. Но сегодня крайний случай…

Выезжаю на прямую дорогу, что ведет из города. Трасса мало освещена, а на улице уже темно. Я бы сказала, кромешная тьма. Лишь дальний свет освещает дорогу, и я лечу вперед подальше от этого проклятого городка.

Вижу вывеску. Вот она, до нее метров пятьсот, триста, двести…

Машина начинает тормозить. Я начинаю тормозить. Голова думает обо всем на свете, но только не о том, что нужно удержать педаль газа. Жму тормоз и полностью останавливаюсь.

Не могу объяснить свои действия. Я знаю, что мне нужно уехать, но просто не делаю этого.

— Ладно, если так не выходит…

Открываю дверь машины и выхожу на улицу.

Прохладный ветер в чувства меня не приводит. Совсем. Освежает, но голова полностью переполнена идиотскими мыслями, домыслами, и никакой конкретики. Абсолютно никакой.

Делаю шаг вперед, за ним еще один и тут же встаю как вкопанная. Стою на месте и не могу пошевелится. Хочу заставить тело идти вперед, но оно не идет. Не мое будто, не слушается.

— Почему? — кричу в никуда и, кажется, слышу эхо своего голоса. От этого мне становится совсем жутко. Я начинаю дрожать, и явно не от летнего ветерка. Просто я не могу найти объяснение тому, что со мной происходит.

Да и где я сейчас? На трассе, одна и в полной растерянности. В бешенстве, в непонимании, в одиночестве…

И вновь я на коленях на голом асфальте. Прижимаюсь ладонями к земле и чувствую, как за день накалился асфальт. До сих пор теплый…

Поднимаю голову вверх и не вижу звезд. Тут нет звезд, тут ничего нет.

А может, отец был прав?

Может, это и впрямь преисподняя? А может, мой личный ад?

Ну а что? Я столько раз представляла, что мой бывший муж случайно умрет. Что этого предателя настигнет карма, а в итоге она настигла меня. Однозначно настигла. Я столько гадостей наговорила маме прямо перед ее смертью и теперь расплачиваюсь за каждую букву сказанных слов.

Все сходится…

Отец расплачивался за убийство. Я расплачиваюсь за свою ненависть и дурные помыслы. А Марк…

За что расплачивается Марк? Если он вообще расплачивается, а не застрял здесь, потому что сам решил себя наказать. Он винит себя в смерти родителей и даже не пытается быть счастливым, не позволяет себе.

А он вообще пробовал отсюда уехать? Надо бы выяснить. Завтра ему позвоню…

Нет. Не буду я дожидаться завтра. Спрошу прямо сейчас.

Встаю с земли и сажусь в свою машину. Резкий разворот, и я опять лечу на всех парах обратно в этот чертов город…